Глава 40

Когда Эбби уже собралась уходить, на телефоне замигал индикатор: пришло новое электронное письмо. Лейтенант Маллен потерла глаза, коснулась экрана и быстро просмотрела сообщение.

– Мы получили ответ от криминалистов по поводу отпечатка.

Ахмед описал характеристики обуви, отметив, что ботинок сильно сношен с правой стороны, а в районе пятки есть заметное повреждение подошвы. Эксперт отметил, что если они достаточно быстро найдут нужный экземпляр, он сможет с уверенностью опознать его благодаря особенностям износа. В противном случае характеристики обуви изменятся, и сравнение ее с отпечатком не даст никаких результатов. Благодаря помощи сотрудников ФБР удалось установить производителя – компания «Хоквелл» – и конкретную модель.

– Когда Карл Адкинс приехал в участок, на нем были ботинки? – спросил Маршалл, бегло просматривая сообщение.

– Нет, – буркнула лейтенант Маллен. – Кроссовки.

– Похоже, эксперты сэкономили нам кучу времени, а? – ухмыльнулся коллега.

Забавные ребята работают в особом отделе. Эбби нажала на ссылку, которую прислал Ахмед, перешла на сайт производителя и увидела пару коричневых ботинок, совершенно непохожих на обувь Карла. Лейтенант поднялась и вышла из комнаты, набирая номер Вонг в третий раз за вечер. К ее удивлению, та ответила на звонок.

– Привет, Маллен! – Судя по голосу, детектив была без сил.

– Я думала, ты про меня забыла…

– Как я могу забыть о человеке, который напрочь испортил мне вечер? Я уехала от Тиллмана пять минут назад.

– Ты провела обыск на ферме? – Эбби улыбнулась Маршаллу и Барнсу. Они надели пальто и, кивнув ей, вышли из кабинета. Видимо, отправились домой.

– Нет. Судья не дал ордер на обыск всей территории, разрешил лишь осмотреть домик Адкинса.

– Что? Но…

– Он сказал, что нет никаких доказательств, что община связана с похищением. И привел пример: мы же не обыскиваем весь район, если кого-то из жителей подозревают в преступлении.

– Это же секта, а не городской квартал.

– Полагаю, все дело в том, какими формулировками оперировать. Судья считает, что это религиозное сообщество. Он сказал (я цитирую): «Официального определения секты не существует». Поэтому нельзя выписать ордер на обыск того, чего нет. Я тебя предупреждала, у Отиса Тиллмана есть высокопоставленные друзья.

– Значит, вы обыскали домик Адкинса?

Вонг глубоко вздохнула.

– С большим трудом мне удалось это сделать. Нам преградила путь группа парней с дробовиками. Атмосфера накалилась. Маллен, я пережила несколько весьма неприятных минут. Думала, что ситуация выйдет из-под контроля.

Эбби закрыла глаза. Она предупреждала коллегу, чтобы та была осторожна. Надо было самой поехать на ферму.

– Но все-таки обыск состоялся?

– Да. Появился Отис и успокоил своих бойцов. А затем позволил нам зайти в домик Адкинса.

– И?..

– Мы не нашли ни Натана, ни склада оружия, ни тайников. В лачуге непривычно чисто, учитывая, что там живут четверо мужчин. Личных вещей почти нет; несколько экземпляров Библии, вот и всё. Никаких ноутбуков или мобильных телефонов.

Эбби вздохнула.

– Спасибо.

– Не за что. Пойду выпью что-нибудь, а потом спать. Спокойной ночи, Маллен. – И Вонг отключилась.

Пришло еще одно письмо – от Тома Маккормика, журналиста, который брал интервью у Габриэль. Как и было оговорено, он прислал свою статью. Лейтенант быстро ее просмотрела, чтобы убедиться, что нет никаких упоминаний о фотографии или голосовом сообщении. Опус репортера был типичной рекламной наживкой: много пафосных слов и почти полное отсутствие фактов. В основном речь шла о том, как Габриэль стала известной еще до того, как с ее братом случилась беда.

Эбби обещала Маккормику добавить что-нибудь в статью. Допустим, Натан жив. Его похитители, скорее всего, связаны с убийством Лиама Вашингтона. Это жестокие люди, и сейчас они, вероятно, взвинчены. Подобное состояние толкает на необдуманные поступки. А лейтенант Маллен хотела, чтобы преступники считали, будто у них всё под контролем. Она отправила в ответ фразу: «Главная цель полицейского управления города Нью-Йорка – вернуть Натана домой целым и невредимым». Большинство сочтет это утверждение ничего не значащим. Но чующие опасность похитители могут решить, что копы главным образом охотятся за ними. Эбби собиралась внушить им, что это не так. Идет сбор выкупа. Потом деньги обменяют на мальчика. Если, конечно, он жив.

Маллен засунула телефон в карман и собиралась вернуться в кабинет, когда у нее появилась мысль. Она снова набрала номер Вонг.

– Ну что еще?

– Ты видела какие-нибудь ботинки в домике Карла?

Возникла небольшая пауза.

– Да. Три пары одинаковых ботинок.

– Три?

– Я же говорила, там живут четыре человека. Обувь стояла возле кроватей.

– Марка, случайно, не «Хоквелл»?

– Я похожа на человека, зацикленного на обуви? Откуда я знаю, от какого она производителя? Ботинки как ботинки.

– Сейчас отправлю тебе ссылку. Дай мне знать, может, именно такие ты и видела.

Эбби положила трубку и переслала детективу полученное от Ахмеда сообщение. Через минуту пришел ответ: «Да, те самые». Лейтенант Маллен поспешила обратно в кабинет и села рядом с Уиллом.

– Вонг обыскала домик Адкинса. У троих его жителей точно такая же обувь, след от которой остался на месте преступления.

– У троих?

– Возможно, Тиллман покупает ботинки для сектантов оптом. Так дешевле.

– Ясно. – Верин начал загибать пальцы. – Дэвид, бывший муж Иден. Живет в секте. Адкинс, преследующий Габриэль в Сети и в реальной жизни, тоже оттуда. Теперь еще и куча точно такой же обуви, какую носил преступник.

– А еще Карл присоединился к секте всего две недели спустя после отъезда Иден. Учитывая остальные факторы, вряд ли это совпадение.

– Что будем делать? Получим ордер, чтобы изъять ботинки всех сектантов?

– Этого сложно добиться. Судья и так уже помотал нервы детективу Вонг. К тому же «Хоквелл» – довольно известный бренд. Дело может не выгореть. Поеду-ка я туда завтра, попробую что-нибудь разнюхать.

Уилл откинулся на спинку стула.

– Интересно, каким же это образом?

– Посторонним доступ в секту закрыт, – ответила Эбби, глядя на прикрепленную к доске фотографию Отиса. – Нам нужен свой человек в общине. Иден слишком давно ее покинула. Я хочу найти того, кто ушел или кого выгнали недавно.

– А если не сумеешь?

Маллен задумалась.

– Тогда мне придется создать агента самостоятельно. Заставлю кого-нибудь уйти.