Глава 28

В доме что-то происходило. Доносились звуки драки, громкие мужские голоса и женский визг. Но они оба ничего этого не слышали. А просто стояли, смотрели друг на друга, даже не подозревая, что творится у визави в голове. В какой-то миг бон Каллен что-то решил, крепко захватил ладонь девушки и куда-то потянул: – Пошли! – Куда? – растерялась она. – Мы идем в участок. Будем восстанавливать твою память, – нахмурился он. – Ага, твои подчиненные скажут то, что ты им велел! – капризно надула губы она, боясь ему поверить. – Лин, подчиненные ничего сказать не смогут, потому что они ничего не слышали. Все предназначалось тебе и только тебе. Поэтому воспользуемся мемориумом. Ты же знаешь, что подобные артефакты не врут! Ей очень хотелось крикнуть, что ничего она не знает. Но где-то в глубине души теплился крохотный огонек, что этот самый мемориум разрешит все ее проблемы и покажет настоящую правду. А отрицать девушка посчитала невозможным. Ей еще предстояло объяснить ему свое иномирское происхождение. Иначе это первым сделает Риф. Кристофер даже не вызвал экипаж, а воспользовался портальным переходом. – И королевского казначея не испугался! – устало усмехнулась про себя она. Все как-то смазалось и притупилось. Они зашли в кабинет к начальнику полиции. Он усадил ее в кресло и подошел к сейфу, извлек из него два крупных голубых камня, обточенных таким образом, что они походили на две достаточно толстенькие панели. – Первый артефакт ты прижмешь затылком к спинке кресла. Он считает и запишет твои воспоминания. А второй их расшифрует и усилит. Ты сможешь пережить эти мгновения еще раз. И, возможно, тогда все прояснится. Лин послушно прижала первый камень головой. Он был очень холодным. Представлялось, что он буквально вымораживает мозги. Второй казался теплым. И девушка руками прижала его к лицу. – Постарайся восстановить в памяти тот момент, когда ты подошла ко мне, до тех пор, пока я не ушел с Алисией, – велел он. Тера Рихардсон болезненно передернулась. Этого она точно вспоминать не хотела бы. Но делать было нечего. Вот он подозвал ее. Она протянула ему руку. – Лин, ты где? Подойди ко мне! Лин поспешила исполнить просьбу и вложила свою ладонь в протянутую руку. Бон Каллен тут же притянул ее к себе, что-то шепнул на ухо. Но она так была взволнована, а сердце так громко стучало, что девушка просто не расслышала слов. Терано же погладил ее по спине. И тера Рихардсон с удивлением заметила, как стали проявляться ее руки, платье и все остальное. – Надеюсь, я не чумазая? – спросила она любимого. – Нет, милая, все в порядке. Ты прекрасна, как всегда, – улыбнулся терано. – А главное, что все закончилось. Ты совершила невозможное. Ровно за неделю с твоей помощью было раскрыто преступление века. – Серьезно? – она доверчиво подняла на него глаза. А он нежно прикоснулся губами к ее губам и прошептал: – Серьезнее не бывает! И тут в уши Лин врезался голос Алисии: – Любимый, поиграл в благородство и хватит! Твоя практикантка получила свою долю похвалы и славы. Теперь ты можешь отправить ее обратно в Илбанию. А я не откажусь от медали за блестяще проведенную операцию за поимку особо опасного преступника! Она не выдержала и откинула пластину от себя. Казалось, что они обе раскалились и стали жечь ее кожу. Благо, на полу лежал толстый и мягкий ковер. И с камнем ничего страшного не произошло. Как, впрочем, и с ковром. – Что с тобой? – Крис тут же схватил девушку за руку и взволнованно заглянул в глаза. – Слишком жуткие воспоминания, – болезненно поморщилась она. – Прости, – покачал он головой. – Но иначе не выйдет ничего. А сейчас проверим, что ты пропустила и в чем незаслуженно обвинила меня. