Глава 31.
Глава 31.
Запрыгнув во внедорожник, Грозный мгновенно сграбастал и прижал Вету к своему боку.
- Ваня! – зашипела она.
- Сиди тихо. Иначе зацелую. Мне, итак, целый день со стояком мучаться.
- Какой ты, невыносимый!
- Еще скажи, что тебе не понравилось.
- Вообще ничего не скажу! – Вета надула губки.
- Не сердись, малышка. Мне просто приятно, что ты у меня под боком. И даже если, кроме как поцеловать твою кудрявую макушку, мне сейчас не светит – я не обижусь. Просто подожду вечера, - добавил он многообещающе. Заставив ее предсказуемо покраснеть.
- Прекрати. Лучше расскажи про Киру и Женю. Как вам вообще это удалось?
- Собственно и рассказывать нечего. Девочек вытащил Костя, в основном благодаря наглости и счастливой случайности. Один из информаторов сообщил, что люди Маркова кого-то сторожат в подвале. Волчара с людьми, кто был под рукой, рванул на точку. Как оказалось – их часто перевозили с места на место. А Жеку уже ты помогла вытащить.
- Это как?
- Те цифры, что ты увидела на медальоне. Эта была частота рации. Частота скорой помощи. Жека спер у одного из охранников рацию и на этой частоте передавал координаты. Его держали в доме, где скрывался сам шакал-Марков. Знали, что Феникс без своих девочек никуда не убежит, расслабились. Думали, если избить и сломать руку, то он будет плясать под их дудку. Идиоты. Мы взяли штурмом тот дом, но Марков, с его звериным чутьем, успел удрать. Не учел только одного – нас с Костей теперь ничто не удержит. Феникс был единственным, из-за чего мы осторожничали. За все, что этот урод сделал – я сотру его в порошок. В бизнес-разборки никогда не вовлекали женщин и детей. Это за гранью.
- Ванечка, я не хочу, чтобы ты пострадал в этих разборках.
- Я буду осторожен, моя маленькая. Теперь мне есть к кому возвращаться домой. Хотя, судя по всему, от большинства своих друзей придется избавиться. Или встречаться за пределами дома. Ты на них дурно влияешь, - он притворно нахмурился.
- Это как?
- А ты Паучару возьми. Никаких слов не понимает. Придется лапки оторвать, чтоб дошло.
- Вань, ты же не серьезно, да? – она обеспокоенно заглянула в строгие зеленые глаза, - он просто шутит.
- Ничего, получит профилактические пару раз по рыжей морде – и успокоится. Сегодня вечером разомнусь в спортзале.
- Ну, зачем?
- Все хорошо, солнышко. Это просто мальчиковые игры. Нам иногда нужно выпускать пар.
- Но…
- Не переживай. И ему, и мне полезно будет. А сейчас пойдем, закину тебя к Ваське и пойду к себе.
У Щелкунчика в отделе было безопаснее, чем в сейфе. Зная его крутой нрав, к нему никто не заглядывал просто так. По делу-то шли неохотно и то – самые отчаянные. Поэтому можно было не бояться, что проходящие мимо бездельники будут флиртовать с его Веснушкой.
Оставляя Вету на попечение своего финансиста, он на всякий случай обвел холодным взглядом присутствующих. Незнакомое прежде чувство ревности скрипело внутри зубами, не желая выпускать свою добычу из лап. Умом понимал, что Вета не собирается даже смотреть по сторонам – не та порода, но ничего не мог с собой поделать. Теплая нежность к малышке вкупе с жадностью голодной зверюги создавали гремучий коктейль.
- Зайду за тобой позже, - шепнул он на ухо девочке и быстрым шагом вышел. Из всех сил борясь с желанием утащить ее в свой кабинет. Слишком скромная она еще для таких игр. Чуть позже. Будет вызывать ее для доклада «на ковер». Или на стол. Ухмыльнувшись своим мыслям, вышел из лифта и вошел в приемную. Документы, обсуждения, доклады отвлекли его от мыслей на тему «Веснушка и горизонтальные поверхности кабинета генерального».
Несколько раз в течение дня порывался ей позвонить, но все время что-то отвлекало. Успел только дать указание секретарю заказать букет цветов. У бедолаги глаза на лоб полезли, когда она услышала от шефа, что в букете должны быть только ромашки и маки. Букет доставили, и Грозный спрятал его в комнате отдыха, улыбаясь сам себе с предвкушением. Как загорятся радостью синие глаза, вспыхнет ослепительная улыбка на лице и веснушки запляшут на носу, который она так любит морщить.
