Глава десятая. Чужая душа – потёмки

Наянтиэль

Первые зачёты прошли до обидного легко. Имея под боком двух умных парней, которые готовы помочь, я довольно быстро подготовилась. Рен мне и по предметам подсказывал, и по обходным путям – шпаргалкам и хитростям общения с тем или иным преподавателем. Нет, конечно, я весь этот месяц усиленно училась – мне больше всех здесь нужно было заполнять пробелы в знаниях, но идти на экзамен со шпаргалкой в кармане всегда спокойнее, чем без неё. Да и пока их пишешь, – запоминаешь тонну полезной информации.

Сложнее всего оказалось с артефактами, что, в принципе, предсказуемо. Мало того, что профильный предмет, а значит, по нему и спрашивать будут жёстче всего, так ещё и Лариатиль мне пока своего проигрыша в пари у стен академии не простил. Позирует, как и обещал, но явно злится и не понимает, как я его обдурила. Рисунки мои ему, кстати, понравились. Знал бы он, что уже давно является героем комикса... И я бы этот зачёт не сдала вообще никогда. На самом деле Лари для меня какая-то загадка. Вот реально типичный надменный остроухий, но спорит как чёрт. Видимо, один порок у этого профессора без страха и упрёка всё же есть – азартный он. И хорошо, а то мне бы с ним было скучно. А так пришлось всю теорию чуть ли не наизусть выучить, чтобы несчастный зачёт получить. Всю душу из меня вынул, пока спрашивал. Не меньше часа по всему материалу гонял. Злыдень ушастый...

Теламаэль тоже всё сдал с первого раза, хотя, мне кажется, вообще не готовился. Судя по тому, как часто он вместо своих пар ходит на мои, ему эта учёба не нужна даром. Вся, кроме некромантии. Там мой телохранитель ни одного занятия не пропустил. Ради Хранителя старается. Эх, папочка, сочувствую тебе, но дроу я заберу себе. У тебя в Лесу и так есть, кого гонять. Теламаэлю со мной лучше будет, он жить начал. Если я хоть что-то понимаю, дроу среди светлых эльфов тяжело находиться. Они его не признают равным, а отстаивать своё место в мире он не станет, так как может подставить Хранителя, на которого чуть ли не молится.

А вот Рен теперь всё чаще по ночам сбегал за стену, чтобы полетать. Он уже не тот зубрилка, с которым мы познакомились в первый день. Он – дракон. И прав был Теаль, когда говорил, что он станет больше похожим на оборотня. Рен куда импульсивнее, чем я привыкла. Теперь у нас в компании один голос разума – Теламаэль и два подростка, которых на приключения тянет. Бедный тёмный эльф, мы его со своими проделками с ума сведём. Основной нашей жертвой, кстати, стал Эний. Ещё бы – брата он всю жизнь допекает, а меня со своими приставаниями за последние три недели достал так, что я уже подумываю о том, что надо освободить Рену место на троне путём физического устранения наследника. Так что наглое высочество регулярно получал слабительные настойки в еду, порошок, вызывающий зуд в ботинки и прочие обычные, в общем-то, гадости. Нас пока ни разу не поймали. Ещё бы они смогли преодолеть скрытность, которую накладывали Теаль с Реном и мой щит, прикрывающий ауру. Даже преподы не вычислили диверсантов. Может быть, Лари обо всём и догадывался, но молчал то ли по доброте душевной, то ли из-за того, что доказательств не находил.

За поединками на ристалище между дроу и оборотнем теперь смотреть тоже куда интереснее. Рен сильный, умный, быстрый и теперь уже достаточно внезапный и непредсказуемый, чтобы Теалю пришлось попотеть, вырывая победу. Хотя, кто знает, как бы обернулось сражение, если бы они использовали магию... В реальной-то схватке это не запрещено, а тут защитное поле тренировочной арены не позволяет. Для магических дуэлей были свои арены. На этой применять магию нельзя, получить серьёзную травму тоже нельзя. Максимум – синяк. Остальное блокируется.

– Ты рисовать будешь, или я тут превращусь в ледышку? – недовольный голос моего преподавателя артефакторства вывел из раздумий.

– А да, извините, отвлеклась, – я вернулась к наброску очередного его портрета.

Лариатиль стоял вполоборота ко мне, обнажённый, естественно.

– Ты не боишься, что кто-то воспримет твоё искусство обнажённой натуры как домогательство и тоже решит проявить интерес? Не знаю, как в людском городе, в котором ты жила, но тут такое поведение выглядит весьма небанально.

– Я таких персонажей в натурщики не выбираю. Я для вас объект наблюдения, а не женщина. Такая любопытная аномалия, на которую вам хочется поближе взглянуть. Вы для меня красивый образ и интересный собеседник. Все счастливы. Вы же видели мои рисунки, у меня пока не так много моделей. Это же не потому, что я не могу кого-то раздеть. Было бы желание, не думаю, что кто-то отказал бы эльфийке, но мне придётся отвечать за свои поступки. Тогда вместо одной напасти в виде брата Рена, на мою голову свалится ещё пара-тройка десятков натурщиков, возомнивших невесть что.

