Эпилог

Нажав на кнопку Лёвиного этажа, я поднялась к мужу и с удивлением обнаружила пустую приемную, что было довольно странно, учитывая разгар рабочего дня.

Мы с мужем сразу решили разделять личное от работы, таким образом выбрав разные отделы в компании наших отцов, которые, передав все дела нам с мужем, наконец отошли на покой, решив насладиться годами своего труда.

– Лев Багирович, надеюсь, вы остались довольны моей вчерашней работой? – услышала я, подойдя к двери, и тут же напряглась. Кто говорит таким тоном с начальством? И что это за работа такая, что надо говорить о ней с придыханием?

– Спасибо, Света, всё, как всегда, было на высоте, – насторожил меня еще больше ответ мужа, и я, предчувствуя близкую истерику, распахнула дверь, сама не зная, что именно пытаюсь обнаружить.

– Тая? – удивился моей порывистости муж, к счастью, не занимающийся ничем предосудительным. Лёва сидел на своем месте, в то время как его новенькая секретарша, слишком хорошенькая, на мой взгляд, что-то записывала в телефон, сидя напротив него.

– Простите, не рассчитала силы, – извинилась я, злясь на собственную подозрительность. Что-то я в последнее время стала сама не своя, а виной всему подслушанный в женском туалете разговор. Несколько сотрудниц обсуждали сексуальность моего мужа, говоря о том, что были бы не против того, чтобы он проявил к ним некоторое особое внимание, а на вопрос о наличии жены одна имела наглость заявить, что жена не стена и ее вполне можно отодвинуть на пути к роскошному телу Льва Багировича.

К Телу Моего Лёвы!

И я еще считала, что давно переросла свою ревность, к тридцати-то годам! Как оказалось, ни черта я не переросла.

– Что случилось? – удивился Лёва, подходя ко мне после ухода секретарши из кабинета.

– А ты что, мне не рад? Не могу просто так к собственному мужу прийти? – ответила я резко и язвительно, на что он нахмурился.

– Почему ты сразу нападаешь? Ты стала какой-то агрессивной в последнее время.

– Ничего страшного! У тебя есть с кем миловаться, – сжала я кулаки. – Твоя же секретарша милая?

– Так, пойдем-ка вместе пообедаем, – кивнул он каким-то своим мыслям и решительно вывел меня из кабинета, секретаршу даже вниманием не удостоил и ничего ей не сказал. Я четко чеканила шаг, идя с прямой спиной в сторону выхода из офиса.

Не хотела, чтобы на нас пялились наши сотрудники, пойдут всякие разные сплетни, поговорим тихо в нашем любимом кафе, в котором мы частенько обедаем. Мы сделали заказ, но есть не стали, просто смотрели друг на друга, ожидая, когда кто-то первым начнет разговор.

– Ну что? – вздохнул Лёва, сложив руки перед собой. – Что опять случилось?

– Что значит опять? – передернула я плечами. Такое начало мне не понравилось, оно не обнадеживало.

– У тебя в последнее время гадкое настроение, просто невозможно договориться.

– А ты пробовал договориться? Пробовал спросить, что со мной происходит?

– Я понимаю, что сейчас сильно занят, но я стараюсь уделить тебе всё время, которое у меня есть, – миролюбиво заметил Лёва, с которым просто невозможно было поругаться, за все эти годы я не помню никаких крупных ссор, он всегда умел найти ко мне подход, а инициатором споров, к сожалению, всегда была я, не в силах победить свой характер.

С возрастом я, конечно, стала более спокойной и мирилась первой, прекрасно осознавая свою вину. Но в последнее время эти вспышки гнева были неконтролируемыми, я сама не понимала, что со мной творится, раздражало буквально всё!

– Мне не нравится твоя секретарша, она слишком молодая и красивая, – объявила я суть своих претензий.

– Красивая? – удивился он. – Знаешь, я даже не заметил. Выбирал ее не я, а отдел персонала, у нее отличное знание иностранных языков, она жила за границей, поэтому свободно говорит на двух языках.

– Не надо мне ее тут расхваливать, я уже поняла, что это просто кладезь профессиональных качеств, настоящий самородок, а не секретарша!

– Булочка… – Лёва вздохнул, он по-прежнему называл меня прозвищем, которое из нелюбимого стало самым лучшим и чем-то очень личным. – Разве дело в ней?

