Эпилог

Юра

Кто придумал все эти конкурсы на свадьбе?

Стопудово этот массовик затейник был женского пола. А ещё к тому же, она была однозначно ярой феминисткой, ненавидящей весь мужской род.

К такому выводу я пришел уже на выкупе своей невесты. И окончательно укрепился в своем предположении, когда мы с гостями уже гуляли в банкетном зале ресторана.

Ведь основная часть этих изматывающих и нервотрепательных каруселей досталось мне, брательнику и моим друзьям. Женской половине досталась честь проводить весь этот дебильный треш и просто угорать над нами парнями.

Хотя… Мне хватало всего одного взгляда на улыбающуюся Ульяну, и всё раздражение как рукой снимало. Её блестящие от счастья глаза горели так ярко, что, казалось, даже ослепнуть можно было.

Впрочем, я и слеп.

В белоснежном платье и фате моя рыжая Заноза выглядела просто охренительно. У меня даже дыхание перехватывало всякий раз, когда я думал, что мог профукать своё счастье, если бы не предки.

После примирения я уже не стал особо затягивать. Уже через полгода, сразу после Нового года, потащил её в загс, чтобы никакой придурок, вроде Ястреба, не смог бы на неё покуситься из-за отсутствующего на нужном пальчике кольца. Именно поэтому купил ей обручалку толщиной, наверное, чуть ли не на пол пальца. А вот пусть все мужики сразу видят, что эта гламурная рыжуля уже очень конкретно так занята.

- Юр, ты готов? – голос моей жены звучит слишком весело.

Да, блииин… Опять какой-то конкурс, что ли?!

Хотя «моя жена» слишком обалденно звучит и поэтому я, правда только лишь мысленно застонав, поворачиваюсь к ней с довольным лицом, отворачиваясь от Ильюхи, с которым мы болтали.

Ну, подумаешь, ещё один конкурс. Главное, что Ульянка довольна и счастлива как никогда.

- К чему? – всё-таки интересуюсь тем пиздецом, который сейчас, я уверен, меня ожидает.

- Пора подвязку снимать, - хихикает Уля, кидая смущенный взгляд на брата. – И кидать её в холостяков, которые присутствуют на свадьбе.

Точно.

- Я точно пропущу эту карусель, – уже немного навеселе, но довольно твердо произносит Ильюха, ржа как конь. – Извини, Ульян, но ни за какие коврижки я не встану в стаю тех дебилов, которые хотят, чтобы их захомутали, как ты моего бедного братика.

- Придурок, – пихаю его в плечо кулаком, обращаясь к своей рыжуле. – Не слушай его, дорогая. Я ощущаю себя отнюдь не бедным, а очень даже богатым и счастливым чуваком.

- Ладно, пока вы эту хренотень проводите, я хоть пожру нормально, – уже серьезно произносит брательник, кидая голодный плотоядный взгляд на стол. И тут же уходит.

Мы выходим в центр зала с Улькой. Помогаю ей сесть на стул и приступаю к выполнению задания.

А вот задумка, что снимать подвязку нужно обязательно без помощи рук, однозначно пришла в голову именно мужику, тут вообще без вариантов.

Чуть ли не облизываясь, подмигиваю Уле, зажимающей ладошкой свой ротик, из которого так и норовит вырваться громкий звонкий смех.

Поднимаю аккуратно подол свадебного платья и ныряю под него головой, сразу же убирая руки за спину, как того требует ведущий. Лицом прохожусь по длинным гладким и нежным ножкам девушки, слыша звонкий смех жены. Она чуть ли не плясать начинает на этом стуле от щекотки, которую, видимо, ощущает от щетины на моём лице.

По мере продвижения нацеловываю то одну, то вторую ногу. Увлекаюсь настолько, что, минуя подвязку на бедре, продолжаю двигаться губами дальше. И только сдавленный писк жены и хлопок по спине маленьким кулачком приводят меня в чувство.

Рыча от облома, возвращаю свою харю назад к подвязке и, зубами, зажав ткань, стаскиваю её, прежде чем выползти на свет божий.

По лицам вокруг понимаю, что многие, особенно мужики и парни, поняли, чего я там задержался. Угорают, гады. Женская половина с умилением смотрит на нас, пока я тяну за руку Улю, заставляя её встать с насиженного места.

