Глава 9

Дворец короля Неверды

Жульетта Сенье, Герцогиня де Парион

Спустя время в покоях я осталась одна. Его Величество еще что-то возмущенно бурчал, наемник усмехался, а я мотала на ус. По их поведению казалось, что они знакомы не первый и даже не второй день. Что-то подсказывало мне, что их отношения более чем теплые.

Наемник и король. Что могло их связывать? А Тьма его знает. Сейчас самый главный вопрос был в другом.

Поднявшись, я аккуратно выглянула в гостиную и, не найдя в ней никого, спокойно скользнула к окну. Створка, как и в прошлый раз, поддавалась плохо, но я сумела открыть ее беззвучно, а вот дальше…

Я поминала Тьму самыми заковыристыми выражениями, которые когда-либо слышала. Мама давно надавала бы мне по губам, а папа как следует вымыл бы рот с мылом, и как же хорошо, что их здесь не было. Медленно продвигалась по выступу, стараясь ничем не зацепиться за стену. Небольшой округлый балкон приближался, и это не могло не радовать. Не хотелось бы превратиться в лепешку.

Перепрыгнув через балюстраду, я мигом прижалась к стене. Осторожно выглядывала, чтобы понять, что там за стеклянной дверью. Комнату скрывала тьма, а потому я открыла дверь на свой страх и риск. Светлячки не зажигала. Аккуратно ступала, обходя мебель. Здесь совершенно точно никого не было.

Выглянув в коридор, увидела охрану, которая дежурила у моей двери. Бодрые стражники о чем-то переговаривались, весело шутили, а вот наемника на горизонте не было. Скрывшись за створкой, я достала из мешочка небольшую брошь, купленную когда-то на магической ярмарке. Она обладала очень ценными свойствами – кратковременно давала невидимость тому, к чьей одежде она была пристегнута. Несколько раз я уже пользовалась ей, а потому была уверена в своей неуязвимости.

Не скажу, что долгое блуждание по коридорам, залам и комнатам доставило мне хоть какое-нибудь удовольствие. Я дошла даже до тюремных камер, пробралась в самые далекие уголки подвала, но ни девушек, ни места многочисленных казней так и не обнаружила. Конечно, еще рано было делать выводы, но что-то мне подсказывало, что к похищениям Светлых король Неверды никакого отношения не имел.

Ну, или очень хорошо шифровался, удерживая их где-то в другом месте.

Лениво прогуливалась по пустынному первому этажу, напевая песенку:

Гоооворят, я бяка-бука, как выносит-то земля?

Дааайте, что ли, карту в руки, отыскать чтоб короля,

Ой-ля-ля, ой-ля-ля, где б найти мне короля?

Ой-ля-ля, ой-ля-ля… Ох, Тьма!

Из-за угла неожиданно вынырнул стражник, перепугав меня до трясущихся коленок. Тело сработало само. Одной рукой я схватила мужчину за плечо, а пальцы второй прижались к его шее. Стражник повалился, уходя в глубокий обморок, и я быстренько скинула его на один из диванчиков. Вот зачем так подкрадываться к беззащитным девушкам?

Вышагивала по коридору, рассматривая портреты в золоченых рамах, когда услышала голоса:

– Ваше Величество, я не думаю, что стоит использовать девушку. Навряд ли она сможет стать частью плана, а вот принести проблемы… – говорил однозначно наемник.

Слегка приоткрыв дверь, я поняла, что в видимой части комнаты никого нет. Говорящие люди находились в дальней части кабинета и оттуда вход разглядеть не могли. Задержав дыхание, я с силой сжала ручку и потянула ее на себя, проникая внутрь. Закрывала створку также тихо.

– Она всего лишь девушка, аристократка, пусть и немного не в себе, а вы характеризуете ее настоящим монстром. В данной ситуации у нас нет других вариантов.

– Варианты есть всегда. Вам ли не знать об этом? – Охотник был серьезен.

Обойдя шкафы, я прошла в дальнюю часть кабинета и замерла рядом с креслом, в котором сидел наемник. Мужчина нахмурился, как-то напрягся и медленно поднял на меня свой черный взгляд, а я спешно сделала шаг в сторону. Теперь его взгляд сканировал пустоту.

– Не в этот раз. Никто не знает, что сейчас с Рогрой. Если других вариантов не будет, мы пойдем войной… – ответил Его Величество, но Охотник перебил его.

– Тихо!

– Что? – в голосе монарха слышалось удивление. Маска из Тьмы скрывала эмоции, но голос выдавал все подчистую.

Я слышала и волнение, и злость, и бессилие, и ненависть, и даже отчаяние.

