Глава 15

Ждала великих откровений, но не получила. В единственной папке оказались сканы каких-то доков. Неизвестная мне фирма “Бизнес-трест”. Я задумчиво покусала пальцы, читая наименования. Ничего противозаконного на вид. Доки как доки. Но что-то в них должно быть, так ведь? Иначе бы Вадик не ныкал их.

Дошла до конца, и пальцы похолодели. Внизу были подписи и печати.

Генеральный директор: Градов В.Д.

Бухгалтер: Анисимова Л.А.

Так-так, вот теперь мне все это точно не нравится. Каким образом тут замешан мой отец? Что это за компания, и почему доки от нее хранятся в потных носках? Нашла дату. Давно. Очень давно. Чуть больше двадцати лет назад. Это вообще силу имеет?

Страшно потянуло папочку зачистить, флешечку сломать и в реченьку выкинуть.

Хрен знает, почему.

Если эти бумажки каким-то образом отцу угрожают… Лучше, чтобы их не было. Но как они угрожать могут? Если только папа что-то противозаконное делал?

Эта мысль мне была неприятна. Все-таки папа. Семья всегда на первом месте. А если и делал – то это давно было, и уже неправда. Явно раскаялся и на верный путь банкостроения ступил.

Пальцы оставила в покое, начала кусать губы.

Вспомнила о той записке, что мне принес Вадик. В плане с угрозами которая. И выходит, в той, настоящей, он пытался меня об опасности предупредить. Но кто-то воспользовался им в своих целях. Точнее, ясно кто: Стервозина. Помяни, господь, ее душу, тем более вы явно не встретитесь, потому что она жарится где-то в подземельях.

Ну а что, если я предположу совсем абсурдную мысль: Марго связана с хакером.

Если записка с обещанием всяческих проклятий действительно от нее, что мешает хакеру быть частью этих проклятий?

Взломать банк, украсть деньги, подорвать репутацию, разрушить бизнес – проклятье моему отцу. Плюс бумаги какие-то вот.

У меня парня увела, а потом и вовсе представилась в моей квартире. И теперь меня в убийстве подозревают. Надеюсь, это не часть ее плана.

Но вообще-то звучит страшновато. При таком раскладе Марго, конечно, не пришла в восторг, от того, что я с паном типа мучу. Расскажу же ему, он полезет разбираться, и планы ее могли сломаться.

И что, она пришла ко мне поэтому? Угрожать? Компрометировать Ястржембского?

Но главный вопрос – за что? Что такого сделали Градовы? Я снова посмотрела на документы. Вадик стырил их у Марго?

Я должна поговорить с ним. Раз об опасности предупреждал, значит, знает что-то. Позвонила зачем-то опять, хотя пан утверждал, что телефон в реке, скорее всего. Абонент был вне зоны, естественно.

Вздохнув, набрала в поиске название фирмы. Ничего подходящего не нашлось. Порылась еще в разных комбинациях. Ничего.

Папулю я и так знала. Набрала фамилию бухгалтера и нашу область. Даже не знаю, на что надеялась. Пролистала несколько страниц впустую, подумала и набрала год с документов. И вот тут повезло. Если можно это везением назвать.

Потому что оказалось, что женщина пропала. Именно в тот год. Данных было немного, просто крупицы. Лилия Анисимова вышла из дома на прогулку, но домой не вернулась. По версии следствия она стала жертвой маньяка, который в то время как раз орудовал в городе.

Правда, до этого пропадали только молодые девушки. А Анисимовой было около сорока. Следом за ней пропала ее дочь, а потом еще одна девушка. Все это на протяжении буквально двух месяцев.

Дочь Анисимовой, по словам следствия, пыталась найти похитителя и сильно мешала. Они считают, что она сама спровоцировала маньяка на похищение своими чересчур активными действиями.

Я только хмыкнула. А никого не смутило, что активные действия должны были быть у полиции? Все как обычно. Им бы только дело закрыть, даже не пытаясь расследовать.

Анисимова Карина стала следующей пропавшей после матери. Ей было девятнадцать. А третьей… И тут у меня прямо волосы на голове зашевелились. Градова Марина, тоже молодая девушка, пропала, отправившись вечером на прогулку. Дальнейшая ее судьба неизвестна.

