Фривольные письма — Глава 18 · Гриффин

Глава 18 · Гриффин

Мне очень хотелось, чтобы оставшееся время Лука провела в Калифорнии с удовольствием. Я понимал, что должен сделать все возможное и невозможное для того, чтобы нам вечером не пришлось попасть в толпу. Хотя я надеялся на то, что однажды она сможет побороть свою фобию, все же такое вряд ли произойдет за сутки и определенно не во время поездки. Я должен был смириться с этим и ни в коем случае не принуждать ее ни к чему.

Эйден договорился, что машина заберет нас у моего дома. Водителя предупредили, чтобы он ехал в объезд центральных улиц. Я снял отдельный кабинет в своем любимом ресторане, где был устроен черный ход, которым нередко пользовались знаменитости. Через него можно было попасть в отдельный зал, недоступный обычным посетителям. Я довольно хорошо знал управляющего и полагался на его осмотрительность. Подчиненный Маркусу персонал никогда и нигде не распространялся о моих визитах в ресторан, поэтому я спокойно привел сюда Луку.

Мы сидели друг напротив друга за столом с зажженными свечами, наслаждаясь ужином в интимной обстановке. В ожидании горячего мы занялись салатами.

Лука ковыряла вилкой зелень.

– Разве не странно, что сейчас я скучаю по твоим письмам?

– Ничуть. Но кто говорит, что я перестану писать?

– Мы еще не обсуждали эту тему. Но я не могу представить, что теперь, когда мы встретились, мы продолжим писать друг другу.

Отложив вилку, я взял ладонь Луки и сказал:

– Я хочу оставаться на связи, хочу получать от тебя известия каждый день, будь то по мейлу, по телефону или путем дурацкой поющей телеграммы, принесенной каким-нибудь разодетым придурком. Я просто хочу знать, что с тобой происходит.

Впрочем, я понимал ее ощущение неминуемой утраты от прекращения переписки. Невидимая связь занимала огромное место в наших душах, и теперь нам больше никогда не испытать такой же близости. Я надеялся, что теперь все станет намного лучше, но Луку не без основания тревожила моя жизнь. Я просто не знал, сумею ли доказать ей, что она ошибается насчет того, что у нас ничего не получится. Я желал этого… но разве у меня был выход? Я попал в ужасную переделку, напоминающую скорее замкнутый круг.

Наконец принесли наши блюда. Я заказал филе-миньон, а Лука – форель в лимонно-чесночном соусе.

Разрезая мясо, я спросил:

– Есть новости от Дока?

– Он позвонил как раз перед тем, как за нами приехала машина. Я не очень хорошо слышала, что он говорил, но голос у него звучал радостно. Куда ты попросил водителя отвезти его?

– Я позвонил в зоопарк и спросил, можно, после закрытия арендовать вольер с птицами. Там он сейчас и находится. Он там один, ему никто не мешает.

Лука широко улыбнулась.

– Здóрово! Он, должно быть, на седьмом небе от счастья! Спасибо тебе, что устроил это. Для человека, привыкшего к минималистическому образу жизни, Док, кажется, вполне акклиматизировался в твоем домике, привык к обслуживанию и внимательному отношению к себе.

– Что же, буду рад видеть его здесь в любое время. Твой друг – это мой друг, надеюсь, ты это знаешь.

– Спасибо. Правда, спасибо за гостеприимство.

– Это доставляет мне удовольствие. Я очень обязан Доку тем, что он помог тебе добраться сюда. Это подарок для меня. Бог знает сколько времени мне понадобилось бы для того, чтобы придумать, как рассказать тебе о Коуле. Я вечно буду благодарен ему… и моему маленькому преследователю.

Лука прикоснулась салфеткой к губам.

– Если память мне не изменяет, и ты, и я шпионили друг за другом.

– Верно.

Мы оба прикрыли глаза. Я подумал о нашем замечательном приключении в фургоне сегодня днем и снова возбудился. Ничего я не желал сейчас так сильно, как вернуть Луке должок той же ночью.

– Итак, когда ты снова летишь в Ванкувер? – спросила она, прерывая мои фантазии.

Мысль о предстоящей поездке в Ванкувер ужаснула меня.

– Примерно через неделю.

– Говоришь, это музыкальный фестиваль?

– Да. Он называется «Мохнатое племя».

