Глава 47

– …и вот сейчас, когда наше правительство делает всё возможное, чтобы обелить ведьм в глазах населения, вы устраиваете такое!!! – закончил свою речь ректор.

Мы с девочками, опустив головы, стояли посреди большого кабинета начальника академии и старательно делали вид, что прониклись и осознали всю тяжесть своего проступка. Матиас и Бальтазар тоже находились в кабинете, но в отличие от нас, один стоял рядом с ректором и хмурился, а другой сидел на подоконнике и лениво улыбался, сверкая своими наглыми глазищами, ну ещё иногда подмигивал, поймав мой взгляд, чем очень смущал меня, веселил подруг и вызывал негодование Матиаса, неодобрительно и даже как-то ревниво наблюдавшего за поведением своего товарища. Ага, ни капли серьёзности…

– А позвольте поинтересоваться…

– Что вы хотели узнать, студентка Корвус?

– А что конкретно делает правительство, чтобы обелить ведьм?

– Да всё… – взмахнул руками ректор Митраус.

– А, понятно, значит ничего! – сделала вывод я и вздохнула.

– Как это "ничего"?! Разве вы не читали последние выпуски наших журналов? – удивился мужчина. – Да вот же! Полюбуйтесь!

С этими словами он протянул нам стопку красочных изданий. Мы с девочками разобрали их и, не скрывая любопытства, поспешили ознакомиться с тем, как нас "обеляют", периодически обмениваясь экземплярами. Нда. В каждом журнале действительно опубликовали по маленькой статейке с воспоминаниями очевидцев о том, как хорошо жилось раньше, когда почти в каждом населённом пункте была ведьма. И такие они были хорошие, и любую помощь в любое время оказывали, и выслушать могли, и советом помочь, и из беды выручали, и семьи восстанавливали, и… всё абсолютно бесплатно! Прямо не ведьмы, а крестные феи какие-то. А в последней статье писалось, что уже в ближайший год, благодаря королям и королеве Зарнии, в деревнях появятся первые такие расчудесные травницы-ведьмы. Как вам? Мы были в шоке.

По мере прочтения у нас с девчонками брови лезли на лоб, а руки, занятые журналами, стали просто невыносимо зудеть. Вернув макулатуру, мы возмущённо уставились на ректора. Но тот не замечал нашего негодования и гордо улыбался, довольный собой, поглядывая на нас свысока, мол, видели, как правительство о вас, неразумных, печётся.

Первой не выдержала Стася. Именно её, привыкшую считать каждую копейку, мы дружно назначили казначеем, у которого в условиях ведьминского денежного кризиса, хранились все наши последние сбережения, и который решал, что необходимо купить, а без чего мы пока обойдёмся. Сейчас мы экономили буквально на всём, если бы не питание за счёт академии, то уже умерли бы от голода или не умерли, питаясь одними конфетами от поклонников, но покусали бы кого-то точно. И хоть я и предлагала продать что-то из украшений матери, но Стася уговаривала не спешить, надеясь, что вскоре мы все получим стипендию. Только, видимо, зря.

– Вы издеваетесь, что ли?! – взвизгнула девушка, надвигаясь на ректора, и зло сощурила глаза. – Мало того, что нам стипендию не платят, так вы ещё предлагаете и потом за бесплатно работать?! А вы не думали, на что мы должны жить?!

– Но как же… – наивно захлопал глазами ректор. – Вас же кормят, одевают…

– Кормят?! Одевают?! А ничего, что нам элементарно не на что бутылочки под зелья купить? – принялась загибать пальцы девушка. – Это в порядке вещей, что вместо нормального котла, мы их в кастрюлях, позаимствованных на кухне, варим?! И ничего страшного, что уже три недели спим на голых матрасах, потому что из простыней пришлось сшить мешочки под высушенные травы, потому что другого материала нет, а купить мы не можем?! У нас уже одна последняя баночка шампуня на шестерых осталась! И мы не жаловались, все ждали, когда же нам выплатят стипендию, похоже, напрасно?! Нам не только стипендию, но, как я погляжу, в будущем и зарплату не собираются платить?! Дайте бланки заявлений на отчисление! Мы уходим! Лучше с девочками аптеку откроем или магазин, а по деревням сами ездите и всех страждущих спасайте!!!

