Глава 37

Иден в одиночестве стояла в помещении полицейского участка. Ей сказали, что процедура опознания начнется через несколько минут. Сердце гулко стучало в груди: она волновалась, сможет ли узнать того мужчину из секты Тиллмана, о котором говорила Эбби, Карла Адкинса. Он их преследовал, надо же… Иден вздрогнула и обхватила себя руками. Снова ожидание. И одиночество. Оно не покидало ее даже дома. Не совсем, конечно, Габриэль рядом. А на кухне постоянно дежурит полицейский на тот случай, если похититель снова позвонит. Но та связь, которая возникла между Иден и дочерью в момент первого контакта с похитителем, разрушена. Габриэль снова отдалилась и все время проводила, закрывшись в своей комнате или сидя в гостиной в компании утешающих ее друзей или этого Эрика. Теперь еще дочь занимается сбором денег, благодарит тех, кто присылает пожертвования, организует интервью… Иден была благодарна, что Габриэль взяла на себя решение этих вопросов и делает все возможное, чтобы Натан вернулся домой, но не могла избавиться от мысли, будто дочь презирает ее за беспомощность. А еще эти постоянно меняющиеся вооруженные полицейские на кухне… С пистолетами, разумеется. Миссис Флетчер не видела оружия с тех пор, как покинула секту Тиллмана, да и сами копы ее нервировали. Она доверяла лишь Эбигейл. Но разговоры с ней вызывали воспоминания о прошлом.

Иден не хватало Натана. Она не могла обнять своего мальчика, поцеловать на ночь, спросить, как прошел день или что он хочет на ужин. От этого становилось больнее и тоскливее. Впервые за долгое время миссис Флетчер соскучилась по бывшему мужу. Просто потому, что с ним она могла бы поговорить, разделить всю тяжесть горя, обняться…

Иден достала телефон, зашла в мессенджер и нашла Исаака. Он стал для нее настоящим спасением за последние два дня: поддерживал, подбадривал, принял участие в сборе средств, пожертвовав свои сбережения, рассказал о кампании друзьям.

Миссис Флетчер написала: «В это время Натан обычно ложится спать».

Почти мгновенно на экране отобразилось, что Исаак набирает сообщение. С момента похищения друг старался сразу же отвечать на ее послания.

«Мне так жаль… Даже представить себе не могу, что ты испытываешь».

«Это самый ужасный момент». А ведь и правда так. Конечно, сын становился все более независимым, но перед отходом ко сну ему нужна была мама. Он боялся и не закрывал дверь в комнату, желая быть уверенным, что Иден внизу и услышит его. И только тогда мальчик был рад поцелую. Обычно нежности пресекались фразой вроде: «Мама, отстань». Перед сном же – совсем другое дело. Странно, раньше ей казалось, что худшее время дня – ужин, который она теперь готовила только для себя и Габриэль. До этого самым тяжелым был момент, когда Натан обычно приходил со школы и бегал вверх-вниз по лестнице. А еще раньше – утро, когда Иден просыпалась и понимала, что сына нет. Как и ночь, потому что она не могла уснуть, а если это удавалось, то ее мучили кошмары. Оказывается, каждая прожитая минута была худшей.

«Как дела у Габриэль?» – написал Исаак.

«Постоянно занята. Просто чудеса творит, собирая выкуп».

«Сумма быстро растет. Через несколько дней все будет готово. И твой мальчик вернется».

Иден вытерла сбежавшую по щеке слезу – это действие уже стало таким же привычным, как чихнуть или почесаться.

«Эбигейл говорит, что, даже заплатив выкуп, мы можем не увидеть Натана».

«Она ошибается, я уверен».

Ей бы такой оптимизм…

«Надеюсь. Я сейчас в полиции. Вызвали на опознание, я тебе об этом рассказывала».

«Отлично. Сможешь его узнать?»

Иден вздохнула. И правда, получится ли?

«Не уверена».

«Не позволяй им тебя торопить. Не спеши, ты сможешь».

«Ладно».

Прошло несколько секунд, и Исаак написал: «Как продвигается расследование?»

«Не знаю, мне ничего не говорят».

«Будь настойчивей».

Он прав. Надо попробовать. «Сегодня мы с Эбигейл обсуждали тот день, когда покинули Семью. Она говорит, что память мне изменяет, – утверждает, что мы были вместе со всеми в столовой, а я не уверена в этом. Что скажешь?»