Единственный, кто не смотрит на нас – это Ильюха. Сидит у края стола, стоящего рядом с кучей парней, которые будут ловить подвязку. Хомячит чего-то, ныряя вилкой в общие большой тарелки, которые стоят недалеко от него, и ни на кого не обращает внимания.

- Кидай уже, – смеётся моя рыжуля, прижимаясь ко мне и обнимая за талию.

Разворачиваюсь спиной к пацанам и поднимаю руку вверх, в которой зажата белая ткань. Затем, притянув поближе к себе жену, со страстью целую её в губы.

И кидаю подвязку куда-то назад, искренне наплевав на то, долетит ли она вообще хоть до кого-то.

Дружный гомерический хохот не дает насладиться моментом нашего поцелуя.

Мы с рыжулей разрываем контакт и поворачиваем головы в ту сторону, куда предположительно должна была улететь кинутая мной деталь свадебного образа.

И тоже начинаем с Ульянкой хохотать, когда видим, кому прилетело такое счастье – быть следующим парнем, что должен будет жениться в этом году.

Всё ещё жующий, Илья возмущённо смотрит на подвязку моей жены, которая очень даже неплохо смотрится на салате, стоящим прямо перед ним и который он, видимо, ел в тот момент.

Брат аккуратно подцепляет подвязку на вилку и смотрит прямо на меня с уже нескрываемой яростью.

- Ох, бля, ну, наконец-то, Настёна! И второго обормота пристроим! – орёт батя, перекрывая своим зычным голосом музыку и шум от голосов гостей.

- Ну спасибо, братец! – чуть ли не рычит Илюха, брезгливо кидая вилку с трофеем на стол.

Ульяна

Моему счастью нет предела, хотя и длится оно уже больше полугода, с того самого момента, как ко мне пришёл мой ЛЧ и признался в любви.

Признание вышло, конечно, корявенько, но впервые в жизни мне было наплевать на качество. Никаких претензий! Главное, что любит и мой!

А сегодня факт моего безраздельного владения этим шикарным парнем стал официально закреплённым печатями и подписями в ЗАГСе и обручальными кольцами на наших с Юрой безымянных пальцах.

Удавушка теперь совсем-совсем мой!

Веселье от празднования нашей свадьбы било через край, и только мою сестру - по голове. Моя копия, когда думала, что её не видят, морщила нос и тёрла виски. Но даже не это меня настораживало больше всего.

- Несчастная!

Ядовитое восклицание Тани рядом со мной заставило отвлечься от мужа.

Тот пошёл к брату, что только что обзавёлся моей подвязкой, а вот я решила хоть немного попытать сестрёнку по поводу причины её нервного состояния.

- Ты это про кого? Про меня?

- Причём тут ты?! Сегодня ты счастливее любого на планете. А вот ту, что решится подписать себе смертный приговор, согласившись на брак с этим придурком, глубоко жаль.

Она брезгливо кивает головой в сторону близнеца моего мужа.

- Ну ты чего, Тань? Консилером так сильно поры на лице перекрыла, что яд теперь через рот пошёл? Вы сегодня с ним весь день как кошка с собакой.

И это ещё мягко говоря. Даже тёте Насте пришлось им обоим сделать замечание в ЗАГСе, когда они там чуть не стали гвоздём программы, едва не устроив разборки.

И ладно Илья, с него станется развести холивар на ровном месте, но вот что случилось с моей всегда сдержанной сестрой просто какая-то загадка последних двух недель.

После новогодней ночи её будто подменили. Сначала я думала, что это из-за меня и моей свадьбы. Ведь теперь мы с ней расстаёмся навсегда, и как раньше уже никогда не будет: ночные посиделки, разборки из-за дележки косметики и права пойти первой в ванную комнату. Да много чего не будет… Всё меняется.

- Боже, Уль, ну причём тут этот Буров?! – искренне возмущается она и переводит взгляд на меня.

Я нутром чувствую как её штормит и ловлю тонкие пальцы, чтобы крепко сжать в своих.

- Тогда что?

- Ничего, сестрёнка. Всё хорошо. Я просто буду скучать… одна.

