Глава 8

Никита

Мой внутренний будильник никогда меня не подводил — половина седьмого, и я открыл глаза. Всегда просыпался приблизительно в одно и то же время независимо от того, во сколько лег накануне.

Только сегодня дела обстояли немного иначе — рядом покоилась не пустая подушка, а светловолосая головка красивой женщины. Слишком желанной и манящей, что вставать не хотелось. И идти совершать трудовой подвиг, тоже не было никакого желания. Вот бы остаться дома, понаблюдать, как Ксения проснется, начнет краснеть и прятать взгляд, вспоминая вчерашнюю ночь, а я в ответ буду улыбаться, и вгонять девушку в краску своими пошловатыми словечками.

Это пока только мечты, которые на данном этапе останутся исключительно в моей голове и мыслях. А также образ женщины, лежащей на кровати, будет преследовать меня на протяжении всего рабочего дня, пока я вечером снова не увижу ее глаза. Вдохну цветочный аромат волос, дотронусь до нежной кожи и прикоснусь губами к ее манящему ротику — еще утро, а я уже подгонял стрелки часов, чтобы скорее наступила ночь.

Поцеловал Ксению в макушку, встал с кровати и направился в ванную. Водные процедуры, после чего беговая дорожка на двадцать минут, парочка кругов в прохладной воде бассейна — и вот я полон сил и энергии на новые свершения.

Решил выпить кофе уже в отеле, так как терпеть не мог возиться с этой дурацкой машиной, которая делает мой любимый напиток. Проще напрячь администраторов, чтобы доставили мне дымящуюся чашку прямо в кабинет.

Еще раз посмотрел на спящую девушку, точнее на её грудь, которая вздымалась под тонкой простыней при каждом вздохе, усмехнулся и вышел из комнаты. Заглянул в соседнюю спальню, где светловолосая красотка, правда, намного младше той, что спала сегодня со мной, мирно посапывала, обняв подушку своими крохотными ручками.

Еще неделю назад даже предположить не мог, что буду получать удовольствие, наблюдая за спящими девочками. А также ждать вечера, чтобы обнять их, прижать к груди и рассказать, как прошел день.

По причине раннего утра для курортного города дороги были относительно пустынны, поэтому добрала до отеля довольно быстро. Припарковался на своем любимом месте, поставил внедорожник на сигнализацию и зашел в прохладно помещение.

— Доброе утро, — поприветствовала меня администратор с ночной смены.

— Доброе, — улыбнулся девушке в ответ. — Маша, кофе мне в кабинет организуй. И, как только Катя появится, пусть зайдёт ко мне.

— Хорошо, Никита Федорович, — кивнула мне в ответ головой и подняла трубку стационарного телефона.

Понедельник — день тяжелый, по крайней мере, так гласит известная поговорка. В моём случае это срабатывает на сто процентов. Ненавижу понедельники, хоть ты тресни. Я бы их в принципе отменил или сделал выходным днём, потому что все беды и проблемы сваливаются на меня именно в самом начале недели. Но сегодня хорошее настроение зашкаливало, и я решил — всё, полоса невезений по понедельникам закончилась. По крайней мере, сегодня мне никто не испортит хорошего, я бы даже сказал отличного настроения.

Рабочий процесс, как обычно, отнимал много времени, и даже не заметил, как за решением текущих проблем прошло полдня. Еще и бухгалтер на сегодня отпросилась, поэтому администраторы загрузили цифрами меня.

Часы показывали начало первого, когда я оторвал, наконец-то, свой взгляд от монитора. Глаза болели от перенапряжения, мысли путались, а бумагам не было видно ни конца, ни края. Надо сделать временную передышку, иначе мозги расплавятся и от нагрузки, и от духоты, которая ощущалась, когда я выходил в коридор из кабинета, где работал кондиционер.

Спрятал ежедневник в верхний ящик стола и натолкнулся на пачку сигарет — а почему бы и нет, можно одну выкурить, чтобы немного расслабиться.

На ресепшене попросил девочек, чтобы мне принесли кофе. Пять минут, и появился официант, который нес на подносе чашку с ароматным напитком. Поблагодарил, взял кофе и вышел на улицу. Повернул голову в сторону, где в тенечке находилась урна, и скривился. Только этой стервы не хватало, видеть её не могу. И где, спрашивается, были мои глаза, когда я с ней связывался? Пусть даже мимолетно, чтобы расслабиться и просто убить время, но всё равно сейчас противно.

