Глава 8

– Цветок? – изумилась я, недоумённо глядя на молодого человека перед собой.

Накануне королевской свадьбы был устроен пикник для всех придворных, да не где-нибудь, а в Восточном заповеднике, куда всё мечтала попасть Белатрикс, но его величество ввиду своей чрезмерной занятости откладывал это мероприятие.

Восточный заповедник находился в двух часах езды от столицы, и представлял собой обширные угодья с холмами, реками и, естественно, животными. Этакая эко-ферма и загородный клуб в одном, как бы выразились в моём мире. Здесь было невероятно красиво, к тому же день выдался солнечным и жарким.

И вот сегодня здесь собрался весь бомонд, если можно так выразиться. Шампанское, соки, прохладительные лимонады, официанты с закусками. Белые кружевные зонтики, клетчатые пледы, разложенные на газоне, лодки у берега – всё это создавало неописуемую атмосферу лета и счастья, и мне, признаться, становилось грустно, что уже завтра в полночь состоится ритуал, а послезавтра, если верить подсчётам магистра Ксенорса, я окажусь в своём мире, в своём теле, и всё происходящее покажется мне прекрасным сном.

Моргнув, я вновь посмотрела на дарителя. И удивилась не наличию самого цветка, которых здесь было более чем предостаточно, а неожиданному кавалеру. Молодой, всего на пару лет старше самой Дейры, светловолосый и улыбчивый, в светло-зелёном камзоле и с франтовски завязанным шарфом. Он казался мне смутно знакомым, и я бы обязательно вспомнила, где могла его видеть, если бы не стайка девушек, что столпились за его спиной и всячески пытались привлечь его внимание.

Моё же внимание убегало то и дело ещё дальше, к белому шатру, где принимали поздравления Рион и Белатрикс – оба в нарядах кремового цвета, красивые, роскошные, такие, какими и положено быть жениху и невесте накануне свадьбы.

Тьфу, бесят!

Особенно учитывая, что ещё недавно ночью, без всякого афродизиака он так сильно желал меня, что эти воспоминания не дают мне ни на чём сосредоточиться последние два дня. А как переживу завтрашний день, в том числе свадьбу его величества, вообще не знаю. Думаю, попрошу магистра Ксенорса привязать меня верёвками, чтобы я действительно не воплотила в жизнь угрозу, высказанную Риону, и не ворвалась в храм, выкрав оттуда жениха. Как – я пока не представляла, но желание было огромным.

Подставного лакея нашли, но уже с абсолютно стёртой памятью, поэтому извлечь из него что-либо оказалось невозможно. Разумеется, догадки были, и на основании одной из этих догадок Рион полностью расторг помолвку Дейры и графа Бэкстона.

– Вы меня не узнаёте, – догадался парень и смущённо улыбнулся. – Каспиан Лауд.

– А, вы ведь победитель турнира!

– Да, а ещё мы с вами вчера мельком виделись во дворце. Не помните?

Я за последние дни столько времени проводила в библиотеке и предавалась грустным думам о предстоящей свадьбе Владыки, что уже никого не замечала вокруг.

– Непростительно с моей стороны, – улыбнулась я, не спеша принять цветок. – Неужели вы не в курсе слухов, что ходят обо мне?

– Как можно, – широко улыбнулся парень. – Слухов о вас столько, что я уже не знаю, в какой верить. Вы весьма загадочная, а от того ещё и более интересная особа.

– Не знаю, принимать ли это за комплимент, но пока я думаю над этим, не могли бы вы сказать, какой из слухов заставил вас подойти ко мне? Если слух о моих отношениях с его величеством, то вы должны знать, что я не самая лучшая кандидатура для дружбы, никак не влияю на решения Владыки. Если слух о моей распущенности и недавнем инциденте с афродизиаком, то вновь спешу вас разочаровать – никакой из этих слухов не является правдой, а я очень разборчива в связях. Так что за причина влекла вас ко мне?

– Ни одна из вышеперечисленных, – покачал головой Каспиан и наклонился ко мне, – я уже ознакомился с материалами дела, которое нам поручает король, и знаю, что вы будете с нами. Мне бы просто хотелось познакомиться с вами ближе.

