Глава 36. Общая любовница

Кроме желтого низкого диванчика родители за время отсутствия Илоны повесили веселенькие шторы в цветочек на окна, спрятав под ними треснутое стекло, и притащили горшок с фикусом, который приветливым и жизнерадостным кустиком стоял в углу. Ко всему прочему отец пообещал в самое ближайшее время нанять бригаду и поменять стекло, и Ил в бессилии перед родительской напористостью согласилась. Он все равно не послушает ее и под шумок, когда дочери не будет дома, сделает то, что задумал.

Неделю Ил жила спокойно. Она изредка и ненадолго заглядывала к родителям, лениво искала работу и вечерами подкармливала собак. Некоторых песиков даже успела пристроить в приюты и трех потеряшек вернуть хозяевам за небольшие вознаграждения. Она, конечно, отказывалась от денег, но счастливые владельцы питомцев ничего не желали знать и насильно пихали купюры ей в карманы. А смешной старик в красном берете даже всучил ей бутылку крепелнного вина за спасение “масюни” — толстого лабрадора, который ошивался в ночном парке с резиновой уткой в зубах.

И вот, выжрав треть терпкого красного вермута, Ил валялась пьяненькая и наслаждалась тишиной на диване. Стук в дверь прервал ее медитативное созерцание трещин на окне и она выругалась. Ил была почти на пути просветления, а ее бессовестно выкинули в реальность.

Когда она открыла дверь, то ее тут же отпихнул в сторону сердитый Феликс, который затащил в квартиру медвежью шкуру и кинул ее на бетонный пол перед диваном. За ним в дверь юркнул хитрый Ричард и расселся на мягком лежбище.

— Мне не нужен здесь мертвый медведь, — Ил растерянно посмотрела на Феликса.

— Прости, живой не захотел к тебе идти, — мужчина развел руками в стороны и плюхнулся рядом с муженьком, который с любопытством разглядывал полупустую бутылку вина.

— Да и вряд ли твои соседи одобрят живого медведя в квартире, — Ричард принюхался к горлышку и осторожно глотнул вина.

— Ты с утра пьяная? — Феликс взял бутылку из рук парня и тоже приложился к ней.

— Не пьяная я, — Ил цокнула. — Так, немного навеселе.

— Навеселе, значит, — мужчина сделал еще один глоток и передал бутылку Ричарду.

Ил медленно вздохнула и прошла к шкуре медведя. Она недовольно посмотрела на распивающих ее вермут мужчин и нахмурилась:

— Идите и медведя мертвого заберите.

Феликс покопался в кармане пиджака и протянул Ил какого-то розового глиняного уродца.

— Фериил передал.

Ил взяла криво слепленного и неумело, но очень старательно выкрашенного в ядовитый цвет монстрика и осела на шкуру с восторженным писком:

— Какая прелесть!

У нелепого чудика был даже хвост и крошечные ушки. Ил подняла взгляд на Феликса и улыбнулась:

— Я не знала, что у меня такие милые короткие лапки.

Ил вернулась к разглядыванию розовой зверюшки. Маленький скульптор даже попытался выцарапать на спинке шерстку, но получились кривые и неровные бороздки.

— Теперь для мини-меня нужна полочка, — Ил осторожно поставила фигурку под диван у стальной ножки.

— Нужна, — согласился рядом Ричард и горящим взором уставился в ее лицо.

— Ты чего ко мне подкрался? — Ил сощурилась на опьяневшего гостя.

— Мы как-то за устройством жизни Сони и ее детей, немного выпали из графика, — Феликс вернул заметно опустевшую бутылку на пол.

— О каком графике идет речь? — Ил подняла него недоуменный взгляд.

— Она уже все забыла, — охнул Ричард.

— Да о чем речь? — девушка подозрительно посмотрела на него.

Во ответ оборотень въелся в ее губы. Ил отпрянула от раскрасневшегося пьяненького Ричарда, и Феликс подтянул ее к себе. Не удержав равновесия на коленях, Ил с ойканьем завалилась вперед, и мужчина жадно поцеловал ее, требовательно проталкивая язык в мычащий рот. Девушка уперлась ему в грудь и охнула, возмущенно вглядываясь в его глаза:

— Вы чего творите?

— Нам уйти? — он вскинул бровь.

Сзади к Ил прижался Ричард и провел горячим языком по уху, запустив под ее футболку ласковые ладони.

— Не прогоняй нас, Пинки. Мы соскучились, — он нежно сжал чувствительные соски и слабо куснул за мочку.