– Но как же так? – всполошился ректор. – Вы не можете!

– Это почему же? – упёрла руки в бока Стася, пылая праведным гневом. Мы даже не влезали в разборки, полностью доверив подруге отстаивание наших интересов и ожидая, чем дело кончится. Матиас с Бальтазаром, пока ректор с ведьмой ругались, с не меньшим изумлением, чем мы ранее, знакомились с прессой.

– А мне вот тоже интересно, – вступил в разговор непривычно серьёзный Бальтазар. – Почему девушкам до сих пор не выплатили стипендию? Насколько я знаю, эта статья расходов была внесена в бюджет академии, и я в этом абсолютно уверен, потому что половина повышенной стипендии, предусмотренной только для ведьм, идёт из дарканской казны.

Под потемневшим взглядом демона ректор заёрзал, то бледнея, то краснея.

– Это какое-то недоразумение, лир Аскарелли, – промямлил мужчина. – Я разберусь.

– Конечно, разберётесь, уважаемый! – спокойно согласился Бальтазар. – И в самое ближайшее время, иначе разбираться буду я.

Сейчас демон выглядел настолько опасно, что на месте ректора я бы поостереглась с ним связываться. Да и на своём месте тоже. Только кто б меня спрашивал…

– А насчёт этих публикаций, не волнуйтесь, девушки! – обворожительно улыбаясь, успокоил нас Матиас. – Никто вас без заработной платы не оставит. Если правительство Зарнии желает, чтобы ведьмы оказывали помощь населению бесплатно, значит, само будет платить. Я сегодня же напишу в посольство Даркании, чтобы подняли этот вопрос и проследили за подготовкой всех необходимых документов.

Мы стояли и растерянно хлопали глазами, слушая мужчин. Даже Стася будто сдулась, удивляясь своей лёгкой победе и неожиданной помощи.

– Ну, э, мы пойдём тогда? – спросила я и попятилась к двери, подумав, что на этой доброй ноте лучше по-тихому исчезнуть, пока мужчины не вспомнили, зачем мы здесь собрались.

– Нет! – хором запротестовали демоны, потом Матиас продолжил. – Если у уважаемого ректора больше нет вопросов, мы бы хотели обсудить с девушками сложившуюся ситуацию в моём кабинете.

Ректор махнул рукой, давая понять, что вопросов не имеет, вообще, складывалось ощущение, что он уже и забыл, о недопустимости чего целый час нам вещал. Беседа приняла совершенно неожиданный оборот для самого мужчины, и ему было о чём подумать.

А нас увели. Возле знакомого кабинета уже стояли три когда-то рогатых и волосатых демона. Нас пропустили вперёд, потом зашли мужчины, и в кабинете сразу стало тесновато.

– Что ж, поскольку все заинтересованные лица собрались, располагайтесь, где вам удобно, будем выяснять причины и обстоятельства конфликта между вами, – предложил Матиас, усаживаясь за стол. – Итак, кто мне расскажет, что произошло?

Все промолчали.

– Алиса?

Я пожала плечами, но решила не ломаться и кратко обрисовала ситуацию:

– Трое ваших избили нашего друга, требуя прекратить встречаться с одной из моих подруг. Мы наказали виновных, больше они никого несправедливо не обидят… если, конечно, не хотят постоянно лысеть и лишаться рогов… Всё.

– Так, – многозначительно произнёс Матиас, переведя суровый взгляд на лысых. – Вам есть, что добавить?

– Мы только хотели по-хорошему попросить парня не морочить девчонке голову и оставить в покое, всё равно ему с ней ничего не светит, а он упёрся, – высказал свою позицию тот, кто не так давно заявлял, что наше место в постели, мужей ублажать. – Пришлось объяснять по-плохому.

– А какое вы имеете право решать, кому и с кем что светит? – возмутилась Снежа, сжимая кулаки. – Вас забыли спросить!

– Да вы просто нормальных мужиков не видели, вот и размениваетесь на всякое быдло… – протянул второй.