– Вы меня покорили! Пожалуй, этот повод для знакомства я приму, – улыбнулась я, и Каспиан, подав мне руку, пригласил на прогулку.

Солнце светило ярко, а грушевые деревья, такие же, как и в королевском саду, пахли сладко и маняще. К одному из них я и подошла, но дотянуться не смогла – мне сорвал фрукт Каспиан. Я несколько секунд гладила его в руках, разглядывая светло-жёлтую шкурку, и думала о своём. Когда я сюда переместилась, на грушевых деревьях не было ещё ни одного спелого плода.

Я, подобно этой груше, дозрела за время пребывания в этом мире и уже не хотела из него уходить. Я окончательно примерила на себя судьбу Дейры и сделала невероятный, сумасшедший и судьбоносный выбор, о котором собиралась сообщить и магистру Ксенорсу. Но пока не знала – как. Вдруг он скажет, что мне нельзя остаться, что нужна именно Дейра? А я уже не хотела возвращаться в привычную реальность.

Пусть я могу погибнуть во время воскрешения источника, но я буду знать, ради чего я это делаю. А отправлюсь в свой мир – буду вечно переживать, что случится здесь. И выживет ли Рион…

Я просто уже не смогу жить в неведении.

Надкусив грушу, я посмотрела на солнце и зажмурилась. Этот мир стал мне родным, как и его небесные светила, а все события прошлого уже стёрлись и превратились если не в пепел, то в бумажные карточки из фотоальбома двадцатилетней давности. Вроде и было со мной, но так далеко, что уже никак не влияет на настоящее.

– Вы совсем не боитесь, – внезапно произнёс Каспиан.

– Боюсь, – покачала я головой. – Но я больше боюсь того, что будет, если мы не сделаем этого. Боюсь за тех, кто стал мне дорог, и за тех, кто ещё не познал жизни – за детей. Они достойны лучшего мира. Мира без войн и горестей. Несколько дней на границе изменили меня, дали понять, что на самом деле важно, а что лишь мишура.

Кажется, последнее слово он не совсем понял, но общий смысл дошёл, поэтому Лауд кивнул. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но в этот момент сзади раздался голос:

– А вот и леди Орконзе с кавалером! – Я обернулась к Бель, которую держал под руку Рион, видимо, не успевший увести невесту, а та в свою очередь подняла фужер в мою честь. – Скажешь пару слов поздравления для меня и моего жениха? – на последних словах она сделала особый акцент, намекая, кто в итоге оказался у разбитого корыта. – Ты ведь бываешь столь словоохотлива.

– Поздравляю, – легко произнесла я и посмотрела на Риона, но тот со злостью смотрел на невесту, а не на меня. – Это ведь такая удача родиться дочерью герцога и иметь этот статус своей единственной заслугой.

Глаза Бель распахнулись, она поперхнулась воздухом и наконец взглянула на Риона, видимо, чтобы пожаловаться, но споткнулась о его взор. Недовольный и сердитый. Поняла, что ей лучше промолчать и тем более проглотить мой ответ. Конечно, жених всегда должен быть на стороне невесты, именно поэтому он и не остановил Бель, когда она говорила со мной, но и ясно дал понять: несправедливость защищать не будет, как и унижение других. Ей стоит сразу выбрать другую тактику общения с придворными – без ехидства, едкости и злобы, чтобы Рион смог её поддержать.

– Лорд Лауд, не желаете прогуляться с нами? Мы с женихом хотим пройти к дальним шатрам с выставкой рукоделия.

Невестам Владык не отказывают. Перед ним его будущая королева. Это понимал и Каспиан, но всё-таки ему не хотелось обижать меня, поэтому он вежливо спросил:

– Леди Орконзе, вы с нами?

Конечно, рядом с собой Бель не желала меня видеть, а мне слишком невыносимо было смотреть на Риона и Белатрикс вместе. Я отрицательно покачала головой.

– Я дооем грушу, – улыбнулась я и откусила крохотный кусочек. – Она так восхитительна и, главное, не ядовита.

Белатрикс намёк на ядовитость поняла.

