Глава 10. Шаг вперёд, два назад
Елена
— Пиццу с чем хочешь? — отставил телефон от уха, и рассматривает меня с такой доброй и милой ухмылкой, что глаз не отвести. Гад! Чертов Змей искуситель! Чувствую, как медленно и уверенно утопаю в ревности. Она уже достаёт до подбородка, ещё чуть-чуть и накроет меня с головой. Подбираю ноги на кресло и натягиваю на них футболку, обхватывая руками колени, прижимаю бёдра к груди. Погружаюсь в свою раковину, как улитка, пытаясь разобраться в себе. После секса меня не отпустило. Наоборот, стало ещё хуже, ещё больнее. Я думала, будет просто и обыденно, ничего такого, от чего можно потерять голову и вмиг сойти с ума. Черт! Он доказал мне обратное, полностью «заткнув за пояс» мои убеждения и мой скудный сексуальный опыт, утащив за собой в какой-то особенный мир, в наш личный неземной Рай.
— Елена? — мягкий голос с чарующей хрипотцой напомнил о себе.
— Мне всё равно, лишь бы там были кусочки ананасов, грибы и бекон. Много бекона и ананасов! — Обожрусь с горя и лягу спать. В гостевой! На продолжение пусть даже не рассчитывает. Вообще могу подключить амнезию! В понедельник не отпустит — сама сбегу! Слезы, сука, наворачиваются. Отворачиваюсь, не в силах их сдержать. Настроение прыгает туда-сюда, как теннисный мячик на корте. Чтобы я ещё хоть раз «замахнулась» на психотерапию с помощью косяка!
Закончив с заказом, Артём примагнитил телефон к держателю, установленному к торпеде и обратился ко мне.
— Всё в порядке, Елена? — зарылся пальцами в волосах, касаясь затылка и шеи.
— Да, — с трудом выдавила осипшим голосом, прикусив следом губу. Руки такие нежные. Как подумаю, что они после меня будут касаться тела другой, так сразу хочется умереть от отчаяния.
— Уверена?
Глубокий вдох. Пытаюсь изобразить улыбку.
— Более чем.
Моё тело сладко ноет после секса, требует мужской ласки. Хочет прижаться к нему и успокоиться. Сдерживаю себя, чтобы не поддаться искушению и не коснуться его руки.
— Хорошо. Тогда поехали, — берёт мою руку, целует тыльную сторону ладони и возвращает обратно на колено. Господи, он решил меня сегодня окончательно добить неожиданной галантностью? С трудом подавляю в себе дрожь и новый приступ отчаяния.
Всю дорогу домой мы молчали. Артём был серьёзен, как никогда. Ехал медленно. Поставив левый локоть на дверцу, изредка потирал указательным пальцем нижнюю губу чередуя с виском. За это время у меня возникло единственное желание — научиться читать его мысли. Больше я ничего не хотела.
Чем ближе мы подъезжали к его дому, тем больше становилось расстояние между нами. Я это чувствовала. Замечала, как он нервничал, сжимая крепко руль, либо рычаг переключения передач. Моя душа тоже не была на месте. Аппетит пропал, желудок перестал напоминать о голоде. Мне ужасно хотелось пить. Достаточно протянуть руку к дверце и взять бутылку с водой, но вместо этого, откинувшись на спинку кресла, предпочла симулировать глубокий сон.
Загнав машину во двор, Артём некоторое время сидел рядом, не двигаясь. Смотрел на меня. Его взгляд мурашками блуждал по моему телу, разгоняя приятное тепло. Сильвия, уловив наше прибытие, подбежала и рядышком жалобно тявкнула. Артём пресёк несвоевременное приветствие овчарки. Вытащив ключи из замка зажигания и сняв телефон с держателя, вышел из машины.
— Не шуми, крошка, мою девочку разбудишь, — прошептал собаке, почесав её за ухом. Овчарка проскулила, и, лизнув его за руку, скрылась где-то во дворе, довольно виляя хвостом. Радостный, тихий хохот мужчины разогнал по телу приятную истому. Оно не умеет реагировать по-другому на его бархатный голос. Заводится с пол оборота. Сердце начинает предательски прыгать, как солнечный зайчик, то замирает в груди, то, кажется, готово из неё выскочить, а то будто бы пропускает удары. Щёки начинают гореть, как только слышу его приближающиеся шаги.
Открыл дверь. Кончики пальцев коснулись моей щеки. Прошествовали по линии подбородка. Очертили контур губ. Один Бог знает, чего мне стоит притворяться Спящей красавицей, когда каждая клеточка вибрирует и горит от соприкосновения с его кожей.