– Мохнатое?

– Это фестиваль женских лобков.

Она вытаращила глаза.

– Что?

– Шучу. Названием он, видимо, обязан городским бобрам, которые шатаются по окрестностям.

– Вот это да! Здорово!

– Мы приезжаем туда второй год подряд.

– Когда ты едешь в следующее турне?

– Тур по США стартует примерно через месяц. Дюжина городов. Потом, через несколько месяцев, мы должны поехать в небольшое турне по Европе.

– Двенадцать городов подряд?

– Да.

– Должно быть, это довольно тяжело. Без перерывов?

– Почти. Иногда выдается денек или два между концертами, но мне больше нравится нон-стоп. Я бы поскорее покончил с этим, чтобы выкроить немного времени для себя.

Можно сказать, я увидел, как в ее голове закружились вихрем страхи – образы девушек в туристических автобусах, разбросанные повсюду бюстгальтеры. Реки вина. Гремящая музыка. Дорожки кокаина. Ее страх казался осязаемым.

– Какой бы сумасшедшей ни становилась временами моя жизнь, – сказал я, – иногда наступает временное затишье… Несколько недель, когда я могу уехать подальше, заниматься тем, что мне нравится. Сейчас я занят записью нового альбома, но, как только он будет готов и закончится турне, жизнь станет чуть-чуть поспокойнее.

Говоря так, я пытался убедить ее, что у меня бывают недолгие периоды, когда моя жизнь становится «нормальной».

– Лука, что ты будешь делать, когда вернешься домой?

Она вздохнула, словно ответ внушал ей страх.

– Планирую начать писать книгу, которой грезила по пути сюда.

– Ты должна сдать ее к определенному дню?

– Нет. Я намного опережаю срок сдачи, поэтому у меня много времени для маневра. Я следую графику, но если немного изменю его, конца света не случится.

– Блестяще. Расскажи мне о своем новом герое. Чем он или она занимается?

– Ну… он – британец.

– О, да? – Я подмигнул. – Тебя кто-то вдохновил?

– Ну, я бы солгала, сказав, что мое общение с тобой не повлияло на мое решение. Но ты – не серийный убийца. А он – такой. Так вот. В этом основное различие.

Я пожал плечами.

– Подробнее…

Мы рассмеялись, но, похоже, мой пристальный взгляд немного смутил ее. Она немедленно спросила:

– Что?

– Ничего. Иногда мне просто не верится, что я смотрю тебе в глаза. Не было ни одного раза, когда я смотрел в них и не думал о том, как мне повезло, что у меня есть такая возможность.

Лука порозовела от удовольствия, и это было чудесно, правда. Я надеялся, что смогу сделать то же самое, когда наши тела сольются подобно тому, как уже давно сливались наши души.

Вечер проходил, как говорится, без сучка без задоринки, хотя мне следовало бы знать, что это слишком хорошо для того, чтобы оставаться правдой. И действительно, после ужина, когда мы выходили из якобы незаметной двери ресторана, нас встретил залп вспышек фотокамер: несколько папарацци поджидали нашего выхода. Видимо, среди улыбчивого персонала, обслуживавшего нас в тот вечер, скрывался «крот».

В прекрасных глазах Луки мелькнуло смятение.

До сего момента я ни разу за всю свою карьеру не терялся в присутствии папарацци.

– Назад, черт побери! – закричал я. – Все нормально, если я один, но это нетактично! Она не просила вас об этом.

Они заговорили все разом.

– Это ваша девушка, Коул?

Вспышка.

– Как ее зовут?

Вспышка.

– Когда выходит новый альбом?

Вспышка.

Защищая Луку, я обхватил ее обеими руками. Слава богу, машина стояла совсем рядом и нам не пришлось ждать.

Тишина настала только после того, как мы сели в машину и я закрыл дверь.

Чтобы выплеснуть свой гнев, я набросился на водителя.

– Почему ты не предупредил меня, что они здесь?

– Я пытался дозвониться до вас, сэр. Вы не отвечали.

Я проверил телефон. Пропущенных звонков не было.

Какого черта?

Я не понимал, что произошло, – то ли он набирал неправильный номер, то ли еще что-нибудь, но все это не имело значения.

– Пожалуйста, отвези нас домой, – сказал я ему.

