10. Варвара

— Фу-ух, — валюсь на диван, раскинув руки. Прикрываю глаза.

Квартиру выдраила и вымыла за несколько часов непрерывной работы. Хозяйка не особо старалась, когда сдавала мне ее. Но теперь, в чистоте, стало прям уютнее, что ли. Поворачиваю голову к балконной двери. Надо будет купить хоть горшочки с растениями, а то совсем как-то голо на подоконнике. Снова закрываю глаза.

Нужно приступить уже к проекту. Чем быстрее я с ним закончу, тем лучше: уже с середины марта начнутся практические, будет не до него. Мне нужны автоматы по всему, что только можно. И чем быстрее закончу это задание, тем быстрее из моей жизни уйдет Ярославский. В один момент его стало слишком много. За два дня я с ним наобщалась как на всю жизнь. Тем более рядом с ним мне трудно сосредоточиться и быть серьезной. Он как что скажет, будто почву из-под ног выбивает. И, что самое ужасное, я начинаю понимать, что такого особенного в нем видят девушки и почему к нему тянутся. Уверенность и защита. Он излучает это на километры от себя. Кажется, что он улыбнется — и мир станет добрее. Прибавьте шикарное тело — даже под джемпером всегда видно, как играют мышцы при движении, — и смазливое личико. Ладно, не такое и смазливое, но эти пронзительные серые глаза, особенно когда он смотрит на тебя, кажется, достают самого дна души. Ты хочешь ему верить. Просто. И он обаятельный, особенно когда хочет.

Только это все обман. Он же павлин недоделанный. Не стоит тратить время даже на мысли о нем.

Итак, о чем я? Проект.

Резкий звонок в дверь заставляет сразу подняться. Смотрю на часы, почти семь вечера. Я никого не жду. Может, дверью ошиблись? Но звонок повторяется. Может, это Глеб? После клуба мы так и не созванивались даже. Никогда так подолгу с ним не пропадали — да и это невозможно, когда живешь вместе. Встаю на ноги и торопливо иду открывать.

Удивленно поднимаю брови, когда замечаю темную макушку в глазке.

— Полина? — Открываю дверь и оглядываю девушку.

— Та-дам! — Хозяюшка поднимает пакет в руке. — Сюрприз-сюрприз! Хорошо, что ты оказалась дома. Не знаю, чем ты занята, но сейчас же откладывай свои дела, у нас будет девчачья вечеринка!

— Но…

Да. Она не стала даже слушать и прошагала прямо мимо меня в квартиру. Отлично.

— Прежде чем посыплются вопросы, — девушка с деловым видом ставит на стол мартини и поворачивается ко мне, — мы тебя все время пытались куда-то вытащить, приглашали тысячу раз в гости, но тебе все некогда. Вот. У тебя сегодня выходной, и мы знаем, что в универе сейчас в основном лекции, плюс есть весомый повод — твое новоселье. Как говорится, Магомед пришел к горе собственной персоной. И скоро явится второй.

— Второй? — Я перевожу взгляд на бутылку и снова смотрю на девушку.

— Ну, Нина. Я же говорила. Может, позвонишь, еще кого пригласишь? Больше народу — больше веселухи. — Полина мне улыбается и начинает доставать из своего пакета чипсы, сухарики и другую вредность.

Мелькает мысль о Глебе, но тут же рядом с ним возникает Лида. А она последний человек, которого я хочу видеть. Ладно, предпоследний.

— Ты правда очень занята? Мне звонить Нине и говорить, чтоб она не приезжала? Я, если что, соберусь и уйду за пять секунд.

Смотрю на слегка расстроенное лицо девушки. Все это затеяно ради меня, и я ценю усилия. На работе Нина и Полина как-то прониклись ко мне симпатией, не знаю почему. Я никогда не стараюсь кому-то понравиться.

— Нет, конечно, нет, — выдыхаю.

Полина пищит и с разбегу обнимает меня, раскачивая из стороны в сторону.

— У нас будут лучшие девчачьи посиделки!

— Только не сильно громкие, за стеной у меня не очень здоровая женщина живет, — слегка сдавленно бормочу в ее объятиях.

— Ой, да она глухая, — отмахивается Полина, наконец отпуская и позволяя легким жадно насытиться кислородом. — Кстати, как тебе спится по ночам? Или на вольных хлебах мы по ночам не спим, м-м? — Брови девушки игриво поднимаются и опускаются.

— Спится, только с пробуждением часика в два ночи. А потом все нормально. Поэтому за эту плату выжить можно. — Я перевожу дыхание, оглядываясь. — Итак. Я плохо разбираюсь в девчачьих посиделках. Чем мы займемся? И сколько я должна скинуть за все это богатство?

— Просмотром ужастиков, это же почти классика.

— Я не люблю ужасы.

— И я. Но в этом весь смысл. Нас будет спасать сеньорита Мартини и, возможно, что-нибудь еще, что принесет Нинок. Помоги мне, у тебя диван разложен?

