Глава 14

— Маргарита, — Екатерина со сдержанной улыбкой подплыла ко мне, — можно вас на пару слов?

Голос у неё оказался низкий, терпкий, как дорогое вино. Я невольно почувствовала себя этаким кузнечиком в стане прекрасных бабочек. И "вас" от дворянки. Какое интригующее начало.

— Я хотела извиниться за столь безобразный инцидент с Ани. Моя служанка имела неосторожность упомянуть, что видела вас с императором, а девушки раздули из этого ужасную сплетню! Теперь я кажусь себе немного виноватой. Надеюсь, вы не держите зла, Маргарита?

Ого, а невесты у Дана не промах. Сделали выводы. Интересно только, какие именно?..

— Всё в порядке, — кивнула я и машинально прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Судя по расположению комнат, её окна как раз на беседку выходили. Увидела нас с Элизабет и рванула в сад? Или совпадение?..

— Я слышала, вы являетесь фрейлиной её высочества. Я имела честь с ней познакомиться. Княжна произвела на меня впечатление, она очень умна и прелестна. Как её здоровье?

Я вдруг ощутила суровый такой укол совести. Олли. За всеми этими событиями я совсем забыла о своей подопечной. А ведь обещала писать каждый день. Чёрт! Сегодня же засяду за письмо!

Стыд ожёг щёки. Обязательно!

— Благодарю вас, в добром здравии, — улыбнулась я. Конечно, про княжну было сказано "к слову", но на душе всё равно потеплело.

— При дворе вы сыскали славу настоящей кудесницы, так легко поладив с княжной. К сожалению, у меня тоже есть проблемы в общении с любимой младшей сестрёнкой. Маргарита, могу я пригласить вас на чашку кофе и испросить совета? — она говорила, словно плела невидимое кружево. Я даже не поняла, как согласилась! Вот это уже уровень… дворянки и леди!

— Спасибо, Маргарита! А сейчас я вынуждена откланяться…

Невеста слегка наклонила голову в знак прощания и направилась к двери, а меня будто током дёрнуло!

— Екатерина, постойте! Можно вопрос? Сегодня за вашим завтраком ничего странного не случилось?

Она картинно нахмурилась.

— Вроде бы нет. Разве что невежда-посыльный толкнул лакея, когда тот уносил чашки. Такой был грохот, вы не представляете! Даже из тайной канцелярии прибегали. А что?

Отрицательно помотала головой. Так… для галочки.

И только после её ухода я осознала, что безнадёжно потеряла мысль. Кажется, хотела найти покои выбывшей Мирославы… Зачем? Что в покоях показалось мне важным? Господи, Марго, ты вместе с беременностью словила ранний склероз.

Надо бы вообще узнать побольше о невестах. Кстати, их осталось всего… пять? Екатерина, Элизабет, канарейка-Ростислава, самоуверенная Натали и тёзка знаменитой фаворитки, загадочная Александра. Царские невесты. Элита из элит.

Пожалуй, первые две соответствовали. Пока, по крайней мере. Но сбрасывать со счетов Натали, прущую как танк, и Александру я бы тоже не стала. Ростислава же… в этой компании она осталась наиболее слабым звеном. И мне внезапно подумалось, что следующей из игры выйдет именно она.

Вопрос лишь один — замешаны ли заговорщики? Или это грязная игра аристократии, в надежде получить заветный приз? Если первый вариант — Ростислава вполне могла задержаться на смотринах. Но особой влиятельностью её семья, как семьи Ани и Мирославы, не отличалась.

И что у нас в итоге? Ровным счётом ничего.

Расслабилась, Марго. В столице о каждой интриге знала, а сейчас распустилась! Размякла рядом с Даном, на море-то и свежем воздухе!

— Маргарита! — звонкий голос пажа выдернул из омута мыслей: — Вас желает видеть Их Сиятельство, княжна Темновская!

Княжну я застала за рабочим столом. Подогнув под себя ногу, она старательно изучала толстенный фолиант, попутно делая записи на бумаге. На меня Косса даже не взглянула.

