Глава 23

Глава 23

Юля

Мне еще никогда не было так хорошо.

Если бы кто-нибудь сказал мне еще месяц назад, что одиночество сделает меня счастливой, я бы ни за что не поверила. Одинокая женщина не может быть счастлива, — в этом я была абсолютно убеждена. И зря.

Две недели чистого кайфа. Я купила горящий тур с огромной скидкой, и меня будоражил сам факт, что я сорвалась куда-то вот так вдруг, не потратив месяц на выбор отеля, еще месяц — на покупки отпускных шмоток и составления списка, что необходимо взять с собой. Стыдно сказать: я отправилась в Турцию, не взяв даже аптечку и крем от загара! Кинула в чемодан купальник, шлепки, пару летних платьев и, признаюсь, вибратор — и уехала в аэропорт на такси, как беглый преступник.

И знаете, что? Я ни на секунду, ни на самое крошечное мгновение об этом не пожалела.

Я расхаживала по номеру голышом, я наплевала на экскурсионную программу, не красилась к ужину. Я вообще не думала о том, как выгляжу, не бежала делать макияж сразу после сна, чтобы Саша не видел меня заспанной и некрасивой.

И самое интересное, что я никогда еще не получала столько комплиментов. Я шла по пляжу, подставляя лицо солнцу, и ловила на себе заинтересованные и даже жадные мужские взгляды. У меня просили номер телефона, со мной флиртовали, а бармен делал мне такие коктейли, что завистливые замужние тетушки ядовитым шепотом сплетничали за моей спиной, не трахаюсь ли я, случаем, за выпивку.

А я не трахалась, нет. Я вообще не хотела проблем в лице мужиков. Стоило мне подумать, что вот сейчас переться на свидание, держать осанку, что-то там изображать из себя, чтобы понравиться… Да на кой черт оно мне сдалось?

Нет, у меня были каникулы. Отпуск. Я отдыхала от работы, от проблем и от отношений. Я себя баловала, не заботясь о том, что будет завтра. Вот вернусь — тогда и разберемся, что с деньгами. В крайнем случае, одолжу, кредит возьму. Зачем отказывать себе в удовольствиях?

Я ходила в сауну, в хаммам, в СПА-центр на массаж. Прикупила себе бикини, от которого захлебывался слюной пухлый плешивый женатик на соседнем шезлонге, пока его не увела от греха подальше суетливая женушка.

А вечером, в номере, я любовалась на себя в зеркале. Я изменилась, неуловимо, но очень сильно. В движениях появилась какая-то мягкость, в глазах поблескивали ведьминские огоньки. Загорелая кожа стала шелковистой от массажного масла, а на щеках появился румянец от оргазмов.

Да, мой вибратор трудился каждый вечер. Я пробовала новые режимы, брала его с собой в душ — и мой жужжащий дружок старался на славу.

Я, конечно, скучала по Леше и не раз представляла его себе в моменты высшего наслаждения, но запретила себе мечтать о каких-то отношениях. Умолять человека, которому я не нужна? Нет, спасибо. Никаких унижений, никаких компромиссов.

А Саша… Он что-то писал мне, пару раз даже звонил. Но я сбрасывала звонки. Я перечеркнула прошлое и начала новую жизнь. Меня больше не пугала мысль о том, чтобы жить одной. Я собиралась найти квартиру, завести себе кота или собаку. Разобраться для начала с собой, понять, что мне в этой жизни нравится по-настоящему. Не потому, что так положено, не потому, что это красиво и престижно. Понять, что мне в кайф.

А еще звонила мама. Охала, ахала, причитала.

— Как же так, Юля, почему ты уехала, никого не предупредив… Что там у вас с Сашей случилось… Почему он мне говорит, что свадьбы не будет? Вы что, поссорились?

Нет, мама. Мы не поссорились, не поругались, и это вовсе не предсвадебная лихорадка. Мы просто разошлись — и это не обсуждается.

Я будто бы проснулась после долгого сна и задышала полной грудью. А тот, кто однажды почувствовал, что такое воля, больше никогда не вернется в камеру.