Алина стояла ко мне спиной и курила, но при моём приближении повернула резко голову в мою сторону.

— Здравствуй, Никита, — она следила взглядом за каждым моим шагом.

— Что ты здесь делаешь? — поинтересовался строго, подкуривая сигарету. — Я же вроде чётко сказал, чтобы приходила во вторник, когда будет бухгалтер на месте. Сегодня расчет тебе все равно никто не даст.

— Девчонок проведывала, — она смотрела мне в глаза, но ничего кроме отвращения ее взгляд не вызывал. — Как ты?

— Я же сказал, — затянулся сигаретой и выпустил струйку дыма в воздух, — чтобы ты здесь не появлялась. Встречайся с кем угодно, но за пределами моего отеля.

— Как же тебя зацепила эта серая мышь, — Алина затушила окурок, тряхнула волосами и поправила сумочку на плече. — А такую же невинную овечку из себя строила, сирота казанская, не иначе, — зло усмехнулась.

— Заткнись, — прошипел я в ответ, приближая свое лицо ближе к девушке. — Чтобы я плохого слова о ней больше не слышал, поняла?

— Как же ты не понимаешь, что она тебя использует, — Алина скривилась, но продолжала смотреть мне прямо в глаза. — Интересно, что ты будешь делать, когда она назад к своему муженьку сбежит? Или будете жить шведской семьей?

— Ты о чём? — я действительно удивился, хотя, зная эту стерву, мог сказать с уверенностью, что она специально выводит меня из себя.

— А ты не знаешь? — ехидная улыбка расплылась на ее лице. — Боже, Никита, неужели она настолько заморочила тебе голову?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌ Алина развернулась и сделала шаг, но я выбросил сигарету и теперь уже свободной рукой крепко схватил ее за предплечье, заставляя остановиться. Она медленно подняла глаза, с победной улыбкой на лице впиваясь в меня своим цепким взглядом.

— Объясни, о чём ты, — прошипел, удерживая руку девушки в своем крепком захвате. — Только учти — если ты солжешь мне, то будет плохо, — дернул за руку, притягивая к себе ближе. — Очень плохо, Алина.

— Твоя ненаглядная серая мышь замужем, лично видела штамп в паспорте.

Её слова лишили меня почвы под ногами, и я медленно разжал пальцы, выпуская руку девушки. Она лжет, этого не может быть. Ксения бы никогда не скрыла от меня, что у неё есть муж. Особенно после вчерашнего.

Сам не заметил, как пальцы другой руки разжались, и чашка упала на асфальт, разлетаясь на две практически равные части.

— Убирайся отсюда, — прорычал, готовый разорвать девушку, если она не сдвинется с места.

— Кто бы мог подумать, — Алина все также светилась, посылая мне напоследок очередную ехидную улыбку. — Только знай, Никита, я тебе этого не прощу.

Резко развернулась, и ее каблуки застучали по асфальту. А я так ничего не ответил — не с бабой же воевать, в самом-то деле. И угрожать сейчас этой дуре нет смысла — если она мне соврала, то пощады не будет.

Практически бегом я залетел в отель, на ходу бросив:

— Меня не ждите.

В кабинете нашел ключи от автомобиля, и снова, как метеор, пронесся мимо персонала, который замер с круглыми глазами, наблюдая моё шествие.

Дорога до дома казалась бесконечной. Неприятные мысли то и дело посещали мою многострадальную голову, а в висках бились слова Алины, отдавая набатом прямо в сердце:

“Твоя ненаглядная серая мышь замужем”!

Она замужем! Этого не может быть! Я никогда не связывался с замужними женщинами, так как семья для меня — это святое. Неважно, какие проблемы существуют между супругами, но у них семья. И только они могут решить свои проблемы, не впутывая сюда временных или постоянных любовников, родственников или друзей. Пусть кто-то другой разбиваем эти самые семьи, но только не я.

Все эти невеселые мысли проносились в голове со скоростью света, а я сильнее жал на педаль газа. Почему я ни разу не спросил, кто отец Сони и где он сейчас находится? И почему Ксения сама не рассказала, что происходит на самом деле?

