Глава 31

Максим

— И где отец с Андреем? — оглядывается Аврора, когда мы снова сталкиваемся в толпе уже подвыпивших людей, и вопросительно смотрит на меня.

— Понятия не имею, малыш. Может, все еще разговаривают?

— Столько времени?! Боже, он, наверно, убил его, и сейчас закапывает тело…

Я смеюсь на ее взволнованный тон, и получаю в ответ полный негодования взгляд. На самом деле, мне глубоко плевать, куда там потерялись одни из главных персон нашего корпоратива. Сейчас, когда мы поговорили с блондинкой, и вроде как я теперь обладаю всеми правами на то, чтоб обладать ею, хочется поскорее закончить все дела, и поехать домой.

К ней или ко мне — не важно.

Завтра выходной, и мое воображение уже нарисовало картинку, как мы могли бы провести утро. Скажем, полночи я бы не выпускал ее вообще, наверстывая пропущенное удовольствие. От одной этой мысли член дергается, желая прямо сейчас утащить девчонку домой.

Ну, или, на худой конец обратно в кладовку. Чем хуже клубного туалета?!

А затем я бы даже расщедрился на кофе в постель, и плеснул бы в туда молока, на радость блондинки. Представил, как недоверчиво бы улыбнулась Аврора, обязательно бы поддерживая сползающее одеяло на груди. Потому что, хоть ночью эта бестия становиться просто неподражаемой шлюхой — то с наступлением рассвета обязательно стесняется, и комкается в одеяле.

Черт, от мысли, что это все теперь мое и доступно прямо сегодня, становится реально невтерпеж. Одно хреново — мое предложение начать «с малого» оборачивается пока что против меня — потому что коснуться малышки прямо сейчас не представляется возможным.

Поэтому, вместо всего нафантазированного и желанного, я тупо делаю глубокий вдох, и ловлю за запястье рванувшую было Аврору.

— Куда ты?

— Пойду посмотрю, может, удастся их найти…

А она волнуется. Действительно на взводе, и это бесит, потому что… Только ли за отца так переживает блондинка? Или за Станиславского тоже?..

Гоню на хрен неуместные эмоции, и возвращаю девушку на место.

— Стой здесь. Сам схожу, посмотрю. Вдруг и правда Влад решил похоронить останки недопартнера…

— И что ты тогда сделаешь?!

— Как что? Помогу копать, разумеется.

Смеюсь на ее покрасневшее от злости лицо, и наслаждаюсь даже такими эмоциями. Потому что в последние дни в офисе я видел лишь ее макушку, склонившуюся за работой. И даже сам не позволял себе поддеть малышку, чтобы еще больше не обидеть.

Боги, как мне не хватало этого!

Кажется, следующая неделя у нас будет примирительно-бесячая, когда я сполна выхлебаю из нее все, что мне так нужно. Настоящая злость, колкие фразы, и эти срывы, когда нахрен одежда…

Бля, дожить бы.

Выхожу в темную прохладу крыльца ресторана, и вижу, как Станиславский с Владом как раз возвращаются внутрь.

И с каким-то садистским разочарованием отмечаю, что у первого с рожей и самочувствием все в порядке.

— Макс? Как там Ави?

— Волнуется, поэтому послала меня проверить. Помощь не нужна?

— Нет, мы обо всем договорились, — красноречивый взгляд на Станиславского, — я надеюсь.

— Вне всяких сомнений, — спокойно, хотя и с нотками недовольства отзывается мужчина, и скрывается в дверях ресторана.

Мы с Владом пару секунд смотрим ему вслед, а затем — друг на друга.

Я не знаю, как начать, но все-таки должен узнать то, что меня так волнует.

— Андрей и Аврора… Ты решил, что они могут?..

— Я похож на идиота? — грубо обрывает Влад. Затем выдыхает, и уже спокойнее произносит, — я действительно хотел выбить из этого придурка всю дурь, но контракт… Блять, Макс, он нам нужен. С ним мы могли бы неплохо приумножить активы компании.

Я приподнимаю бровь, не допуская мысли о том, о чем подумали бы многие. Слишком хорошо знаю Влада, чтобы решить, что он поставил деньги превыше семьи.

— Поэтому я не стал разрисовывать рожу Станиславского, хотя, видит Бог, смог бы это сделать так же живописно, как моя жена орудует красками. Просто предупредил гаденыша, что еще хоть малейший шаг в сторону моей дочери — и о нашем с ним сотрудничестве он может забыть. Кажется, мужик меня понял.

Он снова вздыхает, затем озирается по сторонам, и хлопает по карманам пиджака.

— Черт, в такие моменты жалею, что бросил курить, — расстроенно выдает он.

Я киваю, хотя мысли все равно где-то совсем не в работе.

— Станиславский, он… — я так осторожно подбираю слова, что, кажется, даже начинаю слегка тормозить, — он не плохой мужик.

Влад дергает бровью, и щурит взгляд.

— Тебе что, самому надо? Так я отговаривать не стану, забирай Андрюшку.

Я закатываю глаза. Кажется, теперь знаю, в кого Аврора такая… Язва.

— Я не об этом. Смотри, Станиславский — птица не низкого полета, плюс ко всему не решился бы обижать твою дочь, так как хочет работать с тобой, и знает, что в случае чего ему прищемят яйца. Не бедный, значит, не охотник за приданым. Ну и смело обозначил свои намерения в адрес Авроры.

Влад медленно кивает, явно понимаю, куда я клоню. Мне самому каждое слово дается словно глоток кислоты, но, блять, реально интересно.

И не в последнюю очередь для личного, так сказать пользования.

— Почему ты так яростно против? — все-таки заканчиваю свою мысль, и Влад поднимает голову, разглядывая покрытое смогом небо.

— Ты ведь знаешь, что я за своих порву, — это не вопрос, а скорее утверждение, но я на всякий случай киваю, — а этот, блять, Станиславский… Я ему только пару раз пригрозил, и сказал держаться от моей дочери подальше. А он сразу — язык в жопу, и на попятную. Так какое это значит «его»?

Влад смотрит мне прямо в глаза, и сейчас словно видит насквозь, с какого хрена я задаю такие вопросы. Мне неуютно, но ничем не выдаю себя — выдерживаю взгляд, и жду продолжения.

— Не его моя дочь, — заканчивает Влад уже спокойнее, видимо, все-таки не заметив моего истинного интереса, — за свое глотку грызть надо. Брать, не спрашивая, и делать все, чтоб не ушла. И тогда, если есть любовь, и моя дочь сияет, и доверю ее другому. А пока — Ави только моя девочка, и, надеюсь, так будет как можно дольше.

Он усмехается, чуть смягчая свою фразу, а затем бросает взгляд на часы.

— Давай возвращаться, пока все не напились в умат там. Пара сообщений — и я валю домой. Там Бель ждет, и пацаны. Подвезешь Ави до дома?

Я киваю, потому что это — итак мой план на сегодня. А Влад с благодарностью хлопает меня по плечу, и первым возвращается на корпоратив.

А я вдыхаю ночной свежий воздух, и с полной кашей в голове ступаю следом.