Глава 36

Эбби и Джонатан ехали молча, голос подавал лишь навигатор. Лейтенант Маллен смотрела в окно и не могла отогнать тревожные мысли. Информации у них пока немного. Известно, что убитый мужского пола. Но это взрослый или ребенок? Диспетчер, передавший сообщение, не знал и должен был уточнить это, но ответа пока не было. Кроме того, найденный ботинок, возможно, принадлежит не Натану. Вряд ли Иден покупает детям обувь в бутиках – скорее всего, в одном из сетевых магазинов. А это значит, что в точно таких же ботинках в Нью-Йорке ходят тысячи ребятишек. Но часто ли они теряют один заляпанный грязью ботинок? Да еще в автомобиле с трупом в багажнике?

– Приехали, – сказал Карвер, выключая навигатор.

Теперь ориентиром им служили красно-синие проблесковые маячки патрульных машин. Подъехав, Джонатан и Эбби увидели автомобиль судмедэкспертов, фургон криминалистов, как и извечных репортеров, появляющихся на месте происшествия благодаря своему безошибочному чутью. Карвер подъехал к огороженной зоне, они расписались в регистрационном журнале, который дал юный полицейский, и проследовали внутрь. Эбби первая вылезла из машины и, нырнув под опоясывающую место происшествия ленту, поспешила к автомобилю, освещенному ярким прожектором. Подойдя ближе, она увидела в багажнике тело крупного мужчины, выдохнула и только сейчас поняла, как была напряжена, потому что боялась обнаружить мертвого Натана. Подняла руку, заслоняя глаза от яркого света прожектора, и увидела, как к ней направляется высокая женщина.

– Лейтенант, вы как раз вовремя. Мы уже собирались увозить тело.

На лице говорившей была маска, но Эбби легко узнала этот голос: с судмедэкспертом Валерией Гомес они много лет проработали в отделе убийств.

– Что у нас тут?

– Мужчина, пятьдесят с небольшим лет. Посмертное окоченение наступило, когда тело положили в багажник, поэтому оно застыло в позе эмбриона.

Эбби посмотрела на посиневшую кожу и почувствовала знакомый металлический запах – кровь. Покойного засунули как попало, поверх запасного колеса. Рядом приткнулся штатив и несколько металлических ящиков. Похоже, что их отодвинули, чтобы положить труп. Тот, кто запихивал тело в багажник, не потрудился сначала освободить пространство. Шея жертвы, на которой зияло несколько колотых ран, была залита кровью, как и бежевая рубашка мужчины. Глаза и рот открыты, на подбородке засохшая струйка крови.

– В ходе первоначального осмотра мы обнаружили трупные пятна только на правом боку, – продолжала Гомес. – Скорее всего, тело мужчины положили в багажник вскоре после смерти.

– А может быть, он умер уже там? – предположила Эбби.

Валерия пожала плечами.

– Строго говоря, я не могу пока сбрасывать со счетов эту возможность. Но криминалисты обнаружили, что водительское сиденье залито кровью. Кроме того, помимо колотых ран на шее и груди, мы обнаружили неглубокие порезы на левой ладони.

– Покойный защищался?

– Возможно. На его губах и во рту кровь, что говорит о повреждениях дыхательной системы, наступивших в результате нанесения одной из этих ран. – Гомес указала на два отверстия в шее.

– Время смерти?

– Пока могу предположить, что он погиб прошлой ночью, может быть, рано утром. Завтра проведу вскрытие, тогда, наверное, скажу точнее.

Эбби отошла на пару шагов и сделала глубокий вдох. В воздухе витали запахи выхлопных газов, мусора и мочи, и все же это было куда лучше ароматов, которые источал багажник автомобиля. Лейтенант Маллен внимательно осмотрела парковку. С фотографом, мрачным, высокомерного вида мужчиной, она уже встречалась. Двое незнакомых полицейских составляли схему места происшествия. К ним подошел Карвер и обменялся рукопожатием. Эбби обрадовалась, когда в присевшем на корточки у водительского сиденья эксперте узнала Нейдера из выездной бригады.

– Здравствуй, Ахмед! – сказала она, засовывая руки в карманы.

– Надо же, Эбби Маллен! – Криминалист выпрямился. – Что, по убийствам соскучилась? Или по мне?

– Разумеется, второй вариант. А еще я в составе группы, расследующей похищение Натана Флетчера. Что ты там нашел?

