Эпилог

— ФЕНЯ —

Сидел я, значит, на подоконнике и смотрел на этот бедлам.

Три маленьких ведьмы в возрасте двух лет устроили в гостиной дикий погром!

Подушки были разбросаны и разорваны, перья летали, а ковёр они свернули в трубу и приставили к стенке. На люстре висели шляпки бабули, но как они туда попали, я не знал, но подозревал, что тут не обошлось без магии.

— Елизавета! – крикнула Аглая, пытаясь поймать одну из дочек, которая с невероятной скоростью перемещалась под столом. – Екатерина! Есения! Немедленно прекратите!

— Не кричи на них, – спокойно произнёс генерал, сидящий в кресле с книгой. Хотя, это он делал вид, что сидит с книгой. На самом деле я видел, как он краем глаза следил за каждой из девчонок. – Они просто играют.

— Они разгромили всю гостиную!

— Это творческий беспорядок, – парировал Кесарь, и я вздохнул. Он уже научился говорить, как Аглая.

— Ты их защищаешь! – возмутилась моя ведьма.

— А ты нет? – поднял бровь генерал, и Аглая сдалась. Конечно, она их защищала, и обожала.

Просто делала вид, что злится, потому что так положено.

Девчонки росли невыносимыми, в хорошем смысле, конечно.

Аглая, наконец, выловила Есению из-под стола, подхватила на руки, и начала целовать куда попало. Есения визжала от восторга и пыталась укусить мать за нос.

Это у неё от Флоры.

Цветок, кстати, вырос ого-го.

Теперь лилия занимала полподоконника в гостиной и цвела так буйно, что Аглая каждую неделю срезала лишние листья, чтобы Флора не выползла из горшка и не начала охотиться на гостей и прислугу.

Но девчонок она не трогала. Я не знаю, почему.

Может, чувствовала родственную душу. А может, просто понимала, что эти трое её порвут, если она посмеет кого-то укусить. Девчонки у нас, знаете ли, с характером.

Меня зовут Феня. И я ведьмин фамильяр. И я самый важный член этой семьи.

Не верите?

А вы спросите у генерала, он всё подтвердит.

Нет, он, конечно, будет ворчать и говорить, что главный в доме – он, но мы-то знаем правду. Потому что кто, скажите мне, сидит с девчонками, когда Аглая на колдовских курсах?

Ну, естественно, я.

Кто учит их правильно точить когти? Опять – я.

Кто рассказывает им истории о том, как их мать призвала отца в клетку? Всё один я.

Между прочим, это теперь их любимая сказка на ночь.

«Феня, расскажи, как мама папу в клетке держала!» – требовали они, и я рассказывал им историю каждый вечер.

Генерал сначала морщился, когда слышал это, но потом привык.

А недавно я заметил, что он стоял под дверью и слушал, даже широко улыбался, но всё делал тайком, чтобы никто не видел, но я-то видел, я вообще всё вижу.

* * *

Сегодня был особенный день. Аглая уехала в «Тихую Заводь», проверять, как идёт стройка, ведь курорт почти был готов.

Ещё месяц, и откроется первая здравица в королевстве на источниках живой воды.

Генерал вложил в это дело столько денег, что, кажется, сам император теперь завидует. Но он говорит, что это инвестиции в наше будущее.

Аглая сначала переживала, что бабушкин дом превратят в невесть что, но Кесарь сдержал слово. «Тихая Заводь» стоит нетронутой, окружённая новыми корпусами, купальнями и парками.

Аглая теперь каждую неделю туда ездит, иногда берёт девчонок и меня. Но сегодня уехала одна, точнее, с охраной и помощницами.

Сейчас я лежал на подоконнике, грелся на солнце и наблюдал за девчонками.

Елизавета, Екатерина и Есения, мои три маленькие ведьмы, точные копии Аглаи, но с отцовским характером.

Лиза у нас старшая на пять минут, и она этим активно пользуется.

Катя самая спокойная.

А Еся тот ещё маленький ураган.

Генерал говорит, что она пошла в мать, а я говорю, что она пойдёт в меня, потому что кто, если не я, научит её быть наглой и обаятельной одновременно.

— Феня! – закричала Еся, подбегая к подоконнику. – Феня, иди играть!

— Я не играю, – важно отозвался сказал я. – Я лежу и наблюдаю.

— А что ты наблюдаешь? – спросила Лиза, подходя следом.

— За вами я наблюдаю. Кто-то же должен следить, чтобы вы не разнесли весь дом.

— А ты разве не хочешь с нами играть? – спросила Катя и посмотрела на меня своими огромными голубыми глазами, и я сразу сдался, ведь устоять перед этими глазами невозможно. Они у неё, как у Аглаи.

— Ла-а-адно, – вздохнул я, спрыгивая с подоконника. – Но только играем в тихие игры, а то у меня после обеда сончас.