Рион же смотрел на меня и… грушу. Кажется, капелька сока потекла по уголку губ, и я поспешно убрала её, смутившись. Рядом с Владыкой невозможно находиться! Я постоянно вспоминаю ту ночь и схожу с ума. Его прикосновения слишком желанны, чтобы стоять рядом с ним так просто.

Едва троица ушла, я тяжело вздохнула и… метнула грушу в дерево. Словно в насмешку сверху на меня упал другой плод, менее спелый, и я ойкнула, почесав ушибленное место. Даже сама природа против меня, у-у!

Подхватив юбку, я углубилась в грушевый сад. Он был очень обширным, а ещё через него можно было выйти к шатрам с напитками. Туда я и направилась, решив, что в свой последний спокойный день в этом мире я хорошенько испробую игристого…

Я так задумалась и погрузилась в свои мысли, что не сразу поняла, в какой момент пальцы начали чесаться. Так, словно стихийная магия вновь готова выйти из-под контроля. Я попыталась сбросить её, но сделала только хуже – она сорвалась и устремилась куда-то в сторону.

– Твою ж!.. – рыкнула я и даже ногой притопнула, но внезапно до меня начали доноситься голоса – прямо возле одной из полосатых палаток, куда я почти подошла.

– От леди Орконзе нужно избавиться! – заявил незнакомец. – Вы ведь не хотите навлечь проклятие на весь свой род, советник?

Я медленно пробралась дальше, встала у шатра с другой стороны, чтобы меня не заметили, но зато я всё слышала. Выглянув, я смогла и увидеть двоих. Одного я без труда узнала – противный советник Вешдок, а вот другой стоял ко мне широкой спиной, поэтому я не сразу распознала его. Он и был первым говорившим.

– Не понимаю, лорд Хатворт, что ещё вы предлагаете?.. – стушевался и даже побледнел советник.

А герцог Эрганский – теперь я уже не сомневалась, кто этот высокий властный мужчина – умел давить своей аурой! Вон советник едва ли не трясётся как листик на ветру. Герцог был поистине устрашающим, ростом на полторы головы выше Вешдока, в тёмном камзоле с иголочки, с ужасно неприятным и надменным голосом (теперь понятно, в кого обе его дочери такие красавицы!) и с вечной маской презрения на лице. Сноб.

– Дейра Орконзе досадная помеха, и я не хочу, чтобы она путалась под ногами в самый важный момент моей жизни – свадьбы дочери с самим королём. Её нужно отослать, не важно, каким способом.

Интересно, как я вообще их услышала? Неужели они не поставили звукоизоляционный купол? И вдруг я посмотрела на свои руки. Так вот в чём дело! Купол был, но стихийная магия, скажем, магия воздуха, легко смогла обойти его, чтобы я услышала всё до мельчайших подробностей. Надо же, какая удобная вещь! Видимо, раньше была защита от подобного стихийного вмешательства, но когда стихийная магия оказалась под запретом, то и необходимость защищаться от неё в повседневной жизни отпала. Это мне на руку.

– Но ей благоволит сам король, не могу же я…

– Король скоро станет моим зятем. Вы ведь не хотите оказаться между двух огней, Вешдок? Вы ведь и сами понимаете, насколько леди Орконзе нежелательная при дворе особа. И чем быстрее она уберётся с нашего пути, тем нам всем станет проще.

– Но ведь прошлый план провалился! Я с трудом смог смог взломать магическую защиту на лакее, чтобы стереть ему память – и вовремя! Его величество вышел на него слишком быстро и едва не раскрыл наши планы. Не говоря уже о том, что мы добились противоположного – Владыка расторг помолвку Дейры и графа Бэкстона…

Что? Неужели это всё подстроили Вешдок и герцог Эрганский? Не просто Белатрикс, на которую я грешила, или Бэкстон, которого подозревал Рион, а советник короля! Насколько же им моё существование поперёк горла!

Знали бы они, как ценна моя жизнь. По крайней мере, в этом теле.