Теперь мне становились понятными и ее всплески эмоций, когда я купил ей купальник, и ее нежелание мне доверять, а также страх в женских глазах при виде мужского интереса к ней.

Замужем! Я все еще надеялся, что Алина солгала, и нет никакого мужа. Точнее, он был, но они в разводе. Или в принципе куда-то исчез — умер или пропал без вести. Но только не официальный статус законной супруги.

Автомобиль бросил во дворе и пулей влетел в дом. Ксения подтанцовывала какой-то попсовой мелодии, которая лилась из телевизора. Девушка, как понимал, готовила обед, но мне в тот момент было все равно.

Взял пульт со стола и выключил звук. Ксюша резко повернулась в мою сторону, и на её лице расцвела улыбка.

— Привет, — она отложила нож и сделала пару шагов в мою сторону, но под моим грозным взглядом остановилась. — Что-то случилось? — на её лице отобразилось удивление.

— Паспорт покажи, — я произнес два слова, а сердце начало колотиться сильнее.

Удар, второй, пятый, десятый… Так быстро, что даже секундная стрелка не успевала за этими чёртовыми ударами.

— Зачем? — голос девушки дрогнул, а я мысленно застонал.

— Принеси свой паспорт, хочу взглянуть, — произнес, чуть ли не по слогам.

Её глаза забегали, а у меня в груди защемило. Так сильно, что дышать становилось труднее. Еще и сердце пропускало удар за ударом — в висках пульсировало, челюсти сжимались, и не хватало кислорода.

— Никита, — довольно резко произнесла девушка, но я не дал ей закончить мысль:

— Так сложно показать паспорт? — поднял обе брови вверх и уставился на ее изумленное лицо.

Видно было, как бьется жилка на женской шее, глаза все также продолжали бегать, а руки сжимались в кулаки. Она посмотрела на меня исподлобья, вскинула подбородок и молча вышла из кухни.

А я мысленно начал считать секунды до ее возвращения. Главное, не делать поспешных выводов, а также держать себя в руках, чтобы не наговорить лишнего. Потом буду жалеть, а сейчас…

— Вот, — Ксения вывели меня из раздумий, протягивая красную книжечку, которую я взял из ее рук, не сводя с девушки взгляда.

Кудряшова Ксения Викторовна — это я и так знал, проверив её данные по компьютеру. Место рождения, адрес прописки и штамп. Она замужем за Кудряшовым А. Р. Твою ж…

— Почему не сказала раньше? — боковым зрением я видел, что девушка замерла, когда мои пальцы перевернули несколько страниц, дойдя до нужной.

— Это так важно? — как ни странно, её голос не дрожал, а взгляд прожигал.

— Для меня — да, — чуть ли не прокричал в ответ. — Я не встречаюсь с замужними женщинами, — швырнул ее паспорт на стол и провел рукой по волосам. — Где сейчас твой муж и почему ты так далеко от дома? — немного сбавил обороты, чтобы сильно не давить на Ксению.

Она молчала. Просто смотрела мне в глаза и не произносила ни звука.

А я ждал. Её правдивого ответа, каким бы он ни был.

— Так получилось, — два слова, после чего девушка повернулась ко мне спиной и отошла к окну.

— То есть правду рассказать ты мне не хочешь? — проговорил довольно грозно, но Ксения только обхватила себя руками, продолжая показывать мне свою спину. — Я так понимаю, — продолжал давить на нее, пытаясь узнать хоть что-то, — есть причины мне не доверять. Хотелось бы узнать о них подробнее.

— Дело не в тебе, — она медленно повернулась ко мне лицом. — И я тебе доверяю, но рассказать всего не могу.

— Почему? — моё терпение лопалось как мыльный пузырь, и сдерживаться не получалось, хоть я пытался до последнего. — Я тебя чем-то обидел?

— Нет, — её спокойствие выводило из себя сильнее, чем, если бы она кричала и обвиняла меня во всех смертных грехах.

— Тогда что не так, чёрт возьми? — еще немного, и я взорвусь окончательно, если она не прекратит молчать.