— Марго, подожди минут пять — я дочитаю. Распорядись пока насчёт чая.

Себе я выбрала зелёный с мёдом, успокаивающий, а Косса потребовала каркадэ. Я удивлённо выгнула бровь — всё-таки красный чай был редкостью в империи. Но судя по ледяному спокойствию прислужницы, просьба княжны ей не в новинку.

Однако ж, какая-то часть меня усиленно намекала, что Косса больше пользуется своим положением, нежели капризничает. Хотя откуда мне… Э, ладно!

Тем более, что с "изменой" Мистислава она и вправду дала маху. С другой стороны, я бы тоже взорвалась, особенно будучи беременной.

— Я почитала про духов памяти, — Косса забрала свои записи и подсела ко мне на диван, — братец подсказал, что искать, а в Шах-Ашен перевезли обширный архив из столичной библиотеки. Правда, пришлось ещё и историю Шах-Ашенского княжества запрашивать. В общем, любопытная картина получается!

Она замолчала, с удовольствием принюхиваясь к чаю. Я же только вздохнула. Ради меня поднять такую суету… Нет, хозяин — барин, конечно, но стало приятно. Я привыкла, что забочусь об Олли, о фрейлинах — совсем молоденьких девочках, а о самой себе — ну, в последнюю очередь. Невест я интересовала в конкретно-корыстных целях, а княжне от меня никакого толку. И всё равно заморочилась.

— Дух памяти — это один из высших созданий мира Нави. Его невозможно уничтожить или остановить, пока он не выполнит свою миссию, — начала она как по учебнику. Я не выдержала, разулыбалась: — То есть, твоя Мира не сможет уйти, пока мы не разберёмся, что ей нужно. Потом немаловажный фактор — кровная привязка. Если я правильно поняла, то Мира должна быть очень близкой родственницей твоего предка. Буквально дочь, мама, сестра, бабушка или тётя, на крайний случай. Она привязана к тебе, значит, он дух памяти именно твоего рода.

— Что? — я наконец в полной мере вернулась в реальность. Стоп. Это невозможно! Мы с Мирой элементарно из разных миров.

Но княжна продолжала развивать мысль:

— Если учитывать возраст духа, твоя далёкая пра-бабка была либо сестрой Миры, либо её матерью! А знаешь что ещё интересно, — она постучала пальцем по чашке, — дух памяти появлялся только в сильных языческих родах, когда, как всем известно, род обречён на вымирание. Записи о семье князя Шах-Ашенского, увы, не сохранились, но остались архивы переговоров в имперском архиве и данные разведчиков. Так вот — у князя Шах-Ашенского был старший сын, младшая дочь и девочка-бастард. Младшую звали Миранда, а незаконорожденную — Анна. Тела княжеской семьи были найдены и сожжены. Практически все. А Анна исчезла, словно её никогда не было.

Наверное, я заметно вздрогнула, потому что взгляд княжны на миг стал цепким. Анна. Девочка-сирота, ставшая блистательной фрейлиной российского императорского двора. Кажется, во времена Александра Первого. Красавица Анна вышла замуж за графа по любви и считалась… этакой основательницей нашего рода. Который, впрочем, перед Первой Мировой войной успешно разорился и по этой причине не попал под красную волну. От семейного наследия остались только предания, но да — происхождение у меня было что ни на есть благородное.

Что несказанно веселило, когда я стала фрейлиной при княжне Ольге. Как пошутила бы мама: "Верной дорогой идёте, товарищ".

Но может, просто совпадение?..

— Понимаешь, Марго?.. — язычница лукаво улыбнулась: — Возможно, ты потомок чудом выжившей Анны, а Мира — дух памяти Миранды, княжны Шах-Ашенской! А после твоего видения я почти не сомневаюсь в этом. Миранда показала тебе миг своей смерти!

— Не факт, — мрачно вклинилась я, — когда Империя напала, погибли тысячи людей. Мира могла быть самой заурядной девчонкой.

Косса поглядела на меня скептически.

