Глава 13

Лена-Эления

В карете оказался мужчина. Молодой, приятной внешности, насколько это можно было рассмотреть в полумраке. Он уставился на меня ошеломленным взглядом, словно бы дар речи потерял. Почему-то мне показалось, что я ему понравилась. Возможно, он меня не выдаст наемникам? Пустил же в карету в конце-то концов?

Сашка утомился в слинге и проголодался, да и мой бешеный бег не прибавил ему комфорта. Он возился у меня на груди. Вот-вот, и начнет возмущаться. Малыш кричал не так громко, как я ожидала, но все равно детский плач будет слышен снаружи, а где-то поблизости рыщут наемники!

Скрыть ребенка от попутчика тем более не получится, и я решила сразу признаться. Откинув полу плаща, показала ему, что не одна.

— Они… Они хотят забрать моего сына! Помогите мне, лэрд, я заплачу! — Мой голос сорвался, и я едва сдержала слезы.

Глаза мужчины округлились еще больше, словно мой сын — самое удивительное, что он когда-либо видел в этом мире. Такая реакция меня слегка насторожила. Я не могла понять, что происходит.

Мой попутчик протянул руку к Сашке, но так и не коснулся.

— Можно? — спросил он неожиданно тактично, и при этом заглянул мне в глаза.

В узком пространстве кареты мы находились непозволительно близко. Такой прямой взгляд в нашем мире означал бы многое. Люди, незнакомые друг с другом, стараются так не делать. Тем более мужчина и женщина. Слишком интимно. Наверное, поэтому я смутилась, но отказывать не стала. Необычная реакция мужчины на чужого ребенка откровенно польстила и немного растрогала.

Момент был таким уютным, что ли, что я на миг позабыла обо всех горестях, которые меня преследовали в последние сутки. Простое человеческое отношение требовалось мне как воздух в эту минуту, поэтому я потеряла бдительность, и когда карета резко встала, по инерции полетела вперед.

Испытав мгновенный ужас — я испугалась, что сыночек ударится, оказалась в объятиях незнакомца. Ткнулась носом куда-то ему в шею, ощутив запах теплого мужского тела, парфюма, выделанной кожи. Смесь оказалась просто чарующей, отчего стало еще более неловко. Ощущение крепких рук, которые меня придержали, да так, чтобы не навредить ребенку, запустили потоки тепла по коже.

Мужчина помог мне усесться на место. Чтобы скрыть смущение, я опустила голову, проверяя Сашку, и тут снаружи послышались голоса, которые показались мне смутно знакомыми. Зуб даю, это были главари двух шаек наемников!

— Не бойтесь, лейра. Никто не посмеет вас тронуть, пока вы под моей защитой, — быстро выпалил мой попутчик.

С этими словами он вышел из экипажа, а я сидела ни жива ни мертва, баюкая на руках сына и молясь всем богам, о которых смогла вспомнить, чтобы с моим неожиданным защитником ничего не сделали.

Посетила мысль, что надо потихоньку выскользнуть из экипажа и сбежать, но, выглянув из-за занавески, я поняла, что незаметно это сделать не получится. Да и с плачущим ребенком я далеко не уйду. Оставалось сидеть и тихонько ждать развязки, наблюдая за происходящим.

Вопреки моим опасениям, наемники не сунулись к карете. Я не слышала их разговора, но то, что они откровенно испугались моего попутчика, было очевидно. Впервые этой ночью я выдохнула с облегчением. И тут же встревожилась снова: главное, не попасть из огня да в полымя! Я ведь ничего не знаю о своем неожиданном защитнике, а вот наемники, похоже, знают…

Сашка завозился и захныкал, требуя еду. Надо было его покормить, пока выдалась возможность. Грудь покалывало от пришедшего молока, и я решилась. Быстренько размотала сына, обнаружив, что он к тому же мокрый. Надо бы сначала его переодеть, вот только все пеленки остались в брошенной сумке. Если все кончится хорошо, нужно первым делом озаботиться всем необходимым. 

Из поясной сумки выглянул хомяк. Все это время он старался не высовываться.

— Думаешь, пронесло? — осведомился он, наблюдая, как я хозяйничаю.

— Не знаю, — ответила я честно. — Но очень надеюсь на это.

— Дай-ка я вылезу, разомнусь, а то все затекло, — пробормотал Хомка.

