Глава 48. Какое подлое коварство

Кто-то агрессивно и зло долбился в дверь. Ил сползла с дивана и, еле передвигая ноги, прошла в прихожую. Она с трудом справилась с заедающим замком, и в квартиру ворвался злой Ричард.

— Ты должна его оставить!

— Кого? — прохрипела Илона, почесав опухшие от недосыпа глаза.

— Ребенка! — возмущенно воскликнул гость и развел руки в сторону. — Кого же еще?!

Ил прошла на кухонную зону и плеснула в чашку холодного вчерашнего кофе.

— Ты слышишь меня?

— Слышу, — пробурчала Ил.

— И? — взревел Ричард.

— И, — она отпила глоток, — я оставлю ребенка.

— Слава Богу, — парень рухнул на диван и закрыл лицо руками.

Ил засыпала в чашку несколько ложек сахара, и недоуменно уставилась на Феликса, который неторопливо вошел в квартиру и сел рядом с Ричардом.

— Что сказал Рене? — мужчина нервно одернул полы пиджака и вскинул руку. — Подожди. Дай угадаю.

Ил зевнула и молча помешала ложечкой кофе.

— Он отказался от ребенка? — Феликс довольно оскалился в улыбке.

— У него типа вазэктомия, — девушка хлебнула из чашки горько-сладкой бурды. — Будто моей матке не насрать на его фокусы.

— Он, что, кастрат? — Ричард вскинул бровь.

— Нет, — Феликс хохотнул. — Он просто тупой урод.

Парень насупился и полез в смартфон. Вероятно, узнать, что такое вазэктомия. Через минуту он скривился и передернулся.

— Мальчик или девочка? — мужчина с интересом посмотрел на Илону.

— Мальчик.

— У Фериила будет братик? — охнул Ричард, пряча телефон в карман куртки.

— Типа того, да… — ответила Ил, скрыв неловкость за кружкой кофе.

Ричард встал, подошел к настороженной девушке и положил ладонь на живот с глупой улыбкой. Она сглотнула и прошептала:

— Что ты делаешь?

— Я люблю тебя, Ил, — Ричард заглянул ей в глаза. — Люблю и хочу быть рядом с тобой и нашим сыном.

— Ри, он же не твой, — Ил слабо улыбнулась. — Ри…

— С этого момента мой, — парень обнял девушку и прижался щекой к ее виску.

— Наш, — Феликс обиженно скрестил руки на груди, разглядывая картину у стены. — Господи, ну и мазня.

— Мальчики, — Ил мягко освободилась из объятий Ричарда и попятилась. — Это очень мило и трогательно, но это моя ошибка и мне за нее нести ответственность.

Феликс перевел на нее мрачный взгляд и похлопала по дивану:

— Присядь.

— Не-а, — девушка мотнула головой. — Ты злой.

— Я сказал, присядь, — мужчина сверкнул глазами и процедил. — Немедленно.

Феликс впервые приказывал Илоне в таком тоне. Не тепрпящем пререканий и споров. И она в тихом замешательстве повиновалась. Девушка присела рядом с мужчиной и потупила взгляд в пол.

— Так уж случилось, моя дорогая, — он за подбородок повернул ее лицо к себе, — что ты моя и Ричарда женщина, а мы твои мужчины. Тебе пора признать, мы, все трое, друг другу нареченные. И волчонок, которого ты родишь, будет нашим. Нашим вторым сыном. Рене промелькнул в твоей жизни, красиво и ярко, канул в прошлое, а мы остались. И останемся. Мы совершили множество ошибок. Не стоит совершать новую. Не надо лишать сына полной семьи.

— Два отца и одна мать это очень полная семья, — просипела Ил, утопая в янтарных глазах оборотня.

— В самый раз, — беззаботно отозвался рядом Ричард.

— Мой, — Феликс строго шепнул и положил ладонь на живот Ил. — И Ричарда. Наш.

— Наш, — обескураженно пискнула та, и мужчина легко и невесомо коснулся ее губ поцелуем.

Из темных глубин души Илоны вынырнула горячая благодарность, что обратилась в топкую и густую привязанность к мужчине. Она с болезненным стоном въелась в губы Феликса и через мгновение отпрянула, чтобы нырнуть в объятия Ричарда и жадно поцеловать.

