15.3. Вэйд

Я спотыкаюсь и замираю. Напряженно слушаю Касса.

— Нам приказано не вмешиваться! — с тяжестью в голосе сообщает он. — Миротворцы сами всё сделают. Нам предписано вернуться на шаттлы и ждать прилета сил Союза.

В грудь словно сосульку вонзают. Они… что? Приказывают отступить? Ждать? Сколько? Несколько суток? А Кейлану бросить на расправу маньякам?

— Касс… Касс! Я тебя не слышу… Проблемы со связью, — говорю я и отрубаю вызов.

Решительно направляюсь к люку. В груди клокочет ярость. За мной устремляется Гай.

— Ну что, пойдем встряхнем этих ублюдков? — Он покрепче перехватывает фазерное ружье.

— Приказ отступать и дожидаться сил Союза, — не оборачиваясь роняю я.

— Еще чего… — рычит Гай. — Мы не подчиняемся вашему Союзу! Когда мы рассылали гонцов по всей галактике с просьбами о помощи, все молчали. А тут раскомандовались! Если бы они отреагировали раньше, обитатели Крогерата были бы живы!

Я ему благодарен. И я перед ним виноват. Потому что я тоже игнорировал эти призывы о помощи. И если бы не Кейлана, сейчас бы праздновал выгодную сделку с Груулом Зортом. Сидел бы в своих апартаментах в компании… Сентеи Далери и дегустировал виски от моего друга Троя Дайрена… И оставался бы бесчувственным расчетливым ублюдком.

Гай вправе злиться и жаждать вендетты.

— Тогда на выход, — командую я.

— Погоди, Вэйд… — он удерживает меня за плечо. — Их много, нас всего отряд. Если хочешь спасти свою женщину, придется быть хитрее.

Вскоре его люди активируем взрывчатку в паре кварталов от нас. Пока туда сбегаются крогары, проникаем в ангар с транспортом, замеченный ранее роботом-разведчиком, и захватываем несколько гравикатеров, остальным из ручного оружия сжигаем двигатели. Разлетаемся по всему городу.

Гай с повстанцами безжалостно отстреливает имперцев, я же пытаюсь найти Кей.

Город сотрясает новый взрыв. Это уже не наша работа. Кусок купола обваливается, воздух со свистом устремляется в пробоину. Скоро в Крогерате нечем будет дышать… Если я не найду Кей в течение нескольких минут, она обречена.

Город слишком большой! Я не знаю, куда броситься. Сердце дубасит о ребра, но я стараюсь не поддаваться отчаянию. Просто нарезаю круги над домами, ношусь по улицам, заглядывая в провалы окон. Ну же, Кейлана, где ты?

Замечаю, что крогары организованно покидают открытое пространство, многие из них уже в масках. Еще пара минут, и улицы пустеют. Я спускаюсь ниже, скольжу над дорогой. И вдруг за поворотом замечаю тела.

Направляю катер к ним. Это три крогара. Лежат неподвижно. Один на спине, раскинув руки и неестественно вывернув ноги и голову. Второй лицом вниз в положении бегущего. Третий на боку.

Что их погубило? Догадка молнией пронзает мозг.

Резко рву штурвал на себя и гоню гравикатер вверх. Сердце пропускает удар, когда я вижу на скате крыши неподвижную девушку в грязном изодранном комбинезоне. Она лежит под опасным уклоном. Если бы не петля на руке, вторым концом прикрепленная к воздуховоду, девушка бы лежала рядом с крогарами.

Лицо скрыто распущенными светлыми волосами, но мне не надо вглядываться. Я узнаю мгновенно. Это Кейлана.

Паркую гравикатер, спрыгиваю на крышу с риском свернуть шею, но даже не замечаю этого. Подхватываю обмякшее тело, одним рывком рву петлю на руке и перекидываю ее на катер. Запрыгиваю рядом, нахожу кислородную маску с баллоном в ранце.

Действую не думая. Быстро, методично. Поднимаю волосы, открывая белое лицо с сизыми губами. Креплю маску и пускаю кислород.

Только потом начинаю трогать шею и искать пульс. Мне кажется, проходит целая вечность, прежде чем я что-то улавливаю. Убеждаюсь, что это не ошибка. Раз, два, легкие толчки под пальцами. Выдыхаю. Внутри поднимается такая легкость, что, кажется, я могу ходить по облакам.

Только теперь рассматриваю Кейлану. Одежда изорвана, волосы спутаны. От взгляда на ладони в кровь вбрызгивается ядовитая ярость. Они в глубоких ранах. Стопы и голени в синяках и ссадинах. Подошвы черные, словно Кей по углям ходила.

Я спешно заливаю раны антисептиком и восстанавливающим средством на основе пантенола, затем покрываю жидким дышащим пластырем. Затем фиксирую Кей. Надо доставить ее на шаттл в восстанавливающую капсулу.

Над ухом свист. Кожу на мочке опаляет. Резко поворачиваю голову и вижу напротив крогара на гравицикле. Лицо под маской. Противник спокойно поднимает фазер и целится, я отскакивая к штурвалу и увожу катер в сторону.

Свободной рукой достаю пистолет и не глядя стреляю. Луч попадает в подножку гравицикла, та дымится. Но крогар спокойно вскидывает оружие и снова целится.

Я делаю резкий разворот и стреляю за секунду до противника. Луч приходит в ружье, и оно мгновенно становится похожим на комок расплавленного сыра. Крогар отбрасывает его, хватает руль и резко рвет в сторону пробоины в куполе.

Я гоню следом, урод не должен уйти. Я догадываюсь, кто это, и сейчас меня подгоняет дикое желание наказать выродка за страдания, которые перенесла Кей.

— Куда мы едем? — раздается за спиной слабый голос.

Я боюсь повернуться. Мне страшно, что это игра моего воображения. Но вдруг ощущаю спиной, будто меня нежно касается невесомая рука. Оглядываюсь и ловлю взгляд прозрачных синих глаз. Кей очнулась.

— Домой, Кейлана, — шлем глушит мой голос и не дает прозвучать в полную силу мягкости и нежности, которые я вкладываю в слова. — Но сначала уладим мелкие вопросы.