– И в этом целиком и полностью ваша вина, Вешдок! Вы допустили подобное! Не смогли выполнить даже такую мелочь. И вам после такой оплошности следует реабилитироваться, иначе…

Он не договорил, но и так было понятно, что ничего хорошего советнику не светит. Кажется, герцогу удалось нащупать нужные рычаги. На лицо советника набежала тень, но голос оставался твёрдым:

– Я не собираюсь принимать участие в грязных махинациях. Я сделал всё, чтобы ускорить свадьбу Дейры, но если не удалось – я умываю руки, ваша светлость. Надеюсь, вы меня поймёте. Вы боялись, что свадьба вашей дочери сорвётся, но она состоится. Уже завтра. Просто дождитесь завтрашнего дня, и если тогда не удастся – уже будем вместе думать над всем. Умоляю вас не предпринимать ничего, иначе мы можем сделать только хуже, как и в случае с афродизиаком.

– Вы правы, – через некоторое время ответил Эрганский. – Просто эта мерзавка, что вьётся возле его величества, меня нервирует! И треплет нервы моей дорогой и ненаглядной Бель. Подождём до завтра. И если что-то пойдёт не так…

– Я всегда окажу вам помощь, – тут же откликнулся Вешдок.

Мужчины, обменявшись ничего не значащими любезностями, разошлись.

Я же застыла и задумалась. По-настоящему я не испугалась, а вот разозлилась – да! Неизвестно, какую мерзость придумал этот Вешдок. Пойти пожаловаться его величеству? Но что сделает Рион? Предъявит Вешдоку обвинения без доказательств, разозлится? Если завтрашняя свадьба состоится, мне точно ничего не грозит, но оставлять это так я всё-таки не собираюсь.

Я уже знаю, как его проучить. Боится родовых проклятий? О, читала я тут об одном недавно в библиотеке! Нет-нет, всерьёз его насылать я не собиралась, но вот кто мешает мне его инсценировать? Губы растянулись в довольной улыбке. Держитесь, Вешдок, держитесь, желательно за панталоны, потому что я собираюсь поднять всё ваше грязное бельё!

Я отправилась к каретам. Теперь я точно запомнила лицо лакея, который привёз меня – он был единственным, с кем меня отпускал Рион, это был не просто лакей, а сотрудник тайной канцелярии.

– Уже уезжаем, леди? – удивился он, и я кивнула.

Нужно ещё сварить яйцо, не спрашивайте, зачем, это единственный доступный мне немагический способ, чтобы перевести печать, чтобы всё выглядело натурально. А после составить текст самого проклятия. Пожалуй, в написании мне поможет Олли, ведь я не умею писать на местном. А в остальном я знаю, как поступить с Вешдоком, вызвав у него такой же шок, который он устроил мне, решив воспользоваться афродизиаком.

Во дворец прибыла, когда жара спала. Выскочив из кареты, я сразу же помчалась к ступенькам. Грушевый запах буквально преследовал меня, поэтому я отбивалась от желания сразу рассказать о своём решении магистру Ксенорсу. Он ещё успеет меня отговорить, да к тому же испугается, что я решу расстроить свадьбу его величества. Ничего подобного в моей голове не было, я действительно осознала все риски, просто сама свыклась с мыслью, что мне всё-таки предстоит немного погеройствовать.

– Леди! – удивилась Олли, когда мы столкнулись в коридоре. – Не ожидала увидеть вас так рано.

– У меня возникли неотложные дела. И мне очень нужна твоя помощь, – понизив голос, сказала я. – Ты сможешь отварить яйца вкрутую?

– Вы проголодались?

– Можно сказать и так. Только не вынимай их из кипятка! И перекусить чего-нибудь тоже захвати. Встретимся в библиотеке! – последнее я крикнула, уже убегая в указанную сторону.

Пергамент и чернила здесь были, а вот чтобы найти ту самую книгу с проклятием и нужную страницу ушло немало времени. Уже успела вернуться Олли и я вкратце посвятила её в свой план, мол, нужно подготовить бумагу с фальшивым проклятием, вот и всё.

– Леди, но это может быть опасно, – понизив голос, сказала горничная. – Не нравится мне идея связываться с проклятиями.

– Это всего лишь шутка, – я закатила глаза. – Но на старого советника должно подействовать.

– О ком вы?

Я растянула губы в зловещей улыбке. Ненавижу, когда из меня делают козу отпущения! Себя в обиду не дам.

– Вот оно, – облегчённо выдохнула я, а девушка заглянула через моё плечо и ахнула.

– Печать злых духов! Это очень опасно.