– Почему же не в ней? Все сотрудницы этого офиса мечтают видеть тебя в своей постели. Я сама слышала! – с обидой заявила я.

– Я не могу быть настолько привлекательным, – не поверил Лёва.

– А ты в зеркало себя видел? – спросила я в ответ, думая о том, что мой муж за эти годы стал еще более красивым и мужественным. Возраст ему явно шел.

– Какая разница, что там мне показывает зеркало и что говорят эти женщины? Я вообще о них не думаю. Я люблю только тебя.

– Как ты можешь любить меня, если я не могу дать тебе самого главного? – заплакала я, прикрыв ладонями лицо.

– Ты о чем это? – поразился Лёва, тут же пересаживаясь ко мне, обнимая и заставляя посмотреть ему в глаза. – О чем ты говоришь?

– Я про ребенка, – всхлипывая, жаловалась я, – у нас так долго не получается, мы перепробовали все способы, но забеременеть не выходит, я бесплодная, это я виновата. Когда-нибудь ты бросишь меня, чтобы иметь собственного ребенка.

– Боже мой! Я поражаюсь, вроде взрослая женщина, а какие глупые мысли приходят к тебе в голову, – всплеснул Лёва руками, отстраняясь, – я ни за что тебя не брошу. Да, я хочу ребенка, но хочу его от тебя, глупая ты женщина! Ты так говоришь, как будто нам по сто лет! – нахмурился муж.

– Нам по тридцать, Лёва! Пусть не сто…

– Ты важнее для меня, Тая! Сколько раз мне тебе это повторять? Мне не нужны дети без тебя! Зачем ты забиваешь себе голову? Неужели не видишь, что все наши проблемы вовсе не из-за детей, а из-за твоих переживаний и неуверенности, хотя бог знает, откуда она вообще взялась!

Я промолчала, не зная, что сказать и как объяснить то, что происходит внутри меня. Мама говорила то же, что и Лёва, но страх и разочарование преследовали меня, делая истеричной.

– Малыш, ну что мне сделать? – начал Лёва ласково, скользя губами по моей шее. – Меня просто убивает, когда ты в таком состоянии…

– Обними меня, Лёв… – всхлипнула я, тянясь к мужу. – Обними и никогда не отпускай…

Лев

– Я сделала что-то не так, Лев Багирович? – спросила Света чуть ли не со слезами на глазах. Она была идеальной секретаршей, но спокойствие жены мне было важнее. Пусть кто-то назвал бы меня подкаблучником за решение перевести ее в другой отдел, но если моя жена несчастлива, то и мне не видать покоя.

– Дело не в тебе, Света, просто, видя твою работу, я решил тебя повысить, – слукавил я, чтобы не обидеть девушку. К ее чести, она ни разу не предприняла попытки перевести наши отношения из рабочих в личные, чем мне и нравилась, но, как бы жаль ни было, проститься с ней всё же пришлось.

***

– Вы какие-то странные, дети, – говорил отец за нашим субботним традиционным ужином, который мы устраивали каждый месяц. – Тая, ты почему ничего не ешь?

– Чувствую себя неважно, – вздохнула жена. – Видимо, съела что-то не то.

– Может, таблетку дать, дочка? – тут же всполошилась тетя Даша.

– Нет, мам, я уже выпила, – улыбнулась ей Тая. – Лучше расскажите, как отдохнули. Дети вас не замучили?

Наши родители только вернулись из поездки, которую устроили, поехав в горы, взяв с собой многочисленных внуков. Это тоже давило на Таю. Все наши братья и сестры уже завели детей, хотя женились позже нас.

– Замучили, – рассмеялась мама. – Но без них было бы не так весело.

– Местечко было потрясающим! Нам надо поехать туда всем вместе, – добавил дядя Максим.

Так мы и провели вечер, разговаривая и строя планы на ближайший отпуск.

– Так странно, – сказала Тая позже, когда, решив заночевать у родителей, мы устроились в моей спальне. – Сейчас, вспоминая наше детство, я понимаю, что никогда не ожидала того, как сложится наша жизнь.

– Представляла на месте своего мужа какого-нибудь крутого рэпера? – раздевшись, скользнул я к ней на простыни.