Ближе к концу рабочего дня секретарь доложила, что к нему просится начальник департамента по кибер-безопасности.
- Слушаю, Матвей.
- Иван Николаевич, тут такое дело… - парень замялся, явно тушуясь в кабинете большого «босса», - я хотел сначала Константину доложить, но у него телефон не отвечает, и я решил… к вам. Информация щекотливая.
- Сядь и говори по существу.
- Для начала – была попытка взлома нашей системы. Мы пресекли. Но попытка была из вашего дома.
- Вот как…
- Но это еще не все. Понимаете… Мы по поручению Константина отслеживаем все аккаунты Елизаветы Серовой. В том числе – литературные сайты, на которых она зарегистрирована. Сегодня на одном из них совершена покупка ее книг на сумму в 500 тысяч.
- Что?
- Я решил не дожидаться Костю и сразу пошел к вам.
- Можешь идти, - процедил Грозный, набирая на своем телефоне Щелкунчика, - Вась, пришли мне Серову. Прямо сейчас!
Секунды ожидания показались часами. Пока он задыхался от ярости и ощущения предательства. Какой же идиот! Так глупо подставиться. Как сопливый юнец поверил наивным синим глазам и смазливому личику. Злость на себя требовала выхода. И он собирался отыграться. На той, что смогла полоснуть предательством так глубоко. До самых печенок.
Наконец раздался осторожный стук в дверь. Вета с радостной улыбкой впорхнула в кабинет, прижимая к себе стопку документов.
- Я не ожидала, что ты вызовешь меня сюда. Это так необычно, - она подошла ближе, положив перед ним документы.
Грозный смотрел на нее: лучистые глаза, теплая улыбка, робкие, несмелые движения – и под всем этим одна большая ложь. Потому что вся эта актерская игра куплена за хорошие деньги. Погрузившись в свои мысли, он отвлекся. А Веснушка продолжала щебетать.
- Ты знаешь, я, наверное, приму твое и Васино предложение. Мне нравится с ним работать. Он требовательный, но…
- На колени, - процедил Грозный, чтобы только она заткнулась.
- Ч-что? – растерянно захлопали ресницы.
- На колени. Отсоси мне, детка.
- Ваня? – она сделала шаг назад, зябко передернув плечами. Воздух в комнате стал злым и колючим, как его глаза. Которые смотрели почти с ненавистью.
- Хватит строить из себе неизвестно что. Ты – обычная шлюха, которую подослали. И я хочу, чтобы ты отработала деньги, которые за тебя заплатили.
- Остановись, пожалуйста, - прошептала она, чувствуя, как что-то умирает внутри, корчась в конвульсиях. Его слова резали словно ржавый, зазубренный нож, - что ты такое говоришь?
- Хочешь сказать, что твои книжонки настолько хороши, что заработали полмиллиона от восторженной публики? – пренебрежительный взгляд смерил ее с ног до головы.
- Я ничего не понимаю. Но мне совсем не нравится, как ты со мной разговариваешь.
- Именно так, как ты этого заслуживаешь, дор-рогая, - прорычал он, откидываясь на спинку стула.
- Тебя кто-то ввел в заблуждение. Но тебе стоит извиниться, - она вздернула подбородок и выпрямила спину, изо всех сил удерживая в глазах слезы. Только не плакать. Пожалуйста, только не сейчас!
- Да ну! Еще перед шлюхами я не извинялся. Заткнись и делай свое дело. Хочу горловой минет, - мужские пальцы расстегнули брюки и достали член из трусов.
- Прекрати, пожалуйста! - она в ужасе смотрела ему в глаза, не в силах опустить взгляд туда, где была его рука, - Я же никогда… не умею… не делала «это»…
Назло ей и ее багровым пятнам на щеках, Грозный начал себя поглаживать. Член мгновенно встал колом. Как бы то ни было, он хотел ее. Хотел ее тело, ее рот.
- Хватит ломаться. Давай, приступай. Или я скажу ребятам, чтобы перекинули все деньги с твоего аккаунта. Останешься ни с чем.