— Замуж пойдешь? — шепнул он.

— За двоих?!

— Мы в паре идем, — фыркнул Феликс.

— Я заметила, — Ил откинулась на спинку и нахмурилась, скрестив руки на груди. — Пойду, чо уж.

— Спасибо за одолжение, — возмущенно охнул Феликс и сердито глянул на нее. — Мы тут в тебе в любви признаемся, а ты…

— А я не умею признаваться в любви, — Ил твердо посмотрела в глаза мужчины. — Я боюсь.

— И чего ты боишься? — хохотнул Ричард.

— Что не смогу соответствовать этим словам, — Илона блекло посмотрела перед собой. — И любовь у нас какая-то неправильная и сложная. Где розовые пони?

— Ты у нас за розовый пони, — Феликс окинул ее взглядом. — Злобный только какой-то.

— А это ты виноват, — Ил сердито посмотрела на мужчину. — Ты меня обратил, вот и наслаждайся.

— Как скажешь, — Феликс прищурился и рывком притянул к себе Ил, въедаясь в ее губы.

Ил со стоном повалила мужчину на шкуру, требовательно расстегивая его ширинку. Никакие благотворительные вечера не сравнятся с развратом на мертвом медведе. Ричард со смехом помог неуклюжей и порыкивающей от нетерпения девушки стянуть с нее штаны, и она с похотливым поскуливанием нассадилась на охнувшего Феликса.

— Соскучилась, да? — прохрипел он.

— Соскучилась, — простонала Ил и рассерженно посмотрела на Ричарда, который залюбовался зрелищем. Она дернула тазом, прижавшись промежностью к жесткой ткани ширинки. — Чего стоим?

— Ну, раз ты так просишь, — парень хохотнул и сбросил куртку на пол. — Я, конечно, присоединюсь.

Феликс притянул Илону к себе и впился в ее губы, крепко обнимая сильными руками и прижимая к груди. Ричард ласково провел ладонью по пояснице сладко постанывающей Илоны и скользнул пальцами между ее ягодиц. Девушка согласно замычала, но рука оборотня нырнула ниже и коснулись основания члена Феликса и прошлись и по припухшим губам девичьей промежности.

— Выдохни, принцесса, — Ричард навалился на Ил и решительно протолкнул свое хозяйство в щель, которая как бы была уже занята другим.

— Что?! — Ил дернулась в объятиях Феликса, и тот с рыком прижал ее к себе крепче.

Из глаз Ил, метафорически выражаясь, посыпались искры, когда Ричард медленно повел тазом, вторгаясь в ее утробу, где едва поместился сам Феликс.

— Ох, Дикки… — сдавленно простонал мужчина. — Даже я не ожидал…

— Я разойдусь по швам, — просипела Ил в лицо мужчины, — если ты дернешься.

— Тогда поведу я, — прошипел Ричард, вжимаясь в девушку.

Илона в громким воскликом уткнулась в шею хрипло хохотнувшего Феликса. От каждого неторопливого и движения Ричарда Ил была готова нырнуть в обморок от гнусного возбуждения и тянущей боли, что перекрутилась с наслаждением и чувственной наполенностью. Жадное до грубых ласк тело отозвалось на толчки Ричарда хриплыми стонами и укусами, что красными полумесяцами покрыли шею клокочущего Феликса.

Ил взвизгнула в губы Черного Когтя. Спазм сомкнулся на плоти двух мужчин, и Ричард с громким стоном вдавился в Ил. От сильной судороги, что капканом схватила чрево, у девушки потемнело в глазах, и Феликс с рыком впился в ее губы, поддавшись бедрами вверх.

— Я чувствую тебя… — прохрипел Ричард, и мужчина за волосы привлек его к себе и со стоном припал к его губам.

Сдавленная с двух сторон вздрагивающими телами Ил всхлипнула, не чувствуя истерзанного лона. Когда Ричард со стоном повалился на шкуру, в нежные натруженные мышцы Ил впились тысячи холодных иголочек, разгоняя кровь по онемевшим тканям. Он слабо просипела в грудь Феликса, и он осторожно уложил ее рядом с уставшим, но очень довольным Ричардом.

