Глава 11

— Кажется, все, — Галя вытерла пот со лба и с гордостью посмотрела на очищенный главный зал.

Комната все равно выглядела не особо хорошо, ведь каменные стены и старость никуда не делись. Полы однозначно нужно было менять. Когда они с Лёкой закончили соскребать вековую грязь, то заметили, что в некоторых местах доски совсем трухлявые.

По-хорошему в этом месте нужно было заменить все, сделанное из дерева. Это касалось и потолка.

Галина Николаевна просто представила, сколько все это будет стоить. Она даже примерно не могла посчитать сумму, но собиралась узнать в ближайшее время. Если она намеревалась жить в этом месте, то ей хотелось быть уверенной, что потолок не рухнет на голову в любой момент.

Возможно, проще было купить другое помещение, но Галина уже исследовала этот вопрос. Дома в столице стоили запредельно дорого. Кроме того, свободные здания очень быстро попадали в руки тех, кто имел связи в канцелярии. В общем, нельзя было просто прийти и купить. Даже если у вас имелась нужная сумма. Вот почему аферисты не хотели так легко отказываться от возможности завладеть этим домом.

Кроме того, Галина Николаевна успела понять, что расположение дома для открытия гостиницы с рестораном внизу очень удачное. Здесь есть все нужное, начиная от конюшни и заканчивая удобным подъездом. Найти это место легко даже для тех, кто впервые в городе. Чтобы попасть сюда от центральных ворот, нужно было лишь единожды свернуть с главной улицы.

Честно говоря, Галя немного волновалась. Она понимала, что для не слишком чистых на руку людей такая недвижимость может оказаться притягательной. Да, Галина теперь была баронессой, но за ее спиной не стояло никого влиятельного. В любой момент к ней могли прийти и вежливо попросить отдать бумагу. Отказать? Конечно, можно. Однако никто не гарантирует, что после отказа ее не подвергнут пыткам. Это тревожило.

Наверное, еще и поэтому она была в некотором роде рада, что раненый мужчина оказался аристократом. Она втайне надеялась, что тот будет достаточно благодарен ей за спасение жизни, чтобы в случае нужды прийти на помощь.

Расчетливо? Возможно. Но Галина Николаевна понимала, что жизнь гораздо опаснее, чем может показаться, поэтому готова была хвататься за любую соломинку. Кроме того, изначально никакого расчета не было. Она спасала молодого человека исключительно из-за того, что считала этот поступок правильным.

От размышлений ее отвлек стук в дверь. Это оказалась Петра. Отдуваясь, женщина втащила в зал большую сумку.

— Фух, — выдохнула она, выпрямляясь. — Я и подумать не могла, что нажила столько вещей. Добрый день, госпожа, — поздоровалась женщина. — Вы похудели!

— В самом деле? — удивилась Галина Николаевна, рефлекторно опуская взгляд.

По ее мнению, ничего в ней не изменилось. Прошло слишком мало времени. Хотя она хорошо знала, что в самые первые дни уходит больше всего веса, это потом каждый грамм дается с боем.

Лёка рядом тоже со скепсисом оглядела Галину. Девочка не видела никаких изменений, но не стала ничего говорить. Она старалась вести себя как можно тише, ведь того требовало задание, которое поручил ей дядька Паком.

— Ну ничего, ничего, — забормотала Петра. — Теперь я снова с вами, госпожа. Будете кушать у меня пять раз в день. Я не дам вам страдать от голода.

Галина Николаевна даже чуть побледнела от такой угрозы. Когда женщина попросила принять ее на работу, Галя и подумать не могла, что придется бороться с излишней заботой, по сути, постороннего человека.

— А чем это вы тут заняты? — прищурившись, поинтересовалась Петра. Она внимательно осмотрела комнату, потом Лёку (девочка под этим взглядом чуть отступила), в конце пристально изучила Галину. — Госпожа, — начала она придушенно, — только не говорите мне, что сами убирались?