У меня была одна цель, одна-единственная задача: дать Луке спокойно провести ночь, без всякого постороннего вмешательства. Да, мне следовало предвидеть такую ситуацию.

Я притянул Луку к себе.

– Ты в порядке?

– Да, все произошло так быстро. Я почти не успела отреагировать.

– Да. Так иногда бывает.

– Как они узнали, что мы там?

– Вероятно, кто-то из ресторана настучал. Служащим велено помалкивать, но достаточно всего одного человека – официантки, написавшей СМС подружке, или еще кого-то. Потом информация распространяется, как лесной пожар. Обычно меня это не трогает, я умею разбираться с ними. Но мне очень хотелось избежать этого хотя бы на один вечер, когда я с тобой. – Я говорил с напряжением. – Прости меня, Лука!

Она погладила меня по щеке.

– Я знаю, это не твоя вина.

– Нет, моя. Я должен был знать, что не могу повести тебя в какое-то публичное место и наверняка ускользнуть от папарацци.

Мы молчали до тех пор, пока водитель не высадил нас у дома. Когда мы вошли в дом и поднимались по лестнице, тишина следовала за нами по пятам.

Лука выглядела усталой, и я проводил ее в спальню.

– Подожди меня здесь, хорошо? Ложись и расслабься. Я вернусь минут через пять.

Я решительно прошел к своей спальне и открыл в ванной комнате кран. Я все время проверял воду ладонью, чтобы убедиться, что она подходящей температуры. Я все еще злился. Мне хотелось помочь Луке расслабиться, чтобы она смогла выспаться ночью. Ей нужно было хорошенько отдохнуть, прежде чем пускаться в путь.

Когда ванна наполнилась, я вернулся к Луке и протянул ей руку.

– Пойдем!

Она послушно пошла вслед за мной по коридору.

Заметив наполненную ванну, она спросила:

– Я должна лечь туда?

– Мы ляжем туда.

Она сглотнула. Я понял, что она, вероятно, подумала, что у меня на уме что-то другое. Что ж, вполне объяснимо.

– Я останусь в трусах. Я просто хочу обнять тебя.

Я отвернулся, намекая на то, чтобы она разделась и вошла в воду.

– Просто скажи, когда.

Через пару минут я услышал:

– Пора.

Она опустилась в ванну так, что над пеной виднелась только ее голова. Она пристально смотрела на меня, пока я снимал с себя все, кроме спортивных трусов. Кажется, она впервые заметила татуировку у меня на груди и искоса поглядывала на имя моей матери, переплетенное с розами и колючей проволокой.

– Либби. Твоя мама.

Она улыбнулась.

– Да. Я набил ее через год после смерти мамы.

– Красиво.

– Спасибо, – сказал я, погружаясь в воду рядом с ней.

Я обнял Луку за талию, притянул к себе и поцеловал в макушку.

Мысли теснились в моей голове все разом. Не безумец ли я, думая, что из этого что-то получится? Я знал, как сильно этого хочу, но разве моего желания достаточно?

– Мне хочется просто остаться в воде вместе с тобой и ни о чем не беспокоиться, – сказал я.

– Будь я из тех, кто вписывается в твой образ жизни, ты бы так не думал. И все бы получилось намного легче.

– Легче не значит лучше. У каждого свои проблемы, но мне кажется, что нет ничего лучше на свете, чем быть с тобой. Иногда самое лучшее бывает самым сложным. И так оно и есть.

Слегка сдвинув руку, я прикоснулся к Луке и понял, что она сняла бюстгальтер. Поскольку я отвернулся, когда она входила в ванну, то подумал, что она решила остаться в нижнем белье. Эта мысль заставила меня возбудиться, и я изменил позу, чтобы Лука ничего не почувствовала. Какой бы интимной ни была эта ванна, видимо, для эрекции время совсем неподходящее.

– Так приятно, – сказала она. – Я чувствую себя в безопасности рядом с тобой, Гриффин. Мне нужно, чтобы ты знал это. Все остальные пугают меня.

– Я знаю, крошка. Сейчас есть только мы. Давай наслаждаться этим.

Лука надолго замолчала. Потом я услышал, как ее дыхание стало ровным и тихим. Наклонившись к ней поближе, я понял, что она заснула в моих объятиях. Все же поездка вымотала ее.