— Заурядность и сильный языческий род плохо сочетаются друг с другом, Марго. Особенно учитывая наши порядки. Кстати… А что за искры я видела в тронном зале, когда напали на Дана? Ты же не язычница и не отданная Великому Богу. Откуда?

Если бы я знала, откуда… Тимир сказал, что без кольца силы — татуировки на запястье — творить магию невозможно. Это особый оттиск, который не спрятать и не подделать. У меня татуировки никогда не было, но…

Что если Анна действительно родилась в другом мире?.. Дочка сильнейшего князя! А вдруг мои искры — это наследие её силы? Ведь по сути, наш род не прерывался, и я являюсь прямым потомком основательницы. Тогда слова Миры о балансе имеют смысл — сила бога Перуна, сила молний, стояла наравне с огнём Сварога и холодной магией Мары. Возвращение Шах-Ашенского рода капитально изменит расположение сил. Дану проще прикопать меня в кустах, чем получить очередной хаос в языческой братии.

Мать моя женщина!

Спокойно, Марго, спокойно. Ты не язычница. У тебя нет кольца силы, но есть искры. Откуда, блин, искры?!

— Надо поймать Миру, — задумчиво произнесла княжна Темновская, — это единственный выход докопаться до правды.

— Ага, поймать, — не удержалась и громко фыркнула, — я уже третий год пытаюсь призвать её к ответу. Пока, как видишь, безуспешно.

Княжна отодвинула свои записи и бросила взгляд на календарь.

— Мой брат, декан Академии, уже встречался с духом памяти. По его словам я могу судить, что дух не до конца разумен. У него есть инстинкты, цель, а память, личность — они глубоко внутри. Именно эту память нужно вытянуть из Миры. Ян обещал помочь, но пока ему не до нас. Я бы провела ритуал, но… — она усмехнулась и развела руками, — мне строжайше запретили в три голоса. Идиоты.

Последнее слово она разве что не мурлыкнула. Понятно. Идиоты, но любимые.

— Поэтому давай пока подождём, — продолжила княжна, — Ян прибудет вместе с Мистом примерно через дня три, а может, четыре…

— А может и пять, — закончила я со вздохом, — Косса, я не хотела бы привлекать внимание Мистислава. Он и так меня не особо любит.

— … И между прочим, совершенно справедливо! — чай резко пошёл не в то горло, и я закашлялась. Это почему справедливо?! Да я чиста и невинна аки агнец!

Княжна невозмутимо выслушала меня и указала пальчиком на живот.

— Ты невинна? А это, позволь спросить, откуда?

— Все вопросы к Данимиру, — буркнула я и… прикусила язык. Дура! Ну надо же думать, что говоришь!

— Правда?! — подозреваю, только горячий чай не дал Коссе подпрыгнуть до потолка: — Великая Мара, я знала! Я знала, что это он! Не зря же Рейв постоянно трётся рядом! Они бы не отказались от тебя так просто!

Её восторгов я совершенно не разделяла. Судя по тому, как Александра настаивала на настое, Данимир точно не обрадуется пополнению.

— А ты сказала Дану про беременность? — воскликнула княжна под аккомпанемент стука в дверь. Ну как стука. После слов "Дан" и "беременность" она распахнулась сама собой, являя нам ошарашенного императора.

— Кто должен сказать мне про беременность?.. — с интересом осведомился он, почти вламываясь в гостиную княжны. Пока Косса хватало ртом воздух, я неспешно поставила чашку на столик и поднялась. Встала напротив императора, с иронией наблюдая, как веселье испаряется с его лица. И ответила:

— Я. Я беременна, Дан. Александра сообщила, что мой срок — два месяца.

Конечно, я ждала такой реакции. Ждала, но в душе всегда остаётся надежда на чудо. Но Дан… Он не уточнял, не спрашивал, не отпирался. Как будто предполагал. Только кулаки, сжатые до побелевших костяшек, и взгляд в сторону явно кричали о его отношению к беременности.

— Ты должна убрать ребёнка. Как можно скорее. Это не обсуждается, Маргарита, — ледяной голос ветром облетел кабинет и повис в воздухе, когда Дан вышел, громко захлопнув дверь.