— Дикки, такой выдумщик, да? — иронично прошептал Феликс в бледное лицо Ил.

— Я там хоть целая или вы меня в лоскуты порвали?

— Целая, — Мужчина скользнул рукой между ее бедер. — Немного отекла, но ничего смертельного.

— Я был нежным и осторожным, — зевнул Ричард. — И контролировал ситуацию.

— Ри, как тебе вообще такое в голову пришло? — Ил повернула к нему лицо.

— Я действовал по наитию, — парень беззаботно рассмеялся и лучисто посмотрел ей в глаза. — А теперь давай о главном. Мы предлагаем тебе сладкая булочка, выносить нашего сыночку…

— Лестера, — шепнула Ил. — Сияние Ночи.

— Поэтично, — Феликс пробежал пальцами по ее скуле.

— Предлагаю выносить Лестера волчицей, — Ричард широко улыбнулся. — Пока не поздно. Через несколько дней этот фокус не сработает.

— А вдруг я одичаю? — пискнула Ил.

— Послушай, Рене все же не один из нас, — Феликс слабо улыбнулся. — И мне кажется, что мальчика надо связать с лесом и волчьей тенью уже сейчас, чтобы потом не случилось никаких сюрпризов. Кровь Марго сильна и родится не волколак, а младенец с хвостиком. В первое полнолуние твоего срока ты обратишься оборотня, а затем в волка, чтобы следующая метаморфоза Лестера произошла в утробе и под светом луны. Во второе вернешься вновь в тело человека и в третье прыгнешь опять в суку. Мы сократим срок беременности и обезопасим Лестера от неполных метаморфоз после рождения.

— В чем подвох? — Ил моргнула.

— Будет очень больно, — Феликс нахмурился. — Ты будешь лежать после пластом несколько дней и много кушать, но ты должна научить ребенка быть оборотнем до того, как он появится на свет. Ты обращенная, призрак захвативший тело волчицы, а Рене со слабой кровью, в которой нет памяти метаморфоз. По итогу без принудительных обращений у нас родиться либо волк, либо ребятенок с хвостом.

— Полнолуние меньше чем через две недели, — Илона села и обхватила колени.

— Успеем свадебку сыграть, — чмокнул девушку в лопатку.

— А где мое кольцо? — Ил оглянулась на парня.

— Мы же оборотни, — цокнул Ричард. — Нам не нужны кольца. Только клятва… — он закусил губу, — о любви и верности.

Готова ли Ил провести жизнь в лесу с двумя оборотнями в большой семье? Одиночество, пустые квартиры, переезды ее утомили. Да и Лестеру была нужна семья, поддержка и опора. Сама она не даст этого мальчику. Мать-одиночка из нее получится истеричной, дерганной и вечно метающейся из крайности в крайность. И маленькому Фериилу нужна мать рядом вместе с младшим братом. Нет, лишать кого-то из мальчиков брата и совместного детства — жестоко.

— Клятва так клятва, — согласилась Ил.

— Тогда собирай вещи и поехали домой, — шепнул Феликс девушке в ухо.

— И уродство это выкини, — прошипел Ричард, глядя на мазню Рене.

— Это уродство дохерища бабла стоит, — вздохнула Илона. — Но да, я избавлюсь от нее.

— На сколько дохерища? — уточнил парень.

Ил потянулась за смартфоном, нашла онлайн-аукцион с картинами Рене Дануа и всучила Ричарду, который охнул от увиденного.

— Охренеть.

— Дай сюда, — Феликс пролистал фотографии проданных холстов, и его глаза поползли на лоб. — Да за что такие деньги?

— За талант, — Ил упала на спину.

— Да нет здесь таланта, — Феликс зло бросил телефон на шкуру и уставился на картину. — Почему?!

— Это кощунство сжигать столько денег, — Ричард пожевал губы.

— Решайте сами, мальчики, — Ил закрыла глаза. — Я бы ее бомжу какому-нибудь отдала, чтобы прям по-постмодернистски все было.

— Я, конечно, ревную, но… — покачал головой Ричард.