— Послушай, Никита, — девушка тяжело вздохнула, после чего продолжила своим спокойным тоном: — Повторяю еще раз, чтобы ты себе не напридумывал небылиц. Дело не в тебе, а в обстоятельствах, в которые я попала. Так получилось, и здесь никто не виноват. Мой муж, — она сделала паузу, — рано или поздно меня найдет. И я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, если ты будешь рядом.

— Ты говоришь какими-то загадками…

— Зачем тебе лезть в это дерьмо? — её голос сорвался.

Ксения дышала часто, глаза горели, и взгляд не предвещал ничего хорошего. И я понял, что она не расскажет. Просто потому, что не захочет меня втягивать в свою историю. В тот момент я не знал, стоит ли дальше на неё давить и лезть в то самое дерьмо, о котором она меня предупреждала. Со своими бы проблемами разобраться, хотя и нахождение девушки рядом со мной слишком опасно, так как я еще не до конца разобрался в ситуации с Джеком.

И я решился. Думал, что это единственное правильное решение в тот момент.

— Хорошо, будь по-твоему, — достал из кармана кошелек, вынул оттуда всю наличность и положил на стол. — Это вам на первое время, надеюсь, что хватит. Могу снять еще в банкомате, если надо…

— Не стоит, — перебила меня Ксения и снова отвернулась к окну.

— Сегодня останусь в отеле, — я продолжал сканировать её спину. — Так что дом в вашем распоряжении.

И пока она не начала возражать, просто вышел из кухни.

На улице голову сдавило железным обручем. На секунду остановился возле автомобиля, наблюдая, как Сонька бегает за мячиком по траве, после чего открыл водительскую дверь. Еле выдержал этот неприятный разговор, еще одних голубых глаз выдержать сегодня я просто не в состоянии.

Нажал на педаль газа и резко вырулил со двора.

В кабинете налил себе в стакан коньяка и выпил залпом. Спиртное обожгло горло, но легче все равно не становилось. Голова раскалывалась, сердце давило, и не хватало кислорода. Все мысли, как поступить дальше, просто пропали из головы.

Уверен, что Ксения не покинет наш город в ближайшее время, а значит надо просто подождать. Возможно, через пару дней мы оба остынем, подумаем и сможем нормально поговорить, потому что строить отношения на недоверии и недоговоренности нельзя. А с этой женщиной мне хотелось быть всегда рядом, и всплеск ненужных эмоций приведет только к скандалу, и уж никак не к доверительной беседе.

Поставил бутылку назад в мини-бар, уселся на кресло и закрыл глаза, откинувшись на спинку. Только сейчас понял, как я устал.

Ксения

— Я считаю, тебе надо было всё рассказать Никите, — произносит Катя, сделав глоток чая. — Он хороший мужик, причем со связями. В твоем положении надо использовать любую возможность.

— Кать, как же ты не понимаешь, — я вздохнула, провела рукой по лицу и отвернулась к открытому настежь кухонному окну.

Вечерний ветерок трепал занавески, нежно ласкал кожу лица и заносил кислород в крошечную комнату, где мы с Катей пили чай. Смена моей подруги уже закончилась, а мы с Сонькой приехали полчаса назад, как раз столкнувшись с Катериной возле порога ее небольшой съемной однокомнатной квартиры.

После разговора с Никитой сегодня днем я не могла больше оставаться в его доме. На меня давило прошлое, которое не хотело отпускать. И как выйти из сложившейся ситуации, я не знала.

Конечно же, мне нравился Никита, и именно поэтому впутывать его в свои неприятности не хотелось. А то, что все мои проблемы вскоре удвоятся, как только муж найдет нас с Сонькой, даже не сомневалась.

Я не могла рассказать всего даже подруге, а уж тем более постороннему, по сути, мужчине, так как прекрасно понимала — это мои проблемы, и желающих их решить не так уж и много. Точнее, таковых не найдется, как только все узнают правду, что из себя представляет мой муж. Как бы мне не нравился Никита, я не верила в то, что он кинется “воевать” за меня. Да и ни к чему его впутывать.

— Просто рассказать ты же можешь? — не унималась Катерина, выводя меня из состояния задумчивости. — Согласна, что первого встречного не стоит впутывать в чужие неприятности, но если он сам захочет помочь, стоит ли отказываться?

