Глава 20.

˜٭❖٭˜

Мне еле удалось сдержаться, чтобы не сорваться с места в тот же миг как за спиной закрылась дверь гостиной. Не хватало ещё, чтобы лорд услышал эхо от дроби каблучков убегающей жены! Вдруг такая реакция ему понравится? Судя по всему, Вилейт завис где-то между ненавистью и притяжением к былому объекту страсти, потому показательная неприязнь и тем более страх могут только спровоцировать визиты этого ненормального. Одного посещения в год будет достаточно.

Покивав своим мыслям, я поспешно свернула в крыло с кухней и уже не боясь быть услышанной, понеслась проверять, что делает Иоланда. Её родина находится в южных землях, так что временная кухарка могла не знать тонкостей приготовления северного напитка, и это совсем не вязалось с нанятой в Радеке прислугой. Словно издеваясь, Вилейт в первый свой визит умудрялся поднимать на поверхность все не состыковки притворного быта в поместье. Не удивлюсь, если завтра обнаружу у себя пару седых волос.

Пролетев короткий коридор на одном дыхании, я застыла в широком дверном проёме кухни, чтобы насладиться представшей картиной. Суккуб, расстегнув на груди ряд пуговиц почти до талии, громко зачитывала рецепт горячего напитка из поваренной книги, Шейт в костюме садовника — серой рубахе и комбинезоне из плотной холщовой ткани — обнюхивал травы, разложенные на столе, пытаясь найти нужные, а Иоланда с блаженным лицом прикладывалась к стопке, в то время как запылённая початая бутылка крепко расположилась во второй руке.

— Так и знала, что вам нужна моя помощь, — простонала я, понимая, что такими темпами чая мы бы дождались через час, и, оказавшись рядом с наемницей, отобрала у неё бутылку.

Понюхав отвоёванную добычу, а она была именно таковой, потому как Иоланда грозно упёрла руки в боки, явно собираясь потребовать тару обратно, я поморщилась. Запах алкоголя неприятно резанул рецепторы, несмотря на отголоски ягодного флёра.

— Пить вредно, — припечатала, глядя на Иоланду снизу вверх. Грозный вид наёмницы не смягчило ни платье, ни передник, ни смешной поварской чепец и будь на моём месте трепетная аристократка, то она точно хлопнулась бы в обморок.

— То-то ваш муж пожелал чай с ликёром, — хмыкнула наёмница, собирая вокруг голубых глаз сеточки морщин. Однако даже веселье на её лице выглядело угрожающим из-за оскала, способным дать фору любой нечисти.

Недовольно сдвинув брови, я решила внести ясность:

— По рецепту на одну чашку чая ликёра нужно всего пол ложечки, чтобы немного разогнать кровь. Так что это совсем другое.

— Ну-ну, — последовала довольно таки добрая усмешка, на которую ответил уже оказавшийся слишком близко упырь.

Шейт едва не прижимался своим плечом к моему, и мне пришлось сместиться чуть в сторону. Иначе с этой влюблённой нечисти станется понять моё бездействие как молчаливое поощрение его посмертных чувств.

— Не дерзи нашей хозяйке, бабуля, — показывая внушительные клыки, хмыкает Шейт глядя на наёмницу. — Иначе я не побрезгую слишком древней кровью и организую тебе слабость на пару-тройку дней.

Опять они за своё…

— Рискни, упырёнок, — хохотнула Иоланда и в её руках тут же появилась скалка (где она её только прятала?) — и я организую тебе диету на пару-тройку недель, пока у тебя не вырастут новые зубы.

Если их не остановить эта парочка может так собачиться ещё очень долго. Потому встав между ними, я вскинула руки и грозно сказала:

— Всё, угомонитесь! А если герцог вас услышит? Не хватало ещё так глупо опростоволоситься, — уже приглушённее добавила я, прислушиваясь к тишине за пределами кухни.

— Подумаешь, — подключилась к разговору суккуб, обмахиваясь довольно увесистой книгой. — Если что-то пойдёт не так, я просто отвлеку аппетитного господина настолько, что он позабудет обо всём на свете, — плотоядно облизнувшись, выдохнула рыжая красотка.

— Есть более действенный вариант, — не согласился упырь, опять ненавязчиво оказываясь ближе, — я сразу предлагал прихлопнуть его, чтоб больше не было никаких проблем.