В Москву я возвращалась другим человеком. Шагала по аэропорту, уверенно вскинув голову, и мне казалось, что мир вокруг тоже изменился. Заиграл новыми красками, расцвел. И пусть за окном разверзлись хляби небесные, а осень наступала по всем фронтам порывами ледяного промозглого ветра, мне было все равно. Да, я не взяла с собой теплую куртку. Раньше бы я запаниковала, но сейчас просто вытащила из чемодана здоровенное желтое пляжное полотенце, завернулась в него — и вышла на улицу к такси.

Люди на меня косились, как на полоумную, одна девочка даже показала на меня пальцем и в ужасе спросила родителей:

— Мама, папа, у этой тети что, нету одежды?

Я обернулась, широко улыбаясь, несмотря на то, что дождь превратил мою прическу в мокрую мочалку:

— Тетя выросла и одевается, как хочет, — а потом высунула язык, оставив добропорядочную семью в шоке.

Я не знала, есть ли что-то у Леши в холодильнике, но если честно, меня это заботило мало. Никто не отменял пиццу, к черту все правила про углеводы после шести, если они такие вкусные.

Однако, войдя в квартиру, я тут же оказалась во власти пряных ароматов жаркого. У меня даже слюнки потекли, а во рту заурчало. И я было обрадовалась, что Леша готовит что-то вкусненькое, но радость быстро улетучилась: насколько я помнила, готовить Леша никогда не умел, а значит, за гастрономические запахи стоит благодарить его блондинку. Ну, или еще какую-нибудь девицу, Леша же топит за свободную любовь…

Утешив себя, что все это ненадолго, — ровно до тех пор, пока я не найду новую квартиру, — я скинула мокрые насквозь балетки.

— Господи, что с тобой стряслось?! — Леша появился в коридоре и озадаченно воззрился на меня.

Ну да, выглядела я, вероятно, более, чем загадочно: босая, замерзшая, мокрая, в большом желтом полотенце. Впрочем, и Леша, надо сказать, удивил: он больше напоминал заботливую хозяюшку, чем самого себя. В наглаженной рубашке, причесанный, да еще и подпоясанный фартуком и с кухонным полотенцем через плечо.

— Ты что, готовил? — недоверчиво протянула я. Так и хотелось добавить: «а почему тогда пахнет вкусно?». Но я сдержалась. Спросила только: — У тебя свидание?

— Да нет, — он пожал плечами. — Тебя жду. Подумал, ты проголодаешься после перелета… А ты почему в таком виде?

— Так дождь ведь, — улыбнулась я: настроение моментально подскочило до максимума. То ли от того, что мне все же светил вкусный ужин, то ли потому, что у Леши не было никакого свидания. Хотя, конечно, его личная жизнь меня не касалась.

— И ты в таком виде шла по улице? — он сдвинул брови и посмотрел на меня так, будто у меня на голове выросли ветвистые серебряные рога.

— Ну да, — я скинула полотенце и направилась в ванную. — А что, так уж плохо?

— По мне — шикарно, — он стоял у меня за спиной, пока я мыла руки, и жадно оглядывал мое загорелое тело, прикрытое только легким платьем в цветочек. Что ж, мне не было жалко. К тому же, за эти две недели я к таким взглядам привыкла. — Но осень все-таки… Вдруг заболеешь…

— Говоришь, как моя мама, — рассмеялась я.

— Ты загорела… — задумчиво констатировал Леша. — Выглядишь — супер. Хорошо провела отпуск?

— Божественно! — пропела я и на радостях клюнула Лешу в щеку. Правда, мое настроение отчего-то ему не передалось, напротив: он как-то напрягся и помрачнел. Вот есть же люди, которые не умеют радоваться чужому счастью!

— И где твой… — он будто не хотел произносить это слово, — жених?

— Какой? — не сразу поняла я. — А, Саша-то? Дома, наверное. Почем я знаю…

Я босиком прошлепала на кухню. Пахло действительно шедеврально: на плите томилось какое-то ароматное варево, а на столе красовались приборы и идеально вымытые бокалы. Я будто попала в ресторан высокой кухни: не знала бы Лешу, решила бы, что он пытается меня покорить.

— О, у нас сегодня праздник… — я села на стул и пододвинула к себе тарелку. — Что-то отмечаем?

— Нет. Просто хотел кое-что с тобой обсудить, — Леша отобрал у меня тарелку и вернул уже с горкой аппетитного мясного жаркого.

Потом положил и себе и устроился напротив.