Галина Николаевна подняла руку и потерла переносицу. Была ли идея принять Петру хорошей? Можно ли отмотать все назад? Ей не хотелось начинать борьбу за право делать что-то самостоятельно!

— В этом нет ничего предосудительного, — заговорила Галя, отнимая руку от лица и вздыхая. — Мне ведь нужно чем-то заняться, не так ли?

— Ох, — драматично выдохнула Петра и без сил села на свой баул. — Господин барон, как же так вышло? Вашей деточке приходится трудиться, как чернавке какой-то!

— Перестань, — попросила Галя, чувствуя одновременно раздражение и смущение. — В том, чтобы помахать немного веником, нет ничего дурного. Любой труд благороден. Это мой дом, и я хочу, чтобы в нем было чисто.

— Но вам совсем не обязательно делать это самой, госпожа, — возразила Петра. — У вас есть служанка, вот пусть она и работает.

Ее взгляд переместился на Лёку. Девочка от такого заявления надулась, явно желая возразить.

— Лёка не служанка, — опередила ее Галя. — Она… эм, просто помощница. Я ведь говорила тебе.

— Да, да, — Петра покивала, сделав вид, что поняла. Правда, взгляд, который она после бросила, не предвещал девочке ничего хорошего.

Галина Николаевна вздохнула. Петра выглядела излишне энергичной. Видимо, работа на мачеху Висконсии совсем не радовала женщину, раз она бросилась в неизвестность с головой. Ее даже не остановило предупреждение Гали о том, что первое время их ждет множество трудностей.

Показывая Петре комнату, Галина надеялась, что ее жизнь не превратится в постоянную войну. Намного позже она поняла, что была в тот момент очень наивна.

* * *

Встав перед дверью, Галина Николаевна еще раз проверила кольцо на пальце. Сегодня она решила, что пора подумать о деньгах. Кроме долга, который необходимо было отдать в самое ближайшее время (кто знает, вдруг начнут капать проценты), требовалось позаботиться о многих вещах, начиная от банальной еды и заканчивая предметами для уборки.

Нести украшение в мешочке на поясе она опасалась. Карманников в городе было предостаточно. И пусть она старалась быть внимательной, но рисковать не хотелось.

Можно было спрятать кольцо в привычном тайнике на груди, но в этот раз она поступила иначе — надела кольцо на палец, а потом замотала его бинтом. Галя сомневалась, что у кого-нибудь получится снять с нее украшение так, чтобы она не заметила.

Пару адресов оценщиков она выяснила самостоятельно, еще пару получила у Пакома. Галина не собиралась продавать первому, к кому зайдет. Для начала стоило узнать цену, которую дает каждый из них.

Галина Николаевна подозревала, что кто-нибудь из оценщиков связан с ворами, поэтому перед тем, как войти в здание, каждый раз доставала кольцо, делая вид, что держит его в мешочке. Много мороки, но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Первая лавка совершенно ей не понравилась. Оценщик разговаривал с ней через губу, явно не впечатлившись ее непритязательным внешним видом — это была еще одна уловка с ее стороны. Ей не хотелось привлекать к себе слишком много нежелательного внимания.

Кольцо его явно заинтересовало, хотя Галя выбрала самое простое из тех, что у нее имелись. За украшение ювелир согласен был дать два золотых — это двести серебряных монет.

Галина поблагодарила его и забрала кольцо. Как это часто бывает, мужчина сразу же начал убеждать ее, что больше ей никто не даст, но он готов набавить сверху еще пятьдесят серебряных.

— Поверь, это лучшая цена, которую тебе дадут в городе, — заверял мужчина, глядя снисходительно.

— Спасибо, — вежливо отозвалась Галя. — Я просто хотела узнать цену.

Мужчина начал еще что-то говорить, но она больше не слушала. Ей не нравилось, как с ней говорили и как смотрели. Конечно, Галина Николаевна вполне могла перебороть неприязнь ради необходимости, но конкретно сейчас ничто не требовало от нее подобного шага.