Я небрежно, сломанной куклой осела на пол. Надежда, говоришь? Чудо? Быть может, чудо всё же случилось, и я нашла момент, где кончается любовь. Три года об этом мечтала!

Пожалуй, с меня довольно.

В гостиной повисла неприятная вязкая тишина.

— Марго, извини, я не ожидала, — виновато произнесла Косса. Голос у княжны дрожал, будто она расстроилась больше моего. — Я… напишу Мисту, спрошу, какая муха укусила Дана. Что-то здесь не чисто.

Сцепила зубы и отрицательно покачала головой.

— Не стоит, это глупо. Не надо никому писать. Дан не мальчик, чтобы не понимать очевидных вещей. Пожалуйста, Косса. Пообещай. Я не хочу никаких разговоров. Мало того, что слуги могли услышать!

Она подошла ко мне и взяла за руки, словно старалась поддержать.

— Ты… избавишься от ребёнка?

Хрипло расхохоталась, но быстро надавала себе мысленных пощёчин:

— Ты знаешь, этот чертов ребёнок никуда мне не упёрся! Я его не хотела и не планировала. Но сейчас… сейчас я пойду на принцип. Если ему нужно избавиться от ребёнка, что ж… пусть избавляется от нас обоих!

Княжна мягко сжала кончики моих пальцев.

— Подожди, Марго. В тебе говорят горечь и обида, ты разбита, и эти чувства понятны, но не спеши. Дан сказал то, что сказал, но я уверена, есть причина.

Посмотрела на неё очень выразительно. Но княжна не отстала:

— Поверь мне. Наши с Мистиславом отношения тоже начинались сложно. Я не понимала его, а он не доверял мне — и ничего не мог объяснить. А ещё император внёс свою лепту, решив, что я подходящая язычница для Дана. Миста вынудили отказаться от меня ради их большой политики, и он согласился. Это тоже больно ранило.

Против воли я уточнила:

— И? Как же вы пришли к тому, что имеете сегодня?

Толстый и злой намёк, но на другие я была не способна.

— Я не смирилась, в этом Мист просчитался, — княжна озорно улыбнулась, — да и Дан… он был равнодушен. Нет, он красиво ухаживал, нежно обнимал и целовал, но… к тому времени я уже знала, как целует любящий мужчина.

Нежно обнимал и целовал?.. А я-то думала, как он с такой любовью выбивать воздух ещё хорошим любовником считается. Выходит, одна я страдаю.

— Зачем вообще нужна была эта канитель? — не выдержала я: — Кто и что бы выиграл, Косса? Я не понимаю!

Она лишь опустила глаза.

— Клятва о молчании. Прости.

Наверное, я зарычала. Одни клятвы, блин! Пойди разберись, что к чему!

— Я… сегодня уеду в город и останусь на ночь. Видеть уже не могу этот дворец!!!

— Но зачем? — она удивлённо захлопала глаза: — Ты хочешь сбежать? Марго, но это бесполезно, тебя, вероятнее всего найдут. С такой внешностью трудно затеряться в толпе.

— Ничего, я попробую, — бросила с остервенением. Угу, сбегу! Без денег, нарядов и планов! Все мои накопления и украшения остались в столицы — в Шах-Ашен я взяла минимум.

— Маргарита!

— Я просто проветрюсь!

Не прощаясь, вышла и захлопнула дверь. Потом подумала, вернулась и крепко обняла княжну. Косса в выходке Дана не виновата, как и в том, что я влюбилась в неподходящего мужчину.

Получив посыл идти далеко и… счастливо, я прошла в свои покои. Что же взять? Пожалуй, костюм для верховой езды и пару невзрачных платьев. Я действительно не хотела сбегать, но оставаться в Шах-Ашен было выше моих сил. Дворец напоминал мне о собственной глупости.

Рейв постоянно крутился рядом и мешал. Этот гулёна наконец-то заглянул в гости. Во дворце Рейв часто составлял мне компанию, но в последнее время мы редко встречались. В отличие от многих придворных, я ворона не боялась и вниманию не противилась. "Зверушка" Дана была на порядок умнее и порядочнее, чем большинство вельмож.

