Глава 26

Выбранные Леграном люди согласились на его предложение. Работа им была нужна, и они посчитали охрану таверны отличным вариантом. Их не волновало, что хозяйкой заведения будет женщина, главное, чтобы она платила вовремя и не сильно лютовала.

Назначив встречу с ними на вечер, Легран отправился домой. Ему требовалось провести один ритуал. Он не слишком любил заниматься этим при свете дня, видимо, потому, что его магия была все-таки темной и ночь нравилась ей больше дня. Хотя на зов она откликалась в любое время суток. Любовь к жертвам у древней сущности была сильнее, чем нелюбовь к солнцу.

Вернувшись, Легран сперва проведал отца. В последние дни состояние здоровья его родителя еще ухудшилось. Подумав немного, Эруард решил признаться ему, что нашел невесту. Поначалу он молчал, опасаясь, что родитель предпримет какие-нибудь действия и напугает Висконсию. Однако с каждым днем отцу становилось все хуже, поэтому существовала большая вероятность внезапной смерти.

— Хорошо, очень хорошо, — с улыбкой произнес Антеон. Он несколько дней не вставал с постели и выглядел бледным. — Я рад, что ты задумался о продолжении нашего рода. Поверь мне: наша жертва необходима.

Эруард открыл рот, желая сказать родителю, что выбранная им девушка на самом деле ведьма, поэтому ни ему, ни ей не придется умирать, по крайне мере в ближайшее время, но в последний момент остановился. Он не хотел, чтобы отец ощутил зависть и чувство несправедливости. Вряд ли, конечно, отец подумает что-то такое, но Эруард хотел перестраховаться. Антеон дель Легран даже на смертном одре оставался темным колдуном. Малейшая его мысль при смерти могла восприняться магией как желание.

Лучше пусть все будет так, как есть.

Возможно, Эруард сказал бы правду, если бы существовал способ спасти отца, но даже магия в этом случае не помогла.

— Ступай, я же вижу, что ты что-то задумал, — Антеон поднял руку и похлопал сына по предплечью.

— Постарайся отдохнуть, отец, — произнес Эруард и встал. Ему было горестно видеть своего родителя таким, но он уже немного свыкся с мыслью, что вскоре останется без отца.

— Конечно, — Антеон улыбнулся.

Как только дверь за сыном закрылась, мужчина вздохнул свободно и прикрыл глаза. До этого момента в мире его держала лишь мысль, что сына нужно направить, как-то заставить принять свою участь, но теперь, когда Эруард поведал такую радостную новость, можно было уходить.

Антеон дель Легран вздохнул последний раз и замер. Даже спустя пять минут его грудь была неподвижной. Темная магия, оставшаяся в теле, рассеялась по комнате, полностью исчезнув в тенях.

Эруард, еще не знающий, что титул барона перешел к нему, спустился в подвал. Он торопился. Нужно было быстро провести ритуал, а потом встретиться с людьми, которых он нанял для работы в таверне.

Оглядев животных в клетках, собранных в этом месте, чтобы всегда иметь доступ к жертвам, Легран выбрал самого крупного и мощного барана.

Зверь будто чуял свою участь, упирался до последнего, но Эруарду удалось его дотащить до ритуального круга. В принципе, никаких особых действий магия не требовала, но предки Леграна уже давно поняли, что магия сильнее, когда призываешь ее правильно.

Закончив с ритуалом, Эруард сполоснул руки от крови и переоделся. Барашек был доставлен на кухню. Повара, как обычно, ничего не сказали. Все слуги в этом доме так или иначе были связаны с семьей Легран, поэтому молчали. Конечно, они не знали точно, чем занимаются хозяева, но догадывались. Сложно что-нибудь не заподозрить, когда хозяева сами режут животных, которых держат в специально отведенном месте.

Приведя себя в порядок, Легран полюбовался на темную метку на руке. Ничего подобного он раньше не видел, но интуитивно знал, что делать дальше.

Мужчин он встретил перед входом в таверну. Они не заходили, стояли в некотором отдалении. Один из них заметно нервничал.

— Вы уверены, господин? — спросил он, когда Легран приблизился. — Об этом месте ходят недобрые слухи.

Двое других осуждающе качнули головой, словно человек только что сказал какую-то глупость.

— Проклятие снято, — отмахнулся Эруард. — Идите вперед, я сейчас подойду.