— Мы тут не одни. Вдруг снова придется удирать. Лучше посиди еще немного, — предупредила я его.

— Хаос! Ладно, тогда я еще немного посплю. Он снова спрятался, но высунулся вновь. — Если что, я все слышу. Можешь намекнуть мне, когда стану нужен.

— Хорошо, Хома. Спасибо. — Я почесала хомячка пальцем между ушек.

— Ой, какие нежности! — проворчал он, но было заметно, что ему нравилось такое отношение. — Пожрать бы… — донеслось уже из сумки.

— Угу, — согласилась я с ним.

Но из всех нас позавтракать мог себе позволить только Сашка, и я не стала лишать сына такого удовольствия. Я собиралась дать ему грудь и прикрыться полой плаща, но в самый ответственный момент распахнулась дверца кареты. Мой попутчик оторопело уставился на меня, но не успела я среагировать, как это сделал Сашка — нашел сосок губами и удовлетворенно зачмокал.

— Простите, лейра! — Дверца тут же захлопнулась.

Снаружи послышался голос одного из наемников:

— Лэрд? Лэрд, нижайше прошу меня простить, но… Мы тут сумку нашли. В ней какие-то пеленки. Потерял кто-то, наверное…

— Потерял кто-то! Вот же утырки! — проворчал Хомка, и я была с ним согласна.

— Лэрд, это моя сумка, — откликнулась я, надеясь, что он меня услышит.

Если удастся вернуть мои вещи, будет просто великолепно. А если там еще и булочки остались…

Несмотря на все волнения, я зверски хотела есть. Стоило представить, как впиваюсь зубами в свежую, пусть и чуток помятую выпечку, и рот слюной наполнился. Будто и не ужинала посреди ночи. 

— Она у меня, лейра. Когда понадобится, скажите, — раздалось тактично снаружи.

Тут заговорил возница:

— Лэрд, вы вроде торопились. Передумали? — В его голосе слышалось откровенное беспокойство.

— Нет, но мы подождем, пока лейра накормит ребенка, — ответил ему мой попутчик.

Мне стало неловко, что из-за меня он опоздает, куда бы то ни было.

— Лэрд, вы можете вернуться в карету. Простите, что причинила неудобства…

— Не стоит, лейра. Не хочу вам мешать…

— Ну что вы! Это я вас стесняю. Дайте, пожалуйста, мою сумку.

Дверца отворилась, и в карету протянулась рука с моим багажом. Не знаю, почему, но я схватила ее за запястье и стиснула.

— Лэрд, пожалуйста, вернитесь в карету. Не хочу, чтобы из-за меня вы опоздали. Если что, я просто попрошу вас отвернуться. Ладно?

Я ощутила, как он замер, словно в раздумьях, и отпустила его руку.

— Хорошо, если вы настаиваете… — донеслось снаружи.

— Наемники больше о вас не вспомнят, лейра. Можете быть спокойны, — сообщил мой попутчик, усаживаясь на свое место.

Говорил он так уверенно, будто ни на миг не сомневался, что его послушают. Интересно, почему? И кто он такой, что смог в одиночку прогнать этот сброд?

— Как мне вас отблагодарить за спасение, лэрд? — посчитала я правильным спросить.

— Буду рад, если откровенно ответите на мои вопросы, лейра. Тогда будем считать, что мы в расчете.

Отказывать в такой пустяковой просьбе было бы глупо и даже подозрительно, поэтому я кивнула. Прикрываясь полой плаща, я продолжала кормить сына, а мой новый знакомый тактично смотрел в окно, чтобы меня не смущать. В кормлении ребенка нет ничего такого, если ты не сидишь в ограниченном пространстве на расстоянии вытянутой руки от совершенно незнакомого мужчины.

— Как вас зовут? — задал он первый вопрос.

— Лена… — представилась я и, спохватившись, исправилась: — Эления дан Анатур.

— Так и знал, что вы не сбежавшая служанка. Непохожи вы на служанку, лейра дан Анатур. Совсем не похожи, — заметил мой попутчик.

— Но все равно сбежавшая, — призналась я почему-то.

— Расскажете, почему сбежали, и кто хочет отнять вашего ребенка? А я подумаю, как вам помочь.