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы он был ни в чем не виноват. Чтобы все вернулась на круги своя, чтобы она со спокойным сердцем собиралась за него замуж и жила в предвкушении этого знаменательного события. Только точно так же не будет. И если сейчас все сложится хорошо, ей придется каким-то образом рассказать о себе. Девушка кивнула и застыла в ожидании. Он что-то начертил над камнем. Это были секретные руны дома бон Калленов. Понятно, что в академии такие личные ценности не изучали. И вдруг на экране ожила картинка. Двигались фигуры медленно. Но они точь-в-точь повторяли то, что она вспоминала. Вот Крис наклоняется к ней и что-то шепчет на ухо. Она с каким-то отрешенным видом ему кивает. И диалог продолжается дальше. Но Кристофер задел экран рукой и изображение застыло. – Что я сказал тебе на ухо? – он пытливо смотрел на девушку. Ее щеки налились краской, она потрясла головой и пролепетала: – Я не помню! – Не ври! Ты просто не слышала, что я тебе сказал. Витала где-то в облаках. И чуть не разрушила своим безответственным поведением наше будущее. Неужели все настолько серьезно? Она почувствовала себя чуть ли не преступницей. А он вдруг притянул ее в объятия, коснулся губами прохладного лба и прошептал: – Надеюсь, когда священник будет спрашивать, согласна ли ты стать моей женой, ты дашь ответ именно на этот вопрос. А не кивнешь просто так. Последствия будут необратимыми. – Я тебя еще не простила! – тут же вскинулась она. – Сейчас тебе будет стыдно. И прощать или нет, выбор будет за мной! – и он коснулся второй пластины. Там что-то зашуршало, затрещало. И они очень явно различили слова, которые произнес Кристофер. – Грах его раздери! Кажется, Алисия выкрала артефакт и прячет его в кармане. Зная ее способности, она сейчас устроит спектакль. А я буду вынужден ей подыграть. Жди меня здесь! Как же хотелось ей верить этим словам. Она подняла на него глаза и переспросила: – Это правда? – А как ты думаешь? – Крис ответил вопросом на вопрос. – Но почему тебя так долго не было? Куда вы с ней ходили? Что делали? Я же не просто так пошла с Рифом: не знала, куда приткнуться в эту ночь. – Прости, мне пришлось сыграть влюбленного дурака. Газировальный артефакт был у Алисии в кармане. Он слишком ценен для людей, кто страдает неизлечимыми заболеваниями. И мы не вправе лишать их возможности выздороветь. Пришлось действовать крайне осторожно, чтобы эта глупая курица преднамеренно или ненароком его не повредила. А я ждал подходящего момента, когда смогу его забрать и передать в компетентные органы. – В академию? – засомневалась девушка. Что-то это учебное заведение в последние дни перестало вызывать у нее доверие. – Нет, – покачал он головой. – У моей матушки есть специальный ученый совет. Там работают доверенные люди, виртуозно владеющие как магией, так и наукой. И именно они будут разбираться с ним. Ты мне веришь? Последний вопрос прозвучал хоть и ожидаемо, но застал врасплох. Она порозовела, став еще очаровательней, чем была. Грустно улыбнулась: – Я очень хочу это сделать. Но должна тебя предупредить. Еще одного подобного сюрприза я точно не перенесу. И если ты хочешь, чтобы я стала тебе верной женой, давай обойдемся без этого. – Оно и сейчас было бы так, если кое-кто не витал бы в облаках! – горячо возразил он. Но, заметив ее нахмуренный взгляд, уже шепотом добавил: – Ты даже не представляешь, что я испытал, когда вернулся с победой. Но тебя там не оказалось. Мои коллеги сказали, что ты куда-то вышла и больше не появлялась. Я искал тебя всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Однако твой след был слишком хорошо затерт, чтобы я не смог его обнаружить. Риф, похоже, очень тщательно подготовился к твоему похищению. Что он, кстати, от тебя хотел? – Чтобы я вышла за него замуж, – вздохнула она. Но, заметив скепсис во взгляде любимого, еще тише продолжила: – Или хотел, чтобы я стала его любовницей. Подробности, как ты понимаешь, мы не успели обсудить. Но как ты все-таки меня нашел? – Ты позвала меня. Моя темная половина илитиири услышала зов. А я впервые в жизни был благодарен богам, что я не просто человек. А во мне бежит кровь моего отца. – Ты не любишь