– Помолчите, пожалуйста, Ваше Величество, – холодно заявил наемник таким тоном, будто совсем не с королем разговаривал.

Я сделала еще один шаг в сторону. Ну, так – на всякий случай. Слишком уж пристальный взгляд прожигал пространство. Создавалось ощущение, что он чувствует меня, но такого просто не могло быть. Даже отец не распознавал меня под защитой амулета.

– С вашего разрешения, сейчас мне нужно вернуться в город, но искренне надеюсь, что вы не станете принимать поспешные решения и мы сможем продолжить наш разговор этим вечером. – Охотник поднялся, коротко поклонился королю и, не дождавшись разрешения, прошел мимо меня, а я, наконец, смогла выдохнуть.

Смотрела на Его Величество, который занялся какими-то бумагами. Уже собиралась подойти поближе, чтобы вникнуть в содержимое документов, как позади со спины меня стремительно схватили.

– Попались! – вкрадчивый шепот раздался прямо рядом с моим ухом, а чужие руки крепко стиснули, выбивая воздух из легких.

Мгновенно нагнувшись, я с трудом, но перебросила мужчину через себя. Черный плащ взметнулся, а наемник выругался. С громким стуком он встретился с полом и отчаянно застонал.

Король немедленно вскочил со своего кресла, а в его руках заклубились сырые сгустки Тьмы, которые прямо на моих глазах превращались в сферы. В крайне опасные смертоносные сферы.

– Тихо-тихо! – мигом проявилась я, поднимая ладони вверх. – Мы же не хотим разрушить дворец, верно?

И лишь наемник, поднимаясь с пола, словно и не ощущал никакой угрозы. Мне даже жалко его стало, настолько несчастным звучал его голос:

– Жульетта, да чтоб вас Тьма пожрала!

– Это, между прочим, вы на меня накинулись! – решила обидеться я и даже руки на груди сложила, отворачиваясь от мужчин.

– Как вы смели подслушивать наш разговор? – возмутился король, присаживаясь обратно в кресло.

– А что еще мне оставалось делать? Я до сих пор не знаю, зачем я здесь!

Повисло молчание. Наемник пристально смотрел на Его Величество, который в свою очередь как-то напрягся. Многое сейчас могла бы отдать за то, чтобы видеть его лицо и иметь возможность прочесть эмоции, но чего нет, того нет.

– Мне некогда нянчиться с вами. Искренне надеюсь, что до ужина вы не успеете ничего натворить. Охотник, проводите.

Наемник кивнул мне на выход, а я сжала кулаки, но все-таки последовала к двери.

– И не нужно так сопеть, – усмехнулся мужчина, открывая передо мной дверь. – Сами виноваты.

– Вы, вообще, на чьей стороне? – психанула я, сверля этого бессовестного типа взглядом.

– Я на своей стороне.

Дальнейший путь мы проделали в молчании, но у моих покоев вынужденно остановились. Мои охранники смотрели то на меня, то на Охотника, и взгляды их были какими-то затравленными, испуганными. Нет, ну, с одной стороны, правильно. Я ведь сбежала прямо у них из-под носа. А с другой стороны, они же совсем не виноваты, потому что я воспользовалась окном.

Сначала я и не поняла, что изменилось, а потом лица мужчин исказила гримаса боли. Они еле стояли на ногах, опираясь спинами о стены. Их словно прижимало к полу, будто неведомая сила давила им на плечи.

– Остановитесь немедленно! Что вы делаете? – вцепилась я в руку наемника, пытаясь сбить поток его магии.

– Я наказываю, мадмуазель. Они отвечали за вас и не справились, – такого льда в его голосе я еще не слышала.

– Но они же не виноваты! Они даже не знали, что я ушла! – я загородила мужчин собой, вставая перед Охотником.

– Вы должны были раньше подумать о том, что ваше решение коснется не только вас.

Я слышала хрипы за своей спиной, шипение, которое постепенно перерастало в стоны. Мужчины терпели боль, но с каждой секундой делать это им становилось все сложнее. Ощущала себя беспомощной. Могла воззвать к магии, но тогда все станет еще хуже. В разы и уже для всех.

Разозлившись, я вцепилась в плечи наемника, схватила его за шею и, не думая больше ни секунды, прижалась к его губам.

Сначала мужчина не отвечал. Смотрел на меня ошеломленно, будто я его укусила, а не поцеловала, но мои мягкие касания постепенно сменились более настойчивыми, и Охотник оттаял. Откликнулся, размыкая плотно сжатые губы. Скользнул языком, будто заново пробуя меня на вкус.