Второй оценщик был из списка Пакома. Пожилой мужчина долго разглядывал ее и кольцо через пластинку слюды. Та была настолько тонкой и отполированной, что походила на стекло.

Слюда была заключена в искусно выделанную металлическую оправу, так что вся конструкция больше напоминала обычное украшение.

Этот человек дал более высокую цену — двадцать золотых. Галя ощутила сильное желание согласиться, но ей все-таки удалось мило улыбнуться и забрать кольцо.

Выбравшись на улицу, она некоторое время размышляла. Двадцать золотых были хорошей ценой. Она даже не думала, что сможет получить столько за такое простое украшение. Впрочем, в ее прошлом мире драгоценности порой тоже стоили баснословно дорого.

Обойдя всех остальных ювелиров, Галина Николаевна вернулась к старичку с необычным украшением. За это время на нее пять раз налетели, едва не сбив с ног, и один раз откровенно ощупали. Это нервировало и заставляло ее волноваться о своих будущих деньгах. Если небольшое кольцо она еще могла скрыть, то что делать с деньгами? Она очень надеялась, что их размер меньше, чем у серебряных и медных монет.

Старичок не выглядел удивленным, когда она вернулась к нему. Он благодушно улыбнулся и погладил не слишком густую бороду.

Золотые монеты, к облечению Галины, были очень маленького размера. В принципе, в этом не было ничего странного. Раз золото здесь стоит выше остальных металлов, значит, его количество не такое большое, так что нет смысла делать монеты крупными.

На этот раз она воспользовалась своим старым тайником. Домой практически бежала, всеми силами избегая темных переулков. Она кожей ощущала пристальный взгляд, но старалась не оглядываться по сторонам, целенаправленно двигаясь вперед.

Была вероятность, что воры попробуют проникнуть в дом ночью, но они должны были понять, что отыскать монеты в столь большом здании крайне сложно.

И это самое обычное и простое колечко. Она даже думать не хотела, какие трудности ждут в будущем.

Закрыв за собой дверь, Галя прислонилась к ней и слегка ударилась затылком. Короткая прогулка заставила ее понервничать. Она вся вспотела от напряжения.

— Госпожа? С вами все хорошо?

Галя открыла глаза и заметила Петру. Женщина смотрела на нее вопросительно и чуть встревоженно.

Она жила вместе с ними уже несколько дней, и за это время у них состоялась пара серьезных разговоров. Петра не лезла в ее дела (уже хорошо), но была одержима мыслью, что всех вокруг нужно закормить до невменяемого состояния.

Теперь Петра не приставала к ней с пятиразовым питанием, но при этом каждый раз смотрела так, словно отказ перекусить разрывает ей сердце. Единственным, кому все нравилось, был Умник. Вот кто на деле оказался настоящим пожирателем еды. Неудивительно, что зверек так обрадовался, когда увидел Петру на рынке.

— Все хорошо, — отозвалась Галя, думая над тем, что сегодня стоит подпереть все двери и проверить задвижки на окнах. Небольшие предосторожности лишними точно не будут.

* * *

Галина Николаевна резко открыла глаза. Она лежала на кровати, пытаясь понять, что именно ее разбудило. Умник рядом встревоженно на нее посмотрел. Не было сомнений — их разбудил какой-то внешний шум.

— Тихо, — прошептала Галя, поднимаясь.

Опустив ноги на холодный пол, она поморщилась, а потом накинула халат. У нее не было ни времени, ни желания надевать сейчас платье.

Добравшись до двери, Галина прильнула к ней и затихла. В голову полезли истории о призраках и прочая бесовщина, но она силой воли отмахнулась от этого. Не было сомнений, что шумел человек.

Конечно, шум можно было легко оправдать.

Например, это могла быть Петра. Она всегда вставала до восхода солнца и начинала возиться на кухне. Она вполне могла уронить какой-нибудь предмет.

Или это могла быть Лёка. В темноте легко обо что-нибудь споткнуться.

А еще у них по-прежнему обитал сын барона. После первых дней общение с ним стало более редким, все-таки Галине нужно было заботиться об имуществе, попавшем в ее руки, а мужчина не выглядел умирающим. По этой причине она не уделяла ему много внимания.