отца? – удивилась Лин. – Он нехороший человек? – Он совсем не человек, – рассмеялся Крис. – Он сильнее, мудрее, одарен большей магией. Ты разве не знаешь, что любые эльфы более совершенны, чем обычные люди и даже маги? Я люблю его. Но когда с раннего детства тебя дразнят за длинное ухо или серый цвет кожи, поверь, это трудно понять. Когда мне было двадцать лет, я, как все нормальные парни, хотел нравиться девушкам, а они на меня даже не смотрели. И лишь тера Бондюэль соизволила задержать взгляд. И, как оказалось потом, ее привлек не я, а мое положение в обществе, возможности и финансовое состояние моей семьи. Ведь я стоял на вершине этой пирамиды. А ты… Он замолчал, будто не мог подобрать слов. Но все же подыскал, что хотел: – А тебе на все это было наплевать. Ты искренне любила свою работу. А потом так же искренне полюбила и меня. – Ты уверен, что я не на деньги повелась? – лукаво улыбнулась Лин. – Милая, меня можно обозвать кем угодно, но не дураком. Практически любая из наших подданных попросила бы сейчас с меня в качестве поощрения как минимум бриллиантовое колье. А ты лишь потребовала, чтобы я не смотрел на других женщин. А тера Рихардсон и Лида Рихамова в одном лице внезапно поняла, что пришло и ее время признаний. – Крис, я тоже должна сказать тебе что-то очень важное! – девушка сжала ладони перед грудью, словно хотела показать степень своего страха. – Ты любишь Рифа? – Да что ты на нем зациклился, – она и так была на нервах. А тут еще он с этим противным полицейским. Поэтому недовольно топнула ножкой. – Это были бы бриллиантовые серьги для комплекта, – рассмеялся он. – Помолчи! – она приложила палец к его губам. А затем выдохнула и словно кинулась в омут с головой: – Дело в том, что я не тера Лионелия Рихардсон. И Риф уже начал меня этим шантажировать. – А кто? – он совсем растерялся. – Что у тебя чужое: тело или душа? Куда делась ты настоящая? Крис сел в кресло и пристально посмотрел на нее снизу вверх, захватив руками сидение и сжав его до побеления костяшек. – Тело истинное. Оно принадлежит Лионелии Рихардсон. А вот душа в нем моя. Мое настоящее имя Лидия Рихамова. И я из другого мира. Я попала сюда, испугавшись пузырьков газа в шампанском. – А она, испугавшись меня, сбежала в другой мир на твое место, – для Криса невольно встало все на свои места. И, наконец, сложился пазл, почему она перестала падать в обморок от его вида. – Лидия кто по образованию? Для Лин было странно слышать свое бывшее имя в третьем лице. Но, слава Элмаку, казнить сразу ее не потащили. – Я там закончила юридическую академию. Поэтому хорошо владею навыками сыскной работы. Только наши законы сильно отличаются от ваших. – Но ведь принципы юриспруденции у нас одинаковые? – Наверное, – девушка снова смущенно улыбнулась, не понимая, радоваться ей или огорчаться. – Вот и хорошо! – теперь он расплылся в улыбке искренне и открыто. – Не я один в нашей семье буду с изъянами. – Которые по факту и не совсем изъяны, а, скорее, достоинства! – совсем осмелев, воскликнула Лин. – И теперь, если я познакомлю со своим отцом, ты не испугаешься? – Илитиири, который произвел на свет самого лучшего на свете мужчину? Плохо ты меня знаешь. А что с Рифом? – Ничего особенного, – он пожал плечами. – Но, если тебе любопытно, отвечу. Только как он узнал, что ты это не ты? Не хотелось бы, чтобы он кричал об этом на каждом углу и даже перед казнью. – Его казнят? – глаза девушки расширились от ужаса. – Не знаю, как суд решит. Их с Алисией обоих взяли под стражу за предательство короны. Оба хотели получить газировальный артефакт и нас с тобой, но уже по отдельности. – Он съездил на родину настоящей Лионелии и понял, что та девушка совсем на меня не похожа. – Тогда их обоих стоит отправить на каторгу. Могут там даже пожениться и рассказывать скалам о своей несчастной судьбе, – глаза любимого сверкнули желтизной. Бывшего друга и бывшую невесту ему точно жаль не было.