Тьма, дай мне сил! — простонала про себя, после чего от души наступила на ногу Шейта, заставив его понятливо вздохнуть и отойти на шаг. Однако это меня не смягчило.

Вонзив взгляд сначала в упыря, я прошипела:

— Нам сейчас здесь, что, нужны проверки? Или ты думаешь смерть герцога целой империи это шутки? Да если этот сноб сгинет здесь, сюда набегут маги и ищейки Альберта желающие узнать, куда подевался кузен императора. Ради репутации королевской семьи они будут носом землю рыть. И что же они тут найдут? — мой издевательский вопрос встретили тишиной, и я продолжила: — Наш бесславный конец они тут найдут. Так что если мы хотим жить долго и счастливо, нам слишком рано показывать клыки.

Шейт как-то весь сжался под моим грозным взглядом и холодной отповедью, но в золотистых человеческих глазах сквозило обожание. Этот, наверное, и розгам в моём исполнении рад будет. Тьфу!

Оставив его обдумывать сказанное, я переключилась на суккуба:

— Сейша, как ни крути герцог всё-таки мой муж. Понятное дело, что он весь этот год не был монахом и развлекался, как мог, но я не позволю ему блудить под крышей МОЕГО дома и с МОИМ демоном. Тебе понятно?

Демоница недовольно поджала губы, но смолчала. Уже хорошо. Обычно эта бестия спорила до последнего и успокаивалась, только когда на неё надавливали контрактом.

— И, наконец, ты, Иоланда, — теперь мой тяжёлый взгляд схлестнулся с не менее лёгким взглядом наёмницы. Чуть искры не полетели! — На бумагах о найме ты сама поставила свою подпись, но всё чаще складывается впечатление, что это я работаю на тебя. Нет ничего плохого в дружеских перепалках, наоборот они вносят огонька в привычное течение жизни. Тем более учитывая то, что мне приятно твоё общество. Вот только тебе не стоит забывать о том кто я. У меня нет права быть равной тебе, потому что если я позволю себе слабину перед простым человеком, я не смогу держать в узде даже самую слабую нежить.

Это не было пустой бравадой или желанием самоутвердиться. Стезя некроманта опасна и даже собственные слабости на тёмном пути могут стать фатальными. К тому же сейчас не самое подходящее время выяснять отношения, что собственно и вывело меня из себя.

Зато дальше всё пошло как по маслу — помогла моя холодная вспышка, так и не встретившая сопротивления. Иоланда коротко извинилась и с помощью молчаливой Сейши быстро заварила чай под моим руководством. Шейт в это время, подсунув поднос с нужными травами, тихо засел в тёмном углу, прожигая меня оттуда алыми бликами влюблённых глаз.

Уже больше соответствующая образу приличной горничной, суккуб водрузила заварник с напитком, пару чашек и блюдца с лёгкими закусками на поднос.

— И почему, чтобы работа была сделана быстро вас нужно отчитать, — удручённо вздохнула я, перед тем как первой покинуть кухню.

Склочная троицы синхронно что-то промычала, спровоцировав мою улыбку. Но она сползла, стоило мне оказаться на пути к злополучной гостиной. Там сидел источник моего убитого настроения и очень тёмная лошадка — действия герцога вызывали одни вопросы, а так же заставляли остерегаться этого мужчину со слишком прямым взглядом.

К моему глубочайшему сожалению на месте я с Сейш за спиной оказалась слишком быстро.

Перед входом в комнату с ненавистным мужем пришлось немного притормозить, чтобы проверить в порядке ли одежда и не торчат ли волосы во все стороны. Будь Этерия хоть немного проще, мне не пришлось бы придавать столько внимания внешнему виду. Но, приходится работать с тем, что есть.

Вилейт всё также сидел в кресле, но вид у него был ещё более недовольный, чем до моего ухода. Муж не сводя глаз с прилично потрескавшейся пластины мрамора на стене, отбивал пальцем на подлокотнике какую-то слишком похоронную дробь, и мне пришлось лихорадочно вспоминать, не нанесла ли я ему каких-то слишком явных оскорблений. Мне плевать на его чувства, но гордость аристократов нередко становилась причиной для войны. А мне пока сражаться с этим человеком никак нельзя.

Присев на прежнее место я расправила подол платья и жестом велела Сейш поставить поднос на столик и выйти за дверь. Суккуб, не удержавшись, стрельнула глазками в сторону Вилейта, заметила отсутствие интереса с его стороны и, разлив чай, гордо вздернув носик, удалилась из гостиной.

