Глава 12. Автономная элиминация

~Зиг~

Ненависть к Крюгеру заставила мою грудь пылать. Я нацелил пистолет на него. Но смотрел вовсе не на Крюгера – на Фиби, сидевшую на коленях у его ног. На её побледневшем лице смешались одновременно страх, облегчение и восторг. Восторг, что я пришёл.

Жива. Но вот бластер, нацеленный ей в затылок будто говорил, что это лишь пока.

– Крюгер… –  пренебрежительно вырвалось у меня изо рта. –  Ты же со мной работал почти с самого начала… Мы здесь вместе следили за сроками… За порядком.

– Внедрение было таким долгим, что уже начало меня раздражать, – усмехнулся Крюгер. – Особенно раздражал ты.

– Тем, что помогал? Помню, ты как-то чуть не сорвался в шахту лифта…

– Этим особенно. Супергерой многостаночник. Думаешь, ты такой незаменимый?

Его голос звучал так легко, но чуть дергано, как это бывает у людей, которые вынуждены были долго скрывать правду, и им уже не терпелось её рассказать. Я аккуратно сделал шаг вперёд. Страшно разочаровываться в своих людях, в особенности в тех, кому доверял.

– Отпусти её, –  я кивнул на Фиби. – Она здесь не причём. Просто журналистка.

– Нет, –  ухмыльнулся Крюгер и потянул Фиби за волосы, заставляя встать на ноги. – У меня на неё планы.

Он омерзительно грубо провёл рукой по талии Фиби и прижал к себе. Ярость полыхнула во мне до потемнения в глазах, но реализовать я её не мог. Проклятый излучатель бластера целился Фиби уже в висок.

Я отвернулся на мгновение, чтобы набраться сил и просто осмотреть корабль. Что мне здесь может помочь убрать Крюгера быстро и очень болезненно.

–  Даже не пытайся, Сигизмунд, – рассмеялся тот. –  Сенатор обречён, станция обречена, ты… обречен…

Рука Крюгера поднялась выше, коснулась груди Фиби. Смяла её сквозь чёрную водолазку. Фиби скривилась от отвращения, в тёмных глазах проскользнула безнадёжность. Я просто загорелся изнутри. Вспыхнул, как факел. Только в данную минуту ничего не мог сделать. Крюгер держал палец на спусковом крючке бластера.

– Опусти пушку, – сказал он и бросил мне наручники. –  Надень их. Я подумал, что мне нужна компенсация за полтора года мучений. Хочу, чтобы ты тоже страдал. Увидишь, как сгорит сенатор, увидишь, как я развлекусь с твоей подружкой…

Я скрипнул челюстями. Твою мать. Но в данной ситуации мне нужно было потянуть время. Сенатор. Чёртовы бомбы. Я увидел на столе у иллюминатора планшет. Возможно, там и программа управления этими бомбами? Нужно время. Время, которое мне придётся смотреть, как Крюгер лапает Фиби?

Всё ещё не разжимая челюстей, я опустил пушку. Положил на стол и Крюгер сразу же беглым движением забрал её. А я взял наручники и застегнул их сзади на запястьях.

Фиби смотрела на меня с отчаянием и какой-то надеждой. Будто бы ждала, что я, как фокусник, достану из кармана загрузки ещё один бластер и пристрелю Крюгера. Этот её взгляд напомнил мне тот, каким она смотрела на меня, когда я успел залатать дыру и спасти всех, кто был в пассажирской кабине. “Ты мой герой”, – так она сказала. И я захотел услышать это вновь.

Крюгер хищно и довольно улыбнулся. А я услышал писк его планшета. «До детонации осталось пять минут», – раздался комментарий управляющей консоли. Пять минут. Как мало.

Мы переглянулись с Фиби, и я постарался сказать ей своим взглядом, что всё будет хорошо. Всё будет хорошо. Мы справимся. Вместе. Мне бы только добраться до чертова планшета. А потом убить бы Крюгера. Душить медленно, смотреть, как из него уходит жизнь.

Не знаю, что поняла Фиби, но паника в её глазах отступила. Конечно, я мог дать ей напрасную надежду на спасение, но точно знал, что чем бы там всё не закончилось, я всё сделаю, что в моих силах.

Сразу же кулак Крюгера врезался мне в лицо. Удар заставил меня плюхнуться в кресло ремонтника.