Глава 27

– Сиди тихо и не двигайся, – сказал Волков с абсолютной невозмутимостью, а у меня сердце из груди выскакивало от страха. Андрей поднялся на ноги и подошел к окну, став спиной к стене и осторожно выглядывая на улицу, глядя на то, что происходило снаружи. Я, затаив дыхание, следила за реакцией бывшего. Шум мотора стал громче, а вместе с ним и стук моего сердца. Казалось, оно, бедное, просто проломит грудную клетку. Но внезапно звук мотора стал удаляться и постепенно совершенно стих. – Вот и все, – улыбаясь, взглянул на меня Андрей. – Испугалась? – подошел ближе, заглядывая мне в лицо. А ведь меня и правда колотило не по-детски. – Ну, все, все, – он обнял меня за плечи, прижимая к груди. – Никто нас не нашел. И пока снегопад, вряд ли отыщут. – Ты же понимаешь, что, когда снегопад закончится, у нас будет меньше шансов выбраться незамеченными? Почему-то я только сейчас подумала об этом. – И в то же время сейчас есть больше вероятности, что за дорогами более пристально следят, – опроверг мою версию Андрей. – И что нам делать? – внезапно я ощутила себя в западне. – Пока ничего, – оставался абсолютно невозмутимым Волков. – Я жду звонка. После него станет понятно, как быть дальше. – Ясно, – его фраза о звонке, что он ждал, насторожила еще сильнее. Ведь, судя по тому, что я видела, Андрей недалеко ушел от Паука и занимался чем-то незаконным. – И давно ты занимаешься таким? – я прошла на кухню, наливая из чайника воду, что накануне принес из колодца бывший. – Каким таким? – приподнял бровь Андрей. – Криминальным, – проговорила на выдохе. От одного этого слова волоски на теле встали дыбом. Я никогда даже подумать не могла, что Волков способен на подобное. – Зачем тебе это нужно, Андрей? Для чего? – Семейный бизнес, – с какой-то горечью проговорил он. – Что значит “семейный бизнес”? Как же так? Как Игорь Николаевич… он же?.. – Семейный бизнес со стороны бывшей жены, – Волков сжал плотно зубы, посмотрев куда-то в сторону. – Это что же?.. – сделала я глубокий вдох. – Дядя Валера никакой не бизнесмен? – помнила высокого статного брюнета, который все время меня подкармливал конфетками. – Конечно бизнесмен, только бизнес у него разноплановый. – Но вы же развелись. Зачем ты продолжаешь этим заниматься? – Из этого бизнеса так просто не выходят, Беляшик, – бывший пронзил меня таким взглядом, что все внутренности скрутило. – Либо продолжаешь тянуть эту лямку, либо отправляешься туда, – посмотрел он наверх. – Ясно, – я обреченно села на стул, понимая, что, несмотря на чувства, даже если Андрей сумеет вымолить у меня прощение, продолжения у нас никакого не будет. Встречаться с бандитом и ждать, что его в любой момент могут подстрелить… Нет. Это выше моих сил. Я не смогу приспособиться к этой жизни. – Я ведь считала тебя благородным и честным когда-то, – рассмеялась над собственной глупостью. – Представляешь, какая дура?! – вскинула на него взор. – А ты бандит, оказывается. Горло сдавил спазм, и я шумно втянула носом воздух, отгоняя прочь слезы. – Зачем, Андрей? Зачем? – стало больно за того парня, которого я встретила еще на первом курсе университета. В отличие от меня, глупой студентки, Волков в свои двадцать три года уже был финансовым аналитиком, сотрудничающим с крупными компаниями. И даже когда ему предлагали огромные суммы, чтобы с его помощью подставить конкурентов, он оставался непреклонен, поскольку всегда презирал подлость и обман. И тем не менее ввязался в криминал. – Неужели ты так любил Яну, что ради нее согласился поступиться собственными принципами? – глаза застила пелена слез. Другой причины, почему он пошел по кривой дорожке, у меня не находилось. – Дурочка, – подошел он и сел передо мной на корточки. Так, чтобы наши лица оказались на одной высоте. – Без тебя как-то резко все потеряло смысл. Стало плевать на то, как жить дальше и чем заниматься. Плыл по течению. А когда очнулся, оказалось, что прибило меня к вражескому берегу. – Зачем женился тогда? Почему не поговорил со мной, чтобы все выяснить? Для чего все это было, Андрей? Ты ведь не меня проучил. Ты себя наказал и, помимо себя, сделал несчастными еще двух девушек. – Тогда я хотел лишь сделать тебе максимально больно. А на все остальное было плевать, – он вжался пальцами мне в бедра. – И как? – я всматривалась в его глаза, пытаясь прочитать эмоции. – Стоило оно того? – прикусила нижнюю губу в ожидании ответа. – Ни одной гребаной минуты, – хрипло ответил он и притянул меня за шею к себе. Уперся в мой лоб своим и тяжело задышал. – Никуда тебя больше не отпущу, Белова. Будешь умолять отпустить – не отпущу. Хватит существовать. Пора жить. – А с чего ты решил, что я вообще захочу быть с тобой? – вдыхала его запах, пьянея и с каждым вздохом все меньше желая сопротивляться. – Потому что не хочешь никого больше и к себе не подпускаешь, – услышала самодовольство в его голосе. – Это еще ничего не значит, – попыталась сопротивляться. – Можешь говорить что хочешь, но так не целуют того, о ком мечтают забыть, – вжался в мой рот, сминая губы в настойчивом, нетерпеливом поцелуе, лаская языком нёбо, язык и посасывая каждую губу по отдельности и обе вместе. – Ты от пальцев ног до кончиков волос моя, – прошипел он мне в рот, прежде чем мы услышали вибрацию его телефона.