Она глубоко вздохнула, словно перед прыжком. Лицо стало мертвенно-белым, только синие глаза сверкали, прожигая. Грозному даже на секунду показалось, что она сделает шаг к нему, смиряясь с тем, что ее раскрыли. Подтверждая действиями его слова. Свою продажную сущность. Как у любой бабы. Вопрос только в ценнике.
- Ты мне сейчас сделал очень больно. И я не знаю, о каких деньгах речь. Но можешь оставить их себе, - Вета развернулась и направилась к дверям. Словно ей не хватало воздуха, судорожно стянула с шеи галстук. Тот самый, что завел его с утра.
- Стоять! Я тебя не отпускал!
- Ты только что отрезал мне крылья, Демон, - она едва повернула голову, остановившись у дверей.
Брезгливо отшвырнула сжатый в кулаке галстук. Тот змеей свернулся на длинной поверхности переговорного стола. Дверь за ее спиной закрылась с тихим щелчком. А ему показалось, что это контрольный в голову.
Схватив со стола органайзер, он от всей души запустил его в стену. Надо было мыслить здраво, но не получалось. Злость, гнев, боль смешались в яростный клубок. Тяжело дыша, Грозный подошел к бару и плеснул себе виски. Напиток привычно обжег горло, но ее слова, ее очумевшие от ужаса глаза жгли гораздо сильнее. Так, ладно. Эмоции в сторону. Нужно допросить маленькую тварь на тему куда и какую инфу она сливала. Внутренний шепот о том, что именно она спасла сначала Моржа, а потом Жеку, была отброшена. Чушь и совпадение. Или голый расчет, чтобы он глубже захватил наживку.
Дав себе несколько минут, чтобы успокоиться, Грозный вернулся к столу и вновь набрал Щелкунчика.
- Вась, скажи Серовой…
- Так она не вернулась шеф.
- В каком смысле?
- Как упорхнула к тебе, счастливая до одури, так и не возвращалась. Вот и сумка ее здесь. Вы чем с моей подчиненной занимались, а? – рассмеялся финансист.
Грозный раздраженно сбросил звонок. Побарабанив пальцами по столу, набрал пункт охраны.
- Это Грозецкий. Серова выходила из здания?
- Секунду, шеф, - пробасил кто-то из охраны, - так-так… Серова… Нашел! Да, оставила визитерский бейджик и ушла.
- Одна? – растерялся он.
- Э… да, шеф. Показалось, что девушка была расстроена. Шла, как потерянная.
Грозный, не дослушав откровения охраны, подключился к камерам. Пощелкав клавишами, включил запись из холла. Вот она! Даже с этого ракурса были заметны ее чуть заторможенные движения. Положив бейджик на стойку охраны, растерянно вскинулась от реплики кого-то из охранников. Неопределенно кивнула и вышла из здания. Уличная камера показала, что она пошла по тротуару и свернула за угол.
Куда? Как вообще посмела уйти?
Одновременно, без стука вошел Костя. Грозный с раздражением зыркнул на друга. А вот и рыцарь в пылающих доспехах подоспел.
- Вань, я сразу к тебе. Все идет по плану. Половина заведений Маркова уже закрыты. У остальных такие проблемы – что мама не горюй. Налоговая потирает руки: у этого жмота еще и неуплата налогов на астрономическую сумму. Чуть-чуть и дожмем.
- Матвей тебе уже доложился?
- Я у себя еще не был, сразу к тебе. Сегодня отмечать будем?
- Значит не доложился… - злорадно ухмыляясь, Грозный уселся в кресло. - тогда – присаживайся. Твоя ненаглядная «писателка» - продажная шкура. За ее книжонки сегодня скинули 500К. Как думаешь, за что? За то, что систему нашу сегодня ломали из моего дома. Ну, и как тебе «поворот сюжета»?
Костя, наклонив голову, спокойно выслушал злые слова.
- Я разберусь. Где она сейчас?
- Понятия не имею. Устроила истерику за то, что назвал ее продажной шлюхой. И ушла.
- Ушла? Вань, ты отпустил девочку? В таком состоянии?
- С каких это пор я должен беспокоиться за шлюх?
- Хотя бы в качестве источника информации ее нужно было задержать! - неожиданно рявкнул Костя, - а ты понимаешь, что ее сейчас Марков может брать голыми руками?
- Зачем? Она – отработанный материал, бабки получила и нахер ему не нужна.