Часто дышала. Дыхание смешивалось, а я все крепче прижималась к мужчине, желая врасти в него, стать с ним единым целым. Сжимала его волосы, чуть оттягивая, дразня. Он рычал мне в губы, с силой сдавливал талию, наверняка оставляя на коже следы от пальцев, но мне было наплевать. Только в его объятиях я ощущала, что могу расслабиться, могу поддаться чувствам, стать просто любимой женщиной, которою защитят.

Дверь в мои покои открылась магией. Одним рывком взяв на руки, наемник занес меня в гостиную, ни на секунду не отрываясь от моих губ. Наслаждалась каждым поцелуем, а он пытался поймать мой пугливый язык. На самом деле мне действительно было страшно, хоть и сладко. Страшно оттого, что я могу позволить ему намного больше, чем кому-либо, и тогда отец меня прибьет. Точно прибьет, а его сожжет на костре, сразу вспомнив, для чего была создана Святая Инквизиция.

Зря наемник поставил меня на ноги. Они и вовсе отказывались меня держать. Прижимал к стене, а его руки бессовестно бродили по моему телу, очерчивая изгибы. Сама стащила с него плащ. Он грудой свалился на пол, а я чуть было не упала, споткнувшись об него.

Медленно продвигались в сторону спальни, сбивая по пути вазы, статуи – все, что плохо лежало или стояло на своих местах. Наемник был поглощен страстью, одержим эмоциями, но вместе с тем вел себя несколько грубо, хотя и я отвечала ему тем же. Да, я злилась на него за то, что он так легко привел меня к королю, отдал ему меня, точно зная, что я собираюсь выйти за монарха замуж. Разве любовь отдают?

На что злился сам Охотник, я не знала и не понимала. Не сделала ничего такого, чтобы он мог быть мной недоволен. Ну, подумаешь, немного королю нервы помотала, но так я же чтобы напугать. Когда эмоции затапливают разум, человека читать намного проще.

Пальцы плохо слушались, но я упорно вытаскивала полы рубашки из его штанов. Со стоном невероятного облегчения пробиралась под ткань, ощущая под ладонями горячую кожу. Царапала ногтями мышцы, очерчивая каждый изгиб. Хотелось проникнуть внутрь, сжать пальцами его сердце, чтобы точно понял, что оно принадлежит только мне.

Рванув рубаху, избавила мужчину от ненужной ткани, тогда как его руки уже вовсю блуждали по моей спине, но его ждало разочарование в виде мягкого корсета. Укладывал меня на кровать, а я и не сопротивлялась. С наслаждением касалась его широких плеч, спины, вонзаясь ногтями в податливую кожу.

– Никогда не смейте перечить мне! – прошипел он рассерженно, кусая мои губы.

Но я даже возмутиться не успела тому факту, что он куда-то подевал былое «вы». На меня плотным потоком потекла чужая магия.

– Да чтоб вас Тьма пожра…

Сон пришел молниеносно.

***

Как себя чувствует девушка, которую жестоко обманули? Отвратительно, если честно. Проснувшись, я моментально взвилась с постели, но в спальне никого не было. Лишь на кровати лежало темно-синее платье с тонкими цепями вместо бретелек.

Кинул. Просто взял и бросил, когда дело дошло до самого важного. И ведь я почти была согласна, почти преподнесла себя на блюде, свою честь, тогда как он бессовестно и демонстративно отказался. Да какой мужчина смеет отказываться от меня? Смельчаки выстраиваются в очередь, чтобы побороться за один мой взгляд, за улыбку, а тут!

Да как он смеет? Да кем он себя считает? Отказать… Не кому-то, а мне!

В дверь коротко постучали. Схватив настольную вазу, я встала рядом с проемом и ласково пропела:

– Войдите!

– Ваша Светлость, пора собираться к ужину…

На пороге появилась молоденькая девушка в фартуке служанки, а я просто чудом остановила руку. Ваза выскользнула из пальцев и тут же разбилась на сотни осколков. Служанка вскрикнула, прижимая руки к груди. Она смотрела на меня огромными глазами, но спустя секунды ринулась с места. Сбежала, а ей на смену примчались стражники.

– Что случилось, мадмуазель? – спросил один из них, оглядывая пол.

– Я случилась в этом королевстве, – проговорила, обращаясь скорее к своим мыслям, чем к ним. – Свободны.

Приняв ванну, я облачилась в платье. Корсет под этот наряд не предусматривался, но и без него я выглядела очень даже. Верх приятно облегал грудь, тогда как плечи оставались свободными. Юбка этого наряда была легкой, скользящей и совсем не пышной – у нас такие не приняты, но, если покрутиться, она поднимется, раскроется, словно цветочный бутон. Красиво…

Обувшись, дольше не задерживалась. Ужин так ужин. Обязательно выскажу этому типу все, что о нем думаю. И к стенке припру. Да простит меня Свет, но этот мужчина мой. И если он еще этого не понимает, я обязательно ему докажу. В конце концов, если кто-то похитит наемника, в это просто не поверят.

