Глаза сами собой распахиваются, и на языке моментально крутится острый, жгучий вопрос. Но я сдерживаюсь. Пока что. Буквально на несколько секунд, которые кажутся вечностью.

Марат внимательно изучает моё лицо, вгрызается взглядом прямо в душу, словно читает каждую мысль.

— На твоём лице все вопросы написаны, галчонок, — произносит он низким, чуть хрипловатым голосом.

— Ну так ответь, — выдыхаю в ответ так же хрипло, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле.

Марат слегка морщится, и по его лицу я прекрасно понимаю, что ему это не нравится. Он не привык кому-то что-то объяснять, не привык отчитываться перед кем-либо.

— Нужно лично обсудить вопрос. Сказать, что вечер в честь помолвки отменяется, — произносит он сухо и резко.

От этих слов сердце у меня резко ухает вниз, будто с американских горок. Губы непроизвольно начинают расползаться в счастливой улыбке, но я быстро беру себя в руки и закусываю щёку изнутри, чтобы не выдать себя окончательно.

Спрыгиваю с его колен, чуть отстраняюсь, пытаясь выглядеть спокойной и собранной, хотя внутри всё буквально трепещет от неожиданного облегчения и радости.

— Тогда я буду ждать... у себя... Ты заходи или нет... Если работы много, то смотри сам... Но я это... того...

Голос срывается, я запинаюсь, запутываюсь в собственных ногах и чуть не падаю прямо носом в пол. Чудом успеваю схватиться за край его стола, краснея ещё больше от собственной неуклюжести.

Марат смотрит на меня с усмешкой, в глазах мелькает то ли нежность, то ли ирония. А я быстро разворачиваюсь и почти бегом выскакиваю из кабинета, чувствуя, как по всему телу разливается жар от пережитых эмоций.

Я быстро хватаю сумку, решительно направляясь к выходу из здания, лишь бы успеть исчезнуть до того, как здесь появится Ясмин. Совершенно не хочу злорадствовать, видеть её сейчас, смотреть ей в глаза. В груди становится невыносимо тяжело, словно я совершаю что-то неправильное, подлое. Но нет же! Я люблю Марата, а она…

На этой мысли резко останавливаюсь, буквально застывая на месте. Сердце на миг прекращает стучать, а затем с дикой скоростью уносится куда-то в пятки. Что я сейчас сказала сама себе? Что я его… люблю?

Дыхание перехватывает, к горлу подкатывает паника. Мне становится страшно от собственных мыслей, от той ясности, с которой я осознала это чувство. Божечки… что же теперь делать?

Мои мучительные размышления резко прерываются звонком приехавшего лифта. Чёрт! Я не успела сбежать вовремя, а теперь Ясмин уже здесь. Оглядываюсь вокруг, лихорадочно соображая, что делать. Выбор небольшой – шкаф или стол.

Недолго думая, я быстро проскальзываю в шкаф, закрываю за собой створки и едва успеваю затаить дыхание, как слышу шаги и голос сестры:

— Подожди здесь.

С кем она говорит? Осторожно, одним пальцем чуть приоткрываю створку шкафа. И моё сердце окончательно проваливается в пропасть ужаса: Ясмин оставила в приёмной водителя отца. Твою же мать! Теперь точно не получится незаметно ускользнуть.

Из кабинета начинают доноситься приглушённые голоса. Я не могу разобрать весь разговор, но когда Ясмин вдруг переходит на повышенные тона, я чётко слышу:

— Марат, ты не можешь! Так не делается! Я…

— Ты мне будешь указывать, как делается?! — громкий, рычащий голос Марата разносится по помещению. Следом раздаётся какой-то резкий звук, от которого даже охранник в приёмной вздрагивает, но остаётся стоять на месте.

— Я… я… — голос Ясмин звучит жалко и неуверенно.

— Ты — ничего. Я могу сделать так, чтобы даже не жужжала, не раздражала, усекла?

От услышанного сердце бешено бьётся, внутри нарастает буря эмоций. Неужели он правда собирается разорвать помолвку? От этой мысли меня одновременно охватывают страх и робкая надежда.

Я даже подумать об этом не успеваю. Потому что дверь кабинета Марата резко распахивается. Ясмин вылетает оттуда пулей.

Я не знаю почему, выхожу следом. Может, мне нечем дышать... Может я хочу убедиться, что Ярина с собой ничего не сделает.

Я выхожу из приёмной и резко останавливаюсь. Потому что снова слышу голос сестры. Она говорит с отцом. Плачет.

— Ты обещал мне, папа! Обещал красивую свадьбу. С достойным мужчиной. А теперь... Нет! Я не буду ехать домой! Потому что я тебя ненавижу! Его ненавижу! Её ненавижу. Я вас всех ненавижу!