Не успела Ил ответить, как Феликс заткнул ее рот наглым и влажным поцелуем. Жар от разгоряченных самцов перекинулся на девушку, и она со стоном обняла Феликса за шею, переплетая свой язык с его. Она ночами разглядывала развратные фотографии и мечтала о том, чтобы двое гнусных подлецов заявились к ней в гости и заключили в своих крепкие и алчные объятия. Не будет она отказываться от шанса познать ласки от двух мужчин и смело нырнет в круговорот разврата.

Ричард стянул с постанывающей Ил штаны, и уверенно провел пальцами по влажным складкам, вызвав в ее теле волну сильной дрожи. Когда парень коснулся сжатых мышц между ее ягодиц, Ил отпрянула от Феликса, который обхватил ее лицо ладонями и шепнул в губы, всматриваясь в ее испуганные глаза:

— Доверься нам, Пинки.

Палец Ричарда скользнул в крепкое колечко мышц, и Ил охнула, стыдливо утыкаясь лицом в грудь Феликса, который откинулся назад, ободряюще поглаживая ее по спине.

— Умница, Пинки, — Ричард поцеловал потерявшую от возбуждения рассудок между лопаток, протискивая в нее два пальца. — Расслабься.

Вдохнув терпкий запах тела Феликса, она повиновалась. Ричард выдавил несколько вязкой смазки и коснулся упругой головкой девственных и чувствительных мышц. Ил глухо охнула, когда оборотень над ней проник в узкую утробу, распирая ее изнутри.

— Не Торопись, Дикки.

Ричард скользнул глубже, Ил протестующе дернулась от волны боли, и Феликс поддался вперед, отнимая лицо девушки от своей груди, и голодно впился в ее рот, затягивая на новый виток возбуждения. Его рука нырнула между ее бедер, и надавила на клитор. Под глухой стон Илоны Ричард нетерпеливым рывком вторгнулся в девичью попу до основания. Феликс пальцами прошелся кругом по напряженной горошинке чувствительной плоти в такт движениям стонущего над девушкой супруга, и Ил захлебнулась в остром наслаждении, в безумии пожирая рот оборотня. Ричард навалился на нее, рваными толчками терзая утробу и в рыке присосался к губам Феликса, когда его жертва в крике сладострастия и боли уткнулась в мужскую шею. Она всеми внутренностями почувствовала, как член Дикки теплыми спазмами изливается в ее тело, и болезненно ойкнула, когда он с хриплым стоном выскользнул из нее.

Ил сползла на шкуру, не чувствую онемевшего от смазки зада и всхлипнула уже от слабого и какого-то робкого спазма внизу живота. Краем глаза девушка заметила, как Феликс с громким и судорожным стоном вжимает голову Ричарда к паху, зарывшись пятерней в его спутанные волосы.

Одно дело фантазировать о том, как самец заглатывает член второго самца, а другое — сидеть рядом и наблюдать за агрессивным и бесстыдным действом своими же глазами. Завораживающее и пугающее зрелище. Ил загипнотизированно следила за движениями чувственных губ Ричарда и его уверенного кулака и боялась моргнуть. Феликс с ревом дернул тазом, и парень пару раз медленно скользнул ртом, безропотно принимая семя мужа. Не сглатывая, Ричард отпрянул от опадающего члена стонущего мужчины и впечатался в грубом поцелуе к губам Ил, вместе со слюной выпуская в ее рот солоноватую и горчащую сперму Феликса. Ил от неожиданной выходки гостя непроизвольно сглотнула и испуганно прикрыла рот рукой, с непониманием глядя в лучистые и лукавые глаза парня.

— Зачем ты это сделал? — робко шепнула она.

— Захотелось, — Ричард смущенно улыбнулся.

— А еще я попу не чувствую, — она моргнула.

— Через минут пятнадцать отпустит, — отозвался с дивана Феликс.

— А почему так долго? — едва слышно прошелестела она и перевела взгляд на него.

Феликс с густой нежностью улыбнулся растерянной Ил и тихо ответил:

— Чтобы твоя попа немного обвыклась. Иначе мышцы из-за регенерации слишком быстро придут в тонус.

— Феликс, ты в меня не влезешь, — прохрипела Ил, улавливая в его словах тень предвкушения.

— Влезу, — мурлыкнул мужчина.

— Тебе попы Дикки не хватает? — голос Ил был таким тихим, что Ричард не дышал.

— У него замечательная попа, но мне хочется и с твоей побаловаться, — бархатно рассмеялся Феликс.