Через широкие коридоры меня вели стражники, хотя я вполне могла бы добраться сама. Уже находила столовую, когда гуляла по дворцу, поэтому дорогу помнила. Мужчины остановились, а слуга открыл дверь, но входить я не торопилась.

Наемник был там.

При моем появлении он, как и король, поднялся с места, но – что обидело до глубины души – он даже не посмотрел в мою сторону. Нет, взгляд Охотника был прикован к Василине, облаченной в нежно-голубое платье. Девушка чему-то улыбалась, смущалась и витала в облаках.

– Вечер, – коротко поприветствовала я присутствующих, подходя к столу.

Ничего доброго в этой встрече я не видела, хотя король и пытался быть обходительным, что, честно говоря, удивило. Он помог мне присесть, придвинув стул, пока я сверлила взглядом наемника, который совсем не обращал на меня внимания.

– Простите, мы вам не мешаем? – не выдержав, спросила я, нервно расправляя на коленях салфетку.

Василина покраснела и затеребила свою салфетку, а вот наемник посмотрел на меня недовольно. На меня! Недовольно! Будто я помешала ему охмурять девушку!

– Конкретно вы очень даже мешаете, – едко ответил Охотник, а я непроизвольно потянулась к ложке, собираясь вооружиться и дать ей кому-нибудь по лбу.

Мою руку перехватили. Приподняв бровь, я повернулась и посмотрела на короля, чье лицо скрывала Тьма, а потом на его руку, которая сейчас лежала поверх моей.

Все-таки я чего-то не понимаю.

– Приятного аппетита, – ответил монарх на мой молчаливый упрек.

– Вы тоже не подавитесь, Ваше Величество, – кивнула я мужчине и убрала свою руку.

Осознавала ли я, что веду себя как хамка? Еще как осознавала, но ничего с собой поделать не могла. Меня злило поведение наемника. Он демонстративно игнорировал меня, развлекая пустой беседой ту, что притворилась моей компаньонкой. Кусок в горло не лез, а потому я остервенело накалывала на вилку овощи, превращая их в пюре.

– Вам так не нравится блюдо? – положив подбородок на сложенные в замок руки, спросил король.

– Мне так не нравится компания.

– Оставьте нас, – обратился монарх к воркующей парочке, которая уже перешла все границы.

И ведь Охотник всего несколько часов назад целовал мои губы, ласкал мое тело и почти забрал мою душу. Всего несколько часов назад я касалась его, окруженная терпким ароматом, а теперь он как ни в чем не бывало поднимается из-за стола и предлагает Василине свою руку. Она кладет на сгиб локтя свою ладонь и мягко улыбается. Они смотрят только друг на друга, и им наплевать, что в столовой есть кто-то еще…

Дверь со стуком закрывается, и мы с Его Величеством остаемся один на один. Огонь в камине потрескивает, развевает гнетущую тишину, но легче не становится. Оказывается, это больно, когда тебя предают. 1439f7c

Прикрыв веки, я пытаюсь успокоиться. Магия рвется наружу, струится по венам, затмевает разум. Ощущаю колкие вспышки, что разрастаются, ударяют по рукам и ногам. Ясно понимаю, сейчас будет взрыв. Волна Света вырвется, сметет все на своем пути, устроит кострище, в котором не выживет никто.

– Что вы делаете? – испугавшись, я распахнула веки и подняла голову.

Король стоял за моей спиной, и руки его лежали на моих обнаженных плечах. Его пальцы чуть сжимали, принося легкий дискомфорт, но не боль. На смену ярости пришло возмущение.

– Успокаиваю вас, Жульетта. Как вы верно заметили совсем недавно, мы не хотим разрушить дворец, – его голос был мягким, спокойным, обволакивающим.

Пальцы пробегались по коже, очерчивая изгибы, но в рамках допустимого, если такое вообще можно назвать допустимым. Дорожки, которые он рисовал, вмиг покрывались колкими мурашками. Дыхание перехватило – то ли от страха, то ли…

– Вы меня не успокаиваете. На данный момент мне очень хочется оторвать вам руки, – проговорила предельно честно, оборачиваясь к мужчине.

Пыталась разглядеть за маской лицо, но Тьма была слишком плотной. Мужчина приблизился ко мне, нагнулся, опираясь одной рукой о стол, а второй о спинку кресла, но даже на расстоянии нескольких сантиметров ничего не видела. Его злой шепот пробрал до самой глубины:

– Правда? Мне казалось, что наши желания взаимны. Разве нет, любовь моя?