Дождавшись, когда герцог возьмёт чашку первым, последовала его примеру — проклятые правила приличия по странному совпадению ущемляли по большей части именно леди. Но кто я такая, чтобы идти против многовековых традиций. Я всего лишь некромант, планирующий сровнять империю Валлис с землей. И пока планы не осуществились даже на половину, мне остаётся покорно играть роль отверженной всеми герцогини.

Сделав глоток, Вилейт как-то странно посмотрел на чашку и отставил её подальше. Неужели подумал об инородных ингредиентах? Поздно что-то он спохватился. Есть яды, которым достаточно просто попасть на кожу. Или мы попросту напортачили с чаем?

Пригубив напиток, убедилась в его идеальности — он был лишь немного слаще положенного. Насыщенно-янтарная жидкость приятно согрела желудок, распространяя тепло по всему телу, а приятный вкус осел на языке. Однако видимо у Вилейта более притязательный вкус.

После моего возвращения разговор как-то не клеился. Мы то и дело сталкивались взглядами, но я продолжала спокойно пить чай и молчать — гостеприимство проявлено, а развлекать герцога разговорами мне не с руки.

— Здесь слишком тихо, — вдруг сказал Вилейт, посмотрев в высокое окно, за которым с новой силой опускался туман. В его тоне не было упрёка или намёка, что именно мне надо заполнить эту тишину. Кажется, он просто имел в виду окружающую нас атмосферу.

Вот только настроение моё было далеко от хорошего, потому я холодно заметила:

— Я не шутила когда говорила о том, что вам здесь будет скучно.

На языке вертелся вопрос “может, вы уже вернетесь в столицу?” и мне с трудом удалось не озвучить его.

— Как же ты коротаешь дни в этом месте? — спокойно спросил Вилейт, не поддавшись на провокацию. Он положил одну руку на подлокотник, а вторую расположил так, будто у него на поясе эфес меча и он готов выхватить его в любой момент.

Посмотрев поверх чашки в голубые глаза мужа, сделала глоток, и, громче положенного стукнув дном чаши о блюдце, с наигранной улыбкой уточнила:

— А у меня большой выбор? — после чего ответила заученными фразами: — Вышивка и изготовление косметических средств помогают чуть оживить однообразные дни. Но почему вы спрашиваете?

— Разве не очевидно? — Вилейт поддался чуть ближе, отчего золотистая прядь заскользила по высокой скуле. — Мне просто любопытно как проводит время моя жена.

Кажется, он нарочно меня злит. И хоть я это понимаю, всё равно не могу удержаться от колкости:

— Праздное любопытство. Ещё один минус.

Понаблюдав, как я делаю пару новых глотков чая, Вилейт поинтересовался:

— И что бы это значило?

— Ровно то, что я имела в виду, — пожав плечами, я поставила пустую чашку на поднос. — Своеобразная оценочная система человека, и на данный момент у вас сплошные минусы.

— Забавно слышать подобное от тебя, Этерия, — неожиданно приятно усмехнулся Вилейт, заставив меня на него удивленно посмотреть. С улыбкой его лицо выглядело моложе, и теперь ему с натяжкой можно было дать лет двадцать пять. Но вот на его лицо снова нисходит спокойствие, возвращая украденные шесть лет. — Возможно, уединение пошло тебе на пользу, раз ты стала терпимее, но это лишь один плюс на фоне сотни минусов.

Такое замечание, оказалось обидно уместным. Уж кому как не мне, знать какой была Этерия. И это при том, что я узнала её примерно наполовину.

— Действительно забавно, — вздохнув, решила чуточку отыграться на одном высокомерном герцоге. — Ведь это не мне нужен наследник, за которым, я полагаю, вы и пожаловали. Потому мои достоинства и недостатки не имеют никакого значения. Всё сводится именно к вам, дорогой муж.

Ядовитая усмешка дополнила обращение, что заставило Вилейта чуть охладеть к нашей беседе и как-то разочарованно протянуть:

— Хм-м, выходит, дорогая жена ждёт, что её будут добиваться?

