Глава 2

Тусклый свет монитора – единственное, что освещает кабинет. От синего мерцания голова кружится. Сердце неистово колотится.

Я нервно сглатываю, сдавливаю пальцами мышку. Мне нужно найти всего одну папку. Маленькую, несчастную.

И удалить.

Один клик, ничего страшного. Правда ведь?

Я до сих пор не верю, что Антон смог заманить меня сюда. Сам на стрёме стоит, а я тут шаманю.

Просто Антон друг с большой буквы. Он не раз меня выручал. А ещё постоянно мне привозит вишнёвый раф.

А это, между прочим, важный элемент любой дружбы.

Поэтому я здесь.

Клик. Отлично, она! В корзину. Так-с, удалить окончательно. И…

Ура!

Ой!

Я вздрагиваю, едва на пол не заваливаюсь. Слепну от яркого света. Солнце словно в самом кабинете зажглось.

– И что тут происходит?

Сердечко мне ручкой машет. Улетает. Я испуганно смотрю на дверь, чувствую себя мышкой в капкане.

Взрослый мужчина заграждает проход, облокотившись на дверной косяк. С ухмылкой рассматривает меня.

Но есть в этой улыбке что-то недоброе. Опасное, злое. Кривая, угрожающая. Пугающая!

Незнакомец, он… Красивый. Ужасающе красивый! С грубыми чертами лица, зачёсанными назад тёмными волосами.

Вот есть такие люди, от которых инстинктивно хочешь убраться подальше. Спрятаться. Чувствуешь, что ничем хорошим ваша встреча не закончится.

Инстинкт самосохранения срабатывает.

Ну, или мозги проснулись.

Намекнули, в какую задницу я влипла.

Вдруг это охранник? И мы договориться можем.

Да, охранник в дорогущем костюме и со свежей стрижкой. А что? Секьюрити нынче модно выглядят.

– Ты хоть знаешь, в чей кабинет забралась?

Его голос низкий, угрожающий. До глубины пронимает скрытой угрозой.

Я качаю головой как болванчик. Антон не называл имён. Что просто плохой человек, который его подставить хочет.

Незнакомец не двигается. Скрещивает руки на груди, изгибает густую бровь. Его спокойствие пугает ещё больше!

Такая титановая уверенность и выдержка… Ничего хорошего мне явно не светит.

Я бы в окошко выскочила, но не первый же этаж. А моя жизнь мне нравится.

Не из-за всяких пугающих красавчиков ею рисковать.

– Ну… – я нервно облизываю губы. – Я это… Убираюсь тут.

Я хватаю какую-то салфетку, начинаю методично протирать стол. Незнакомец смотрит на меня как на сумасшедшую.

Вот, отличненько! Шизанутых не судят.

– Уборка? – его рычание становится громче.

– Клининг вызывали же? Нет? – я замираю. – Ой, я, наверное, офис перепутала. Пойду тогда?

Я отшатываюсь, когда мужчина делает шаг ко мне. Не похоже, что он мне заплатить за уборку планирует.

Его глаза сверлят меня. Жар поднимается к щекам, пощипывает. От любого движения незнакомца – напряжение внутри меня нарастает.

Он слишком большой. Слишком… Всё слишком! И я с ним явно не справлюсь.

Куда Антон, блин, пропал? А меня кто вытаскивать будет?

– И что ты тут, девочка, полировать собралась? Учитывая, что в ноуте моём копалась…

Не охранник. Жаль.

– Тогда тебе придётся дохера полировать. Чтобы компенсировать. Угадаешь, что?

Я до корней волос краснею. Догадываюсь, на что этот мужлан грубый намекает. Вот ещё.

– Ага, – конечно. – Я это… За средством схожу. Для полировки.

Я бросаюсь к выходу, воспользовавшись моментом. Мужчина как раз к краю стола подошёл. Я с другого – прорваться пытаюсь.

– Куда?

Рычит, перехватывая меня. Его пальцы крепко хватают меня за локоть, подтягивая обратно.

Толкает к столу. Ауч. А это больно! Хамло.

Я бьюсь поясницей в стол, искры от глаз. По каким-то особым нервам попадает. Потому что ноги подкашивают. Я на стол заваливаюсь.

Усаживаюсь, едва на спину не падаю. А мужчина – тут как тут. Руки распускает, мои бёдра сжимает.