В глазах Тани стоят слёзы, от чего мои тут же наполняются влагой. Быстро моргаю, пытаясь унять слезливость.

- Ну ты чего?! Я же не на другую планете собираюсь улетать, а только перееду к мужу. И мы с тобой всегда останемся сёстрами, ибо я без своей зеркальной половинки сразу пропаду.

- Не пропадешь. У тебя теперь сильное плечо мужа всегда рядом.

Я знаю, что Юра, мой пожизненный краш, но и сестрёнка от этого менее важна не стала.

- Тань, глупости. Я всегда рядом. А вот когда ты встретишь своего ЛЧ, то точно про меня забудешь.

Подмигиваю ей с намёком, что пора сорвать замки с прошлого и начать встречаться с парнями. Как показала моя практика, они далеко не все полные козлы.

- Это вряд ли.

- Вот посмотрим.

Этот разговор всплыл у меня в памяти в конце празднования, когда мы все вывалились на улицу, а я уже встала на изготовку, чтобы бросить свой букет в жаждущую толпу девчонок.

И если во время бросания моей подвязке в зале мялись несколько парней, которых буквально вытолкали родители или вытащила организатор свадьбы, то тут просить никого пришлось.

Вышли почти все незамужние, даже бабушка Лида – наша соседка по площадке, что не раз выручала нас с сестрой хорошим советом в бытовых вопросах. Женщина уже давно овдовела и тянула лямку на скромную пенсию в одиночестве.

Наша мать от такого «базара» сморщила свой аристократский нос, но её мнение здесь никого не интересовало. Сама отреклась от воспитания морального образа дочерей, так что теперь только молча страдать. Пусть скажет спасибо, что мы с Таней вообще их с отцом пригласили.

Это была просьба родителей Юры, так как семейство Буровых было очень крепким и дружным, то они хотели и наших предков подключить в этот родственный замес.

Вышло так себе, но от меня Буровы не отказались. Дядя Саша объявил, как всегда громким шёпотом, что у него теперь ещё одна дочь появилась. Обожаю этого человека, что так своевременно мне помог.

- Дорогая, холодно же! Давай уже скорее швырни букет в одну из жертв и рванём в лето.

Юра крепко обнимает меня застывшую, напоминая, что свадебное путешествие на острова, подарок от его родителей на свадьбу, ждёт нас.

Эх, была не была! Прости меня, сестрёнка!

Таня единственная из молодёжи, кто стояла в сторонке от нетерпеливых незамужних дев, но именно ей я хотела такого же счастья, как у меня.

Мысленно попросила Бога на время затормозить мою везучесть на неудачи в такие моменты и бросила букет ориентировочно в сторону Тани.

Громкий истеричный визг сестры и звон бьющегося бокала об очищенный от снега асфальт прозвучали знамением моего триумфа. Попала!

Развернулась к гостям лицом и вижу шокированное лицо близняшки.

- Таня, я не специально прости, пожалуйста. Ты же знаешь, у меня с метанием предметов всегда было туго.

Складываю руки в молящем жесте, а потом шлю ей воздушный поцелуй.

Разочарованные проигрышем барышни расползлись по углам, стало на мгновение тихо, что даже скрип снега под моими сапожками стал слышен.

- Настюха, не расслабляйся. Чувствую задницей, что пора начинать готовиться к новой свадебке. Парочка-то сегодня объявилась шикарная. Правда, Танечка?!

Дядя Саша подмигнул стоящему в стороне Илье, а потом по-отцовски раскрыл объятия для моей сестры.

- Простите, дядь Саш, но я скорее в монашки уйду, чем выйду замуж за вашего ЭТОГО сына, – фыркнула сестра с алыми то ли от мороза, то ли от возмущения щеками и, взмахнув юбкой, рванула прочь обратно в ресторан.

Только рыжие кудри, припорошённые снегом по ветру разлетались. Да какая муха её укусила?! Ведь все понимают, что это лишь примета и вообще полная ерунда. Всё ради соблюдения традиций.

- Чего стоит и тупим? Догоняй невесту, – громко смеётся дядя Саша и толкает Илью в плечо так, что тот едва не падает в сугроб.

- Да в гробу я видел ваших невест, а эту и того подавно!

М-да! Тут, и правда, что-то кроется!

КОНЕЦ