— М-м-м… — я втянула носом дивные запахи и вооружилась вилкой. — Что обсуждать будем?

— Тебя.

— Леш, если ты про оплату за квартиру, то я вот во вторник получу зарплату — и сразу тебе скину на…

— Помолчи, — перебил Леша так резко, что я замолчала и удивленно уставилась на него. Вид у него был такой, словно он либо собирался мне сообщить, что у него рак, либо сказать, что он подался добровольцем в горячие точки.

— Что-то не так? — осторожно переспросила я.

— Да. То есть нет. То есть дай мне, блин, сосредоточиться, я все скажу, а потом ответишь.

Не рискнув вызвать на себя очередную порцию его гнева, я просто молча кивнула.

— В общем, так, — он положил руки на стол и серьезно посмотрел мне в глаза. — Я знаю, что сейчас это все не ко времени, но я должен сказать, как есть. Катя — мой бизнес-партнер.

Если он думал, что шокирует меня этой информацией, то слегка просчитался. То есть, я, конечно, не знала, что он совмещает бизнес с личной жизнью, но какое все это имеет отношение ко мне?

— И?..

— Она — только мой бизнес-партнер. Больше ничего.

— Ага, как же! — хмыкнула я. — Уж извини, но, по-моему, весь дом слышал, как вы обсуждали размеры твоего достоинства!

— Мы обсуждали размеры новой модели фаллоимитатора, — Леша говорил это с таким серьезным видом, что меня даже на смех пробрало. — Мы с ней не были вместе, никогда не спали, она не моя девушка, и вообще, она предпочитает других девушек. Понятно?

— Ну… да… — неуверенно протянула я. — В смысле, я не совсем понимаю, зачем ты тогда пытался меня убедить, что вы с ней встречаетесь…

— Потому что я хотел тебя отпугнуть, ясно?

Воу! Просто вечер откровений какой-то! Даже аппетит пропал.

— Я что, ворона, чтобы меня всякими чучелами отпугивать? — я швырнула вилку на стол.

— Слушай, я запаниковал. Прости, — он сглотнул, явно собираясь с духом. — Просто я никогда не хотел ни одну женщину так сильно, как тебя.

Я смотрела на него в упор, боялась даже моргнуть, чтобы не пропустить важное пояснение. Но он молчал, ничего не добавлял, будто сказанного им было вполне достаточно.

— То есть ты, — медленно начала я, — хотел меня отпугнуть, потому что хотел?

— Да.

— Браво! — я откинулась на спинку стула. — А еще говорят, что у женщин проблемы с логикой.

— Ты не понимаешь! — горячо возразил Леша.

— Уж будь добр, разжуй для умственно отсталых.

— Я знал, что если к тебе и приближаться, то все станет серьезно! Ты бы не стала уходить от жениха в никуда, если я хотел получить тебя, то должен был предложить достойную альтернативу.

— Ты о чем сейчас вообще? — я стремительно теряла терпение.

— Отношения. Брак. Вместе до гроба. Моногамия. Вот этот вот весь букет.

— Так ты вроде доходчиво объяснил в прошлый раз, что тебя такое не устраивает. Свободные отношения, новая баба каждый день… Я поняла, можешь не заводить снова свою шарманку!

— И ты все равно переспала со мной! — выпалил он, а я вскинула бровь: это сейчас обвинение было, что ли?

— Вроде оба в этом участвовали. И я не привязала тебя с утра к постели, мол, только я и больше никто. Вперед, дуй на вольные хлеба!

— Да не могу я так! — взревел Леша, вскочил из-за столом и принялся метаться по кухне, как раненный зверь в клетке.

Я молча смотрела, потому что уже всерьез опасалась за его психическое здоровье.

— Не могу! — снова воскликнул он, остановился на месте и нервно взъерошил волосы. — Один секс — и я кроме тебя думать ни о ком не могу! Да кого я обманываю: я ни о ком и не думал все время с тех пор, как мы встретились в клинике. Черт, да ты мне еще в школе нравилась, я знал, что ты не моего поля ягода, но может же у каждого быть недостижимая мечта… Я и сейчас знаю, что не подхожу тебе, но ничего не могу поделать с собой! Я пытался забыть, пытался не думать, но нет! Я все время думаю о том, что ты сейчас с другим — и меня это убивает. Да, для тебя это не вариант, но…

— Что ты заладил одно и то же?! — возмутилась я. — Не вариант, недостижимая… Тебе в голову не приходило у меня сначала спросить?