После нее девушки перестали исчезать. Как и женщины, впрочем. Следователь сделал вывод, что маньяк или затаился, или свалил в другие места. Потому что здесь уже стало опасно. Полиция шла по следу, ага-ага.

Откинулась на подушки и задумалась. Ну и что все это значит?

Я не знала, что, но беспокойство имело место быть. Потому что вот документ, на котором стоит год и две фамилии.

И в этот год пропала сначала бухгалтер, а потом жена директора. Мама.

Сердце сжалось. Я почти не помнила ее, и не знала, что испытываю сейчас. Мне было болезненно, но болезненно как-то отстраненно. Потому что ее в своей жизни я не помнила. И только осознавала – была мама, пропала. И все.

А теперь было тревожно. Очень тревожно. Потому что в свете этих документов все выглядит как-то… подозрительно.

И, кажется, не мешало бы поговорить с папой. Но что-то мне подсказывало, он не очень обрадуется. Куда вероятнее – за меня испугается и вообще дома запрет под охраной.

И тогда я ничего не узнаю. А узнать очень хотелось. К тому же меня в убийстве подозревают. С этим тоже надо что-то делать.

– Встретишься сегодня с адвокатом, – у папы был свой план, что делать. Я поперхнулась.

– Не пугай меня.

– Это предупредительные меры на случай, если что-то пойдет не так.

Как будто сейчас все так.

– И что мне с ним делать?

– Просто переговоришь. Он подъедет в офис банка в обеде. И еще я планирую нанять частного детектива, с ним тоже придется пообщаться.

Я отложила вилку.

– Хочешь, чтобы он нашел убийцу Марго?

– Конечно. Чем быстрее мы найдем преступника, тем быстрее ты перестанешь быть под прицелом следователя. Он-то вряд ли будет расторопничать.

Тут было трудно не согласиться.

– Свали, чудовище, – Юлька скинула кота со своего стула, он недовольно замяукал. Получил новую порцию брани и свалил к своим мискам.

– Он меня укусить хотел, – пожаловалась Юлька мне.

– Главное, что не укусил. А то в полнолуние превратилась бы в гигантскую лысую кошку. Папулю бы удар хватил.

– Смешно невозможно, – поморщилась Юлька, приступая к завтраку. – Между прочим, я сегодня у пана твоего беру интервью. У вас в офисе.

– Кофе тебе носить не буду. Пан забрал кофемашину в кабинет, пусть сам тебя обхаживает.

– Какая ты вредная, Евка, – вздохнула Юлька, я не стала спорить.

Мои мысли были заняты другим. Хотелось обсудить с паном все происходящее и услышать его точку зрения. Должна же она у него быть?

В общем, по приезду в офис я сразу зашла в кабинет с чашкой в руках. Пан сидел за ноутбуком, но на мое появление дела бросил и встал. Мелочь, а приятно. Еще пару дней назад он даже бы взгляда не поднял. Всего-то и нужно было замочить его бывшую. Прости, господи.

– Ну как вы, Ева? – приблизился ко мне.

– Бывало и лучше. У папули матрас неудобный.

Пан потер лоб, явно сдерживая вздох недовольства.

– Никаких умных мыслей у меня не появилось за ночь, – добавила я, – да и откуда бы?

Тут Росцислав согласился со мной. Указал на диван, я разместилась с удобством и принялась за кофе, пока он задумчиво сверлил меня взглядом.

– Я заехал в охранную фирму, – огорошил вдруг.

– Запала вам менеджер, да? – не удержалась я. – Так флиртовала с вами.

– По камерам видно, что Марго пришла буквально за десять минут до вас. Позвонила в дверь, никто не открыл, и она воспользовалась ключами.

– Которые сперла у Вадика. А еще леди.

Удостоилась-таки укоризненного взгляда. Громко хлебнула кофе. А что, я не леди, и не претендовала.

– После никого. То есть вы пришли, потом ваш отец, следователь. До Марго тоже никого.

Я похлопала глазами.

Это что же выходит? Камеры как будто подтверждают, что только я и могла ее убить?