Несмотря на то что все эти объяснения звучали в ее голове очень убедительно, менее жутко не становилось.

Тихо вздохнув, Галина Николаевна открыла дверь, радуясь, что не так давно смазала петли маслом. Выскользнув наружу, она замерла, оглядывая комнату.

Света не хватало. Окна в здании были небольшими, хорошо еще, этот недостаток компенсировался за счет полной луны. Она, кстати, здесь тоже имелась, правда, пятна на ней не совпадали с тем, к чему привыкла Галина Николаевна.

В первый раз когда она увидела это, то застыла от сковывающего все тело осознания. Все-таки одно дело предполагать, другое — знать точно. Некоторое время Галя искренне считала, что просто попала в далекое прошлое. Для объяснения произошедшего у нее была вполне, на ее взгляд, рабочая теория. Конечно, в ней имелись некоторые дыры, но они казались не слишком существенными. Рисунок на луне опроверг всю ее теорию, как, впрочем, и отсутствие привычного Млечного Пути.

В комнате кто-то был.

От ощущения чужого присутствия все волоски на теле Галины Николаевны встали дыбом. Она облизнула вмиг пересохшие губы и застыла, наблюдая за темной фигурой, возившейся рядом с сундуком. Не так давно она вытащила из своей спальни почти всю мебель. Сделано это было для того, чтобы ничего не мешало убраться в месте, где она собиралась жить.

Мимо что-то проскочило. Галя отстраненно подумала, что Умник может быть невероятно тихим, когда этого хочет. Она не знала, что ей следует делать.

Вор, а это был именно он, никаких сомнений, вполне мог воспользоваться ножом или другим оружием, если поймет, что его обнаружили. Галине не хотелось героически погибать, но и отдавать свое имущество она тоже не намеревалась.

Все драгоценности и деньги давно были надежно спрятаны. Кто вообще будет хранить что-то ценное в сундуке? Это ведь первое место, о котором подумает человек, желающий уменьшить чужие финансы. Надо быть полным глупцом, чтобы оставить ценности в таком очевидном месте! Галина Николаевна даже немного обиделась.

Пытаясь придумать, что делать, она подошла к столу. При этом Галя порадовалась двум вещам. Первая — ее одежда была мягкой и не шелестела при ходьбе. Вторая — она не надела ботинки, так что шаг ее был тихим. Хотя, стоит признать, ноги немного замерзли.

Человек был весьма увлечен, копаясь в вещах. Он зарылся в сундук, время от времени тихо простукивая стенки — видимо, искал тайники.

Подхватив деревянный поднос, оставшийся на столе после ужина, Галина Николаевна подкралась к вору. Удача явно была на ее стороне, так как она ни разу ничего не задела. Галя не подозревала, что способна быть настолько тихой. Подкравшись к преступнику, она встала так, чтобы ей было удобно.

— Эй, — позвала она.

Человек моментально вскочил на ноги и развернулся. Галина не стала ждать, размахнулась и со всей силы приложила злоумышленника по голове. Послышался звук удара и придушенный вскрик. Гале показалось, что она слышала хруст.

Вор упал на пол и не двинулся с места. Галина Николаевна опустила руки и ощутила, как задыхается. Паника накатила волной. Тело бросило в пот. Ее затрясло. Не было никаких сомнений — ее настигла запоздалая реакция. Бросив поднос на пол, Галя стекла вниз (ноги не держали) и наклонила голову, пытаясь дышать.

— Господи, — прошептала она и подползла к человеку. — Только бы живой, — возносила Галина молитву, прокручивая в голове тихий хруст.

Становиться убийцей не хотелось категорически. Это приводило в ужас.

Протянув руку, она нащупала шею преступника и едва не застонала от облегчения — пульс был! Выдохнув, Галя села удобнее и постаралась успокоиться. Такие приключения не шли на пользу ее старому больному сердцу! И неважно, что тело снова молодое!