Позднее Лука проснулась, вытерлась полотенцем и натянула одну из моих длинных маек. Я осторожно отнес ее в спальню и целомудренно поцеловал в губы, прежде чем увидел, что она снова погружается в сон. Я так и не вернулся в свою комнату, а прилег рядом с ней и всю ночь оберегал ее сон. Я понимал, что утром мне придется поплатиться за это, но не смог бы простить себе, если бы по своей воле отключился в такой момент.

* * *

Нас разбудили солнечные лучи. Лука моргнула, открыла глаза и увидела рядом меня.

– Я не знала, что ты здесь.

– Я не мог дойти до своей спальни.

– Ты был здесь… рядом со мной… всю ночь?

– Да. Это тебя пугает?

– Я пишу о серийных убийцах, вместо ребенка у меня свинья, и я еду через всю страну, выслеживая тебя… можно смело сказать, ничто не должно бы пугать меня.

Она улыбнулась, потом улыбка погасла, сменившись хмурой задумчивостью.

– В чем дело? – спросил я.

– Просто подумала о том, что один фотограф щелкнул меня вчера вечером, прежде чем мы сели в машину…

У меня все внутри сжалось. Я был слишком занят Лукой для того, чтобы обругать их, и не слышал ни слова, брошенного нам вслед.

– Что он сказал?

– Он сказал: «Так это вы, Ева? Выглядите замечательно. Продолжайте в том же духе».

Я уставился в пол. Что ж, теперь мне требовалось все объяснить.

– Ева… это Ева Варикова.

– Кто это?

– Она… модель, с которой я недолго встречался несколько месяцев назад. Ничего серьезного. Но она очень известна, поэтому у прессы настал праздник, когда нас увидели вместе.

– Я похожа на нее или как?

– У тебя темные волосы, только и всего. Наверное, этот фотограф обкурился, потому что она примерно на фут выше тебя.

– Почему он сказал «продолжай в том же духе»?

– Потому что у Евы проблемы с наркотиками, о чем я сначала не знал. А потом она легла на реабилитацию. С тех пор я не разговаривал с ней, но слышал, что она хорошо себя чувствует.

Я глубоко вздохнул, увидев по выражению лица Луки, что она глубоко задумалась. Вероятно, она собиралась погуглить Еву, как только окажется в своем кемпере, что приведет к дальнейшим поискам, в результате которых она непременно наткнется на очередное вранье насчет меня. Это меня не порадовало.

– Можешь пообещать мне кое-что? – спросил я.

Она кивнула.

– Согласна…

– Можешь попытаться не гуглить меня? Большая часть того, что ты найдешь, будет враньем. Или лучше… погугли, но сделай это вместе со мной, пока я буду на телефоне или рядом. Просто позволь мне объяснять тебе, что правда, а что нет. Я никогда не солгу тебе. Мне просто отвратительна мысль о том, что ты будешь читать все это дерьмо, не зная, чему верить.

Казалось, ее обуревают сомнения. Я понимал, что ей крайне тяжело выполнить такое обещание. Окажись я сам на ее месте, не уверен, что смог бы удержаться.

Она моргала, обдумывая мою просьбу.

– Хорошо, – наконец проговорила она. – Мне нужно было подумать об этом, чтобы понять наверняка, что я могу дать такого рода обещание и сдержать его. Обещаю не гуглить тебя… без твоего ведома.

Я с облегчением выдохнул.

– Спасибо. Понимаю, что это будет нелегко, но обещаю, что ты не пропустишь ничего стоящего. Я могу рассказать тебе все важное, что тебе необходимо знать. И если когда-нибудь у тебя возникнут вопросы, ты просто должна спросить меня.

Она придвинулась ко мне. Когда я поцеловал ее, закипающее во мне желание быстро превратилось в острую необходимость.

– Ты уверена, что я ни за что не смогу убедить тебя задержаться подольше? – прошептал я, не отрываясь от ее губ.

Она не ответила. Я уже понял.

Несмотря на то что цена славы всегда высока, откровенно говоря, прежде мне никогда не хотелось, чтобы все это исчезло из моей жизни. Так было до Луки. Но в этот самый момент я стоял перед выбором и вполне мог бы отказаться от безумного тура по двенадцати городам, в который мне довольно скоро предстояло отправиться, променяв его на путешествие в раздолбанном кемпере через всю страну.