– Поговорить с принцем? – кажется, Лари действительно переживает за меня. Сородичи, всё-таки.

– Не стоит. Обидеть он меня не сможет, даже, если захочет. Успокоится рано или поздно, но, скорее, поздно. Если я хоть что-то понимаю в отношениях этих двух братьев, так это то, что наследник престола не оставляет брату ничего личного. Вот у него появилась подруга – надо её отобрать. Но не на ту напал. Удивительно даже, как он при первой встрече показался мне хорошим парнем. Эгоистичный, избалованный, совершенно без тормозов.

– Каждый раз, когда слышу от тебя столь разумные вещи, теряюсь. Ты ведёшь себя как легкомысленная девчонка, а мыслишь, как взрослая женщина, – профессор стоял неподвижно, чтобы я могла рисовать, но смотрел в глаза.

В его комнате горел камин, и свет от огня бросал красивые блики на тело и лицо мужчины. Глаза в таком свете казались особенно выразительными.

Если уж совсем честно – светлые эльфы – не мой формат мужчины. Слишком стройные, слишком миловидные, но в профессоре был внутренний стержень, который прекрасно читался в выражении лица, этим он и привлекал. Такой ощутимый контраст между внешностью и внутренним содержимым, я просто не могла не показать в своих работах.

– У всех у нас свои недостатки. Я вот веду себя, как человек, а вы эльфийская ледышка, – хмыкнула я.

– Когда-нибудь я пущу тебя в свои эмоции, даже интересно, насколько сильно поменяется мнение обо мне. Кстати, почему я никогда не считываю твои чувства? Молодые обычно плохо закрываются, а ты ещё и выросла среди людей.

– Профессор, заинтриговали так, что я теперь не усну. Нельзя так. Что нужно сделать, чтобы добиться вашего расположения настолько, чтобы вы сняли барьер?

– Для начала перестать увиливать от ответов. Я задал вполне конкретный вопрос. Как ты от меня закрываешься? Как тогда прошла мимо меня через стену? Или это твоя тень постаралась? Он же не случайно везде ходит следом.

– Получается, мучиться любопытством будем мы оба. Я дала клятву не раскрывать этого секрета. Интересный вы персонаж, профессор. Судя по всему, из эльфийской аристократии, а торчите в человеческой академии. Ну совсем же не ваше место. Студенты вам практически безразличны, удовольствия от преподавания, мне кажется, вы тоже не испытываете. Что вы здесь делаете, а, профессор? – прищурилась я, закрывая альбом.

На сегодня хватит рисунков. Мужчина передо мной куда интереснее простого образа на бумаге. Надо бы Арантиэля спросить, что это за эльф такой. Раньше мне как-то неудобно было к отцу с такими просьбами приставать, но Лариатиль сам напросился. Я докопаюсь до сути.

– Иди-ка ты спать. Не хочу продолжать этот разговор, а рот женщинам закрывать привык только одним способом, но вот точно знаю, что потом пожалею об этом. Чтобы я тебя ближайшие два дня не видел, светлейшая, – а глаза блестят то ли гневом, то ли возбуждением.

Похоже ураган Наянтиэль всколыхнул ещё одну спокойную жизнь. Жаль, конечно, профессора, но что поделать... Он всегда может прекратить наше общение вне пар, если захочет, а вот затыкать мне рот поцелуями или ещё чем – точно не надо. Мне голова нужна свежая. В этом мире я буду поднимать цунами, а не становиться его жертвой.

– Умный вы мужчина, профессор, за это я вас и ценю. Но я все равно до всего докопаюсь. Потом вернусь и беседу мы продолжим, – пообещала я и убежала восвояси, пока он меня не прибил.

Даже не знаю, почему мне так нравится выводить всех из равновесия. То ли потому, что тут это так просто, то ли из-за того, что вокруг все студенты эмоционируют, а я всё-таки эльфийка, заражаюсь чужими чувствами.

Лариатиль

Нет, ну что за невозможная девчонка? Как с ней только Телмаэль уживается? Это же бесконечный поток провокаций!

Вдох-выдох, нужно успокоиться. Я надел халат и подкинул пару поленьев в камин. Потом походил взад-вперёд по комнате, не помогло. Достал из барного шкафа бутылку эльфийского вина и налил себе полный бокал. Хотя тут в пору искать контрабандную демонскую самогонку, а не изысканное, но слабое вино.

Общаясь с этой Наяниэль, я постоянно возвращаюсь в прошлое. Она так напоминает её по характеру. Интересно, что было бы, если бы я остался на Криперуме? Был бы с ней, хоть и недолго? А так торчу тут... Отвергнутый собственным народом.

Когда Хранитель отправлял меня с торговой делегацией на материк тёмных, я и подумать не мог, чем всё обернётся. Думал, что отсижу там пару лет и вернусь в Лес. Думал, что так Арантиэль решил проучить излишне заносчивого молодого наследника одного из сильнейших родов эльфов. Ох, как я злился, когда получил это назначение. Что я, надежда эльфийской аристократии, забыл среди тёмных?! Как мог Хранитель позволить себе так поступить со мной?!