— Тебя не выпустят, — вдруг сообщили мне. Я резко вскинула голову, но в комнате гулял ветер. Никого. Показалось? Вряд ли… Я не настолько беременна!

— Почему меня не выпустят? — спросила, прижимая руки к груди.

— Комендантский час после семи, — весело ответил голос. Мне померещилось, или… его источник был ворон? Я перестала пятиться и внимательно посмотрела на пернатого друга.

— Рейв? — уточнила вопросительно, чувствуя себя законченной идиоткой. — Ты разговариваешь?

— Разговариваю, — раздался хмык. Рот у ворона не открывался, но смотрел он так… выразительно. — Ну, Рит, как ты представляешь себе говорящего ворона? У него же связки не приспособлены. Я просто формирую звуковую волну. Как ты любишь говорить… "Не заморачивайся"?.

Ну нет! Я хотела заморочиться! Очень хотела! Конечно, к чудесам этого мира я давно привыкла, но говорящих воронов в моей практике не было!

— Значит, ты умеешь говорить, — я присела рядом с Рейвом на диван, — и давно? Или ты мог говорить всё время, что мы знакомы?

— Я мог говорить всегда, — снова хмыканье, — но боялся за твою нежную психику. А ты хоть бы испугалась для вида! Я очень недоволен!

Почти ласково стукнула ворона по голове. Похами мне ещё, пернатый шарик!

— Ты всегда была своеобразной. Этим и цепляла… А ещё доброй. Пусть за панцирем, в душе, но всегда отзывчивой, всегда понимающей. И — что лично меня вгоняло в тоску — чертовски наивной.

— Я, может, и наивная, — не выдержала, — но знаешь ли, философские рассуждения со стороны ворона тоже не фонтан.

— Вр-редная Рита, — ворон внаглую прыгнул мне на колени, — ничего, наивность выбьется с годами. Молоденькая ведь… И я не ворон. Я навь, как твоя Мира. Но несколько другого вида.

О. Навь. Прелестно. Мне бежать за Коссой или просто шарахнуть его тапком?

С другой стороны, с моей головой до последнего момента было всё в порядке. Может, ворон — это внушение? Но когда? Я нахмурилась. Рейв всегда был чересчур разумным для обычной птицы. Дан объяснил это дрессировкой, и я поверила, но сейчас…

Он ведь всегда меня понимал. Слишком хорошо понимал для крохотного птичьего мозга.

— А Дан в курсе, что ты навь?

— Да, — ворон кивнул, — я особая императорская навь. Это то, что не смогла сказать Косса под клятвой о молчании. Мы есть у каждого из детей императора. Я у Дана, хорёк Вереск у княжны — но он чаще прячется. И Хелис, как ты догадалась, у Вельмира-Мистислава. Мы с Даном родились и росли вместе. Так что, думаю, он не мог меня не заметить.

— Хм, пожалуй, я даже не знаю, кто из вас противнее!

— Я тоже тебя люблю, — со смешком парировал он, — ложись спать. Не нужно никуда бежать. Ворота в семь закрываются, и в город ты точно не попадёшь, да и не выберешься из окрестных лесов без провожатого. Тем более, после сильной болезни, беременная. Отдыхай, я буду тебя сторожить.

Как мило. Меня будет сторожить неизвестная навь, которая, возможно, является бредом сознания, а где-то рядом прогуливается Дан, мечтая избавиться от неугодного наследника. Уснёшь с ними!

Рейв долго ржал, когда я произнесла это вслух. Я невольно заподозрила в нём скрытую лошадь. Но в кровать лечь всё же пришлось — сил действительно не осталось.

Вот только заснуть я не смогла. Слишком много вопросов скопилось в голове. Рейв больше не отвечал, а найти ворона в полумраке комнаты было невозможно. Когда часы пробили полночь, я встала и накинула плотный халат. Косса права, обидами и побегом я ничего не решу, а их тайны надоели хуже горькой редьки.

Пора поговорить с Даном начистоту.