— Маленькая врунья, — шепчет в губы, покрывая их целомудренными поцелуями. Мягко. Чутко. Проводя кончиком языка между сомкнутых губ, ненавязчиво проникая внутрь. Сукин сын! Он явно знает чего я жажду больше всего на свете. Его губы действуют успокаивающе, одновременно распаляя пожар в предательски отзывчивом теле.
— М-м-м… — собрав последнюю выдержку в кулак, чуть слышно промычала в знак протеста, поворачиваясь набок. Свернувшись калачиком в кресле, подставила обе ладошки под щеку, пытаясь дышать ровно и глубоко. Артём разочарованно выдохнул. В этот момент мысли и тайные желания сорвались с цепи, терроризируя мне мозг:
«Продолжения не будет, сеньор Перез! Идите в жопу со своими нежностями!»
«Ну давай уже, бери меня на руки и неси в дом, как принцессу! Чего ждёшь?»
«Только не в его кровать! Не неси меня в свою кровать! Даже не вздумай! Я буду кусаться!»
«Нет, лучше неси в свою спальню! Хочу спать в обнимку, но секса никакого не будет! Так и знай! Пусть помучается.»
«А может пиццу дождаться? Вдруг мой животик передумает?»
«Лен, давай всё-таки спать? А? Ночью по-тихому что-нибудь перекусишь, пока хозяин будет в отключке»
«А если он не уснёт до утра? Вдруг он страдает ночной эрекцией?»
«Блииин! Как я хочу в душ!»
«Да неси ты уже в дом! Чего над душой стоять, ухмыляться?»
«Боженько, как же я его хочу! Но не буду. Обещаю. Больше не буду! Я кремень!»
«Не трогай меня! Я намерена спать в машине под звёздами!»
«Артемка, поцелуй меня в последний раз… по-французски…»
В следующий момент Артём поднял меня на руки и, крепко прижимая к своей груди, направился в дом. Я медленно обвила руками его шею, устраиваясь поудобнее на плече.
— В гостевую… — пролепетала сонным голосом.
— С сегодняшней ночи я тебя не отпущу от себя ни на шаг, — хриплый шёпот пощекотал шею. Чувствую, как его губы расплываются в улыбке. Паршивец! Чтоб тебя! Мой ненаглядный, сексуальный паршивец!..
* * *
Мою скромную просьбу намеренно отклонили. Кто ж станет слушаться женщину, которая почти всегда знает, чего хочет, но редко понимает, зачем ей это нужно. Даже Артём просек мои внутренние метания и сомнения. Уверенным шагом направился в свою спальню. Я и не сомневалась, что по-другому он не поступит. Уткнувшись носом в его пахучую шею, дальше боролась со своими внутренними демонами.
«Если я кремень и секса больше не допущу — кунилингус будет считаться нарушением клятвы? Хм..?»
«Лена, ты идиотка? Думаешь, после этого не захочешь заменить его язык на настоящий, живой фаллос?? Тот, который совсем недавно высекал фейерверки в глубине твоей души?»
«Вот только не надо сейчас об этом! Ладно?!»
«Тогда может минет? Почему бы не попробовать на вкус эту часть его тела? Боже, он так пахнет везде. С ума сойти! Минет — это же не считается? Да?»
«О-о! Хватит! Достаточно! Заткнись уже!»
«Но я хочу повторить… Всего один раз. А? После этого ни-ни! Клянусь! Свалю и забуду, как страшный сон!»
«Аха-ха-а-а-а… Застрелите меня, кто-нибудь!»
«Я слабая, недолюбленная женщина! Ну чего с меня взять?»
«Спаааать! Утро вечера мудренее! Стальная выдержка! Никакого секса! Никаких оральных ласк!»
«Ага. Это ты кому-нибудь другому расскажи… Да хоть ему, например! Вот где блуждают его пальцы сейчас? Правильно! Ненавязчиво трогают грудь! О-о-х, твою ж мать! Ещё… Ещё чуть-чуть! Молодчинка, выше, Артемушка… Вы-ы-ы-ш-е…»
«Кремень!»
«Вот нахрена мне твоё «СТОП» слово?»
«??……..!»
«Всё-всё. Уговорила. Буду вести себя отчасти как опоссум. Слюни уже пустила и замерла в его объятиях. В душ! Хочу в душ!»
Тело опустилось на удобную кровать, утонуло в мягкой подушке и одеяле с пуховым наполнителем. Блаженство разлилось в каждой мышце. Шевелиться не хотелось, но не удержавшись, переворачиваюсь на живот, удовлетворённо простонав, обнимаю эту самую подушку. Мне срочно нужно было спрятать своё бесстыжее лицо с несомненно глупой и счастливой улыбкой, потому что с этой минуты ни о чём не могу думать, как о нашей предстоящей совместной ночи. Так волнительно, будто это наша первая брачная ночь.