Иден ждала, глядя на мигающий индикатор: Исаак набирал сообщение. Послышались шаги, и она убрала телефон. В комнату вошел полный полицейский.

– Миссис Флетчер? Все готово.

Едва дыша, Иден проследовала через освещенный неоновыми лампами коридор, вошла в темную комнату, одну из стен которой полностью занимало огромное стекло, и застыла на пороге. По другую сторону прозрачной преграды вдоль серой стены выстроились шесть мужчин.

– Они вас не видят, – объяснил полицейский. – С той стороны зеркало.

Миссис Флетчер вошла в комнату и начала вглядываться сквозь стекло. Шестеро мужчин, у двоих борода, остальные гладко выбриты. Один чуть полнее. Все брюнеты. А еще один… Господи, это же он. Номер четыре. Иден представила, как он бродит по району, внимательно изучая окрестности. Словно хищник в поисках добычи…

– Не спешите, – сказал полицейский. – Торопиться некуда.

– Это номер четыре, – выпалила миссис Флетчер.

– Вы уверены?

Что-то в тоне стража порядка напугало Иден. Вдруг она ошиблась? И полицейским придется отпустить Карла Адкинса. А если это он похитил Натана и теперь знает… Миссис Флетчер внимательно всматривалась в лица. Носы, глаза, поджатые губы – все смешалось.

– Уверена, – наконец сказала Иден, ожидая, что полицейский вздохнет или разочарованно покачает головой. Но он лишь кивнул и сделал отметку в планшете. – Я того назвала?

– Не могу вам сказать. Поговорите с детективами.

– Где они? – Миссис Флетчер думала, что опознание будет проводить Эбигейл… то есть Эбби или ее коллега, Карвер, а не этот незнакомец.

Полицейский заколебался и наконец ответил:

– Их вызвали кое-что проверить.

– Это связано с Натаном?

– Об этом вам лучше поговорить с детективами.

Исаак советовал быть настойчивей, но сейчас решимость Иден улетучивалась, она сжалась.

– От меня еще что-то требуется?

– Нет. Я вас провожу.

Когда они вышли в коридор, кто-то позвал миссис Флетчер по имени. Она нахмурилась и несколько секунд вглядывалась в окликнувшего ее человека, не узнавая его в незнакомой обстановке. Это же сосед…

– Здравствуй, Фрэнк, – тихо ответила Иден.

– Меня вызвали сюда, – объяснил Дойл. – Возможно, я смогу узнать того мужчину.

– Какого? Который крутился у нашего дома?

– Тебе разве не сказали? – Он нахмурился. – Я… В общем, кажется, я видел, как Натан садился в машину похитителя.

– Ты его видел? – прошептала шокированная Иден. – Но почему же…

– Я не был уверен, – перебив, быстро заговорил Фрэнк. – Потом пришли полицейские и начали задавать вопросы. Кошмарное ощущение. Если я могу чем-то помочь…

Помочь? Миссис Флетчер была готова выцарапать ему глаза. Сосед видел, как увозили ее сына, и ничего не сказал… Не позвонил ни ей, ни в полицию, а продолжал заниматься своими делами как ни в чем не бывало…

– Как дела у Габриэль? – негромко спросил Фрэнк.

– Хорошо, – машинально ответила Иден.

– Передай ей, что если я могу хоть что-то сделать, то буду рад помочь. Именно поэтому я здесь. Хочу быть полезным. Я…

Миссис Флетчер больше не могла его слушать и ринулась вперед. В голове стучало, руки сжались в кулаки. Полицейский проводил ее до двери. Она вышла и, словно в тумане, добрела до машины и плюхнулась на сиденье. Всхлипывая, достала телефон, желая поскорее рассказать Исааку об этой встрече. Оказывается, пока она была на опознании, друг прислал сообщение. Понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, о чем они говорили.

«Я не очень хорошо помню тот день, но уверен, что Эбигейл права. Мы были вместе со всеми в столовой».

Иден прикрыла глаза. Если ее подводит собственная память, как можно рассчитывать, что узнаешь человека, которого видела всего несколько раз? Вдруг она ошиблась и преступника отпустили? Миссис Флетчер набрала сначала Эбигейл, потом Карвера, но ни один из них не взял трубку. На женщину навалилось знакомое давящее одиночество.