Все трое как один кивнули и направились в сторону входа. Даже тот, кто еще недавно немного нервничал, выглядел после слов Эруарда спокойно.

Дождавшись, пока мужчины не скроются в таверне, Легран подошел к зданию. Посмотрев на метку на руке еще раз, он аккуратно приложил ладонь к камню. Сначала ничего не происходило, но потом стена покрылась черными линиями, похожими на паутину. Ладонь начала чесаться, будто на ней внезапно образовалась заживающая рана.

Мгновение спустя все здание было окутано сетью. Черные нити напоследок вспыхнули темным огнем и исчезли.

Теперь никто с недобрыми намерениями, обращенными на баронессу Висконсию дель Каруссо, не мог войти в этот дом.

После того как Легран привел троих мужчин на место охранников, штат таверны был полностью укомплектован. Мужчины оказались на диво молчаливыми и исполнительными. За день они могли сказать от силы несколько слов. В основном это было выражение благодарности за еду или что-то в этом роде.

Галина, естественно, немного расспросила их о прошлом, но глубоко не вдавалась, понимая, что слишком копаться в личной жизни не стоит. Она доверяла Эруарду, поэтому постаралась довериться и этим людям. Конечно, Галя не стала мгновенно открытой, но проявляла по отношению к ним разумное дружелюбие.

Галина Николаевна не сразу сообразила, что троица была чем-то вроде третьего дара. А когда поняла, то на некоторое время задумалась, не зная, как реагировать. С одной стороны, Легран не был владельцем ее охранников, с другой, разве разумно дарить людей? Это пахло работорговлей. Но эти мужчины были не рабами, а обычными сотрудниками, которые в случае недовольства всегда могли уйти на другую работу.

В общем, она никак не могла понять, как относиться к этому дару. Что именно Легран ей подарил? Людей? Нет. Контракт с ними? Тоже нет. В ином случае это было бы ничем не лучше предыдущего варианта.

В итоге она решила считать этот жест проявлением заботы со стороны Эруарда. Он был обеспокоен охраной ее дома и позаботился о том, чтобы ей не пришлось искать людей самостоятельно. Не совсем дар в привычном смысле слова, но тоже ценно и приятно.

О том, что перед приходом Леграна она ощутила непонятные колебания энергии вокруг дома, Галина Николаевна никому не сказала. Честно говоря, она опасалась раскрывать свой секрет о том, кто она теперь. Кто знает, как люди отреагируют на новость. Галя продолжала читать книгу, которая очень многое ей рассказала, но некоторые вопросы оставались без ответа.

Обеспокоенная, Галина провела несколько дней в тайных исследованиях здания. Она могла поклясться, что к нему была применена какая-то магия. Галина Николаевна не видела ее, но ощущала каждой клеточкой кожи. Это было странное чувство, одновременно незнакомое и хорошо узнаваемое.

— Как ты думаешь, что это? — прошептала Галя, поглаживая Умника, сидящего у нее на плечах. Она находилась в своей комнате, готовилась ко сну. — Я не ощущаю опасности, а ты?

Умник приоткрыл глаз и фыркнул, давая понять, что лично его ничего не волнует. Такое поведение зверька слегка обнадеживало. Галя верила, что в ином случае зверь не был бы так спокоен. Но несмотря на это, она все-таки хотела знать, что случилось с ее домом. Ей не нравилась неизвестность.

Не так давно в книге она нашла ответ, кто такой Умник. Она дошла до раздела, посвященного магическим существам. Их в этом мире было не так много, но они все-таки существовали.

Насколько Галя поняла, когда-то давно мир магии в этом месте был более… насыщенным. Магия проявлялась более многогранно. В книге мало об этом говорилось, лишь в общих чертах. Например, существовали элементари — люди, способные полностью сливаться с какой-либо стихией. Существовала и светлая магия. Животный мир магии тоже был более разнообразен.

Но как это всегда бывает, люди не могли жить спокойно. Постоянные войны и конфликты привели к тому, что обладателей магического дара становилось все меньше и меньше. Животные подвергались истреблению, впрочем, как и люди с даром. Здесь тоже были времена инквизиции, когда неугодных тем или иным способом убивали. Маги не остались в стороне — отвечали агрессией на агрессию.

