Глава 9. Погибельная красота

~Фиби~

Зиг не отстранился от меня и молча глядел на Патрика прожигающим взглядом. Зиг был напряжён, как тигр, готовящийся к прыжку. Потирал кулак, словно раздумывал, а не врезать ли Патрику.

Ревность Зига меня будоражила, в ней было что-то горячее. Я сильно нравилась ему. От этого сладко крутило в животе.

Но потом до Зига, вероятно, дошёл смысл слов Патрика. Он мотнул головой, сосредотачиваясь, и спросил:

– Кто? Он в лифте?

– Да, – Патрик с полуухмылкой оглядел руку Зига на моей талии. В иной раз он непременно бы отвесил какую-нибудь шуточку. Однако момент к подколкам не располагал. – В лифте. Только пока у меня нет доказательств.

– Слушай, а ты точно разведчик? – спросил Зиг, делая шаг к Патрику. – Прикрытие у тебя дурацкое…

Я почти физически ощутила его раздражение. Кулаки сжаты, брови нахмурены – Зиг не доверял Патрику абсолютно. Да и у меня было слишком много вопросов. Хотя я и знала его с детства.

– Какое было, мистер Тореас, – Патрик не отступил ни на сантиметр, выдерживая его взгляд. – Мне пришлось внепланово вмешаться, потому что вы стали мишенью диверсанта.

– Почему разведка изначально такое допустила?

– Тише, – лицо Патрика стало суровее. – А, может, это вы допустили? Почему самую простую работу вы делаете сами? Не доверяете своим сотрудникам?

Зиг скривился.

– Доверяю, но себе доверяю больше всех. Что там с диверсантом?

Я напряглась в ожидании имени. Глядела на рот Патрика, чёткую линию губ, представляя, как он произносит имя по буквам, словно в замедленной съёмке. Ну же, назови…

– Я видел, как он высматривал на 3D-панели лифт со всех сторон, – сказал Патрик, а я разочарованно выдохнула. Голоса небесных тел, ну почему нельзя просто назвать имя?! Патрик заметил моё расстройство и усмехнулся, продолжив: – И он сосредоточился на моменте, когда лифт прибудет на смотровую площадку перед Платинумом. Думаю, что он планирует диверсию именно в тот момент.

– Так, иди и скрути его? – сказал Зиг. – У тебя же есть всякие шпионские штуки для мгновенного убийства?

– Кажется, у диверсанта есть заложница, – раздражённо выдохнул Патрик. – И…

Стоп, что? Я воскресила в памяти ряды кресел и гостей в них. Кто сидел парочками? Сенатор и секретарша, Лускетти и девушка-оператор, Лана и…

Патрик не успел договорить, дверь на балкон начала с шелестом открываться.

– Быстро прячьтесь, – сказал он. – Живо, оба.

Зиг осторожно прихватил меня за талию, открыл какую-то потайную дверь и мы оказались в небольшой тесной каморке. Кажется, здесь хранили уборочный инвентарь. Патрик почему-то решил спрятаться вместе с нами. Я ощутила себя котлетой между двумя булочками в бургере.

Причём лицом я была к Зигу, прижималась к его огромной твёрдой груди, а сзади ко мне плотно прилегал Патрик. Его дыхание жаром ощущалось на шее, вызывало мурашки вдоль позвоночника.

– Какого чёрта? – тихо шикнул Зиг, когда понял, что Патрик с нами. – Ты зачем спрятался?

– Там наш диверсант, – сказал Патрик. – Интересно, почему он тут ошивается? Мы ещё не прибыли на смотровой этаж.

Зиг обхватил меня обеими руками, прижал к себе так крепко, что и дышать стало сложно. Затем он положил ладони мне чуть повыше талии и поднял, как ребёнка. Осторожно перешагнул так, чтобы мы с ним поменялись местами, и моё тело больше не соприкасалось с телом Патрика.

Упоительно. Это было так мило и упоительно, что я даже дар речи потеряла, не сумев не то что возразить, даже охнуть. Только глаза прикрыла, наслаждаясь.

– Так иди, проверь? – сказал Зиг Патрику. – Чего тут щемишься?

– Мне не хотелось выдать свою заинтересованность, – сказал Патрик, жаль я не видела его лица за огромной фигурой Зига. – Кажется, он ушёл.

С этими словами Патрик открыл дверь и вышел, захлопнув её обратно. Вышел. Так и не сказав имя… Кого он там подозревает?

– Тебе нравится держать меня на руках? – спросила я у Зига, только сейчас заметив, что ещё парю над полом, прижатая к мускулистому телу.

– Прости, – сказал Зиг и осторожно опустил меня на пол.

– Вообще-то, мне понравилось, – довольно улыбнулась я. – Может, когда не будем охотиться на диверсанта, повторим?

Я ощутила, как он напрягся на мгновение. Будто я сказала что-то слишком. Слишком неприличное. Или слишком приятное. Он коснулся ладонью моего плеча, поднялся на шею, осторожно трогая большим пальцем щёку. Странно было от таких больших рук чувствовать такую пробирающую до костей нежность.

– Неплохая идея, – сказал он, отрывая руку.

А мне без неё стало как-то холодно. Пусто?

– Идём искать диверсанта? – спросила я.

– Мне нужно вернуться в рубку управления, – сказал Зиг. – Высматривание диверсантов в толпе не мой профиль. Буду отслеживать работу лифта, координировать охрану, может, пойму, что имперец задумал.

Мне не хотелось отпускать Зига, хотелось пойти с ним. Только вот искать диверсантов в толпе вполне себе часть моего профиля. Пусть и такая, довольно факультативная.

– Я останусь в пассажирской кабине, – сказала я.

Зиг тяжело выдохнул.

– Я хотел бы попросить тебя пойти со мной, – пробормотал он. – Только знаю, что ты откажешься… Силой тебя, что ли, тащить?

– В кабине от меня будет больше пользы, – я пожала плечами и постаралась сделать самое невинное выражение лица. – Могу быть глазами и ушами.

– Ладно, – он открыл люк наверху, там была пожарная лестница.

– Ты тоже будь осторожен, пожалуйста, – сказала я. – У меня скоро сердце не выдержит за тебя переживать.

Он поцеловал меня сначала в лоб, исходящее от него тепло пьянило. Потом он коротко коснулся губами моих губ. Слишком коротко. Слишком быстро. Я сжала его руку, когда он отворачивался к лестнице.

– Иди к остальным пассажирам, – сказал он. – Скоро остановка.

Я проводила его широкую спину взглядом. И то, что ниже, разумеется, тоже, пока Зиг не исчез полностью в люке. Твою мать. Если бы не диверсант, наши с Зигом посиделки в тесной каморке вполне могли бы закончиться раздеванием. Я даже закусила губу, стараясь угомонить оживившуюся фантазию.