Тогда ведь и речи ни о какой войне не было. Отношения между континентами выстроились вполне доброжелательные. Я сидел в королевстве вампиров и выбивал выгодные контракты на поставки кружев и кожаных изделий – которыми славились клыкастые. В государстве демонов даже не был ни разу. Я так увлёкся торговыми сделками, что мне вся остальная политика была неинтересна. Я, уважаемый эльф, оказался обычным торгашом, хоть и очень талантливым. Таких контрактов, как при мне, у эльфов с вампирами никогда не было, а теперь и вряд ли появятся.

Потом встретил её. Из обычной семьи – её отец работал при посольстве поваром. Она училась на переводчика и частенько приходила помочь отцу с готовкой. Прекрасная, наглая и такая неприступная. Такого азарта, как в те времена, когда я её добивался – не испытывал даже на работе.

А дальше, дальше грянула война. Если бы я не убрался сразу, вряд ли смог бы унести ноги живым, а она осталась там. Всё, что я смог ей оставить – прощальное письмо и защитный амулет.

Вернувшись в Лес, столкнулся с таким презрением, что не смог там оставаться. Все считали, что я мог предупредить их о приближающемся вторжении, что знал о том, что готовится высадка на Астранию. Глупцы, откуда мне было знать? На этом проклятом Криперуме я потерял голову от новых переживаний. Мне не нужна была политика. Мне нужна была только наглая вампирская девчонка, чей образ до сих пор не идёт из головы.

И вот появилась эта Наянтиэль. Такая же безбашенная, не признающая чужого превосходства и титулов и волнующая душу. Откуда она только взялась такая на мою голову? Пробелов в знаниях больше, чем самих знаний, при этом как-то провела меня? Вот как она это сделала? Это точно не её друг. Если бы он мог от меня скрыться, я бы их и на выходе не почуял...

Не стоило с ними сближаться. До появления этой странной троицы, моя жизнь была куда спокойней. В Алеардской академии я похоронил себя, решив, что больше не буду чувствовать. Ная права, ни студенты, ни преподавание – мне неинтересны. Я бы с радостью вернулся к торговле, но кому нужен опальный эльф, которого заклеймили едва ли не предателем, от которого отреклась семья. Только в человеческой академии место и нашлось. Здесь о моём прошлом никто не знает.

Интересно, что случилось с моей возлюбленной? Когда грянула война, демоны не щадили ни светлых, ни тёмных. Они прошли по континенту кровавым смерчем, смели всех, кто хоть как-то пытался противостоять. А зная её характер, с жизнью в рабстве она бы не смирилась. Чувство вины и мука незнания будут преследовать меня вечно. Сейчас я понимаю, что надо было любым способом вытащить её на Астранию. Да, жили бы в опале, да пришлось бы скрываться, но мы могли бы быть вместе, но тогда я струсил. Молодой был, кроме безопасной жизни в Лесу ничего не видел. Моя семья достаточно влиятельна, и я с детства ни в чём отказа не знал. Зато теперь... Они же первые и отреклись от меня, передав титул наследницы рода сестре.

Насколько всё-таки жизнь удивительная штука – я так гордился тем, что родился светлым эльфом – самым совершенным в мире существом, а в итоге счастлив был только среди вампиров, дефективных созданий, не способных выжить без чужой крови. И теперь лишь среди людей мне нашлось место. Кто бы мне сказал о таком исходе лет пятьдесят назад – я бы над ним посмеялся.

Когда я уже смирился с тем, что моя жизнь будет мерно протекать в этой академии среди неуравновешенных подростков, поступила эта ненормальная эльфийка. Даже эльфы, живущие среди людей, не должны себя так вести. Рисовать голых мужчин? Общаться с оборотнем так, будто он ей ровня? Позволять себе быть такой невежественной в общении с аристократом? Да это нонсенс! Такого просто не может быть, но вот она, постоянно крутится рядом и сводит меня с ума.

И эти её друзья... Светлый эльф, который помогает оборотню?! И оборотень, ведущий себя со светлой эльфийкой так, словно она просто его подружка. Кажется, мир сошёл с ума, а я не заметил. Когда всё так изменилось? Может быть, это и мой шанс избавиться от сожалений прошлого, шагнуть в ненормальную реальность и найти другой путь? Если эти трое могут себе позволить жить так, как нравится, почему не могу я? Семья меня больше не держит, Леса за спиной не видно. Решено, отброшу условности и просто буду наслаждаться жизнью. В конце концов, люди придумали массу способов интересно проводить время.

В выходной отправлюсь с этой неправильной во всех отношениях троицей в таверну. Всё равно же они будут отмечать сдачу зачётов. Заодно присмотрюсь, может, это не только они, может в этом городе изменились все. Забыли условности и ранги, отбросили нормы поведения между расами, складывавшиеся столетиями.