Вот уж точно нет! Мне этого добра не надо, но вот избалованной во внимании Этерии… очень даже. Тем более стоило самой поднять беспокоивший вопрос, ведь нападение всегда было лучшей защитой. Потому полностью отдаваясь рефлексам прошлой хозяйки этого тела, я пустилась в рассуждения:

— А вы думали, я покорно исполню все приказы Альберта? Нет, нет и ещё раз нет! Достаточно того, что меня насильно затащили под венец, а потом сослали сюда. Если вам нужно, чтобы я оказалась в вашей постели, вам придётся очень сильно постараться. И да, жалкого содержания в ссылке на окраине империи точно недостаточно для получения моей благосклонности.

На моё счастье герцог был из тех мужчин, что предпочитали договариваться, а не завоевывать добычу, что совсем не вязалось с выбранной стезёй. Таких как он наоборот раздражали лишние силы, затраченные на постельную грелку — на иную роль точно глупо рассчитывать. Да и не особо хочется. Вот и выходило, что непокорность в исполнении супружеских обязанностей скорее отпугнёт Вилейта, чем раззадорит его аппетит.

В нескольких воспоминаниях Этерии имелись такие случаи. Да и она сама была одной из заигравшихся девушек, с которыми герцог предпочитал просто не связываться, дабы не тешить их самолюбие пылкими ухаживаниями. Что ж, его трудно винить. Когда рыба сама выпрыгивает из воды к твоим ногам, зачем вообще рыбачить? И эта одна из причин, почему излишняя красота портит характер мужчины.

И прямо сейчас я получила подтверждение на свои домыслы. Если до этого Вилейт проявлял ко мне интерес и, вон, даже улыбался, то сейчас тлеющий огонек из его взгляда пропал, сделав его просто ледяным. А так же муж снова перешёл на “вы”.

— Как хорошо, что мне так же плевать на приказ императора касающийся наследника. Иначе мы бы с вами зашли в тупик. Кажется, я уже предупреждал, что потакать вам не намерен.

— Тогда в чём смысл вашего визита? — опешила я, действительно поверив, что герцог пришёл совершить пробный заход в получении наследника. Его заявление меня так удивило, что я пропустила вторую часть его реплики мимо ушей.

— Проклятые обязательства, — последовал короткий ответ. — Пока вы носите титул герцогини Шаттери, я обязан усмирить свой гнев и проявить заботу. Мне потребовалось много времени, но теперь вам будет куда безопаснее в моём обществе. И отныне я буду следить, чтобы вы получали всё необходимое.

«Этого ещё не хватало!», — прокричал панически внутренний голос, пока я с натянутой улыбкой говорила:

— Не стоит утруждаться. Стабильного содержания и заработной платы для слуг достаточно. В вашем личном присутствии нет нужды.

— Как же вы рады моему обществу, — скупо подметил Вилейт, воспользовавшись моей неосторожностью.

Это стало последней каплей. Мне показалось, что если я сейчас не выскажусь, то мои глаза загорятся как два зелёных факела.

— Будто вас не коробит моя близость, — процедила сквозь зубы и позорно взорвалась: — Так зачем нам мучиться ещё больше? У вас есть чем заняться в столице, вы сами бессовестно на это намекали, а мне достаточно того, что есть сейчас. — Тёмные брови герцога поползли вверх, но меня уже было не остановить: — Вы правильно заметили: мне пришлось смириться со своим новым положением. И хоть мой статус среди знати возрос, с провинциальной дочери барона до целой герцогини, но моё прошлое даже с вашей милостью не позволит мне вернуться в высший свет. Всё, что мне остаётся это — серая жизнь в Хильдеме. До конца моих дней. И я обещаю не докучать вам, а взамен прошу лишь сделать то же самое для меня, потому что один ваш вид напоминает мне о человеке, по чьей вине я оказалась в таком положении.

Воздуха в лёгких уже не осталось и мне пришлось остановиться, чтобы глубоко задышать, а заодно отдышаться. Странное дело, Вилейт просто молча смотрел на меня, будто впервые увидел, не пытаясь что-то сказать.

Чуть успокоившись и ругая себя за несдержанность, рискнула закончить поднятую тему последней фразой:

— И раз вы решили пойти против воли Альберта и не прикасаться ко мне, то давайте ограничим и наше общение.

— Ограничить? Куда уж больше, — глухо усмехается муж. — Мы почти год не виделись.

— О чём я не сожалею, и вы, кажется, тоже, — припечатала я, понимая, что взрывной характер Этерии начинает понемногу отпускать меня на волю. Следующий вопрос задан был уже скорее печально, нежели дерзко: — Или вы хотите, чтобы я лгала и притворно улыбалась вам?