— Есть еще проблема. У меня нет ноутбука, — признаюсь.

Полина, схватив несколько пакетов со стола, поворачивает голову.

— Да? А где он… То есть у тебя его вообще не было?

— Ну да.

Мы с Глебом купили на двоих один, но так получилось, что он остался на квартире. Мне было как-то неудобно брать его: вещь ведь не совсем моя. Тем более Глеб на филологическом и часто пишет какие-то доклады, выступает на конференциях. Ему нужнее. И я не стану это объяснять Полине.

— Сейчас смотаюсь домой за своим. Девичник без кино — не девичник!

* * *

Чуть позже, когда девушка приносит ноутбук, а затем приходит и Нина с еще одной бутылкой мартини. Мы с час ищем фильм. Находим какой-то с названием про демонов — от предупреждения перед началом «основано на реальных событиях» уже волосы дыбом. Чувствую, все последующие ночи я буду благодарна Павлине Аркадьевне за соседство. По крайней мере, будет ощущение, что живу я не одна.

Да, фильм жуткий, это понятно уже на середине, когда одна бутылка допита, а еда уже не лезет. Я не привыкла пить, поэтому чувствую, что меня уже немного ведет. Каждый раз вздрагиваю от того, что Полина то сильно дрогнет, то в руку резко вцепится, то вскрикнет. Это самые впечатляющие ужастики, которые я когда-либо смотрела, но, скорее всего, это так воспринимается от выпитого.

— Слушайте, — пищит Нина, отвлекаясь от экрана и глядя в проход, тычет куда-то пальцем. — Это… это… Эмили Роуз?

Медленно перевожу взгляд на коридор. Глаза видят большой темный силуэт. Мое сердце екает и в секунду опускается в пятки, кровь леденеет от ужаса. Мы с Полиной переглядываемся и одновременно подскакиваем на диване, ударяясь лбами, и отползаем к Нине. Она не перестает орать так, что нас слышно на два района.

Успокаиваюсь только в момент, когда рот накрывает ладонь, а передо мной проясняется силуэт рыдающего от смеха Ярославского.

— Тише-тише, это я… — пытается выдавить он между смехом.

Только и могу, что хлопать глазами и смотреть в его серые радужки. Каждый взмах ресниц постепенно успокаивает ритм моего сердца.

— Вот это вы… Просто пипец, девчонки…

Это же Тимур. Ярославский. А это моя квартира. Что он тут делает? Хмурю брови и скидываю неожиданно горячую ладонь со своих губ.

— Что… Что ты здесь делаешь?

— Вы дверь не закрыли. Ни одну, ни вторую.

— Ой, это, наверное, я. — Полина виновато опускает взгляд. — У меня в тамбуре захлопывается, я по привычке, когда Нину впускала…

— А, — растерянно смотрю на подруг, потом снова на парня. Это ничего не объясняет. Мне нужно пару мгновений, чтобы успокоиться.

Выкарабкиваюсь с дивана и включаю большой свет, так как до этого горел только ночник на стене для создания атмосферы. Которой мне, если честно, хватило с головой, до сих пор трусит. Обе девушки с неприкрытым любопытством разглядывают парня перед собой. Он им обольстительно улыбается и протягивает руку.

— Тимур, — представляется.

— Нина.

— Полина. И у нас тут небольшой девичий сабантуй.

Тимур смотрит на пустую бутылку мартини, потом поворачивается ко мне.

— Девичий — ключевое слово. — Я касаюсь головы и прислоняюсь к стене возле выключателя. Мне немного трудно сосредоточиться от выпитого и пережитого. — Как ты вообще меня нашел? Я не помню, чтоб называла тебе свой номер квартиры.

Тимур встает с дивана и подходит ко мне. Наклоняет голову, чтоб заглянуть в лицо.

— Тебе плохо? — спрашивает озадаченно. Темные брови слегка нахмурены, глаза серьезные и губы… У него они такие… мужские. А неподражаемый запах его парфюма чувствуется крайне приятно. И, пожалуй, в этот момент стоило бы в него влюбиться. Но я не буду. Да. Не буду.

Касаюсь его плеча в попытке оттолкнуть:

— Мне не плохо. Просто ты напугал до чертиков.

— Это не то слово, — фыркает Полина, — я чуть разрыв сердца не получила!

— Не ты одна, — поддерживает ее Нина и встает с дивана, подхватывая пустую бутылку и остальной мусор с дивана.

— Черт, я сам чуть деру не дал, — хмыкает Тимур. — Так у вас, значит, вечеринка?

— Отмечаем Варюхино новоселье, она буквально полторы недели здесь живет, — любезно поясняет Полинка.

— Девичья вечеринка, — все еще пытаюсь направить его мысли в правильное русло.

— То есть вы против пары-тройки парней?

— Пары-тройки — нет! — кричит Нина с кухни.

