14.3

~Зиг~

Едва мы с Фиби прошли через стыковочный рукав на станцию, к нам подошёл Тайсон. Я почему-то совершенно не переживал, что кто-то что-то не так поймёт. Я расставил приоритеты. Поэтому держал Фиби за руку.

– Лускетти зовет на разговор… – Тайсон выглядел напряжённо.

–  Пойдём. Я ему башку оторву… – я действительно сейчас готов был это сделать.

–  Не вас... –  как-то траурно проговорил Тайсон.

–  А кого?

Я увидел, что мой бывший заместитель смотрит на Фиби.

–  Её… –  на этих его словах ко мне подошёл один из охранников.

– Меня? – Фиби изумлённо распахнула глаза.

–  Да,  – Тайсон кивнул и перевёл взгляд в мою сторону. – А вас приказано взять под стражу.

– Опять? – я глухо выдохнул. Драться со всей службой безопасности совсем не хотелось. – На каком основании?

На секунду в голове мелькнула дурацкая мысль, а не из-за того ли это маленького кусочка платины, что я взял для Мейсона?

– Извините. Я… не могу сейчас ничего сделать, – как-то совсем удручённо оправдывался Тайсон. – О чём пойдёт речь с мисс Экспосито тоже не знаю. Пройдёмте.

Тайсон склонился к моему уху и тихо прошептал:

– Алекс вас для вида заведет на гауптвахту, в камеру сажать не будет. Чаю попьёте. Поговорите.

Я примирительно кивнул. Хоть не в камере сидеть. Медленно я разжал ладонь, отпуская руку Фиби. Мне ужасно не хотелось.

– Я думаю, что это какие-то проверки, Фиби, – я провел пальцем по её раскрасневшейся от волнения щеке. – Меня ж увольняли, в карцер сажали. Проверят, отпустят. А ты иди, поговори с этим упырём. Может, он прощения за Крюгера будет просить?

– Возможно, – улыбнулась Фиби.

Через несколько мгновений они скрылись с Тайсоном за углом коридора. У меня почему-то в сердце стало больно. Всё будет нормально. Не повесит же Лускетти на меня этого диверсанта? Или поломку лифта?

– Я очень не хочу надевать на вас наручники, – сказал Алекс. – Вы всех нас спасли.

– Так и не надо, – усмехнулся я. – Куда мне бежать-то? Обратно на Платинум?

– Там красиво, – засмеялся Алекс, кивая мне в сторону лифта. – Только жаль, атмосферы нет.

– И платина невкусная…

Когда мы подошли к гауптвахте, Алекс открыл гермодверь ключ-картой. На гауптвахте было всё так же удручающе-сумрачно, как и день назад. Опять лампочки, что ли, перегорели. Даже руки зачесались вызвать техников. Но я вовремя вспомнил, что больше не начальник безопасности. Да и лампочки никогда не были в моей компетенции. Просто любил, когда везде порядок.

– Боюсь, если вы уйдете, станция в один прекрасный момент упадёт на планету… – усмехнулся Алекс, будто прочитав мои мысли.

– Никуда не упадёт, у нас тут целый штат инженеров, – улыбнулся я, когда мы вошли в помещение.

На этот раз, надеюсь, никакого газа не будет. Это было дело рук Крюгера.

– Боюсь, мистер Тореас, что Лускетти, чтобы выгородить себя, подставит вас… – Алекс указал мне на кресло рядом с камерой. – У меня просто язык не поворачивается попросить вас зайти в клетку.

– Вот и хорошо, – я сел в кресло и грустно уставился в потолок, волнуясь за Фиби.

– Знаете, что я подумал, – вдруг сказал Алекс. – Что бы там Лускетти ни предъявил вам, я разделю с вами и штраф, и срок. Думаю, что все мы… Вся служба безопасности.

– Спасибо, конечно, но думаю, что всё обойдётся, – на душе стало как-то гадко.

Штраф и срок… Я должен быть на Земле через неделю. А если какое разбирательство, то я точно не успею.