И воевали не только простые люди с одаренными, сами маги тоже не сидели на месте. Причин для конфликтов внутри группы было достаточно. Например, из-за цвета магии — светлые восставали против темных. Маги одной страны сражались против магов другой. Идейные конфликты тоже случались.

Да и магия не оставалась в стороне. Взять хотя бы род Висконсии, в котором все ведьмы на многие поколения были прокляты самой их силой.

В итоге спустя многие тысячелетия постоянной борьбы магия этого мира начала уходить. Одаренных людей рождалось все меньше. Создавалось впечатление, что древней силе просто надоело давать людям то, чего они не ценили.

В конечном итоге это привело к тому, что Галина могла наблюдать: практически к закату магической эры. Судя по всему, в мире осталась лишь горстка одаренных. Темные старались не афишировать свои возможности. А светлые маги предпочитали держаться от всех подальше. В известном ордене Пресвятых Дев время от времени можно было встретить светлого мага, но и только.

Умник, кстати, относился к классу светлых магических зверей. Обычно, как узнала Галя из книги, эти животные не переносили носителей противоположного вектора силы, но Умник был исключением.

Галина не знала, почему зверек привязался к Висконсии, но была уверена, что поводом для этой привязанности послужила какая-то история.

Как выяснилось позже, она была права.

Петра хорошо знала, когда Умник появился у ее госпожи. Оказалось, однажды Висконсия сбежала из дома. Все, конечно, всполошились и бросились на поиски. Нашли ее в одном из переулков, испачканной и растрепанной. Висконсия прижимала к себе ужасно грязное животное, которое отказалась выпускать из рук.

Позже барон, отец Висконсии, разобрался в этом деле.

В своем путешествии девушка наткнулась на хулиганов, которые мучили раненного кем-то зверя. Вероятнее всего, рана была нанесена другим животным. Большинство людей относились к этому виду с почтением, но всегда существовали исключения. Мальчишкам не понравилось вмешательство Висконсии. Сначала они отступили, испугавшись взрослой леди, но потом, поняв, что у нее не все в порядке с головой, захотели забрать свою игрушку. Далеко в своей кровожадной жажде они не зашли. Видимо, понимали, что связываться с аристократами все-таки не стоит.

Висконсия лично выхаживала зверька, правда под бдительным присмотром одного из лекарей. С тех пор эти двое стали неразлучными друзьями. Никто, кстати, так и не понял, что побудило девушку сбежать из дома. Этому просто не было никаких объяснений.

Спустя какое-то время Галя вычитала способ, как определить, какую функцию должна выполнять магия, наложенная кем-то на ее дом.

Она строго следовала указаниям из книги, опасаясь сделать что-нибудь неправильно. Прочитав, что колдун или ведьма ни в коем случае не должны прикасаться к зачарованному объекту, Галя немного испугалась. За последние дни она сотни раз трогала стены, пытаясь разобраться. Потом, обдумав все, она выбросила страх из головы. Если бы чужеродная магия пыталась ей навредить, это давно бы произошло.

Спустя время Галина все-таки смогла идентифицировать заложенную в заклинание функцию.

Это была защита.

Она точно знала, что раньше этого не было. И появилось это поле в тот день, когда Легран привел к ней трех работников. Это было интересным совпадением.

Полагаясь на свои знания, Галина принялась пристально наблюдать за охранниками, но никто из них не походил на колдуна. Конечно, она не думала, что колдун должен чем-то выделяться, например зловещей аурой или наличием колдовских атрибутов, но надеялась, что сможет уловить нечто необычное. К ее огорчению, ничего подобного не было.

Оставив охранников в покое, она обратила свой взгляд на еще одного человека, о котором сразу не подумала, — на Леграна. Он походил на классического колдуна в ее понимании еще меньше, но, глядя на себя, Галя понимала, что и ведьмы здесь не летают на метлах и не носят глупые шляпы.

Впрочем, по поводу метел она не была до конца уверена. Мало ли какими силами может обладать какая-нибудь опытная старая ведьма, которая не боится резать чужие глотки ради исполнения своих желаний.

Галина мучительно пыталась придумать тему для разговора, в котором она могла бы ненавязчиво упомянуть магию и посмотреть, как на это отреагирует Эруард. Ничего не приходило в голову до тех пор, пока она не вспомнила о проклятии, которое не так давно висело на доме.