– Грязный отпечаток на коврике с водительской стороны. Очень четкий, и его оставил не убитый. Размер двенадцать, может быть, даже тринадцать[10].

Могут ли это быть следы Карла? Он обут в поношенные кроссовки, но они не показались Эбби особенно большими.

– Если я отправлю тебе фотографию подошвы, сможешь сказать, совпадают ли отпечатки?

Ахмед выпрямился.

– Вероятно, да. Раз уж зашла речь об обуви, думаю, тебя особенно интересует этот экземпляр. – Он достал из пластикового контейнера пакет и поднес его к прожектору. Небольшого размера ботинок. – Мы нашли его под пальто, лежавшем на полу у переднего пассажирского сиденья. Для ребенка эта одежда слишком велика; должно быть, она принадлежала жертве.

Эбби вглядывалась в ботинок сквозь полупрозрачный пакет. Что за коричневые пятна?

– Это кровь?

– Нет, грязь. Обувь до сих пор мокрая и испачкана как снаружи, так и изнутри. Ее обладатель по щиколотку провалился в тину.

– Либо его пытались в ней похоронить, – сказала Эбби. – Отсюда и грязный отпечаток на водительском месте.

Ахмед поднял брови.

– Ты всегда предлагаешь самые мрачные гипотезы.

– Уж тебе ли не знать, что грязь на одежде не предвещает ничего хорошего…

Эксперт обошел автомобиль и поманил Эбби:

– Иди сюда, кое-что покажу.

Маллен последовала за криминалистом и заглянула в машину через пассажирскую дверь. В салоне пахло, как на скотобойне: рулевое колесо, сиденья, приборная панель – все залито кровью. Брызги были и на внутренней стороне водительской двери и верхней части стекла. Пострадавшему нанесли колотые раны в левую часть тела. Если он находился на пассажирском сиденье, скорее всего, напал на него водитель. А вот если покойный был за рулем… Эбби бросила взгляд на дверь. Должно быть, преступник стоял снаружи.

– Траекторию полета брызг проанализировали?

– Пока нет. Но обрати внимание: кровь попала только на верхнюю часть стекла. Внизу я нашел лишь одно пятнышко. Я бы предположил, что пострадавший находился за рулем, а окно было открыто. Нападавший наносил удары через него. Жертва подняла левую руку, чтобы защититься, отсюда и раны на ладони. Но я хотел показать не это. Взгляни-ка сюда. – Ахмед указал на коврик с пассажирской стороны.

Эбби нагнулась, чтобы разглядеть, что там. Еще один грязный отпечаток, не такой четкий.

– Он оставлен ботинком, который мы нашли в салоне. Похоже, его хозяин сел в машину в обуви.

Маллен доводы эксперта не убедили.

– Или кто-то бросил сюда ботинок, который позже закатился под сиденье.

Ахмед покачал головой.

– А это видишь? – Он указал на спинку пассажирского кресла. – Только не трогай!

– Что именно?

– Смотри сюда.

И тут Эбби их заметила. Два светлых волоса, значительно ниже подголовника. Здесь сидел ребенок, блондин. Это его отпечаток остался на коврике.

– Ты сказал, что ботинок до сих пор мокрый, – взволнованно начала Маллен. – Значит, грязь свежая? Ты можешь сказать…

– Пока я ничего не могу тебе сказать, – Ахмед улыбнулся. – Но как-то не похоже, чтобы на переднее сиденье положили труп ребенка.

– Да, было бы странно…

– Мягко сказано. Я смотрю, ты воодушевилась, но у меня есть и плохие новости. Видишь это? – Криминалист указал на спинку сиденья пониже волос.

Эбби прищурилась и увидела два темных пятна. Кровь.

– Может, их оставил наш незадачливый друг? – Она махнула в сторону багажника. – Он же весь салон залил.

– По форме не похоже.

– И правда.

Эти пятна были не овальными, а круглыми. Значит, не брызги. Здесь сидел кто-то истекающий кровью, и он откинулся на спинку сиденья.

– Мы возьмем образцы на анализ, – сказал Ахмед. – Как только будет что-то известно, я тебе сообщу. Возможно, волосы принадлежат одному человеку, а кровь – другому.

Эбби кивнула и выпрямилась. Она знала, что криминалисты порой заблуждаются. Появляются новые детали и ставят под сомнение первоначальные выводы. Пока дело обстояло так, будто Натан Флетчер ехал на переднем сиденье этого автомобиля. Он был жив, но ранен.