– Ага, – поддразнила она меня, устраиваясь подо мной удобнее и запуская ручки мне в волосы. – Правда, знай я, что мой лучший друг превратится в такого сексуального мужчину, представляла бы его.

– Вот как? – усмехнулся я, отодвигая распущенные волосы и целуя ее в шею. – Мой отец единственный, кто предвидел такой конец наших отношений…

– Ой! – неожиданно начала отталкивать она меня, срываясь с кровати, стоило мне слезть с нее.

– Что такое?! – не понял я, несясь за ней следом в ванную, где ее уже вовсю рвало. – Ну всё, я звоню в скорую! Тебя уже второй день выворачивает! – прорычал я, садясь на корточки и собирая ее волосы.

– Это какой-то кошмар, – простонала она.

Тая

– Последствия отравления не длятся так долго, да еще и потом, после того как вырвет, я чувствую себя нормально.

– Мне кажется, твоя грудь стала больше, – заметил он, косясь на нее. Я тоже потрогала грудь, не в силах отрицать, что Лёва прав. Но природное упрямство не позволило признать его правоту вслух. Скорее всего, я просто поправилась.

– Очень существенное замечание! – разозлилась я на его неуместные слова, протискиваясь в дверной проем ванной и плюхаясь на диван с закрытыми глазами.

– А календарь месячных ты ведешь? Когда были последние? – допытывался он мягким голосом, который сочился заботой.

– Зачем мне записывать их, если от них ничего не зависит? – обиделась я на то, что он давит на больную мозоль, и села прямо. – К чему ты клонишь, Лёв? – начала я догадываться о направлении его мыслей.

– Ты не думаешь, что можешь быть беременна? Отсутствие менструации, набухшая грудь, тошнота, перепады настроения.

– В общем-то, обычный набор любой женщины, – фыркнула я. – У нас постоянно происходят какие-то процессы, необязательно сразу связывать их с беременностью, – убеждала я больше себя, чем его, не желая подавать нам ложные надежды. Слишком больно было бы сталкиваться с реальностью, в которой у нас никак не получалось завести ребенка.

– И все-таки я съезжу за тестом, – решил Лёва, не обращая внимания на мой скептический настрой. – Я быстро. Если хочешь, чтобы я привез тебе что-то экзотическое, то самое время попросить это.

Закатив глаза, я всем видом показала, что думаю о его предложении, и легла на бок, чтобы предаться невеселым мыслям. Вряд ли я беременна. Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой.

***

Лёва привез целую кучу разных тестов, выложив их на тумбочку и направляя меня в ванную.

– Думаю, ты знаешь, что делать. Я взял самые лучшие в аптеке, – рассказывал он с горящими глазами. – Посоветовали сделать несколько для верности результата.

– А если я не хочу в туалет? – оттягивала я момент истины как могла, но всё же поплелась выполнять простую процедуру. В успех я не верила от слова совсем, поэтому даже не смотрела результат теста, просто сделав всё необходимое, выйдя из ванной и положив перед мужем пластиковые тесты. Даже смотреть не буду! Зачем тратить нервы и снова расстраиваться? Месячных действительно долго не было, да и эта постоянная беспричинная тошнота… Но это сто процентов какой-то сбой в организме.

– Булочка, смотри, тут две полоски! И на этом тесте тоже! – затряс он ими перед моим лицом.

– Да ну! – не поверила я и выхватила из рук мужа пластик. – Ты меня разыгрываешь! – возмутилась я, в неверии глядя на ярко-красные полоски, две штуки. Две, а не одна!

– Я так и знал! – засиял Лёва, хватая меня в охапку и начиная кружить на месте. – Знал, что всё получится и перепады настроения не просто так!

– Дурацкие полоски на тесте еще ничего не значат, – стараясь не вопить от восторга, спокойно сказала я. – Рано еще радоваться. Пока я не увижу точку на экране УЗИ, ни за что не поверю в то, что беременна.

Лев

В том, что моя любимая Булочка беременна, я даже не сомневался. Все признаки были налицо, не говоря о нескольких тестах, которые красноречиво демонстрировали две отчетливые полоски. Всё сразу же встало на места. Я понял причину, по которой моя присмиревшая за эти годы жена снова стала бешеной вредной фурией, да еще и жутко ревнивой.