— И все-таки сложно поверить, что в этом мире существует нечто вроде настоящего проклятия, — невинно произнесла как-то вечером Галина Николаевна, потягивая заваренную смесь душистых трав. Смесь она составила сама, ориентируясь на собственный вкус. Чай понравился домочадцам, поэтому теперь его пили все.

Договорив, Галя впилась взглядом в лицо Леграна, намереваясь отследить любое изменение. Она еще помнила, что именно он нашел место, где был спрятан труп. Вернее, Умник, но зачем-то ведь Легран пошел в кладовую, не так ли? Он тогда объяснил это просьбой Жакара, но сейчас Галине такая отговорка показалась очень слабой.

— Почему? — Легран вскинул бровь, не подозревая об усилиях Висконсии. Хотя в последние дни он заметил ее пристальное внимание, но списал это на желание девушки изучить своего возможного (и вероятного) будущего мужа. Это внимание ему очень нравилось, поэтому он всячески старался выглядеть как можно лучше.

Эруард ловил себя на том, что порой ведет себя странно. Пару дней назад он с какой-то стати бросился открывать дверь Петре, когда та собиралась пойти на рынок. В тот момент ему показалось, что он будет выглядеть вежливым и чутким, но после он ужаснулся. Петра была служанкой, а он аристократом! Если бы он проделал нечто подобное перед любой другой леди, никто бы его не понял, а то и вовсе высмеял.

А отец…

Вспомнив своего родителя, Эруард сглотнул и нахмурился. Он совсем не ожидал, что отец покинет этот мир так быстро. Ничто не предвещало…

Нет, конечно, он знал, что отцу осталось немного, но все равно не ожидал, что все произойдет так скоро.

Похороны прошли тихо и быстро. Многочисленных родственников у их семьи не было, поэтому не нужно было ждать, пока все соберутся из разных уголков страны. Видимо, магический дар не позволял роду разрастаться.

Эруард принял титул спокойно. Работы у него, конечно, прибавилось, особенно в белой, легальной, сфере, но нагрузка не была критической. После принятия дел он только поблагодарил отца за предусмотрительность. В то время как ровесники Эруарда безмятежно прожигали жизнь (и деньги), он работал, постигая различные науки жизни на практике.

— Магии в этом мире осталось мало, но проклятия реальны, — продолжил он, усилием воли заставив себя не думать о своей потере. Ему не хватало отца, но он мог с этим справиться.

— То есть для тебя это вполне привычно? — осторожно спросила Галя.

— Я бы не сказал, — Легран качнул головой, задумавшись.

Однажды ему придется рассказать Висконсии о своем даре. Он не собирался скрывать от жены что-то настолько важное, тем более что это касалось не только их двоих, но и их будущих детей, которые обязательно родятся с магическим даром. У него просто не было права молчать.

Но Эруард опасался говорить. И для этого была причина. Висконсия могла подумать, что он выбрал ее исключительно из-за магического дара, которым она обладает. Легран не желал недопонимания, поэтому ему нужно было сделать все, чтобы такой мысли в голове его будущей жены не возникло.

До этого момента он сидел расслабленно, но после размышлений Легран подобрался. Идеальный ли это момент, чтобы поднять тему их магии?

В любом случае им необходимо поговорить до того, как они свяжут себя узами брака. Конечно, он не знал точно, что Висконсия ответит согласием, а магия могла как помочь ему, так и отвратить от него девушку — чего он искренне не хотел.

Эруард посмотрел на баронессу. Он удивлялся тому, что не заметил сразу, какой привлекательной она была. Поначалу его удивил ее нестандартный внешний вид и манера поведения, но со временем ее округлые формы и мягкость тела привели его в восторг.

Она сильно изменилась с их первой встречи. И не только внешне, но и внутренне. Только сейчас он понял, что раньше в ней чувствовалась легкая неуверенность и постоянная нервозность. Теперь девушка излучала доброжелательность и спокойствие.

Она была мягкой.

И под этим он имел в виду не только ее пышные бедра и умопомрачительные груди, на которые страшно было смотреть, так сильно ему хотелось ощутить их в своих руках. Он говорил и о том, что она излучала. Казалось, стоило ей зайти в комнату, как настроение людей, находящихся там, начинало подниматься. Они успокаивались и ощущали себя так, будто ничто в мире их больше не тревожит.

Смотреть на это со стороны было удивительно. Он понимал, что Висконсия не делает этого осознанно, но в этом и была привлекательность.

