1.3

Так. Усилием воли я откинул навязчивые мысли. Вместе с психотерапевтом мы учились разматывать их из вязкого болезненного клубка целый год. Теперь я хорошо с ними справлялся.

– Так, ловим корабль на буксир, – сказал я Тайсону.

– Есть, сэр. Мы настроим систему.

– Я уже настроил, – мой палец нажал на жёлтую кнопку загрузки команд. – Просто контролируйте работу. Через тридцать секунд буду у вас.

– Есть, сэр.

Когда я оказался в стыковочной рубке, там все бегали, как угорелые, отслеживая работу, на ходу внося корректировки.

– Сэр, корабль зафиксирован, – принес мне хорошую весть Тайсон, надеясь, видимо, что за это я его не уволю.

– Вижу.

– Сенатор на связи, сэр! – сказала оператор Джиллиан.

В этот момент я подумал, что сейчас уволят меня. С моей станции, безопасность которой я выстраивал долгих два года. Из-за чего? Я судорожно вспомнил, как проверял систему за десять минут до стыковки. Был точный расчёт. Там не могло быть ошибки. Только, если? На корабле сенатора что-то пошло не так. Или? Да нет, не может быть никаких “или”. Пилоты сенатора напортачили.

– Сэр, рад вас приветствовать, меня зовут Зиг Тореас, я начальник системы безопасности станции «Платинум». Ваш корабль «Ладья» зафиксирован, всё под контролем, начинаем стыковку.

– Мистер Тореас, что произошло? – спросил бледный сенатор.

Он был напуган, и наверное, поэтому не злился. Состояние не то.

– После того, как вы взойдете на станцию, мы инициируем расследование инцидента. Ситуация стабилизировалась.

– Понял. Стыкуемся, – он кивнул капитану «Ладьи».

Адреналин стучал у меня в ушах и даже не собирался исчезать из крови. Но я был уверен, что выгляжу абсолютно спокойно. Как всегда. Чтобы не случилось, я вернул контроль.

Через десять минут я и начальник станции Фабиан Лускетти встречали гостей в посадочном модуле.

– Тореас, что это, твою мать, было? – рыкнул начальник мне в лицо.

– Первичный анализ указывает на ошибку пилотов «Ладьи».

Пена, которая едва не полилась изо рта Лускетти, отхлынула. Он свернул губы трубочкой и медленно выдохнул.

– Я знаю тебя давно, ты из тех, кто предусматривает всё. Почему ты не предвидел такой вариант?

– Человеческий фактор, сэр, штука непредсказуемая.

– Так, я не хочу, чтобы начальник службы безопасности даже слово такое произносил «непредсказуемый»!

– Хорошо, сэр, мы проработаем модели таких ситуаций.

Лускетти хотел добавить что-то ещё, но шлюз открылся, и в помещение ввалилась огромная делегация. Сенатор в чёрном старомодном фраке, помощники и помощницы, журналисты, просто какая-то пёстрая толпа. Одна стройная девушка в голубых джинсах прикладывала платок к носу. Черт, всё же есть пострадавшие… от этой мысли на языке загорчило. Я издалека внимательно осмотрел девушку, повреждений больше не было. Но кивнул медику подойти к ней и проверить.

Перевел взгляд на следующую гостью, идущую за пострадавшей. Я сам себе удивился, как завороженно смотрю на переливы белого атласного костюма, на блестящие складки материала, обволакивающие длинные ноги. На тонкие щиколотки в изящной лодочке туфлей с острым каблуком, которые звонко тарабанили по железному полу.

Когда я поднял взгляд выше, увидел привлекательное лицо с карими глазами, каштановые локоны обрамляли его мягкий овал.  Расслабленные полные губы. Симпатичная. Против воли я задержал взгляд.

А женщина и шла медленно, словно наслаждаясь вниманием, цепляя на крючок. И до меня вдруг дошло, что она журналистка, эти вот коршуны так и вьются, чтобы спикировать и вырвать из тебя кусок плоти побольше.

Она ещё и смотрела так, словно гвоздь в крышку чьего-то гроба был уже у неё в руке, молоток занесён.

Да, вполне возможно, что в мой гроб.