– Это вы, что ли, нормальные? – завелась Стася. – Да мой Петер лучше десятка таких, как вы!!!

– Ты просто не пробовала, вот и не знаешь, о чём говоришь! – самодовольно ухмыляясь, парировал первый.

– Вот и слава Варкусу! – взмолилась ведьмочка, закатив глаза. – Уберёг…

– Дура! – выплюнул лысый.

– Идиот яйцеголовый! – не осталась в долгу Стася.

– Да я тебя… – взбешённый демон сделал резкое движение в сторону подруги, но мы с девочками сразу выступили вперёд, загораживая её собой, я призвала молнию.

– А ну успокоились! – взревел Матиас, мгновенно оказавшись между нами. – Устроили тут, не пойми что…

– Я смотрю, парням энергию девать некуда, – протянул Бальтазар и обратился к Матиасу. – А я тебе давно говорил, что не выкладываются они на тренировках у оборотня, не выкладываются! Чему волк может демона научить? Да они даже не знают, как меч правильно держать, боевые маги называется, их в горы пусти – ни один живым не вернётся. Я много раз тебе предлагал, раз уж застрял здесь, наших мне отдать, но ты ж упёрся.

– Да, может, ты и прав, – вынужден был признать Матиас.

– Я всегда прав! – самоуверенно и безапелляционно заявил Бальтазар, выпятив грудь и подмигивая нам с девчонками. Позёр. Тана и Росянка хихикнули.

А я задумалась, не родственник ли он моему фамильяру, уж очень интонация похожа.

– Глупости! – проворчал недовольно Корвус в моей голове. – Куда ему до меня…

Ну-ну.

Между тем, безрогие продолжали кидать в нашу сторону свирепые взгляды, не предвещавшие ничего хорошего, и их ненависть адресовалась почему-то в основном мне. Один из таких взглядов заметили и Матиас с Бальтазаром.

– Значит так! – строго произнёс наш куратор. – Студенты Келион, Трескон и Оуэн, перед поступлением в академию вы подписали некий свод правил и были предупреждены, что за нарушение хоть одного из них вам грозит отчисление, без права восстановления. Помните такое?

– Мы ничего не нарушали! – угрюмо возразил до этого молчавший лысый.

– Разве? Пункт три, второй абзац: "запрещается наносить физический вред сотрудникам академии".

– Но это всего лишь конюх! – протестуя, взвизгнул первый.

– Конюх на службе академии! Как бы то ни было, поскольку вы нарушили правило, то завтра с утра должны покинуть эти стены и вернуться в Дарканию. Вашим родственникам сообщат о причинах отчисления, пусть сами занимаются вашим обучением и воспитанием! – сурово заключил Матиас.

– Вы не можете нас отчислить из-за какого-то конюха! – неверяще возразил первый.

– Могу и отчисляю! – непреклонно заявил демон.

– Это всё из-за ведьм! – взревел второй, с яростью глядя на нас. – Вы боитесь конкуренции! Всё из-за рыжей стервы!!! Да она даже не смотрит в вашу сторону, а вы перед ней стелетесь!!! Давно бы в койку уложили! Да я…

Что там "да он", нам не суждено было узнать. Потому что лысый, безумно вращающий глазами и брызгающий слюнями, получил удар в челюсть от стремительно приблизившегося Бальтазара, и упал, смешно взмахнув ногами. Бальтазар же оглянулся на нас, о чём-то задумался, печально вздохнул и, одной рукой ухватив валяющегося демона за рубашку, другой подтолкнул его ошарашенных дружков к выходу, а сам направился следом, не забыв на прощание во все зубы дружелюбно улыбнуться нам и сказать:

– Увидимся, девушки, не скучайте. А сейчас позвольте откланяться – дела! – после чего, всё так же волоча поверженного противника за шиворот, вышел за дверь вместе со всеми лысыми.

А я испытала чувство разочарования, ведь только хотела спросить, как себя чувствуют мужчины после крема: нет ли зуда, жжения, других побочных явлений… можно ли им, наконец, пользоваться или лучше пока не надо?