14.5

~Зиг~

 

Десять минут назад Алексу на комлинк пришёл приказ освободить меня. Я просто уволен и могу улетать со станции. Собрать свои пожитки. А документы все уже оформят постфактум. Вбежавший на гауптвахту радостный Тайсон попросил меня задержаться, чтобы ещё немного его постраховать.

После напряженного ожидания меня охватил осторожный восторг. Он мягко играл в крови.

– Стивен, – сказал я своему бывшему заместителю, – Я могу задержаться максимум на день. Мне нужно к семье. Давно их не видел.

– Ну ладно, организую вам завтра челнок до ближайшей перевалочной станции, – грустно пожал плечами Тайсон. – Спасибо, что спасли наши задницы, сэр.

– Ты получил хороший опыт, – я похлопал его по плечу. – Уверен, что освоишься. Ты же так этого хотел…

– Спасибо.

В груди вдруг к радости примешалась странная тревога.

– Как там Фиби? Что ей наговорил Лускетти?

– Не знаю, но вылетела она из его кабинета пулей. И расстроенная.

– Так. Я должен с ней связаться…

Тайсон многозначительно кивнул мне:

– У вас это… Что-то было?

Я шикнул на него и вышел с гауптвахты. На душе расползалось какое-то скверное чувство. Решив в него не углубляться, я достал из кармана передатчик.

«Ты где, малыш?», – написал я.

Ответ не приходил. Я быстро заскочил к себе в каюту. Взял коммуникатор на замену своему потерявшемуся во время падения челнока на Платинум.

– Дин. Это Зиг. Фиби с тобой? – сходу выпалил я, когда он принял вызов.

– Привет… Да, мы с ней идем по стыковочному рукаву…

– Стыковочному рукаву?

Сердце йокнуло.

– Да, через десять минут вылет. Улетаем вместе с сенатором.

Десять минут. Я моментально сбросил вызов.  Помчался к лифту, мне до стыковочного рукава добираться минут девять.

Я…

Должен успеть.

Коридоры пролетали мимо размытыми полосами. В груди жгло. Почему Фиби мне не сообщила? Испугалась лететь со мной на свадьбу? Испугалась моей ненасытности? Ревности?

Пока спускался в лифте, пытался силой мысли заставить его двигаться быстрее. Смешно. Но я на всё готов был, чтобы успеть. Выпрыгнуть в открытый космос? Да, пожалуйста. Но это бы не помогло.

В голове всплывали сцены нашей близости. Мои руки на груди Фиби. Может, не стоило пугать её своими контролерскими замашками? Не надо было больно щипать за сосок?

Приехав на нужный этаж, я едва не снес слишком медленно открывающиеся двери.

Нет. Мне казалось, что Фиби понравилась моя сексуальная игра. Я же без всякой злости. Да и не злился я даже на то фото сына. Времени много прошло. И я понимал, что Фиби на это решилась от отчаяния.

До рукава я добрался за восемь минут, но его уже убирали.

В уши врезался свист сервомоторов. Рукав отсоединялся от корабля. Но был только в самом начале этого процесса.

– Мистер Тореас! – закричал мне вслед техник.

– Поставь на паузу отсоединение! – приказал ему я, словно забыв, что больше здесь не начальник.

Конечно. Отсоединение продолжилось. Пол под моими ногами вибрировал. Н-ну, куда она? Почему убегает? Я не дам ей уйти просто так. Да и вообще. Не позволю ей уйти.

– Поставь на паузу соединение! Это вопрос жизни и смерти! – проорал я технику, перекрикивая гул приводов.

Казалось, всё. Я не успею. Но вдруг вибрация прекратилась. Стыковочный рукав так и остался соединным с «Ладьей», кораблем сенатора.

Техник всё-таки меня послушал.

Я подскочил к ещё не до конца закрытому шлюзу корабля, протиснулся в щель. Оказался на борту. В первом отсеке было пусто, видать все сели на места.

Я прошел дальше. Увидел сидящих на просторных сидениях людей. Фиби не увидел сразу.

Выкрикнул её имя.

Никто не отозвался. Только охранники сенатора повставали с мест. Направились ко мне. Вдруг позади одного из них я заметил Фиби. Красную от слез. Твою мать. Что такого ей сказал Лускетти?

– Мистер Тореас… – начал было один из охранников.

– Всё в порядке, я сейчас уйду, – я поднял руки вверх. – Только хотел у вас одну пассажирку украсть…

Фиби подняла на меня голову.

– Ты же обещала мне снять сюжет про работников службы безопасности станции, – взволнованно начал я.

– Зиг… – Фиби закусила губы. – Мне нужно лететь… я плохой журналист. Сюжет получится не очень.

По её щекам потекли слëзы.

– Мистер Тореас… – один из охранников положил мне ладонь на плечо. – Вы задерживаете вылет сенатора.

– А я думаю, что очень хороший, – улыбнулся я Фиби, игнорируя протесты. – Пойдем со мной. Я никуда не уйду. Скоро начнётся драка.

Охранники достали бластеры.

– Ну или расстрел.

– Фиби! – выкрикнула белокурая девушка, кажется, Лана Ласкарис. – Да иди ты уже с ним! Хватит комедию ломать…

Дин отстегнул ремни, которыми Фиби была пристегнута.

– Иди! Всю жизнь жалеть же будешь…  – негромко сказал Дин.

Фиби наконец-то встала, я тут же подхватил её под руку, и мы вместе под щелчки дронов-фотографов вышли в шлюз, а затем и сбежали по стыковочному рукаву.

Я так крепко сжал её руку, что даже испугался, что сделал больно. Едва мы оказались в холле административного этажа, я прижал её к стене и заглянул в глаза:

– Что это было, Фиби? Ты хотела меня бросить?

Она отвела взгляд. Прикусила губу. Черные волосы липли к её мокрым от слез щекам. Это было так больно видеть.

– Ты не понимаешь… У меня большие долги. Ты… ты… даже себе представить не можешь, насколько, – её голос звенел виной и стыдом. – Мой кредитор меня везде найдет… Я боюсь, что он испортит свадьбу твоей бывшей жене… и жизнь тебе.

Она помолчала, но только я попытался открыть рот, как Фиби приложила палец к моим губам.

– Мне здесь нужна была сенсация, чтобы не попасть в грёбаный бордель мистера Петерса… Теперь я даже не знаю, что делать…

– Так… – я убрал её пальцы от своего рта. – Ты какого-то мафиози испугалась? Я же начальник службы безопасности. Защитим свадьбу Мартины по первому классу.

Фиби не ответила, грустно уставилась в потолок, пытаясь удержать слезы. Я приложил её руку к своей груди.

– Слышишь, как бьется? Это от страха, что ты улетишь от меня… Да я сам этого Петерса убью… Слышишь.

Фиби понемногу успокаивалась. А я целовал её щеки.

– Придумаем что-нибудь. Но на свадьбе он тебя не найдет, – я коснулся губами её шеи. – Сегодня вытащим из тебя чип, а завтра полетим… Со мной ты в безопасности, малыш.

– Правда? – тихо спросила Фиби, прижимаясь ко мне.

– А ты не чувствуешь?

– Чувствую, – она прижалась ко мне крепко-крепко, и я едва не сошел с ума от счастья.