— Мачеха. Это она пустила по моему следу наемников, — сдала я баронессу.

Рассказывать всю правду человеку, имени которого я даже не знала, было опасно. Кто знает, что здесь за порядки. Может, Сашку, как внебрачного ребенка, полагается продавать в храм какого-нибудь Локруса и, узнав об этом, попутчик вернет меня домой?

— Значит, мачеха? Дан Анатур… — Задумался мой попутчик. — Барон дан Анатур верно служил моему отцу, но в силу возраста покинул войско. Сыновей у него не было, так что контакты прервались, и чем барон занимался потом, я не знаю.

Меня слегка обдало жаром от фразы «служил моему отцу». Похоже, передо мной сидел сын кого-то высокопоставленного. К сожалению, память Элении ничего не желала подсказать мне по этому поводу, а попутчик снова посмотрел на меня, как будто чего-то ожидая.

— Простите, лэрд. Но вы не представились. Могу я узнать ваше имя? — спросила я.

Мне показалось, что по лицу мужчины скользнула тень. Словно бы мой вопрос его расстроил.

— Данте ар Шахгар, — представился он наконец, не назвав ни титула, ни регалий.

— Очень приятно, лэрд ар Шахгар.

Я отметила, что приставки к фамилиям у нас разные. Значит ли это что-нибудь?

Спросить не решилась, надеясь, что сама позже «вспомню».

— Вы, наверное, очень устали? — поинтересовался мой попутчик.

Я и правда держалась из последних сил. Моргая, опасалась, что в следующий раз не открою глаза. Видимо, силы, которые организм мобилизовал, закончились, и мне требовался полноценный отдых.

— Если честно, безумно! Лэрд, я совсем не знаю Лемар, вы можете посоветовать мне гостиницу, где я смогу переночевать спокойно и… — Я замялась, но все-таки добавила: — Где меня не тронут?

— Как же вышло, что вы родились в Лемаре, но не знаете его?

— Я… Меня растили дома, я никуда не выходила одна, — сказала я чистую правду. — К сожалению, туда мне больше нельзя. Баронесса Офелия подмяла всех под себя после смерти отца. Она запирает меня и не дает видеться с малышом.

— Что случилось между вами и мачехой, что вы сбежали из дома с новорожденным?

Я молчала, стараясь не встречаться с мужчиной взглядом.

— Не бойтесь, Эления. Неважно, каков будет ваш ответ, я не выдам вас ей.

— Почему? — Я посмотрела на мужчину прямо.

Лэрд ар Шахгар задумался.

— Скажем, мне не нравится, когда матери запрещают быть со своим ребенком. И… Я желаю вам помочь, чем только смогу.

Он говорил простые слова. Но звучало так искренне, что я была готова поверить и признаться во всем. И все же…

— Поклянитесь, что не отдадите меня ни ей, ни кому-либо еще. Пообещайте, что просто отпустите, если я пожелаю уйти.

— Геретта свидетель, что я не отдам вас добровольно ни мачехе, ни кому-либо еще, пока во мне будет оставаться хоть капелька крови, а вы будете нуждаться в моей помощи. Обещаю защищать вас, пока могу двигаться и держать меч или использовать хоть крупицу магии. Все силы пущу на то, чтобы защитить вас и малыша, лейра Эления, — торжественно провозгласил лэрд ар Шахгар без тени иронии.

С замиранием сердца я слушала его слова. Неожиданно в карете потемнело. Сашка выплюнул грудь и заплакал, а я от неожиданности забыла, как дышать. Миг, и все закончилось.

— Что это? Что сейчас было?

— Геретта приняла мою клятву, — объяснил ар Шахгар и улыбнулся мне светло и чисто.

Успокаивая раскричавшегося Сашку, я шокировано поглядывала на Данте ар Шахгара. В моей голове не укладывалось, почему совершенно незнакомый мне мужчина сказал, что готов защищать меня и моего сына до последней капли крови? И, главное, сделал это так искренне, что я поверила!

Поверила! Хотя не всегда до конца верила даже собственному мужу, когда тот говорил простое «Я тебя люблю». А сейчас, всеми фибрами души чувствовала, что мужчина, сидящий передо мной, не нарушит данную клятву. А та самая Геретта, которая откликнулась на мою мольбу о помощи, послав мне именно Данте ар Шахгара на пути, действительно приняла ее!