— Если только они красивые, у нас строгий фейсконтроль, — добавляет предательница номер два.

Конечно, кто будет у меня спрашивать, не я же живу в этой квартире!

— Я только позвонить. — Парень бросает на меня лукавый взгляд и выходит в коридор.

Складываю руки на груди и оглядываю девушек.

— И как это называется?

— Веселье? — предполагает Нина, которая только что вернулась. — И если тот, кого приведет твой друг, будет хоть вполовину хорош, как он сам, я сегодня оторвусь. Поэтому не мешай нашему женскому счастью!

— Он не мой друг.

Девочки обмениваются многозначительными взглядами. Затем Полина обхватывает свои щеки с паникой в глазах.

— Боже! Какой кошмар! У тебя есть косметичка?!

Закрываю ладонями лицо и шумно выдыхаю. Что вообще творится и почему это происходит со мной? Когда вдруг возле меня стало так людно?

Меньше чем через полчаса приходят еще четыре парня — четыре! Тимур, ты в своем уме? В квартире становится совсем тесно. Вернее, в ней место исчезает совершенно. Но девчонки прямо расцветают. Конечно, все парни холеные, в отличной физической форме. Еще заказали еду и выпивку. Кто-то достал телефон, подключил к своим же колонкам, и полилась музыка. В общем, всем стало весело. Из четверых я знакома только с близнецами, и то условно.

— Ну как, расширили мы твое пати? — спрашивает Тимур, отпивая из бутылки пиво. Он выходит ко мне в коридор, где сижу прямо на полу, облокотившись о стену спиной, и смотрю на все веселье.

— Вы его загубили.

— Им так не кажется. — Парень кивает на девчонок и устраивается рядом со мной. Нина танцует с одним из близнецов, Полина стоит с каким-то незнакомым мне парнем у окна и постоянно смеется, что бы он ей ни сказал. Второй близнец и неизвестный мне парень ушли вместе с ноутбуком на кухню и то ли играют, то ли что-то смотрят. Я не проверяла, но оттуда с переменным успехом слышится то смех, то мат.

Поворачиваю голову и натыкаюсь на серые глаза.

— Как ты нашел мою квартиру?

— Это не так трудно, у соседей поспрашивал. Сказал, что твой одногруппник, а ты забыла конспекты. Включил свое обаяние, и через полчаса — вуаля! Даже дверь была не заперта.

Закатываю глаза, вызывая его усмешку. Да, я рада, что ему весело.

— Да, «вуаля». Чуть до сердечного приступа не довел.

Парень смеется, вызывая и на моем лице улыбку.

— Но за что точно искренняя благодарность, так это за прерыв просмотра ужастика.

— Выходит, я не так уж и плох, м-м?

— Ты плох. И зачем ты искал мою квартиру?

— Как, зачем, почему… Ты очень занудная для той, кто созвал вечеринку, — он приподнимает одну бровь.

Я созвала? Что-что, повторите?

— Я не занудная.

— Докажи.

Снова обращаю на него внимание.

— Я не поведусь на эту чушь.

— Ну, естественно. От тебя другого и не ожидаешь.

Парень слегка пожимает плечами. Глебу никогда со мной не было скучно. Иначе он бы не ушел тогда, не стал бы жить вместе… И не просил бы уйти.

Но он попросил.

— Зануды не пьют, ты видел пустую бутылку мартини?

— Одну на троих? — фыркает парень и протягивает мне пиво. — Вот выпить из горлышка после чужих губ — это круто. М-м? Рискнешь, мисс зануда?

И в это раз, когда смотрю на него, попадаю под его чары. Чары его глаз. Наглых, наполненных смешинками и сосредоточенных на мне. Он хочет взять на слабо? Решил проверить, насколько я смелая? Не знаю откуда, но именно в этот момент во мне смелости хоть отбавляй. Протягиваю руку. Тимур довольно улыбается. Но не сразу отдает бутылку, прежде делает небольшой глоток, задержавшись на горлышке дольше, чем нужно. Когда бутылка в моих руках, касаюсь губами горлышка и будто чувствую его вкус. Понимаю, что это, скорее всего, мое воображение и выпитое мартини, но приятная дрожь все равно проходится. Не знаю, то ли от вкуса пива, то ли от его взгляда, медленно скользящего по моему горлу ниже и ниже.

— Вот так, — победно протягиваю ему пиво.

— Отлично. — Его взгляд возвращается к моему лицу. — Может, ты еще и танцевать умеешь?

В данный момент мне кажется, что я могу абсолютно все. Поэтому этот странный вызов мне кажется совершенно плевым делом.

— Ты меня дразнишь, Ярославский?

— Может быть. А ты поведешься?

Не знаю, почему я так не люблю этого парня? У него очень открытая улыбка, люди с такими светлыми глазами и добрыми улыбками не бывают плохими.

Или я уже что-то путаю?