19 глава

Елена

– Рассказывайте, что за ритуал надо провести, и что для него надо.

– Моя девочка! – Мэри кинулась ко мне обниматься, но ожидаемо прошла сквозь меня, обдав могильным холодом. Сложилось ощущение, что меня поместили в морозильную камеру полностью раздетой. В общем, бррр. – Я так и знала, что ты согласишься! – родственница закружилась вокруг меня волчком. Поразительно жизнерадостное и активное привидение.

– Ну, – я присела обратно на стул, надеясь, что это хоть как-то замедлит тетушку. – Выбора-то особо и не было. Либо оставаться и дальше наполовину человеком без памяти, либо возвращать себе все то, что у меня отняли еще даже не при рождении.

– Вот! – Мэри наконец-то замерла. – Значит мне надо… – она призадумалась, и между бровей залегла складка. – Надо найти блокнотик. Погоди…

Я и слова сказать не успела, как она бесследно растворилась в воздухе, не оставив после себя даже дымки. С ее энергией еще бы жить и жить. Интересно, если спросить, как она умерла, обидится или нет?

В итоге так, за размышлением о вечном, я и просидела, пока тетушка искала свою вещицу.

– Значит так, на чем мы остановились, – тетушка посмотрела на меня так, словно видит впервые.

– Так ритуал же… – опасливо произнесла я.

– Ага, – согласилась Мэри. – А какой?

Тут мне стало страшно. И в руки этой дамы я собираюсь отдать свою судьбу? Может и не стоит оно того?

– Ну по объединению души и возвращению памяти.

– А ты мне зубы-то не заговаривай! Чай не болтать сюда пришла, а дело делать, – продолжила она как ни в чем не бывало. – Под кровавой луной на четвертый день после цветения папоротника надобно тебе испить по капле из трех источников.

– Ну все, – сказала я безжизненным голосом. – Я пропала. Мне никогда не стать самой собой.

– Это еще почему? – на меня с любопытством смотрели бывшие когда-то голубыми глаза.

А слезы начали капать сами собой, медленно стекая по щекам прямо в ворот платья:

– Папоротник не цветет, он… он… – зарыдала я взахлеб, – спорами размножается.

– От придумала! Тебя что, в том мире совсем не учили ничему? – Мэри обреченно закатила глаза. – Как раз несколько дней назад отцвел, я еще смотрела, как девки деревенские лепестки в полнолуние ищут, мы их с Олафом как раз все попрятали. Вот умора-то была.

– Точно? – новый лучик надежды озарил мое лицо.

– Пфф, – усмехнулась Мэри. – Я что, кровинку родную обманывать буду, по-твоему?

Ох, я бы много что хотела ей высказать на этот счет, но ситуация требовала пиетета и преклонения перед мудрой женщиной, поэтому я лишь отрицательно покачала головой.

– Значит с цветком проблем нет, что еще у нас, – она сверилась со списком, – ну разве что вещь одного из пяти хранителей мира. Вот тут могут быть проблемы.

– Ой, – вспомнила, как тетушка Марта говорила про высокопоставленных гостей в своей таверне. Может, подойдет? – Погоди немного. Я сейчас.

Рванула в комнату. Сейчас буквально решалась моя судьба. Думала о том, что если тот кусочек дерева с кареты мужчины подойдет, то я, наверное, не перестану благодарить местных богов за удачу.

Мэри, естественно, не послушала и отправилась за мной, практически наступая мне на пятки, фигурально выражаясь.

– Как же хорошо, что я еще не дошла до уборки здесь! – выпалила, вытаскивая из шкафа мой скарб, с которым я и прибыла сюда. А комната и правда требовала небольшой ревизии – было слишком много, на мой взгляд, ненужных вещей. – Вот! – на открытой ладони лежал небольшой кусочек дерева, щепка, по сути. Сама не знала, почему я ее не выкинула, а отцепив от платья, просто положила внутрь.

– Дай-ка поближе, – Мэри практически опустила аккуратный носик мне на руку. – Пахнет силой, славой и деньгами. А еще чем-то таким, что не могу уловить.

– Так подходит или нет?

– Да, – она кивнула, поправляя выпавший из прически локон. – Определенно кто-то из хранителей. У них, знаешь, такая аура особенная. Знала бы я раньше, пока еще была жива, то непременно бы воспользовалась этим. А еще мне кажется, что я где-то уже слышала этот аромат. Откуда вещица?

Я даже испугалась азартного блеска в ее глазах, а еще от смены ее настроения. Что-то тут было нечисто. Поистине опасная женщина, с такой точно не будет скучно.

– Так я когда ехала в карете в таверну к тетушке Марте его нашла, – почему-то начала говорить шепотом. – Он зацепился за подол платья и пришлось немного подпортить имущество вашего хранителя.

– Интересно ритуал сработал, – проговорила Мэри.

– Еще один, что ли? – мне стало страшно. – Что происходит?

– Ну… – женщина немного замялась, но под моим строгим взглядом сдалась. – Надо же было тебе как-то помочь добраться досюда. Ты бы знала, сколько попыток было до этого, чтобы достучаться до тебя. Когда ты наконец-то обратила внимание на сундук с завещанием, я места себе не находила от радости, ведь до этого, сколько бы я ни магичила, ты его просто не замечала. Ну а потом я провела еще один, чтобы помочь тебе добраться сюда. Время-то на исходе! – она заметалась по комнате. – Скоро моя таверна перейдет Скупому Чарли.

– Так, ладно, – я хлопнула в ладоши. – Даже не буду говорить, что все это было крайне опасно. Ну да ладно, что там с источниками? Что это и с чем это едят?

– Их не едят, а пьют, что ж ты за неуч у меня, – озабоченно произнесло приведение. – В общем, слушай: одна - слеза девственницы, вторая – смех ребенка, ну и третье – слеза прощения.

– Так ты говорила, источники… – вот как с ней разговаривать. Где я все это найду за день-то?

– Каждая из капель является символом одного из источников. Смех – вера в хорошее и непоколебимое чувство того, что все будет хорошо. Прощение – символ внутренней силы и принятия, ну а с девственницей, мне кажется, и так все ясно – чистота и непорочность.

– Ну допустим, – меня снова отпустило, и паника сошла на нет. С такими эмоциональными качелями я скоро поседею, или хуже того, стану компаньоном тетушки Мэри, и будем летать вместе, срывая цветки папоротника.

– Ну вот, предлагаю пройтись по городу и набрать все, что надо, – тетушка воодушевленно потянула меня за руку.

– Эй, есть проблема, – я так и осталась стоять посередине комнаты. – Боюсь, при виде меня, никто смеяться не будет.

– Да, запоминающаяся ты у меня, ничего не скажешь, – Мэри недовольно сморщила носик. – Мать твоя постаралась, конечно. Ладно, – махнула она рукой, – твоя взяла. Сама схожу и соберу все, что надо. Жди здесь и никуда не выходи. Вон, в дела таверны вникай, а то расхлябались они у меня тут, ничего не скажешь.

Странно, на мой взгляд, наоборот – работали на чистом энтузиазме и как могли, они ж все же не управленцы. Но спорить не стала, тем более Томас уже, наверное, должен был найти книги, которые я просила.