К покоям императора я направилась уверенной походкой, слегка отдающей нервозностью. Впрочем, беспокоиться было не о чем — после полуночи дворец затихал. Исчезали даже вездесущие слуги. О мрачной славе Проклятых земель ещё не забыли окончательно.

По стенам и вправду бегали серые тени, но никто не вышел мне навстречу. Ни тайная канцелярия, ни нави, ни мышки — я была поражена таким коллективным игнором!

Кажется, не судьба мне уйти от разговора.

У комнат Дана даже пьяного стражника не валялось. Против воли я нахмурилась. Заходи, бери первое лицо государства тёпленьким. Конечно, он сволочь и скотина, но такую небрежность я не понимала. Особенно, когда дёрнула ручку — и та беззаботно подалась мне.

Пришлось заходить.

Гостиная. Огромная, в строгом стиле, обитая деревом, и пуста-а-ая как моя жизнь. Я замерла, а потом хлопнула себя по лбу — ночь на дворе, Дан наверняка в спальне.

Словно противореча моим мыслям, император вывалился из ванной. Мокрый, в одних пижамных штанах и с полотенцем на голове. И несмотря на откровенно помятый вид, рявкнул Дан вполне бодро:

— Ты куда собралась на ночь?! Совсем с ума сошла?!

Голос у его величества безнадёжно хрипел. Я захлопала глазами, всем своим видом показывая, что сижу на попе… тьфу, стою на ногах ровно.

В отличие от Дана, между прочим.

Нашего императора заметно шатало. Причина обнаружилась на столе — три бутылки вина. Дорогого и коллекционного, на которое мы с Инес облизывались несколько месяцев. Чёртов император!

— Подожди, ты пошла ко мне? — наконец сообразил император, опираясь на стенку. — А то Рейв передал… я уж подумал, сбежать решила.

— Тебя это удивляет? — картинно выгнула бровь. И не выдержала: — Твои покои что, вообще не охраняются? Я не встретила ни одного стражника!

— Охраняются, — Дан раздражёно махнул рукой, — тебя просто велено пускать, а тайная стража, видимо… сделикатничала.

Представив косые взгляды и ехидный тон, я невольно прониклась к маскам уважением.

— Рита-а, — протянул император, — ты должна.

Я подошла поближе. У Дана был такой несчастный вид, что аж захотелось пожалеть бедного.

— Ты мне не муж, Дан, чтобы я была тебе должна.

— Я твой император, — не согласился он, — ты… ты должна меня слушаться, вот!

— Или создать оппозицию, возглавить заговор и свергнуть самодура-тирана, — мрачно хохотнула я, — этот вариант нравится мне гораздо больше!

Пару секунд Дан офигивал от такой наглости.

— И соблазнить следующего правителя, да, Рита? — ревниво предположил он, но не доиграл — расхохотался. А я, между прочим, была предельно серьёзной!

— Ну зачем же, буду править единолично! — представила себя этакой Екатериной Великой и сама засмеялась. Нет, не моя роль. И только сейчас до меня дошло:

— В смысле — соблазнить?! Ты оборзел, Дан?! Вообще-то ты меня соблазнил! Я ещё помню те косые взгляды…

— Нервный тик!..

— Лапы тоже нервный тик распускал?

— У меня хватательный рефлекс, — разулыбался он, а я… осознала, что прибью гада!

— На балу тоже был рефлекс? — скрестила руки на груди. Дан неожиданно хмыкнул.

— Нет. Ты на балу такая потерянная стояла, что мне захотелось подбодрить. Прогуляться по саду, вернуть девушке румянец на щёки. А она… сразу предложила "выпить".

Недоверчиво посмотрела на Дана и вспомнила. Блин. Получается, он прав. Переспать незнакомцу я предложила сама.

— Не мог же я оставить такую красивую девушку без внимания, — расплылся в улыбке этот наглый тип. Но шутливый тон быстро сменился виноватым: — Прости, Рита. Отказаться было выше меня. Я старался, чтобы дело закончилось без последствий, но…

— Без последствий не закончилось, — подытожила я, а Дан скривился.

— Рита…

— Я не буду убирать ребёнка.

