Глава 70

Прямо из здания суда полетела в место, что когда-то давно являлось моим родным домом, сейчас же кроме ярости, граничащей с ненавистью к собственной родительнице и виновнице выпавших на нашу голову бед, я не испытывала ничего. Больше всего бесило, что натворившая делов мать после моего опровержения её возмутительного обвинения в том, что Николас Кан меня якобы похитил, изнасиловал, заделал ребенка и держал всё это время под замком, опять-таки периодически насилуя (боже, проговариваю это обвинение, и волосы шевелятся от этой мерзкой лжи), она взяла и попросту сбежала из суда.

Вот так вот просто. Услышала моё заявление, что обвинение — самая наглая гнусная ложь, побледнела до синевы, а затем встала и… ушла. Просто ушла, твою мать! Даже не посмотрела в мою сторону.

Меня подкидывало от ледяной ярости, а крылья за спиной не менее гневно трепетали, благо я была в машине, и никто не видел проявление магии масрей. До скрипа оплетки сжимая руль, гнала машину. Ну, мама, только попробуй сбежать и из Лондона до того, как я до тебя доберусь! Найду, и не знаю, что с тобой сделаю!

Несколькими часами ранее

Вспышки фотокамер неприятно слепят, от спертости воздуха из-за скопления народа в зале, где проходит предварительное судебное заседание, и давящей энергетики высших меня неприятно мутит. К горлу подкатывает тошнота, а малыш в животе возмущенно пинается, сходя с ума вместе со мной. Боли я уже просто не чувствую, что такое физическая боль в сравнении с душевной? А душа плакала, глядя на Николаса, торчащего за решеткой.

Крепко зажмурилась. Сколько можно посылать на наши головы кары? За что, твою мать? Только разобрались с советом, только от нас отстали, и на тебе, приплыли!

Покрытый слезливой пеленой взгляд выхватывает мрачное, суровое лицо Исайи Кана, затем — обеспокоенных, хмурых подруг, их образы сливаются в одно размытое пятно, из глаз брызжут предательские слезы.

Мой бывший босс и отец моего ребенка в одном лице резко поднимается под раздражающий окрик прокурора, тревожно впивается пальцами в прутья клетки, куда его несправедливо засунули, словно дикого зверя. Ник просит меня быть сильной, успокоиться и очистить рассудок, но сейчас для меня это что-то за гранью, тяжело вынести предательство родного человека. Поверить не могу, что она это всё сделала.

Судья недовольно прочищает горло и суровым тоном вопрошает:

— Мисс Абервуд, вы в состоянии дать суду показания, или удалить вас из зала заседания?

— В состоянии.

— Хорошо, прокурор, прошу, повторите пострадавшей вопрос.

Моя мама истерично всхлипывает, натыкается на мой обозленный и полный горечи взгляд и стыдливо отводит свой. Вот же… слов нет. А ведь она хорошо чует моё к ней пренебрежение, и оно неудивительно, ведь именно мама, действуя «во благо», заварила эту кошмарную кашу. Как говорят, благими намерениями выстелена дорога в самое пекло. На дно ада! Моя собственная ненависть душит горло. Как странно испытывать к той, что родила, подобное чувство.

— Мисс Абервуд, — тем временем тянет прокурор, — ответьте: это правда, что три с лишним месяца назад вас похитил Николас Кан, генеральный директор известного гейм-холдинга и ваш непосредственный начальник, после чего насильно удерживал всё это время в неком секретном бункере и подвергал вас моральному и физическому насилию? — красноречивый мерзкий взгляд на мой живот.

Очередная вспышка вибрирующих голосов раздражает. Поджимаю губы, с осуждением глядя на стервятников. Нет, не нужно было возвращаться на Землю, лучше бы я померла в родах, чем выносить весь этот позор.

— Мисс Абервуд, — гремит и напирает прокурор, — отвечайте на вопрос, или ваше молчание будет расцениваться как положительный ответ!

Собравшись с мыслями, заявляю твердо:

— Это ложь. Самая мерзкая ложь, которую можно только придумать. Миссис Абервуд оклеветала мистера Кана.

— Вот как? — ухмыляется прокурор. — И у вас есть доказательства?

Мой взгляд сталкивается с взглядом Исайи, кузен моего Ника уверенно кивает. Прикрываю ресницы, что же, пусть я окажусь в ещё большем позоре, предоставив документы медицинского освидетельствования, и плюсом судье предоставят тайную информацию реальной тайны нашего с Каном исчезновения и всем также станет известна моя сущность, чем Николаса Кана и отца моего ребенка запрут ни за что за решеткой.