Снаружи послышался шум и голоса. Вскоре в комнату вошла Петра вместе с Лёкой. Перед ними скакал Умник. Ясно. Зверек решил позвать на помощь.

— Госпожа! С вами все хорошо? — запричитала Петра, вскинув руки, отчего свеча, которую она держала, едва не потухла.

— Все нормально, — ответила Галя.

Вскоре их внимание привлек удивленный вздох сбоку. Повернувшись, Галина увидела, что Лёка сидит на корточках рядом с вором. И судя по ее удивленному и тревожному взгляду, она отлично знала злоумышленника.

Галина Николаевна немедленно перевела взгляд на лицо того, кто не так давно рылся в ее вещах. Ей снова стало плохо, когда она поняла, что вором оказался совсем молоденький парнишка. Она ударила ребенка!

Отогнав нахлынувшее чувство вины, Галя нахмурилась, пытаясь быть строгой и серьезной. В конце концов, у нее не было выбора. Парень мог оказаться опасным, но, сколько бы она ни пыталась убедить себя, что права, успокаивающие мысли действовали плохо.

— Ты знаешь его? — спросила она у Лёки, еще раз проверяя пульс мальчика.

Неизвестному вору оказалось не больше шестнадцати. Несмотря на достаточно высокий рост и развитую фигуру, лицо выдавало его возраст.

Лёка кивнула. Она справилась с первыми эмоциями, и теперь выражение ее лица снова стало привычно отстраненным.

— Его зовут… — начала она, но замолчала, словно раздумывая, стоит ли называть настоящее имя парня, или это будет лишней информацией.

— Откуда ты знаешь вора? — с подозрением спросила Петра. — Тебе стоит тщательней следить за тем, с кем ты общаешься, девочка, — наставительным голосом посоветовала она.

Лёка бросила на женщину раздраженный и даже немного гневный взгляд.

— Я сама знаю, что для меня лучше, а что нет, — отчеканила она.

— Ну, ну, — не поверила Петра. — Ты еще слишком мала. Ты посмотри, чего задумал твой знакомый. Где это видано — вламываться в чужие дома и воровать? Это плохой поступок. Хорошие люди так не делают.

— Да что ты знаешь?! — взъярилась Лёка. Подскочив, она сжала кулаки и напряглась. Смотрела она при этом так, словно готова была кинуться на Петру.

— Вот, — женщина не испугалась. Она неодобрительно поджала губы, будто стала свидетельницей чего-то непристойного. — Маленькие девочки не должны так разговаривать со старшими.

Ребенок фыркнул, совершенно не впечатленный словами Петры.

— Прекратите, вы обе, — попросила Галина, нахмуриваясь сильнее.

Она знала, что Петра относится к Лёке с некоторым подозрением. В принципе, у нее были на то причины. Девочка не выглядела дружелюбной по отношению к ним. Единственный, с кем она готова была возиться и кому улыбалась, — это Умник.

К Галине ребенок относился с вниманием и легким удивлением. Создавалось впечатление, будто Лёка пристально изучает Галю, и некоторые поступки вызывают у нее недоумение и интерес.

Петру девочка старалась избегать, по той простой причине, что у кухарки всегда находилось какое-нибудь задание для Лёки. Почистить овощи, помыть посуду, подмести полы. Из-за этого ребенок старался избегать кухни и ее владычицы. Петра, в свою очередь, была убеждена, что Лёка ленивая и избалованная, раз не желает помочь даже в таких мелочах.

— Итак, — дождавшись, когда обе спорщицы успокоятся, продолжила Галина Николаевна, — кто этот молодой человек?

— Его зовут Йорган, — отозвалась нехотя Лёка. — Мы из одной… группы.

Галина кивнула и задумалась. Её не удивило, что уличные карманники сбиваются в банды, так легче выжить. Она подозревала, что у них существуют свои законы и правила, которые ни в коем случае нельзя нарушать. Лидер у них точно есть. Возможно, Паком прикрывает их от закона. Интересно, какие дела его связывают с сыном барона? Нормально ли для местной аристократии водить тесную дружбу с представителем преступного мира? Впрочем, Галина фыркнула, ничего странного в этом нет.