— А как ты собралась ее продать? — Феликс посмотрел на Илону.

— Через черный аукцион, — Ил приложила правую ладошку к промежности. — Получим меньше, чем через прямые продажи, но тоже выручим очень неплохие деньги. После смерти Рене, вероятно, стоимость картины подскачет.

— Не будем мы убивать твоего бывшего любовника, — охнул Ричард.

— Я не прошу его убивать, это чревато, — пробурчала Илона. — Во-первых, он точно повязан с какими-то шишками, а, во-вторых, нет смысла марать руки о бесхвостого волка. Дождемся, когда он сдохнет от передоза.

— Он еще и наркоман? — Феликс вскинул бровь.

— Я не знаю, при мне он ничего не принимал, но после последней встречи я ни в чем не уверена, — Ил зажмурилась. — Господи, мы сжигаем картину или нет?

— Нет, — мотнул головой Ричард. — Спрячем ее до лучших времен. Сжечь всегда успеем.

— Я знаю, что с ней сделать, — Ил приподнялась на локтях. — Повесим в туалете в офисе моего отца прямо над писсуарами. Вряд ли его подчиненные утащат картину, но сполна насладятся искусством. М?

— Этот вариант мне по душе, — Феликс закинул руки за голову. — Собирай вещи, Фиалочка, и поехали домой.

Под надзором оборотней Ил нехотя вытащила из-за дивана чемодан. Ее опять начали обуревать сомнения, стоит ли ввязываться с волками в семейную жизнь, а вот у них, похоже, не было никаких колебаний.

— Фикус поедет со мной, — Ил ткнула в горшок с растением в надежде, что кто-нибудь из будущих мужей возмутится ее решением притащить в лес жизнерадостный кустик.

Оборотни переглянулись.

— Без проблем, — Феликс пожал плечами.

— А еще один важный вопрос, — Ил скрестила руки на груди. — У меня будет отдельная комната?

— Твое место в супружеской спальне, Пинки, — курлыкнул Ричард, подполз к Феликсу и положил ему голову на грудь. — Мы купили большую удобную кровать, чтобы всем хватило места.

— И это не обсуждается, — мужчина запустил пальцы в волосы супруга.

Ил пожевала губы и шагнула к стойке с вещами. Ну, раз уж оборотни купили удобную кровать, то тогда, конечно, вопросов больше не было. Она украдкой глянула в телефон. Вдруг Рене одумался и написал слезное письмо, в котором извинялся и умолял о прощении?

— Что, не написал? — тихо и ревниво спросил Феликс.

— Нет, — Ил оглянулась на мужчину, который перебирал волосы задремавшего Ричарда, и печально улыбнулась. — Он мне нравился.

— Я знаю, что нравился, — оборотень обиженно скривил губы. — И до сих пор нравится. Ил, это не мужчина. Это художник. Ветреный и непостоянный творец. И ты такая же и вместе вы устроите хаос вокруг Лестера. У него будут другие женщины, у тебя мужчины. Ты не сможешь мириться с его непостоянством. Пока он вокруг тебя танцевал, он успел как минимум трех дамочек окучить и притащить в свой пентхаус. И всем говорил, какие они замечательные и особенные, а другую в слезах и соплях жестоко игнорировал, хотя за день до этого отымел прямо в машине на парковке.

— Ты меня тоже в свое время игнорировал.

Феликс вскинул брови, закрыл глаза и шумно выдохнул:

— Мне кажется, ты меня простила после оральных извинений. Нет?

— Простила, но не значит, что забыла.

— Злопамятная булочка, — проворчал Ричард.

— Позвони ему и скажи, что ребенок его, — Феликс печально улыбнулся. — Скажи, что вазэктомия для тебя и твоего тела не имеет значения. Ты от двух мужчин выносила сына. С тобой логика вообще не работает.

Ил набрала под колким взглядом оборотня бывшего любовника. Мужчина ответил с большим промедлением.

— Слушаю, моя милая?

— Рене, это твой ребенок, — Ил сжала ручку чемодана. — Это все ублюдочная волчья магия.