– Повторяю, Олли, это не по-настоящему. Если боишься, то помоги мне составить заклинание, а после можешь идти.

Оказывается, чтобы составить устрашающее заклинание даже моих писательских навыков мало. За окном уже начало темнеть, а Олли пришлось бежать и отваривать новую партию яиц, зато я смогла всё очень красиво перевести – красная печать с линиями и символами выглядела точно также, как и на картинке в книжке! Ура!

– Теперь можешь идти, Олли, я придумаю, как закинуть эту бумагу в комнату Вешдока, – хмыкнула я и свернула пергамент в трубочку.

Олли кивнула и умчалась с такой скоростью, словно проклятие было настоящим. Повздыхав над наивностью своей горничной, я присела на стул и ещё раз прочитала текст, только на этот раз вслух – такая была привычка ещё с писательства: хочешь, чтобы получилось без ошибок, надо перечитать самому себе.

– Горе и смерть, духи поднебесья и низин, отверженные и убитые теперь не будут знать покоя, пока последний из тех, кто прочитал это, не сойдёт с ума.

Хорошо вышло. Лаконично и действительно пугающе. Всегда считала, что если долго разглагольствовать о кишках и мозгах, можно потерять нить страха читателя, а вот так быстро и хрупко, расставляя акценты – вызвать ужас.

– Что ты только что прочитала? – раздался голос позади меня.

Я вздрогнула, и в этот момент окно в библиотеке, до этого открытое, резко захлопнулось, да так, что я вздрогнула. Вслед за ним и дверь позади вошедшего Риона. Я подскочила на ноги и заметила свою тень на полу – она дрожала и извивалась, а потом и вовсе… убежала!

– А-а, что это?!

Рион быстро преодолел разделяющее нас расстояние, выхватил у меня из рук пергамент и быстро пробежался по нему глазами. Взглянул на книгу и… на ковшик с яйцами. Нервно рассмеялся и перевёл взор на меня.

– Ты решила кого-то разыграть?

Ишь какой догадливый!

– Советника Вешдока, – призналась я.

– Он имел неосторожность тебе что-то сказать?

На самом деле не сказать, а нанести прямой вред моему организму. Но я не хотела раскрывать этот заговор раньше времени, ведь тогда мне придётся поведать и об участии герцога Эрганского, а этого точно нельзя допустить. У Риона завтра свадьба, и не хотелось бы заранее портить его отношения с будущими родственниками. Вряд ли Владыка успеет найти невесту на замену всего за один день, а ему… кхм, в некотором роде необходимо оставить преемника.

– Можно сказать и так, – пожала я плечами и оглянулась на дверь. – Так что здесь происходит?

– Ты перевела печать, как я понимаю? – спросил Рион, и я кивнула, всё ещё пытаясь угадать, к чему он клонит. – Переведённые печати не имеют той же силы, что и нанесённые изначально – в них не вливали столько магических сил, однако они способны отзеркалить отголоски проклятий. Неужели тебе в магической школе об этом не рассказывали?

Дейре, может, и да, но я-то там не обучалась.

– Видимо, не успели, – кашлянув, солгала я. – И что это значит – отзеркалить отголоски?

– Это значит, что при прочтении проклятие всё-таки сработает, но иллюзорно, если можно так сказать, и кратковременно. Насколько – будет зависеть от силы изначального проклятия. Может пять минут, а может десять, хотя, – Рион бросил взор на книги, – в твоём случае скорее всё будет дольше.

И тут же послышались завывания. Я встрепенулась и изумлённо посмотрела на его величество. Рион лишь усмехнулся, склонив голову набок.

– Об этом я и говорил. Тебя будут кошмарить иллюзии.

Раздался громкий противный смех, словно ведьма из фильмов пятидесятых, и наверху проскользнула тень – как я поняла, моя собственная. Светильники задребезжали и вскоре вовсе потухли, а я невольно прыгнула к Риону. Владыка без раздумий заключил меня в объятия.

– Говоришь, это будет длиться пять-десять минут?

– А может и больше, – зловеще протянул Рион, и с очередным завыванием я теснее прижалась к нему, обняв за талию.