— Вот я и спрашиваю! — он снова сел, пододвинув стул поближе ко мне, и взял меня за руку. — Послушай. У меня есть бизнес. Он небольшой, пополам с Катей. Еще квартира эта, правда, за нее еще лет двадцать ипотеку платить. И я продаю игрушки для взрослых, так что да, у меня репутация так себе, особенно по сравнению с твоим Сашей. Но если я тебе честно пообещаю, что никаких других женщин, только ты? Да, у вас организована уже свадьба, и я готов помочь возместить расходы… И если ты уже настроилась, то я бы в принципе, был не против тоже расписаться…

— Стоп-стоп-стоп, — я замотала головой и отдернула руку. — Что ты несешь? Какой Саша? Какое расписаться?

— Вы ведь еще не расписались? — нахмурился Леша.

— Мы расстались, — я пожала плечами.

— Когда? Ты разве не с ним ездила?..

— Нет! — я улыбнулась. — Я поняла, что не смогу быть с человеком, которого не хочу. И с которым не испытываю… Ну, как с тобой. И тогда, две недели назад, в ресторане мы расставили все точки.

— Но ты была радостная!

— Да! Потому что сбросила груз с души. Устроила себе фееричные каникулы, только кайф — и никаких обязательств.

Леша подозрительно заглянул мне в глаза.

— Много было мужчин?.. Хотя нет! Не говори. Лучше я не буду знать.

— Только один, если честно, — с таинственным видом ответила я. — Но он толком не мужчина. Зато с USB-зарядкой.

— Ты про?.. — Леша недоверчиво поднял брови.

— Ага. Назвала его Антонио, в честь Бандераса. Такой, знаешь ли, темпераментный…

— Постой-постой, — перебил меня Марков. — То есть ты просто ездила отдыхать? Одна? И ты не собираешься замуж?

— Нет, — я кокетливо повела плечом. — Я совершенно свободная женщина.

— А у совершенно свободной женщины нет в плотном графике окошка для оболтуса вроде меня?

— Ну… — я намеренно тянула интригу: уж больно мне нравилось, с какой надеждой и нетерпением смотрит на меня Леша. — Смотря, какое окошко… Полчаса? Минут сорок?

Леша замер и уставился на меня.

— В смысле «полчаса»? Ты что, так ничего обо мне и не поняла?

— Что, протянешь целый час? — я изобразила невероятное удивление.

— Ну знаешь! — возмутился он. — Сама напросилась!

Схватил меня за руку, потянул на себя, заставив встать со стула, а потом подхватил на руки и потащил в спальню, как первобытный человек.

Раньше я бы испугалась, засмущалась и хотя бы для приличия поколотила его по плечам, но сейчас, стоило мне ощутить жар и крепость его тела, как сработала мышечная память. Внизу живота заворочался привычный ком возбуждения, и я не только не стала возражать и отбиваться, но и глупо захихикала от предвкушения.

— Смешно тебе, значит? — недовольно пробурчал Марков. — А мне вот было не смешно эти недели! Заставила меня думать, что я тебя потерял! Коварная ты женщина…

— И что теперь будет? Ты меня накажешь? — игриво поинтересовалась я.

— Можешь не сомневаться! — он толкнул дверь ногой, вошел в свою комнату и бросил меня на кровать.

— Ого! — я огляделась. — Ты обзавелся мебелью? Слушай, какая классная кровать, и спинка резная… Это что, Италия?

— Это, моя дорогая, — Леша взялся за ремень джинсов и, звякнув пряжкой, расстегнул его, — то, что я сейчас меньше всего хочу обсуждать.

Он спустил штаны, выпутываясь из них, как подросток, и я с удовлетворением отметила, что он сильно по мне скучал. По крайней мере, его дружок. Или, учитывая размеры, дружище.

Кожа сразу покрылась мурашками, и я чуть было не замурлыкала, как мартовская кошка. А Леша уже швырнул одежду на пол и улегся рядом со мной.

— Иди ко мне… — прорычал он нетерпеливо, накрыл меня своим телом и поцеловал.