— А вот мне не хочется, — просипела девушка, не отрывая взгляда от лица мужчины.

Феликс сполз на шкуру и ласково притянул Ил к себе. Он пробежался пальцами по ее лицу, нежно и невесомо поцеловал и шепнул:

— Ты такая трогательная.

— Да я уже поняла, что вы хотите мне всячески трогать, — шмыгнула Ил.

— А тебе не нравится, когда мы тебя касаемся? — Феликс провел пальцем по ее губам и улыбнулся.

Ричард трепетно поцеловал Ил в ушко, и она шумно выдохнула:

— Нравится.

— Тогда в чем проблема? — мужчина изучающе посмотрел в ее глаза. — У нас есть шанс неторопливо насладиться друг другом. Здесь с тобой мы можем без оглядки предаться плотским удовольствиям.

— И без обязательств? Да? — Ил сощурилась на Феликса. — Дружеские тройничики на шкуре?

— Ты уловила суть, — мужчина кивнул и пригладил ее волосы. — Общая любовница.

Ил задумалась, разглядывая трещины на окне. Регулярный секс, милое общение, обнимашки и короткие свиданки ее вполне устраивали. Никто из оборотней не заикался о вечной любви, не тянул в семью, не навязывал обязательств. Все выглядело очень заманчиво.

— Ладно, — Ил кивнула. — Раз в неделю.

— Субботы тебя устроят? — Феликс поднялся и застегнул ширинку.

— Устроят, — Ил упала на спину и закинула руки за голову. — И не надо ко мне внезапно вламываться в другие дни. Это невежливо.

— Договорились, — Ричард встал и размялся.

Феликс приобнял довольного Дикки, и уже в дверях он оглянулся и сказал:

— Через три дня у Фериила небольшая театральная постановка с другими волчатами. Придешь?

— Приду! — Ил приподнялась на локтях. — А что в лесу есть какой-то оборотничий детский театр?

— Нет, в городе, — Феликс хохотнул. — Раз в неделю снимаем подвал в одном из центров, чтобы волчата из разных стай социализировались на нейтральной территории в играх и прочей ерунде.

— В лесу было бы интереснее, — разочарованно вздохнула Ил.

— Город дисциплинирует, — Феликс поправил галстук. — Мы все равно вынуждены сосуществовать с ним и пользоваться его благами.

Оборотни покинули логово Ил, и она почувствовала, как внизу копчика неприятно заныло. Она с кряхтением поднялась и заковыляла в ванную комнату, где у зеркала с изумлением застыла — в спутанной розовой шевелюре торчали пучки фиолетовых волос, которые шли двумя широкими линиями по вискам к затылку. Ил испуганно глянула на стриженый лобок — аккуратный треугольник делился надвое небольшой стрелочкой фиалковой поросли.

— Что это за ерунда такая? — она с ужасом посмотрела на свое отражение. — Как это понимать?

Она выскочила в подъезд и кинулась к развратникам, которые жадно целовались у лифта.

— Мои волосы!

— Что с ними не так? — Феликс лениво оглянулся на нее.

— Вот! — она ткнула пальцами в виски. — Откуда фиолетовый?! Его с утра не было!

— Не знаю, — мужчина пропустил пальцы сквозь короткие локоны Ил. — Мне кажется, фиолетовый уже был, когда мы пришли.

— Точно не было, — прошипела она и оттянула резинку штанов. — А еще вот!

Феликс и Ричард с любопытством заглянули под флисовое трико, и в этот момент из квартиры вышла молодая соседка Ил, которая медленно попятилась и спряталась за дверью с пунцовыми от неловкости щечками.

— И что это значит? — спросила Ил у недоуменных мужчин.

— Без понятия, — Феликс поднял на нее взгляд. — Там не написано.

— Все это как-то подозрительно, — Ил отпустила резинку штанов и зашагала прочь. — И непонятно.

— Но симпатично, — весело отозвался Ричард. — Особенно внизу.

Ил заперла дверь и задумалась, что за знаки судьбы ей подают волосы. Они явно на что-то намекали, но вот на что? Может, они говорили, что вместе с разнузданным сексом с оборотнями в ее жизнь вернулись яркие краски? Конечно, под копчиком саднило и тянуло легкой болью, но в эмоциональном плане ее распирало от энергии и воодушевления. Сегодня вместо того, чтобы валяться на диване, она пойдет веселиться в бар. Выпьет пива, заведет новых знакомых и… и… сходит в музей! В музей современного искусства!