— Я же дал тебе ответ, — вздохнул мужчина в смартфоне. — Я знаю хорошего врача…

— А еще я выхожу замуж…

— Как у тебя все быстро, дорогуша, — ахнул Рене. — И кто счастливчик?

— Счастливчики… — процедила Ил.

— Боже, — хохотнул мужчина. — Медвежья шкура перешла на новую ступень? Поздравляю.

— Спасибо… — девушка зажмурилась

— Кстати, — прошелестел Рене, — если ты так хочешь, можем запросить экспертизу ДНК. У меня сердце не на месте после нашей последней встречи.

— Ты мне не веришь? — Ил хрустнула пластиковой ручкой чемодана.

— Нет, не верю. Я проверился. У меня там ничего не заросло волшебным образом.

— Лучше бы ты одичал, честное слово, Рене. Ты как человек говно, — прошипела Илона. — Мне нет смысла тебе лгать. Я тебе никогда не врала! Никогда!

Феликс вырос за спиной Ил и аккуратно забрал из ее ладони телефон.

— Рене, здравствуй. Мы однажды уже виделись и ты говорил о том, что вас ублюдков мало кормили мороженым в детстве, — Феликс смахнул шерстинку с пола пиджака. — Я просто хочу предупредить, если ты однажды внезапно одумаешься и решишь появиться в жизни Илоны, то я приеду в родные леса твоей прабабки и подниму вопрос о том, что потомок Вениамина Безумного убил оборотня. Марго тебя предупредила, чем грозит нарушение кровной клятвы твоего прадеда на Лунном Воззвании?

— О чем речь, пушистик? — цокнул Рене.

— Твою семью, прабабку и ее сестру, что засела в моем лесу, вырежут как паршивых овец. И неважно, самооборона была это или нет. Вениамин обещал, что ни он, ни его потомки не поднимут железа против пушистиков. И я навел справки о твоей сестре, брате, родителях и сладких племянниках, которых ты в прошлом месяце возил в Диснейлэнд. Милые детки, Рене. Ни я и ни кто-либо из стай наших лесов не встанет на пути других пушистиков, а кто-то обязательно присоединиться к дикой охоте. Ваши черепа станут трофеями.

— Ты мне угрожаешь? — холодно поинтересовался Рене.

— Нет, предостерегаю от необдуманных действий. Я не буду марать об тебя руки, но я в силах натравить других волков. Поэтому, Рене, я спрошу тебя. Ты не признаешь родства с Лестером?

— Это не моя была клятва…

— Да все насрать твоя это клятва была или нет, Рене. Мы злобные твари, которые хотят крови и мы только ждем повода, чтобы кого-нибудь разорвать на куски.

— Я готов провести тест ДНК, мой милый дикарь, — прошипел Рене. — И если ребенок, действительно, мой, а наша очаровательная волчица решит его оставить, то я готов стать частью его жизни. Хоть кто-то из нас привьет ему чувство прекрасного и хорошие манеры.

— Из нас? — хохотнул Феликс.

— Я не против, чтобы Илона жила с вами и забавлялась на медвежьей шкуре в лучах полной луны и в тенях ночных деревьев. Я мужчина свободных нравов, и если ей так приглянулись тройнички, то кто я такой, чтобы лишать голодную женщину удовольствия? Возможно, вы меня как-нибудь пригласите на томный вечер?

— Что?! — всхрапнул Феликс.

— Рене, ты охренел? — рявкнула Ил.

— Три мужика лучше чем два, — проворковал тот. — Два лучше чем один. С этим я полностью согласен. Кстати, я поддерживаю многомужество и многоженство.

— Ты отказываешься от ребенка? — прошипел Феликс.

— Если он мой, то не отказываюсь.

— Мудак! — взвизгнул Ричард.

— Прелестно, — бархатно рассмеялся Рене. — Такой накал страстей мне нравится. Ревнивые женихи, незапланированное дитя и утонченный любовник. Ни одна юная дева меня не ставила в такое неудобное положение.

— Я убью тебя, — клацнул зубами ФЧерный Коготь.