Между нами повисла тишина, которую разрезал уже не такой холодный ответ, как хотелось бы:

— Определённо нет. Такая, вы нравитесь мне больше.

Испуганно посмотрев на Вилейта, решила действовать на опережение и снова его уязвить:

— Неужели вы из тех мужчин, что любят волочиться за женщинами? Не ожидала. Мне казалось, Вилейт Шаттери для этого слишком свободолюбив.

И самолюбив, — добавила уже про себя. Сказанного хватило, чтобы муж снова покрылся коркой льда и прищурил опасно глаза.

— Спасибо за чай и за…, — многозначительно сделав паузу Вилейт, — приятное общество. Мне, пожалуй, пора.

— Всегда…, — не удержавшись, повторила за герцогом, — рада вашему визиту.

Поднявшись с кресла, Вилейт направился к выходу. Я последовала за ним и едва не врезалась в широкую спину, когда он резко остановился и, не оборачиваясь, сказал:

— Этерия, мне, правда, жаль, что всё так сложилось.

Он пытается извиниться? Этого мне точно не надо.

— Ваши слова ни к чему, — почти грубо отвечаю, заставляя Вилейта оглянуться. — Вы выполняли приказ, а потом сделали так, как посчитали нужным. Поэтому не стоит настолько легко сходить с выбранного пути.

Повернувшись всем телом, муж излучал какое-то нездоровое удивление. Что такого я сказала?

— Когда ты…, — начал что-то Вилейт, но потом качнул головой и закончил: — Нет, ничего, забудь.

Всё ещё пребывая в недоумении, я не успела среагировать, когда муж наклонился ближе. Он опять слишком по-хозяйски взял меня за руку, и коротко прижавшись к ней губами, выпрямился со словами:

— В ближайшее время я предоставлю средства на ремонт особняка. Потрать их с умом, дорогая жена, и заклинаю — не трать золото на убийц: я выживу, а тебе потом придётся влачить существование в этих развалинах.

— Хорошо. Спасибо, — заторможено протянула я, пытаясь понять, чем заслужила такую щедрость.

Вроде бы всё решили, но Вилейт не спешил уходить и продолжал держать мою руку. Я с намёком потянула её на себя, но он лишь крепче сжал мои пальцы, после чего сказал:

— Так же я настрою защиту, чтобы она пропустила сюда целителя. В Радеке есть хороший, — и прежде чем на меня накатило восхищение слишком активной заботой, этот идиот всё испортил коротким: — хоть ему до твоей былой силы очень далеко.

Сердце забилось ровнее, а на меня словно ушат воды вылили. Будь запечатана именно моя сила, то такие слова причинили бы нешуточную боль. Не подумал? Или же наоборот того и добивался? Может врезать ему под дых, чтобы показать, что может чувствовать маг без силы при её упоминании.

Прикинув, что воин с лёгкостью избежит удара той, кто не силён в драках, решила бить словом:

— И за это спасибо. А то мне на мгновение показалось, что герцог может быть не таким уж плохим человеком.

Вилейт нахмурился, гадая, что спровоцировало новую волну моей злости, но кажется, до него так и не дошло. Он просто оставил мои слова повиснуть в воздухе и с ненужным мне участьем произнёс:

— Всё же ты не слишком здорово выглядишь. Может проклятье тому виной и целитель будет здесь бессилен? Позволь кое-что попробовать. Вреда не будет, но если твоё тело терзает проклятье, то тебе станет легче.

И прежде чем я успела отказаться, Вилейт приложил ладонь к моему лбу, а затем… мне показалось, будто меня пронзил разряд молнии. Тело выгнуло, душа будто превратилась в решето, перед глазами поплыло, а в горле застрял крик.

Теряя сознание от боли, я проклинала глупого светлого за совершенно ненужную “помощь”.

Этот недоумок, оказалось, обладал искрой очищения, и сейчас он своей почти что святой силой попытался изгнать из меня тьму. Да-да, Вилейт, думая что меня терзает тьма сочащаяся из наложенного проклятья, чуть не отправил меня на тот свет, сам того не подозревая. Потому что я как бы вся состою из тьмы.

Вот удружил… идиот. Надеюсь, когда сознание вернётся, он ещё будет жив.