Баронесса была исключительной, и он хотел сделать ее своей. Он ненавидел даже мысль, что она может принадлежать кому-нибудь другому. Честно говоря, Легран не думал об этом после единственной попытки такое представить, которая привела его в столь сильную ярость, что он едва смог успокоить себя. До этого момента он не представлял, что настолько ревнив.

— Магия вполне обычна. Да, сейчас ее обладателей осталось мало, но еще несколько столетий назад их было в разы больше, — деловито начал Эруард, подумав, что можно попробовать открыться Висконсии хотя бы немного. Сделать один шаг. — Проклятия встречаются не так часто, но они все еще не редкость в наши дни.

— И много… обладателей ты встречал? — полюбопытствовала Галя, ощущая легкую дрожь в теле. Ее голова в этот момент была пуста. Она не знала, о чем думать. Почему-то она опасалась дальнейшего разговора.

— Немного, — туманно ответил Легран. — Лишь нескольких.

— И они были?..

— Все темными, — хмыкнул он. — Белых магов сейчас можно встретить исключительно в монастырях Пресвятых Дев. Мужчин туда не пускают. Сами Девы выходят в свет настолько редко, что их появления за последние столетия можно пересчитать по пальцам.

— И какими они были?

— В каком смысле? — Легран чувствовал себя неловко. Он сам был темным колдуном. Он знал, что Висконсия — темная ведьма. Их разговор на самом деле был абсурдом.

— Ну… — Галя задумалась, пытаясь подобрать слова. Она понимала, что внешний вид магов не должен быть необычным, но ведь могло что-то их отличать от простых людей. Впрочем, и тут все могло быть печально. Она же ничем не выделялась.

— Ты хочешь узнать, как отличить колдуна или ведьму от простого человека? — тихо спросил Легран.

Галя кивнула.

Эруард немного подумал, а потом поднялся.

— Мне нужно ненадолго уйти. Я скоро вернусь.

— Куда ты? — встревожилась Галина.

Вместо ответа Эруард махнул рукой и торопливо покинул таверну. Невольно вздрогнув от хлопка закрывшейся двери, Галя вздохнула и посмотрела на свои руки.

— И что на него нашло? — пробормотала она.

Мысленно повторяя разговор, Галина Николаевна неожиданно для себя начала обдумывать дела на следующий день. Вывеска должна быть уже готова. А значит, у них есть большие шансы открыться если не завтра, то послезавтра точно. Нужно будет уточнить, хватает ли продуктов и не надо ли заказать что-то еще.

Кроме всего прочего, нужно будет придумать что-нибудь для скоропортящихся продуктов. Ни о каких холодильниках речи не шло. Тут не придумали еще ничего подобного. Ледник? Это более реальный вариант, но зима еще нескоро. Кроме того, лед нужно было где-то хранить. Значит, надо выкопать подвал. А до тех пор придется выкручиваться с тем, что есть.

Легран вернулся спустя пару часов. Слуги, следующие за ним, занесли в таверну большое зеркало. Вернее, как поняла Галя, это был продолговатый кусок какого-то начищенного до зеркального блеска металла, вставленного в тяжелую деревянную раму.

— Наверх, — приказал Легран, не обращая внимания на вопросительное выражение на лице Гали.

После того как слуги установили новый предмет мебели в комнатах Галины Николаевны, он отпустил лишних людей. Встав напротив зеркала, Эруард мельком глянул на свое отражение и повернулся к ней.

Пару мгновений они смотрели друг на друга, а потом Легран протянул руку.

— Подойди сюда, — попросил Эруард и тревожно сглотнул, добавив чуть тише: — Пожалуйста.

Галина Николаевна немного поколебалась, но любопытство пересилило непонимание и желание немедленно задать вопросы.

Шагнув вперед, она встала рядом с Эруардом и с интересом посмотрела в зеркало. Качество изделия было заметно хуже того, к чему она привыкла, но на голову выше того, что продавалось на местном рынке. Видно было, что кто-то приложил громадные усилия, чтобы добиться такого качества отражения от простого металла.