Телефон Артёма пиликнул, оповещая о пришедшей смс, как раз в тот момент, когда он потянулся рукой к моей попке. Задрал край футболки и беззастенчиво огладил ладонью то самое полушарие, по которому он смачно лепил шлепки, неся меня на плече после расставания с Бубликом. Была бы у меня медаль с отчеканенной жопой, обязательно вручила бы этому спартанцу и объявила: «Поздравляю! Вы выиграли чемпионат мира по сногсшибательным шлепкам по заднице! Получите свой приз!» Под кожей до сих пор ощущались мурашки и лёгкое покалывание тока. Интересно, в машине он меня пожалел или неудобно было брать широкий размах из-за руля?
— Пиццу доставили, — тихий голос вкрадчиво пробрался к моим вискам, прошелестев в застывшем над нами воздухе. — Я быстро.
Артём зачем-то чмокнул ягодицу, тем самым даря ласку и негу. Ох ё-ё…
«Кремень! Кремень! Кремень!» — вопит моё подсознание, ведь, если он ещё раз проявит хотя бы один подобный знак внимания — я пропала. Моя установка треснет по швам, как мини шортики с футболкой Марго.
Достав из ящика комода вязаный хлопковый плед, заботливо укрыл им меня и вышел из спальни. Я только сейчас выдохнула из груди переполняющие эмоции. Ну не может человек ради нескольких перепихов дарить столько заботы и нежности. Или все же может, когда ему нужно? Возможно хороший актёр? Лучше Ди Каприо и Николаса Кейджа? О-о! Что с ним не так? Предсвадебная лихорадка? Пытается заполнить прорехи в отношениях с невестой? Чего ему не хватает в жизни? Новых впечатлений? Женского внимания? Любви? Не думаю, что секса. Горячий и темпераментный мужчина всегда найдёт как сбросить напряжение. За примером далеко ходить не нужно.
Переворачиваюсь на спину и, подхватив вторую подушку, накрываю ею лицо, чтобы щекой понежиться о приятную атласную ткань.
— Черт! — вскрикиваю, подрываясь с кровати и отбрасывая подушку на пол, будто от неё исходил запах скунса, а не ароматный женский парфюм «Шанель Коко Мадмуазель», которым успешно пользовалась Мариночка — новая пассия моего бывшего босса. Я этот восхитительный аромат ещё с тех самых пор запомнила. Спать в кровати Артёма, чья постель напрочь пропитана запахом его невесты, перехотелось.
Ревность вынуждает нас творить не самые лучшие поступки в жизни. Иногда за них нам бывает стыдно. Потом… Но в момент всплеска адреналина требуется выход этой энергии, иначе она разорвёт твою душу на мелкие лоскутки.
Кровать я распотрошила за считанные секунды. Выдрала из-под одеяла все простыни до голого матраца. Разбросала по сторонам. Даже чехол сняла. Над подушкой пришлось усердно поработать. Разорвать шов удалось не сразу и то с помощью зубов. Женщина в гневе способна творить «чудеса», о которых мужчинам и не снилось. Когда лебяжий пух взметнул в воздух и закружился снежными хлопьями над головой, густо покрывая собой меня и все плоские поверхности в комнате, превращая спальню в заснеженный полигон, хозяин уютного гнёздышка вернулся с огромной пиццей в руках с удивленно-озадаченным лицом. Чертовски привлекательным лицом!
— Ачхи! — энергично сдула непослушную прядку волос с лица и застыла, моргая ресничками. — Армагеддец… к-ккакой-то… просто… подкрался нечаянно… понимаешь?..
* * *
Артём
— Угу… — соглашаюсь, ставя на комод бутылку открытого вина и два бокала. Удивительная картина меня настолько потрясла, что мысли на какое-то время выскочили из головы и разлетелись по комнате. Закружились вместе с пухом.
Стоит на матраце, переминается с ноги на ногу и виновато покусывает губу. Вся такая сексуальная и желанная, похожа на взбунтовавшегося ангела с розовыми щёчками, мигающими невинными глазками. Правда, без крыльев. Самое настоящее чудо в перьях. Её новый образ спровоцировал внутреннюю дрожь. Пах пронзил спазм, не имеющий ничего общего с болью. Мой член предательски дрогнул. Разум заволокла пелена страсти. Тело окатила очередная волна жара, требующая экстренного выхода.
«Ревность, как и болезнь, обостряется к вечеру», — прихожу к выводу, ощущая повисшее напряжение в спальне. Сотню раз за сегодняшний вечер перебрал в голове свои предпочтения и не смог среди них найти ни одного в пользу Маргарет Кароссо. В душе что-то порвалось. Похоже, в нашей семье вирус «неподчинения» переходит по цепочке от брата к брату. Я и предположить не мог, что преодолев все защитные барьеры, он неожиданно проникнет в мой организм, вызовет острое желание перечеркнуть жизненные устои главы империи Перез.