Король рассмеялся. Вот странные у нас отношения. Он меня ненавидит, презирает, желает, но… защищает, когда того требуется. Разве можно придумать мужчину идеальнее?

Рион зажёг светильник и накрыл его куполом, а сам, усевшись в кресло, усадил меня на колени. Конечно, сидела я преимущественно на подлокотниках, чтобы не давить своей тяжестью и не провоцировать мужчину на… кхм, фантазии. И так нахожусь непозволительно близко к нему.

– А нельзя ли нас тоже накрыть куполом? – спросила шёпотом.

– А смысл? Это всё иллюзии, они найдут, как добраться до тебя и испугать, вреда они не причинят.

– А как же моя тень?! Она сбежала! И светильники потухли.

– Второе из-за магического колебания, а первое – иллюзия. Тень при тебе. Я её вижу, – успокоил меня Рион, но успокоилась я лишь на мгновение.

Прямо у двери стоял полупрозрачный пират и он медленно шёл ко мне, неся в руках окровавленную голову акулы. Я сильнее прижалась к Владыке и зажмурилась, начав отсчитывать до десяти. Ох, придумала же я себе проблем! Вот и проучила Вешдока!

А что, если бы сама не прочитала заклинание – испуг бы вредный старишка точно получил. Или не стал бы читать? Он-то в магии умнее меня, как ни крути.

– Хочешь расскажу что-нибудь?

– Хочу, – кивнула я, всё ещё боясь открывать глаза и прислушиваясь к посторонним звукам в библиотеке. – Расскажи о юности. Каким ты был? В кого влюблялся? Сколько фрейлин твоей матери ходили с разбитыми сердцами?

Рион рассмеялся и… начал рассказывать. Разумеется, без упоминания фрейлин, но я узнала о том, каково было наследнику престола обучаться дома, как те же самые преподаватели из магической академии приезжали во дворец и читали лекции для него одного. Как он сбегал в город, чтобы посмотреть на жизнь обычных горожан, как однажды спалил оранжерею, когда брал ингредиенты для опыта, и как за это его чуть не прибила королева.

Рассказал и про отца. Как потерял его у Щита, как горевала мать и как тяжело было Киане, которой его особенно не хватало. Я слушала, не перебивая, и сама не заметила, как буйные злые духи угомонились, а я начала посапывать на плече Риона.

Владыка осторожно дотронулся до моего носа, и я медленно распахнула глаза. Над нами по-прежнему горел тусклый светильник, а лицо короля было так близко, что мне нестерпимо захотелось приблизиться к нему, чтобы запечатлеть на губах невесомый поцелуй.

– Мне иногда кажется, что ты другой человек, – тихо произнёс Рион. – Что тебя подменили. Что ты не Дейра, а её сестра-близнец, но ведь, – тут Рион приподнял приподнял мою руку, где с внешней стороны остался крохотный след-ожог, – ты не стала его выводить магически, сказав, что это характеризует твою натуру – ты учишься на своих ошибках. И только теперь, когда ты изменилась, я в полной мере это осознал. Ты изменилась, Дейра, настолько, что…

Он не договорил, а я могла подставить множество вариантов, начиная от «готов испить солёной воды» до «я влюбился до беспамятства». Последний вариант мне особенно нравился.

– Завтра ты женишься, – тихо сказала я. – Тебе пора идти.

– Этот брак необходим, – то ли мне, то ли себе напомнил Рион. – Ведь мы с тобой можем не вернуться, но… я так боюсь за тебя. Не хочу подвергать тебя опасности. Если бы был другой способ…

– Его нет, – улыбнулась я. – Но с нами будет скиталец. У него есть пара козырей в рукаве, я уверена.

И один из этих козырей пришит к моей сорочке – шестилистный клевер. Всё лучше, чем могло показаться в начале.

Опустив взгляд, я поднялась с коленей Владыки и выпрямилась. Только сейчас меня запоздало настигло смущение.

– В который раз я должна тебя благодарить.

– В который раз я должен сожалеть слишком о многом, – философски отозвался Владыка.

Я ответила лишь грустным взглядом и вышла из библиотеки, надеясь выспаться за сегодняшнюю ночь. Последнюю свободную ночь его величества Риона Даэра.

Но уже у дверей покоев меня поджидали неприятности.