— Ты сама хоть веришь в то, что говоришь? — я усмехнулась и повернулась лицом к подруге, оперевшись о подоконник. — Кать, рыцари в наше время перевелись, уж поверь. Никому не захочется копаться в чужом дерьме, к тому же — очень опасном дерьме.

— Мне-то хоть расскажи, что случилось? Знаю только, что от мужа прячешься, — девушка посмотрела мне пристально в глаза. — Вопрос — почему из дома сбежала?

— Потому что всему есть предел, — ответила, не отводя взгляда. — И если бы осталась, он, возможно, покалечил бы не только меня, но и дочь. Я долго терпела его плохое настроение, игнор, даже удары по лицу, когда он сильно напивался и орал, что нас ненавидит. Но когда он поднял руку на Соньку, — я замолчала, в голове прокручивая эту сцену.

Даже спустя время меня бросало в дрожь от воспоминаний. Я должна была остановить Сашу раньше, только до сих пор не знала, как. Но вины с себя за случившееся не снимала, потому что я единственная несла ответственность за ребенка. Своего ребенка.

— Нифига себе, — глаза Катерины округлились. — Ну, а на развод подать не пробовала?

— Ты сама хоть поняла, что сейчас сказала, — я горько усмехнулась. — У него деньги, связи, да он бы забрал у меня дочь и вышвырнул бы на улицу, даже имени не спросив. Кому я нужна, сирота казанская? Кто, скажи на милость, за меня заступится?

— Никита, — девушка кивнула головой.

— Ага, осталось только Никиту сюда впутать для полного счастья, — тяжело вздохнула. — К тому же, Саша требовал с меня какие-то документы, которые якобы остались после отца. Только я понятия не имею, о чём он речь ведет. И, — сделала паузу, — как понимаю, мой муженек не успокоится, пока не найдет эти проклятые документы.

— Да, дела, — Катя побарабанила пальцами по столу. — Что думаешь делать дальше?

Хороший вопрос, а главное, вовремя. Самой бы знать наверняка, что делать и куда бежать.

— Пока не знаю, — в очередной раз тяжело вздохнула. — Всё слишком сумбурно в моей в жизни в последнее время, что мне надо хотя бы пару дней отдохнуть и собраться с мыслями. И, пожалуйста, не говори Никите, где я, если он будет спрашивать. Я, правда, не злюсь на него. Наоборот, очень благодарна, — и уже тише добавила: — За всё.

— Ладно, подруга, — Катя встала со своего места. — Давай спать, как говорится, утро вечера мудренее. Вот с утра и подумаем. Я два дня на работе буду пропадать, послезавтра могу даже ночевать не прийти, так как в отеле мероприятие. Квартира в вашем распоряжении, а потом мы подумаем.

— Спасибо тебе, дорогая, — я обняла Катерину, после чего она отправилась в душ.

Я зашла в комнату и остановилась возле раскладного кресла, где тихо посапывала Сонька. Она сегодня очень расстроилась, когда узнала, что мы переезжаем и больше не будем жить вместе с её любимым Фокусником.

— Это всё из-за меня, мам? — тихо спросила девочка, когда мы уже стояли на пороге вместе с сумкой.

— Что ты, милая, — я присела на корточки и обняла дочь. — Просто, — сделала паузу, так как сложно объяснить пятилетнему ребенку истинную причину переезда, — мы временно поживем у Кати.

— А Фокусник? — не унималась Соня. — Он еще к нам приедет?

— Надеюсь, — ушла я от ответа, встала в полный рост и взяла девочку за руку.

И вот теперь она свернулась калачиком и мирно спала, обняв своего любимого плюшевого медведя. Единственную игрушку, с которой никогда не расставалась. Да и другие таскать с собой не получалось, так как они занимали слишком много места.

Я застелила диван, на котором мы собирались спать вместе с Катей, и первой улеглась с края, чтобы в случае, если Соня вдруг проснется среди ночи, то быстренько вскочить и не разбудить Катерину.

— И все-таки я бы рассказала Никите правду, — прошептала подруга, отворачиваясь к стене. — Доброй ночи.

— И тебе, — тяжело вздохнула, а уже через десять минут провалилась в глубокий сон без сновидений.