— Что у вас тут происходит?

Они все подпрыгнули от неожиданности. Даже Умник, тихо сидящий неподалеку, вскинулся, а потом возмущенно и обвиняюще запищал. Видимо, зверек очень внимательно прислушивался к разговору, раз не обратил внимания на приближение еще одного человека.

— Святые девы, помилуйте, — пробормотала Петра. Даже при свете свечей ее лицо казалось белым, обескровленным.

— Безрукий тебя задери, — ругнулась Лёка. Она сердито глянула на стоящего в дверном проеме аристократа.

Галина выдохнула.

— Ничего интересного, — ответила она, когда сердце в груди перестало отплясывать румбу.

Легран явно не поверил. Он сузил глаза, а потом с подозрением окинул их живописную компанию, полностью игнорируя все еще возмущенно попискивающего Умника. Остановив взгляд на лежащем парне, Эруард нахмурился.

— Мужчина? — он вздернул бровь, требовательно посмотрев на Галю.

— Всего лишь ребенок, — непонятно с чего вдруг встала на защиту мальчика Галина Николаевна.

— Мужчина, — настоял сын барона. — Ночью. В твоих покоях.

Галя закатила глаза. И ведь она точно знала, что Легран все понял правильно, но по какой-то причине ему хотелось немного ее подразнить. Она вообще никак не могла его понять. То он говорит с ней любезно, то язвит, то просто смотрит так пристально, что становится неловко. Иногда он даже начинал обращаться к ней на «вы». Создавалось впечатление, будто он сам не знает, как вести себя с ней.

— Что поделать, иногда приходится утихомиривать ухажеров ударом подноса по голове, — с сарказмом произнесла Галя. — Тяжела женская доля, — притворно вздохнула она.

— Ты его ударила? — с каким-то изумлением спросил Эруард. — В самом деле?

Галина Николаевна фыркнула, собираясь ответить очередной колкостью, но в этот момент мальчик рядом с ней тихо застонал, приходя в себя.

Открыв глаза, парень хмуро огляделся. Галина видела, как на его лице проявляется понимание. Осознав, в каком положении находится, мальчик взвился.

— Йорган! — вскрикнула Лёка, опасаясь, что ее знакомый может наделать глупостей от неожиданности и страха быть пойманным.

Парень узнал девочку. Остановившись, он с некоторым сомнением на нее посмотрел.

— Лёка? Что ты тут делаешь? Только не говори мне… — начал, но не закончил он. На худом, достаточно интересном лице прорезалась пугающая решимость.

— Успокойся, — буквально приказала Галина Николаевна, поднимаясь с пола. — Никто не собирается причинять ей боль.

По какой-то причине она сразу поняла, что именно встревожило мальчика, когда он узнал Лёку. Судя по всему, он подумал, что девочку тоже поймали.

Вскинув на нее взгляд, парень сделал один шаг в сторону своей знакомой. Видимо, слова Гали не слишком убедили его.

— Она говорит правду, — произнесла Лёка. — С недавнего времени я тут… живу, — на последнем слове она сбилась. Казалось, ее саму удивил этот факт.

— Живешь? — Йорган удивленно и недоверчиво на нее посмотрел. — Так, значит?..

— Да, да, — торопливо кивнула Лёка. — Я живу у нее, — она совершенно некультурно показала на Галину пальцем.

— Святая дева, — возмутилась Петра, несильно стукнув девочку по руке. — Где тебя воспитывали? Это наша госпожа!

Лёка бросила на женщину раздраженный взгляд, но промолчала. То ли ей не хотелось затевать новый спор, то ли она понимала, что ее манеры временами оставляют желать лучшего.

— Стража? — дал о себе знать Легран. Он давно уже вошел в комнату и сейчас с интересом наблюдал за происходящим. — А у вас тут совсем не скучно, милая леди.