— Ура! – завизжали девчонки и бросились на меня с объятиями.

Я терпеливый и выносливый, потому что я магический кот и самый важный член семьи. И потому что я их люблю, даже когда они мнут мне шерсть и дёргают за хвост.

Генерал, наблюдающий за нами из кресла, отложил книгу.

— Феня? – позвал он меня.

— Чего? – отозвался я, пытаясь освободиться от Еси, которая вцепилась мне в уши.

— Ты справишься с ними до обеда?

— А ты куда? – насторожился я.

— Мне нужно в министерство, – произнёс он. – Ненадолго. Час, максимум на два.

— Опять?

— Это важно, – он встал. – И потом матушка скоро придёт.

— Графиня не умеет с ними так, как я.

Генерал подошёл и почесал меня за ухом, я позволил, потому что это приятно, а ещё, потому что мы теперь настоящие товарищи.

Вы не поверите, но это правда. Мы с генералом стали настоящими друзьями.

Нет, я не шучу. Всё началось, когда девчонки родились.

Три маленькие ведьмы, которые орали одновременно, требовали внимания одновременно и, кажется, никогда не спали одновременно.

Аглая была счастлива.

А ещё были мы – я и Кесарь.

И мы поняли, что если не объединимся, то нас сомнут.

Так и получилось, мы объединились.

Я научил его, как правильно качать детей, чтобы они засыпали быстрее.

Он научил меня, что такое дисциплина.

Спорили, конечно. Ещё как спорили. Но теперь в доме у нас порядок.

Мой порядок. То есть у нс вечно творческий беспорядок. Но Кесарь называет это «организованным хаосом».

Он вообще научился говорить красиво, прямо как Аглая. Это всё её влияние.

— Феня, – сказал генерал уже в дверях. – Присмотри за ними.

— Всегда присматриваю, – ответил я. – Иди уже. Не отвлекай меня от важных дел.

Он усмехнулся и ушёл. А я остался с тремя маленькими ведьмами.

Но скоро пришла графиня, их бабушка и в доме стало намного громче.

Мне срочно нужно средство от головной боли.

* * *

Знаете, когда в доме пять женщин. Пять! Это ужасно. Аглая, три её копии и матушка генерала.

Ах, да, ещё Флора, но она не в счёт. Но если с ней, то вообще все шесть! Кошмар!

И только двое мужчин – я и генерал. И генерал, между прочим, теперь часто жалуется мне на жизнь.

— Феня, – сказал он однажды, когда Аглая с девчонками и матушкой уехали в «Тихую Заводь» и мы остались вдвоём. – Ты понимаешь, каково это, быть единственным мужчиной в доме, где пять женщин?

— Понимаю. Я тоже единственный мужчина. Правда я – кот, но сути это не меняет.

— Они такие громкие… Нет, ты не думай, я их очень люблю. Но я хочу сына.

— Что? – я даже поперхнулся.

— Сына, – повторил он. – Лучше сразу троих сыновей. Чтобы баланс был. Пять на пять.

— Ты с ума сошёл, – проговорил я. – Ты видел, что творится в доме, когда эти трое начинают колдовать? А если их будет шестеро?

— Это будет счастье, – сказал он, и в его глазах я видел, что он не шутил.

Я вздохнул.

Генерал был безнадёжен, но я его понимал.

Потому что когда девчонки бегут к нему, когда он возвращается с работы, и кричат: «Папа! Папа!», – я видел, как он тает.

Генерал Горский, гроза министров и врагов королевства, тает, когда три маленькие ведьмы обнимают его за ноги и требуют рассказывать сказки.

Подходит ещё одна ведьма и говорит, что очень соскучилась…

И я таю тоже.

Потому что они обнимают и меня.

И говорят: «Феня, Феня, иди с нами!»

И я иду. Всегда. Потому что я – самый важный член семьи.

Потому что это мои девчонки. Не только Аглаи и Кесаря.

Мои тоже. Мя-а-у-ур.

* * *

Ночью, когда все спят, я устроился на подоконнике и смотрел на луну.

Флора тихонько поскрипывала листьями, и я знал, что и она тоже не спит.

— Ты знаешь, Флора, – произнёс я. – Я всегда думал, что, когда Аглая выйдет замуж, я стану значить для неё меньше. Что буду ненужным и забытым котом.

Флора молчала, она вообще отлично умеет слушать, а это редкий дар для женщины.

— А вышло, наоборот, – продолжал я. – Места стало больше, как и любви, даже сарделек и тех стало в разы больше! И я чувствую себя нужным и самым любимым.

Флора активно пошевелила листьями, и я знал, что она со мной согласна, потому что она тоже часть этой семьи и её очень любят.

— Я думал, что самое главное – это быть в доме единственным и главным котом, – рассуждал я. – Оказалось, что самое главное – это просто быть среди своих и там, где тебя любят. Мяу.

Конец.