Значит ли все это, что боги здесь слышат простых людей? Если так, впредь стоит быть внимательнее, используя их имена.

Сашка продолжал плакать, и я беспомощно покосилась на Данте. Впервые мне довелось успокаивать орущего младенца, я еще не научилась толком это делать. От усталости моральные силы покинули меня, и я сама была готова расплакаться.

— Можно мне взять его на руки? — попросил Данте.

Мы встретились взглядами, и я увидела в глазах мужчины что-то такое… Хотела бы я, чтобы у Сашки был отец, который смотрел бы на него с таким же трепетом, восторгом и… Любовью? Да нет, мне кажется. С чего бы Данте ар Шахгару так смотреть? Просто мужчины здесь неравнодушны к малышам, так бывает. Ну или не все, а некоторые, и Данте как раз из таких.

Пребывая в легком смятении, протянула Сашку попутчику. Тот взял его на руки так осторожно и бережно, словно это был и не ребенок вовсе, а мыльный пузырик, способный лопнуть от неосторожного выдоха.

— Эй, парень, чего раскричался? — поинтересовался Данте негромко. — Твоя мама устала, ей нелегко пришлось. Пожалей ее. Понимаю, ты испугался. А кто бы не испугался на твоем месте? Поверь, пред взором Геретты страшно бывает всем, но будь мужчиной, не подавай виду.

Данте говорил серьезные слова, но при этом счастливо улыбался, едва заметно баюкая моего сына. И случилось чудо!. Сашка как будто бы прислушался и перестал орать, только сонно лупал глазенками. Делал он это все медленнее и медленнее, а потом и вовсе уснул. 

Данте, поймав мой напряженный взгляд, осторожно передал мне ребенка.

— Он спит? — поинтересовался шепотом.

— Ага, — подтвердила я и улыбнулась.

Мужчина в ответ тоже просиял искренней и чистой улыбкой. Долгое мгновение мы смотрели друг другу в глаза. Смутившись, я откинулась на сиденье, поудобнее устраивая на руках Сашку и стараясь его не разбудить. Шепнула:

— Спасибо!

— Нам и правда лучше найти место, где вы сможете отдохнуть как следует. Кстати, какие у вас были планы, когда вы сбегали, лейра Эления? Может, вы хотели отыскать отца ребенка?

Вопрос меня несколько обескуражил.

— Зачем мне его искать? — с недоумением спросила я.

— К примеру, чтобы потребовать позаботиться о вас или жениться? И тогда ваша мачеха утратила бы любую власть над вами.

Я хотела возразить, но задумалась. Моя душа попала в тело Элении, а душа Сашки, безо всяких сомнений, в тело ее ребенка. Произошел полноценный обмен еще в утробе, судя по всему. Но ведь у ребенка Элении действительно существует биологический отец в этом мире. Вот только не уверена, что мне интересно, кто он.

— Я не знаю, кто отец моего ребенка, лэрд ар Шахгар. И знать этого не желаю. Меня опоили, чтобы опорочить перед женихом. Тот человек осознавал, в каком я состоянии, но все равно воспользовался мной. Я не желаю просить его о помощи и тем более не стану выходить за него замуж, — отчеканила я, правда шепотом, зато глядя прямо в глаза собеседнику, чтобы не сомневался в моей решимости.

Лицо Данте ар Шахгара стало похожим на маску.

— Так у вас был жених? Вы его любили? — поинтересовался он ровным тоном.

— Любила?! Да я его и не знала даже. Отец сосватал меня за Януша дан Бюрда, но мачеха решила, что ее родной дочери такой жених подходит больше, чем нелюбимой падчерице, вот она и провернула эту схему с… — я чуть не сказала "с борделем", но вовремя поправилась: — с опороченной невестой.

Какое-то время мы ехали в полном молчании. Я начала клевать носом, а Данте о чем-то сосредоточенно думал.

— Пожалуй, нам стоит отправиться в резиденцию дан Анатур и поговорить с баронессой по душам, — внезапно заявил он.

Хищная улыбка на лице моего собеседника заставила меня разом проснуться. Я вспомнила, как Данте ар Шахгар смотрел на моего сына.

— Вы же… Вы ведь… Это же не вы заплатили за моего мальчика?

В ужасе я прижала к груди Сашку.