Так нежно, проникновенно, что мне сразу стало не до смеха. Я осознала, как же мне не хватало этих ощущений, этих теплых и мягких, но настойчивых губ, этого дьявольски умелого языка, способного доводить женщину до исступления. И как же приятно было целоваться с ним, зная, что никакой другой девушки не было и в помине, что он мой, весь, целиком, абсолютно и безраздельно мой… Все-таки собственнические чувства возбуждают не меньше, чем самый продвинутый вибратор, это я поняла на собственном опыте.

В прошлый раз я думала, что Леша показал мне все, на что способен, и лучше уже быть не может. Как же я ошибалась! Он вытворял со мной такое, — и пальцами, и языком, и членом, — что я потеряла счет времени. В тот вечер я кончила трижды, и до сих пор это остается моим рекордом.8c847c

А немного позже, когда мы, потные, обессиленные, но до того счастливые, лежали вповалку и пытались отдышаться и не умереть от сердечной недостаточности, Леша поцеловал меня в висок и прошептал:

— Как же много времени мы упустили…

Меня тянуло в сон, тело требовало полноценного отдыха, но я не смогла не ответить.

— Сам виноват, — я царапнула его мускулистую грудь. — Мог бы раньше во всем признаться.

— Я пытался! — он приподнялся на локте.

— Как-то очень незаметно ты это делал!

— Вообще-то я послал тебе цветы. Написал, что ты нужна мне!

После бурных эротических упражнений мой мозг не сразу смог сфокусироваться и собрать мысли в кучу. Потом я все же заставила себя вспомнить: пятница, виброяйцо, цветы…

— Так они были от тебя?! — выдохнула я озадаченно.

— А от кого?

— Вот же ты… — я закрыла лицо ладонью. — Подписываться надо, балда!

— А ты думала от кого?

— От Саши… Я чуть было не вернулась к нему из-за этих цветов!..

— Тс-с-с, — он приложил палец к моим губам, заставив замолчать. — Не хочу больше о нем слышать. Теперь, когда никакого Саши нет, может, обсудим нас?

— Серьезно? — я недоверчиво отстранилась. — Ты? Ты после секса обсуждаешь с девушкой совместное будущее? Тебя тут подменили, пока меня не было, или ты прошел курс интенсивной психотерапии?

— Нет, правда, — Леша посмотрел мне в глаза, и я поняла, что его этот вопрос действительно волнует. — Я сомневался, но после такого секса… Знаешь, я даже готов расписаться с тобой. Правда. Если брак — это такой крышесносный секс в любое время суток, когда я только захочу, то, в принципе, ЗАГС — не такой уж плохой выход. Тебе ведь все равно уже не нужно съезжать…

Это было уже слишком. Забыв об усталости, я села на кровати и возмущенно взглянула на Маркова.

— Если ты пытаешься сделать предложение, то у тебя хреново выходит!

— Может, и пытаюсь… Так что, ты согласна?

— Вот уж нет! Ни за что!

Надо было видеть Лешино лицо в ту секунду. Таким офигевшим я его еще никогда не видела. Пожалуй, он бы меньше удивился, если бы родители сообщили ему, что он приемный.

— Так тебе же это нужно, разве нет? Брак, гарантии, все такое, — выдавил он, оторопело моргнув.

— Мне это было нужно, Леш. А сейчас мне хочется просто жить. Да, хорошо, если в моей жизни будет любимый человек. Но вот такое одолжение мне делать не надо!

— Это не… — начал он, но я не дала ему договорить.

— Я не выйду за тебя, Марков. По крайней мере, сейчас, — отчеканила я максимально доходчиво. — И жить я здесь не останусь, мне нужна своя квартира.

— Ты что, меня бросаешь? Расстаешься, что ли?

— Нет, — на его лице читался такой ужас, что я сжалилась и улыбнулась. — Но мы не будем торопиться. Начнем встречаться, как все нормальные люди. А съезжаться и уж тем более жениться — только тогда, когда оба будем в этом абсолютно уверены. Ясно?

— А сколько это примерно по времени? Год? Два?..

— А это, Леша, зависит от того, как сильно ты будешь стараться, — я изогнула бровь и выразительно взглянула на его перетруженный мужской орган.

Леша широко улыбнулся.

— Ну… — самодовольно протянул он. — Тогда я спокоен. Ты и месяца не продержишься, — и со смехом подмял меня под себя.