- Вань, а если это еще одна болевая точка? И девочку просто грамотно подставили? Ты совсем мозги потерял от злости?
- Перестань драматизировать, - поморщился Грозный.
- Ладно, к чему демагогия, я пойду разбираться. А ты – включи мозги. Если с ней что-то по твоей вине случится… - Костя поднялся на ноги и, сверкнув глазами, вышел из кабинета.
Кто бы сомневался! Разумеется, неведомо как сохранившееся благородство Волчары не допускало даже мысли, что «ромашечка» может быть виновата. Ну-ну. Пусть убедится. Дурак жалостливый.
А перед внутренним взором одна за другой всплывали вспышки. Ее слова, ее улыбка, ее забота. «Ты – мой Демон». Дальше было только хуже: вкус ее кожи, запах волос, несмелый стон удовольствия… Вранье! – зарычал он сам себе. А ведь ни разу за все время не прокололась. Ни перед ним, ни перед Костей. Какая гениальная актриса и врунья!
Промаявшись и рыкнув на собственную мягкотелость, вышел из кабинета и спустился вниз к безопасникам. Он знает, что прав, нужно просто получить последние доказательства ее вины. И тогда станет легче.
Костя находился у себя, систематизируя информацию, которую приносили или присылали. По привычке больше доверял бумажным носителям. Просмотренные документы, не представляющие ценности, уничтожались здесь же, в шредере. После чего Костя собственноручно в конце дня сжигал мелкие бумажные клочки.
Подняв глаза на вошедшего, Костя угрюмо уткнулся в документы.
- Новости есть?
- Ты о чем? Если о Маркове, то он пока прячется. Прикрыли еще два его клуба…
- Ты знаешь о чем? Или о ком.
- Пока не можем найти. Поймала частника. Он выехал из города. Телефон вне зоны. Свой девочка оставила у Васьки в кабинете вместе с сумкой. Вышла из офиса без сумки и денег. Есть идеи, куда?
- К Маркову? – Грозный изогнул губы в мерзкой ухмылке, от которой стало тошно самому.
- Сам-то веришь? – прищурился Костя.
- Я фактам верю.
- А факт в том, что она не появлялась ни дома, ни у кого из подруг. У нее с собой ни денег, ни документов.
- Что еще раз доказывает, что она – «подосланный казачок».
- Что доказывает, что мы бросили беззащитную девочку один на один со всеми опасностями города.
- Чем скорее ты скинешь с себя наваждение от ее веснушек, тем будет лучшее.
Едва Костя только открыл рот, чтобы ответить что-то достойное, как зашел один из его подчиненных.
- Константин Сергеевич, последние данные: Серова ни в один из своих аккаунтов не входила ни вчера, ни сегодня. Взлом системы производили через устройство, установленное в спальне «главного». Жучок был подключен к сетевой розетке. Сняли пальчики - есть в нашей системе, - парень протянул несколько распечаток.
Костя мельком просмотрел на листы.
- Анжела?! – он перевел глаза на Грозного, - тебе, идиоту, еще доказательства нужны? Слава, группу по всем адресам этой девки. Но в первую очередь транспорт – вокзалы и аэропорт. Если у нее мозгов хватит понять, что она сделала - наверняка попытается сбежать. Свободен.
Когда подчиненный вышел, Костя поднялся на ноги и перестал себя сдерживать:
- Ну, что, доволен? Гордишься собой? – не взирая на субординацию, взял Грозного за лацканы пиджака и как следует тряхнул.
- Прекрати, Кость, - Грозный поморщился, понимая, что друг прав.
- Я еще даже не начал! Только у тебя хватило ума назвать девочку, которая тебя любит – шлюхой.
- В смысле? – изумленно поднялись темные брови.
- Ты совсем слепой, да? Любит она, тебя, идиота. Не понятно за что. Вот только как ты будешь прощение вымаливать – ума не приложу. Посиди тут, подумай. Я уехал, буду на телефоне, - безопасник закрыл документы в ящик стола, привычно оставляя девственно чистую поверхность.
- Куда собрался?
- Не знаю как тебе, - поднялся Костя на ноги, - а мне девочка дорога. Еду искать.
- Я с тобой.
- Как хочешь. Очень надеюсь, что с ней ничего не случилось. Иначе, Вань – сломанный нос тебе гарантирован.