— Есть, доказательства есть, — резко открываю глаза, глядя равнодушно на покрасневшую мать.

Силой выбиваю дверь материнской квартиры и сталкиваюсь с ней же, испуганной до усрачки, в дрожащей руке — уже собранный чемодан. Готовилась, значит. Щелчком пальца вставив дверь в пазы, надвигаюсь на родительницу, воздушным лассо опутывая её по рукам и ногам.

— Лина?! Как ты… Что ты… Ты владеешь магией?!

— Представь себе! Как ты могла, мама? Как ты могла так со мной поступить, поступить так с собственным внуком? Как ты вообще можешь жить после такого?

— А что мне было делать? — кричит мать. — Этот подонок обрюхатил тебя, не пройдет и несколько месяцев, как он бросит тебя! И ты останешься одна. Пусть лучше ублюдок сидит за решеткой, а его клан исправно платит тебе деньги, чем ты останешься одна с дитем на улице.

— Вот как? — закрываю ладонью лицо. Бешенство притупляется. — Ты просто боялась, что Ник поступит со мной так же, как и отец?

— Да! Да! Эти мерзкие алии…

— Ты сама алийка, мама! — женщина осеклась, таращась на меня с ужасом.

— Откуда ты знаешь? Это не важно! Важно то, что все алии гнусные предатели!!!

— Ты прости, мама, но ты такая дура, — устало сказала, усаживаясь на диван. — Просто идиотка, погрязшая в ненависти и винящая всех и вся в своих неудачах.

У мамы отвисла челюсть.

— Линара!!!

— И отец тебя не предавал. Он всё это время валялся мертвым в склепе, попав под проклятие вампиризма на Альтерасе.

— Что ты несешь?! — взвизгнула раздраженно.

— Твоя дочь говорит чистую правду, — от раздавшегося знакомого мужского голоса мурашки по коже. — Здравствуй, любимая.

— Отец! — радостно вскрикнула и бросилась на шею высокому статному мужчине. — Ты смог переместиться.

— Как только так сразу, дочь.

— Линарес… — бледная как полотно мама рухнула на пол, уставившись на отца как на мертвеца. — Не может быть…

Обернувшись к матери, сухо сказала:

— Свою историю, как видишь, он тебе сам расскажет. Но знаешь, что, видеть тебя я пока не готова.

— Линара, доченька, — начал было отец и осекся о мою выставленную руку.

— Не сейчас.

— Ох, любимая, что же ты натворила…

В круглых глазах матери вспыхнул жаркий гнев. За её спиной раскинулись зеленоватые крылья, злобно сыпалась пыльца. Удовлетворенно кивнула: значит, мама тоже была масрей. И только многим позже я узнала, что мама была полукровкой, её отец являлся чистокровным человеком, и только в момент сильного потрясения от встречи с отцом её сущность пробудилась, как и моя в том гроте, когда меня нашел Ник.

— Не называй меня так, ублюдок! Ты бросил нас!!!

— Да, но я этого не хотел.

— Оставил одну!

— И этого тоже.

— Ненавижу!!!

— А я тебя люблю.

Тихо прикрыв дверь, немного опустошенная, спускалась по лестнице к чистому воздуху. Мать я могла понять, но простить — не так сразу. Глянув на часы, вздохнула, нащупывая в кармане ключи от особняка Ника в РаунджДелле, которые мне дала Криста сегодня утром, сообщив, что этот дом теперь по праву наш с ребенком, какой бы итог суда ни был. Именно туда я и собиралась ехать, больше попросту некуда, если только в мотель.

Постояв немного на крыльце, двинула к машине. Неожиданно низ живота обхватили чужие руки. Не успела я испугаться и возмутиться, как любимый голос обжег ухо.

— Подвезете до РаунджДелла, мисс? Слышал, нам с вами по пути.

— Николас! — взвизгнула радостно, разворачиваясь в любимых руках и жадно, недоверчиво разглядывая черты дьявольского лица, с наслаждением зарылась в светлые пряди волос. — Поверить не могу, тебя отпустили?

— Сразу же после предоставления доказательств. Меня оправдали.

— Боже мой. Слава магии, — за спиной предательски затрепетали крылья.

— Идем домой?

— С тобой хоть на край света или в Альтерас.

— Хм, — хитрые искорки в синих глазах. — Я подумаю над вашей заманчивой идеей.

…Вот только до Раунджа мы не доехали. Неожиданно у меня начались схватки раньше срока, и мы срочно поменяли траекторию и помчали как ошалелые в роддом, а спустя буквально полтора часа на свет с помощью кесарева сечения появился наш сын.

Коллинз. Дьявол клана Кан и внук принца крови Аль-Тар.