«Дурак! Какой же ты дурак, Артём!» — сознание стучит по темечку, как дятел по стволу дерева. Ритмично и звонко. — «Кора головного мозга тебе досталась от дуба, блять? Какого лешего притащил девчонку в «обкатанную» с утра постель? Безумец!»
«Сглупил! Потерял голову! День выдался насыщенным. За последние несколько лет у меня не было такого экстрима и ярких эмоций. Банально не придал значения тому, что простыни сохранили запах Маргарет. Каюсь! Намерен любым способом загладить свою вину. Начну, пожалуй, с ужина. Потом совместный душ. Завершим надвигающийся бурный скандал не менее бурным примирением. Пока не затрахаю её до изнеможения — не успокоюсь и не выпущу из объятий.
— Если ты закончила, может присоединишься ко мне? Духмяная сырная корочка с беконом и с кисло-сладкими ананасами. Всё, как ты любишь, — приоткрываю коробку, наклоняюсь над пиццей и с наслаждением втягиваю носом аромат. — Мммм… Только из дровяной печи.
Елена громко сглотнула слюну. В предвкушении ужина облизала нижнюю губку. Резкий всплеск тестостерона ударил в голову невыносимым желанием повалить её на кровать и объяснить кое что важное. Например то, что отчасти из-за неё я намерен обсудить с отцом разрыв помолвки с нелюбимой женщиной.
— И что? Ты даже не отшлепаешь меня за причинённый ущерб и беспорядок? Будешь продолжать озабочено пялиться на мои ноги, посмеиваться и делать вид, что тебе один хрен? — мило возмутилась.
— Малыш, мне действительно похрен, — расплываюсь в улыбке. — Не вижу проблемы в том, чтобы заменить старое постельное белье на новое, а также подушки с одеялом. Если хочешь, выберем завтра же новую кровать, но сначала поужинаем и примем душ. Я чертовски устал.
— Это шутка в стиле обеспеченных а-ля Перезов? Ты когда преследовал Бублика, головой случайно не ударился? — изумлённо округлила глаза, скрестив руки на груди. Решила немного поупрямиться? Ок. Терпения мне не занимать. Особенно сейчас, когда в моей голове роятся грандиозные планы на будущее.
— Я тут захватил бутылку красного вина и два бокала, — указываю большим пальцем на декоративный комод позади себя. — У меня созрел тост. Помнишь, я предлагал узнать друг друга ближе? Надеюсь, ты не против? Помоги мне, — подхожу к кровати и вручаю ей упаковку с нашим ужином. — Открой. Я налью нам выпить.
— Может лучше придерживаться правила: «Меньше знаешь — крепче спишь»? — донеслось мне вслед, как только я направился за вином.
Устроившись в позе лотоса у изголовья кровати, девчонка открыла коробку с пиццей и поставила на матрац перед собой. Достала из неё аппетитный треугольник, откусила кусочек и довольно прищурилась, смакуя еду.
— Нам это правило ни к чему, — подношу к её губам наполненный вином бокал. Елена делает глоток, внимательно изучая меня. Затем принимает в руку бокал, отпивает из него снова и ставит на рядом стоящую прикроватную тумбочку. Отодвигаю упаковку в сторону и присаживаюсь на край кровати напротив неё. — Я хочу узнать тебя настоящую. Идеализированный образ для меня не интересен, — убираю с её волос несколько белых пёрышек, заправляя за ухо непослушную, шелковистую прядочку.
— Ты что же? И меня решил взять в жены? — Елена не сдержалась, брякнула с явной иронией в голосе. Я тут же захлебнулся вином, озадаченный её домыслом. Откашляться удалось спустя минуту, после того, как женский кулачок отыгрался на мышцах спины. Ставлю бокал на тумбочку рядом с её.
— Русские после первой не женятся, Гаур! — многозначно добавила. — Запомни это! Да и вообще — двоежёнство карается двумя тёщами. Так, совет тебе на будущее, — неубедительно подшучивает надо мной, акцентируя на наших отношениях с Маргарет. Думает, я не чувствую её эмоционального напряжения?
— Мне будет достаточно и одной тёщи… в своё время, — отвечаю вполне серьёзно.
— Ну и правильно! Не стоит жертвовать миллионами ради краткосрочного секса с нищей любовницей. Или Марго действительно согласна закрывать глаза на твои шалости?
— Ты бы смогла игнорировать измену?
— Нет, конечно. Поэтому я не пытаюсь строить иллюзии на счёт нас. Почему ты ей изменил со мной?
— Потому, что решил разорвать помолвку, — ответил не задумываясь.
Между нами затянулась тяжёлая пауза.