Галя еще раз пожалела, что в прошлом не обращала внимания на такие вещи, как зеркала или стекло. Она знала об этом преступно мало. Стекло делается из песка с добавлением еще чего-то. Кажется, извести, но она не была уверена. Зеркало — это стекло и нечто, покрывающее его с обратной стороны. Насколько она помнила, в прошлом ее мира зеркальности добивались путем заливания обратной стороны расплавленным серебром. Хватит ли этих знаний, чтобы подтолкнуть местное производство стекол и зеркал? Она очень надеялась, что да. Везде ведь есть умные люди, готовые на эксперименты, не так ли?

Вытряхнув из головы лишние мысли, она окинула взглядом свое отражение. Видеть себя в полный рост оказалось весьма занимательно. Первым делом Галина отметила, что ее внешний вид не так ужасен, как ей казалось до этого момента. Да, явно имеется лишний вес, но его количество не было критичным. Она весила, по своему мнению, килограммов восемьдесят, может капельку больше.

Конечно, это все равно много, но при ее пробуждении в этом мире все было гораздо хуже. Сейчас она выглядела достаточно хорошо. Живот не ушел полностью, но теперь у нее появилась талия. Слегка покатые плечи выглядели до странности мило. Зона шеи и декольте явно должна была привлекать повышенное внимание мужчин. Облик не портило даже то, что под подбородком собралось чуть больше плоти, чем необходимо. И это по какой-то странной причине не отнимало у нее своеобразного очарования.

Улыбнувшись отражению, Галина почти мгновенно нахмурилась, когда заметила кое-какую странность. Вокруг ее тела была заметна темная рябь. Что-то похожее можно увидеть, когда человек выходит мокрым из бани на мороз. Только легчайший пар, окутывающий ее, был не белым или прозрачным, а черным.

Испуганно вздрогнув, она сразу поняла, что это такое. Взгляд Галины Николаевны сразу переместился на отражение стоящего рядом мужчины. Хотелось знать, видит ли он это или нет.

Первое, что заметила Галя, — это точно такой же дым вокруг Леграна.

Внутри все перемешалось.

— Ты?.. — начала она хрипло, почти сразу закашлявшись.

— Это зеркало было создано несколько столетий назад одним из темных мастеров моей семьи. Он изготовил его для того, чтобы отыскать себе жену с темным даром. Уже тогда ведьмы предпочитали хранить знания о своей силе в секрете. Это никоим образом не устраивало моего предка. Он выставил зеркало в главном зале, а потом ненавязчиво подводил к нему всех незамужних леди, которые были приглашены в его поместье на бал. Какое-то время моя семья пользовалась этой уловкой, но со временем ведьм становилось все меньше и меньше. Зеркало так и стояло в главном зале, но к нему давно уже никого не подводили, отринув старую традицию.

— Почему? — спросила Галя осторожно, не до конца понимая, как ей реагировать. Как это всегда с ней случалось, она решила сохранять максимальное спокойствие, ведь паника никак не могла помочь.

— Когда в течение нескольких десятилетий в зеркале не отразилось ни одной ведьмы, мои предки решили, что количество одаренных женщин столь ничтожно, что шанс встретить хотя бы одну исключительно мал.

Галя кивнула, снова обратив взгляд на дымку в зеркале вокруг Леграна. Ее сердце сжалось от тревоги. Что-то во всем этом было такое, отчего хотелось уйти и спрятаться. Ей не нравилось, что кто-то узнал о силе внутри нее, но Галя понимала, что Эруард рано или поздно все равно догадался бы. При условии, конечно, если бы они все-таки решили пожениться.

— Так, значит, ты?.. — она замолчала, давая Леграну возможность самому озвучить правду о себе.

— Колдун, — не разочаровал он ее. — Темный колдун.

Галина видела тревогу в глазах Эруарда. Видимо, ему тоже было не совсем комфортно открывать себя. Он не знал, как она отреагирует на это признание, и сейчас нервничал, ожидая ее вердикта. Это могло бы показаться даже милым, если бы не мысль, пришедшая в голову Галины Николаевны.

— Ты сделал мне предложение потому…

Она не успела договорить. Легран резко повернулся к ней и схватил за плечи.

— Не надо, — попросил он. — Конечно, я не отрицаю, что был безумно рад узнать, что в тебе есть магия, но ты понравилась мне задолго до того, как я узнал о твоей силе.

Галя видела по его глазам, что там было что-то еще. Он не сказал ей всей правды. И она желала ее знать.

— Рассказывай, — попросила Галина, выбираясь из рук Леграна.