Он со свистом втянул носом воздух. Потом стремительно оказался рядом и… замер.

— Ты бесишь! Что значит — не буду?! Это приказ, Марго! Или ты забыла, что отец умер, и я могу отправить тебя на все четыре стороны?!

— Отправляй, — согласилась покорно, поглаживая его щеке. Какие мы грозные аж страшно. Стоит полуголый, мокрый, пьяный — а туда же, раскомандовался!

Дан со злостью сгрёб меня в охапку. Прижал к себя и зарылся носом во волосы. И вдруг совершенно трезво произнёс:

— Что ж, если хочешь правды — получай. Этот ребёнок убьёт тебя, Рита. Как сказал Рейв, род императоров, он особенный. У нас есть защищающая нечисть. Ворон, с которым ты общалась много лет, это фактически я. Точнее, моя вторая личность, воплощённая в кадо. Мы живём в симбиозе. Но у такого союза… высокая цена.

Я сцепила зубы и промолчала. Потом, Марго, потом. Если ты сейчас спугнёшь императора, никогда не узнаешь всего!

— Без "сливания" с кадо я не способен зачать ребёнка. Это удобно, ведь Рейв сливается со мной исключительно по обоюдному желанию. Всегда. Кроме одного случая…

Чувствую, стала именно тем исключением, которое одно на тысячу. На этот раз я не сдержалась — подняла глаза на Дана.

И вздрогнула, получив в ответ прямой тлеющий взгляд.

— Когда кадо и носитель влюбляются, то слияние начинает сбоить. Рейва тянуло к тебе не меньше, чем меня. Мы оба не могли контролировать слияние — оно выходило само по себе. В первый раз, в пещере, повезло — мы не думали о детях. А на балу… Вопрос наследника сейчас остр, как никогда.

Он резко схватил меня за подбородок, не давая опустить лицо:

— Как я ненавидел тебя эти три года! Как изводил, лишь бы ты ушла! Рейв потерял память вместе со мной, но он рвался к тебе, как сумасшедший. Рита, Рита… А я не понимал, почему Рита, если ты всегда была именно Маргаритой. Ты снилась нам, постоянно. Мы искали замену. Мы искали ту, с которой нам обоим будет хорошо, но оставался гольный секс. И круг ненависти начинался сначала.

— Ты же был цесаревичем, Дан, — нервно выдала я, — неужели император не пошёл бы тебе навстречу?

Лицо его величества исказила пугающая гримаса. Но надо отдать должное Дана — в этот раз меня не стиснули со злости, а держали как хрупкую вазу.

— Отец знал! — выплюнул он: — Он сразу смекнул, что я не просто притащил незнакомку во дворец! А когда понял, что Рейв проникся симпатией к ней, началось моё падение! Отец запретил тебя выгонять. Мне в урок запретил! Я должен был научиться жить без оглядки на любовь. На привязанность кадо. Чтобы ты была перед глазами, а я терпел. Чтобы мы с Рейвом вообще разучились чувствовать. Я не мог даже претендовать на тебя, ведь наш секс — прямой путь к слиянию с кадо. К зачатию наследника. Но проблема в том, что первого ребёнка с кадо способна выносить лишь сильнейшая язычница, такая как Александра или Косса! Дальше уже проще, потоки не такие мощные, и обычная женщина справиться, но первенец… Мой первенец тебя убьёт, Рита. И о нашей связи не могло быть и речи. И ты, чёртова упрямая дура, не соглашалась ни на деньги, ни на помощь. Делала мне подарки! — он глубоко выдохнул и продолжил уже спокойно… по крайней мере, голосом. — Пока я не помнил про Шах-Ашен, было проще. Я считал тебя пусть любимой, но мошенницей и аферисткой, и когда воочию увидел, как добивался тебя, как ты ластилась и любила… В тот день я всё проклял. Убери ребёнка или я заставлю. Я давно себя сжёг, но тебе сгореть не позволю.

… А в ушах эхом звучали слова Александры: "Спроси как-нибудь у Дана, почему тебя оставили во дворце. Может, если смелости хватит, ответит".