Паника внутри бьёт в барабан, а голос разума орёт, чтобы я скорее убиралась отсюда.

Но я ведь не могу его бросить. Марат мудак и извращенец, но… Я не могу оставить человека в беде, даже если это Кафаров.

А даже если вернётся к нему память, и он захочет со мной за всё расквитаться…

Что он сделает? Поползёт за мной?

Так что убежать я успею.

– Вы точно ничего не чувствуете? – осторожно уточняю, подходя ближе.

– Нет, блядь, ничего не чувствую, – его глаза сверкают яростью. – Ни ног, ни желания терпеть твою тупость.

– Это временно! – надеюсь, скрестив пальчики. – Оно обязательно пройдёт в скором времени. Нерв там защемило…

– У тебя мозги защемило, бляха. А мне всё это время на полу валяться? Из-за того, что ты устроила?

– Я?

Охаю. Неужели к нему начинает возвращаться память?! Это хорошо, конечно, но не для меня!

Ещё и в глазах мужчины мелькает новая эмоция. Не получается её расшифровать. Но точно ничего хорошего меня не ждёт.

– А кто убирает херово? – цедит он. – Раньше я в своём доме не поскальзывался. Убираешь отстойно.

– А я это… Я предупредила, что скользко! Только вымыла. А вы меня не послушали. Давайте я лучше… Помогу вам. Наверное, вас надо в кровать переложить!

– В кровать, говоришь? – уголки его губ приподнимаются. – Уже сама туда зазываешь? Быстро ты включаешься.

Я начинаю жалеть о собственных словах. Лицо полыхает жаром, готова провалиться от смущения.

Помогай после этого людям!

Но бежать поздно. Я действительно не смогу просто так уйти. Совесть сгрызёт ещё до того, как на улицу выберусь.

Я просто убежусь, что он в порядке и не умирает. Помогу поначалу. А после этого…

Позвоню Антону. Пусть он на себя костюм медсестры напяливает и идёт Кафарова лечить. Это всё происходит из-за дурацких идей друга.

Я заставляю себя подойти к мужчине. В любой момент нападения жду. Наклоняюсь, подставляя ему плечо.

Марат фыркает, но всё же цепляется за мою руку. Его пальцы сжимаются крепко, мужчина переносит на меня часть своего веса, и я невольно вздрагиваю.

Нужно было меньше в зале железо таскать! Бычара какой. И как я, хрупкая, доведу его?

Но всё оказывается не так плохо. У Марата получается передвигать ноги. Он неплохо так шагает в сторону спальни с моей поддержкой.

Значит, всё не так уж плохо. Можно переставать мысленно завещание писать.

– Мы почти дошли, – бормочу, потому что взгляд мужчины в тишине очень смущает. – Сейчас вот в кроватку…

– Такая приличная на вид, – его тон едкий, но почти мурлыкающий. Он словно наслаждается происходящим. – А уже в кровать тащишь. Сама. Хвалю.

– Хватит! – я шиплю. – Это чисто медицинская помощь! Никаких подтекстов.

– Конечно, помощь это важно. Например, массаж. Чисто в медицинских целях. С окончанием. Блядь.

Марат ругается, когда я толкаю его на кровать. Матрас прогибается под весом его тела. А я прижимаю ладони к пылающим щекам.

Он может хотя бы недолго обойтись без разговоров о сексе?

Мужчина коротко смеётся. Искренне наслаждается моими мучениями.

Ну конечно. Память он потерял, а свой дрянной характер оставил при себе.

Я делаю шаг назад, пытаясь сохранить хоть какое-то личное пространство. Но Кафаров явно не собирается этого позволять.

Приподнявшись, он хватает меня за запястье. Подтягивает ближе, заставляя остановиться вплотную к кровати.

Его взгляд загорается чем-то опасным, а уголки губ снова поднимаются.

Рывок. Я оказываюсь лопатками впечатана в матрас, а мужчина нависает надо мной. Как для больного – он очень ловкий.

– Пустите!

Вскрикиваю испуганно, но мужчина лишь сильнее надавливает своим телом. Впечатывает так, что дышать тяжело.

И даже сквозь одежду чувствую жар его тела, мощь. Марат прижимается так плотно, что я животом могу кубики его пресса ощутить.

– Отпустите! – прошу. – Вам нужен лёд, да. Я сейчас принесу!

– Не могу, – его губы подрагивают. – Уже и рук не чувствую. Не смогу сдвинуться.

Я пытаюсь выползти сама, но это не получается. Кого-то придавливало бетонным блоком? Насколько были успешны попытки его поднять?

Так и с Маратом. Я ёрзаю под ним, но всё без толку. Только охаю

испуганно, чувствуя новое давление.

Ну кто бы сомневался! Именно член мужчины работает без всяких проблем.

– Придётся тебе с этим помочь, – усмехается. – Руками начнёшь или отсос сразу?

– Я не буду этого делать. Мы… Мы туда тоже лёд приложим. И всё пройдёт.

– Будешь, – произносит он опасным тоном. – Завязывай пиздеть, галчонок. И приступай к делу.

Меня током прошибает от одного слова. Я таращусь на него так, будто только что прозрела.

«Галчонок».

Вот же ублюдок! Он всё это время надо мной издевался!

Мой взгляд мечется по его лицу. Представляю, куда лучше всего вцепиться будет. Ноготки у меня длинные, а жалости нет!

– Ты… – я захлёбываюсь словами, которые никак не могу подобрать. – Ты всё это время… Ты помнишь! Ты обманул меня!

Марат закатывает глаза. А я задыхаюсь от негодования. Он играл со мной, пока я искренне переживала за него!

Кручусь, но выбраться из-под громилы не получается. Он поймал меня в ловушку.

– Блядь, с тобой даже в ролевуху не поиграешь, – произносит недовольно. – Значит натягивать буду без прелюдий. Сама всё испортила.