Неловко.

Ну хоть польза одна от него. Хватает так, что я не падаю. Удерживаюсь.

– Вот это другое дело, – скалится хищно. – Сразу отрабатывать привыкла?

Я обиженно соплю. Что он всё к теме секса сводит? С виду такой приличный, а на деле…

– Пусти!

Вскрикиваю, пытаясь оттолкнуть его. И ноги свести, а то он уже вовсю себя главным чувствует.

– Рекомендую самой сказать, – склоняется ко мне. – Какого хуя ты искала и что успела натворить.

– Я… Ничего… Вам бы технику обновить, такая медленная…

– От воровок ещё рекомендаций не получал. Продолжай. Наговори себе ещё срок.

– Срок?

– Сколько отрабатывать будешь. За чистосердечное – скошу срок. Я всё равно узнаю. Тогда двойной тариф будет.

– Я… Знаете, что? Я полицию на вас вызову! Пристаёте, руки распускаете…

Мужчина откидывает голову назад. Смех у него громкий, раскатистый. Кусаю губу.

Да знаю я, что глупость сказала. Мне вообще не нужно, чтобы это кто-то узнал.

Папу удар хватит, если узнает, в какие неприятности я влипла. Дочь Горского обвиняется во взломе…

Я уже вижу заголовки статей. Как папа себе капли накапывает. Сестра вокруг носится, причитая, что её замуж не возьмут…

Нельзя. Но а что он ручища свои ко мне тянет?

– Расскажешь мне всё, – приказывает. – И тогда, возможно, обойдёмся малой кровью. Поняла?

Его ладонь касается моего лица. Инстинкты срабатывают. Дёргаюсь, укусить его пытаюсь.

Кожу обжигает. С такой силой мужчина сдавливает мои скулы, перехватив. Впивается кончиками пальцев, заставляя пульс отбивать по всему телу.

Незнакомец вплотную наклоняется ко мне. Дрожь пронизывает всё тело. Страх усиливается.

Энергетика мужчины давит. Сильная, властная. Паутиной меня оплетает, лишая возможности брыкаться.

Черт, Антон, за это тебе не только раф придётся покупать!

А и сердечные капли.

– Сочтём за согласие, – рычит. – Инициатива почти. Готова, девочка?

– К чему? – ком в горле становится всё больше.

– К отработке. За ущерб платить нужно.

– Знаете, – я растягиваю буквы, ухватившись за план. – Если вы хотите… Ну…

– Отсос, – рубит резко. Пошляк, а!

– Ага. Его. То в такой позе неудобно. Надо поменяться.

Я так активно кручусь, что мужчина поддаётся. Позволяет мне спрыгнуть со стола. Я незнакомца к нему и толкаю.

Цепляю самую соблазнительную улыбочку на губы. Мне за неё обычно скидку делают.

Но кривлюсь, потому что скулы болят. Веду челюстью.

– Больно, между прочим, – жалуюсь, потирая кожу.

– Зато полезно. Сосать придётся искусно и долго. Челюсти разминай. Пригодится. Зовут тебя как?

– Галина.

Выпаливаю первое имя, пришедшее в голову. Да простит меня подружка, но своё я называть не буду.

– Ладненько. Ну… Я начну?

Мужчина внимательно следит за мной. Я тянусь к нему. Дыхание задерживаю, молюсь, чтобы не колотило так сильно.

Я хватаю со стола кувшин с водой. Выливаю на мужчину. И пока он хищником вскакивает – я уже к выходу мчусь.

Бежать. Бежать.

Никогда он меня не найдёт. И всё будет хорошо.

* * *

– И что скажешь, галчонок?

Марат скалится, прижимая меня к стене. Тот самый мужчина, который никогда меня не должен был найти.

Блин, ну что за подстава?!

Как и то, что в руках у него телефон. А на экране – видео. На котором я и в ноутбуке лажу, и водой обливаю.

Попадос.

– Пора проверить, – обхватывает пальцами мою шею. – Как усердно готова отработать свой проёб.

– Я…

– Ярина?

Ручка двери начинает дёргаться. Я бледнею, в ушах шумит от паники.

Боже-боже-боже.

Это папа.

И если он застанет нас с Маратом вдвоём…

Это конец.