— Можешь оставаться столько, сколько пожелаешь, — Галина даже слегка присела в издевательском реверансе. — Главное, не забудь заплатить за постой.

— Нет, не надо стражу! — прервала обмен «любезностями» Лёка. — Йорган… он… хороший. Не надо стражу, — добавила она чуть тише.

Галина Николаевна сжала губы, размышляя.

С одной стороны, она не могла просто так отпустить вора, ведь лично она его не знала. Вдруг он опасен? Вернется завтра и убьет их всех во сне. Конечно, то, что Йорган вор, не значит, что он способен на убийство, но испытывать судьбу Галине не хотелось.

С другой стороны, ей не хотелось отдавать ребенка под стражу. Мальчик мог пойти на преступление лишь по нужде. В конце концов, Лёка тоже до недавнего времени была воришкой. И не факт, что теплая постель и еда три раза в день изменили ее так быстро.

В общем, Галине Николаевне всегда было сложно, когда дело касалось детей. Она понимала, что они вполне уже взрослые, поэтому должны нести ответственность за свои поступки, но… Всегда было это пресловутое «но».

Потерев переносицу, она вздохнула. Все смотрели на нее с ожиданием.

Петра была недовольна. Лично у нее не было никаких сомнений в том, как нужно поступить. Она любила детей, но не считала, что к ним нужно относиться как-то по-особому. Сама она начала работать очень рано. После этого к ней не было никакого снисхождения. Ей казалось, что так поступать правильно. Ребенок или нет, какая разница? Отвечать все должны по закону и никак иначе.

Лёка ощущала себя неуверенно. Появление Йоргана стало для нее полной неожиданностью. Когда Паком попросил ее присмотреть за женщиной, она согласилась. Сначала это задание вызывало у нее раздражение. Привычная жизнь в один момент изменилась. Не в плохую сторону, но все равно было некомфортно. Она многого не знала, отчего чувствовала себя не на своем месте. Спустя некоторое время это ощущение притупилось. Женщина оказалась странной, но интересной, а жизнь под крышей дома — удобной и сытой. Последнее радовало Лёку больше всего.

Эруарду было интересно, что решит баронесса. Было необычно уже то, что она задумалась. Обычно аристократы не утруждали себя размышлениями, когда дело касалось представителей преступного мира.

Он даже не думал торопить Висконсию, с повышенным вниманием осматривая ее. На ней сейчас была надета только рубашка для сна и просторный халат.

Эруард тихо сглотнул, лаская взглядом внушительную грудь. Тонкая ткань почти ничего не скрывала, давая ему прекрасный обзор. Ему снова нестерпимо захотелось узнать, насколько она мягкая и как будет смотреться в его руке. Он буквально чувствовал, как сжимает податливую плоть.

Пытаясь сбросить наваждение, он опустил взгляд. По неведомой причине вид голых ступней и лодыжек заставил его замереть. В них не было ничего необычного (до этого он много раз видел женские ноги), но почему-то от одного взгляда вниз его возбуждение усилилось.

Вспомнив, что он тут не единственный мужчина, Эруард мгновенно посмотрел на пойманного воришку. Мальчишка, не скрываясь, оглядывал баронессу. Это никак не могло понравиться Леграну.

— Ты бы оделась, — не слишком ласково бросил он, мысленно обещая парню все кары небесные, если тот немедленно не отведет взгляд.

Йорган, ощутив, как по спине пробежал холодок, невольно поежился и осторожно огляделся, сразу натолкнувшись на пристальный взгляд мужчины. Тот смотрел так, словно обещал выпустить ему кишки. Тревожно сглотнув, Йорган отступил на шаг и посмотрел на Лёку, но та была занята тем, что прожигала глазами баронессу.

— Что? — встрепенулась Галина, выплывая из своих мыслей. Посмотрев на себя, она, даже не подумав смущаться, запахнула халат и пожала плечами. — Можешь не смотреть, если твоим глазам больно, — едко выдала она и расправила плечи. — Идите все на кухню, я сейчас спущусь.