При этом я не давал никакого повода, с самых юных лет прикипел к этой взбалмошной девчонке и не мог представить никого другого на ее месте, даже в сторону не смотрел никогда, считая себя самым счастливым человеком на свете. Отсутствие детей, конечно же, омрачало нашу жизнь. Я так хотел подержать на руках нашего ребенка, увидеть наше с Булочкой продолжение, просто пока не получалось, я не видел в этом никакой трагедии, рано еще было отчаиваться. Но моя любимая паникерша решила, что мы обречены.

С каким же удовольствием и ощущением собственной правоты я вез ее сейчас в поликлинику, чтобы пройти осмотр и сделать УЗИ, в результатах которого я не сомневался.

– Всё будет хорошо, – увещевал я трясущуюся от нервов Булочку перед входом в кабинет гинеколога. Конечно же, внутрь не вошёл, ждал за дверью, а вот когда Тая вышла из него с какими-то бумагами в руках, мы вместе направились в кабинет УЗИ.

– Я не переживу, если это ошибка! – прижалась она ко мне, выглядя так трогательно в своем страхе, что я стал переживать вместе с ней.

– Успокойся, что бы то ни было, мы вместе это переживем, но давай сначала пойдем и сделаем УЗИ.

В кабинете с тусклым освещением Булочка легла на кушетку и оголила живот. Врач выдавила ей на него прозрачный гель и сразу же приставила к коже датчик, начав размазывать гель и глядеть в маленький черно-белый экран. Что она там различает? Сплошные же черно-белые непонятные кляксы.

– Беременность. Срок одиннадцать недель. Вижу плодное яйцо. А вот и второе! – обрушила на нас новость доктор.

Одиннадцать недель?! Два яйца?

Мы с Булочкой просто молчали, словно онемели, не зная, как реагировать. Не успели привыкнуть к мысли, что она беременна, а тут уже два ребенка.

– Не может быть! – первой отошла от шока Булочка. – Но как?!

– А вы у мужа спросите, – добродушно пошутила доктор. – У вас двойня. Поздравляю!

– А можно уже узнать пол ре… детей? – вне себя от счастья, поинтересовался я у доктора.

– Рановато пока, – улыбнулась она, понимающе глядя на нас. Думаю, любой бы догадался, насколько для нас желанны эти дети. – Но можно послушать сердцебиение, – обрадовала она нас и нажала какие-то кнопки, после чего в кабинете раздались хорошо слышные двойные удары маленьких сердечек. Сердца наших малышей бились, и мы их слышали, видя на экране неясные тени, которые будут расти с каждым днем.

– Лёв, это правда? – с придыханием спросила Булочка, слезы застилали глаза, пальцы дрожали, она настолько не могла поверить, что цеплялась за меня, как утопающий за соломинку, желая получить поддержку. – Это мне не снится?

– Нет, родная. Я был прав – ты беременна. А за долгое ожидание мы получили компенсацию. Не один, а сразу два ребенка. Один – тебе. А другой – мне.

– Детей еще нет, их еще родить надо, – потупила она взгляд, глядя на свой живот, – я их даже еще не чувствую. А с ними точно всё в порядке? – перепугавшись, бросила она взгляд на врача.

– Будем наблюдать. Многоплодная беременность всегда находится под усиленным контролем врачей. А вы, главное, не нервничайте. Выдыхайте. Папочка, проследите за своей нервной мамочкой, – улыбнулась она, вставая, подавая Булочке салфетку, чтобы та вытерла живот, и уходя за ширму, давая нам возможность поговорить наедине.

– Вот видишь, мне доверили заботу о тебе. Я прослежу, чтобы ты не нервничала и следила за своим здоровьем, сном и питанием. Составим меню, график, обязательно узнаем, какие нужны витамины, – взялся я за дело, намереваясь проследить за каждым моментом этой беременности и ничего не упустить из виду.

– Ну, начинается! – по-доброму пожурила меня Булочка. – У правильного папочки только правильная беременность и правильные детки. А мне можно рядом постоять?

– А что? – улыбнулся я. – Тут надо подходить со всей ответственностью.

– Которой у тебя за двоих! – ответила она мне улыбкой и кинулась обниматься, вереща от радости, чем меня оглушила. Хоть и будущая мамочка, в чем-то эта девчонка осталась моей сумасшедшей, но самой любимой Булочкой.