— Феликс, — шепнул Рене. — Только между нами. Я в курсе, что стаи в родных лесах Марго давно друг друга поубивали и там уже давно сидят новые пушистые альфы, которым и дела нет до потомков Вениамина, но мы никому этого не скажем. Ты невероятно хорош в своих угрозах. У тебя, наверное, и член впечатляющий, — он хохотнул и повысил голос. — Так ведь, милая? Я угадал?

Ил выхватила телефон из рук опешившего Феликса и прошипела в трубку:

— Это не твой ребенок!

— Да я уже что-то засомневался, — печально вздохнул Рене. — И я должен принести свои глубочайшие извинения за то, что посмел тебя разочаровать. Я мерзавец! Трус и мне нет прощения.

— Прекрати поясничать, — Илона вздохнула и выдохнула. — Рене…

— Да, моя милая?

— Нам не по пути.

— Возможно, — согласился опечаленный художник.

— Я позвонила, чтобы сказать… — Ил сползла на пол. — Я решила, я сделаю аборт, как ты и предлагал. Твой это ребенок или не твой, не имеет значения.

Ричард вылупился на девушку и хотел уже заверещать, но Феликс зажал его рот, рывком притянув к себе.

— Мне очень больно это слышать, — понизил голос Рене. — Но если таково твое решение, волчица моя ненаглядная…

— Справочку по почте отправлю, чтобы ты лишний раз не тревожился, — Ил хрустнула шейными позвонками. — Чтобы успокоить твое сердечко.

— И женихи одобрили этот выбор? — мягко и ласково поинтересовался Рене. — А вдруг волчонок от кого-то из них? Шалости на шкуре…

— Да купи ты уже себе свою шкуру, если тебе так она запала в душу! — вскрикнула Илона. — И натягивай обдолбанных шлюх хоть сутками напролет!

— Я хочу убить сам медведя и лично его освежевать! — рыкнул Рене.

— Кишка тонка, — процедила Илона. — И член маловат.

— Так я угадал? Ты моя любительница побольше… Я никогда не комплексовал по этому поводу, а теперь буду. Бессердечная!

— Надеюсь, сдохнешь от передоза! — Ил ударила кулаком по полу. — В своей блевотине и дерьме!

— Я не употребляю, моя милая, — злобно вздохнул Рене. — Поэтому я умру от старости в богатстве и роскоши в окружении жадных внуков, но это будут не твои внуки! Раз ты себе двух мужей нашла, я найду трех жен! И заделаю своих кучу маленьких Рене и не на гадкой шкуре, а на дорогих французских шелках! Адьос, сеньорита! Беги в свой грязный лес в объятия диких и неотесанных зверюг! С хвостами!

Рене сбросил звонок, и Феликс выпустил из объятий возмущенного Ричарда, который сжал кулаки и нервно выдохнул.

— Я же говорил, — Феликс пригладил волосы. — Вы похожи.

— Ты не сделаешь аборт! — прорычал Ричард.

— Ри, — Ил устало подняла на оборотня взгляд. — Нет, не сделаю, но вот справочку липовую надо бы достать.

— Ты нас обманула?!

— Только тебя и Рене, — Ил потянулась. — Вот Феликс все сразу понял.

— Я знаю, где достать липовую справку, — мужчина спрятал руки в карманы.

— Нужна хорошая такая справка, чтобы ни один юрист не заметил подвоха, — Илона потянулась и встала. — И по моим скромным подсчетам беременность продлится месяца три со всем этим прыжками из человека в волчицу?

— Да, примерно, — кивнул Феликс.

— Тогда после родов мне стоит заглянуть в галерею без живота, — Ил скривилась. — Рене не очень умный и вряд ли догадается, что оборотня можно родить за столь короткий срок. Для него это станет подтверждением того, что я избавилась от ребенка.

Феликс мрачно посмотрел на девушку. На его месте Ил бы умыла ручки и ушла, потому что она уже сама от себя устала. Жутко устала и хотела сбежать.

— Какая ты хитрая, — Ричард одобрительно хохотнул. — Я бы точно купился.

— Значит, и Рене купится, — Феликс коротко кивнул и зашагал к выходу. — Собирай вещи, Искорка. Нам еще к твоим родителям надо заехать и забрать Фериила.

Ричард вынул из комода стопку футболок и торопливо кинул в чемодан, не дождавшись от Илоны решительных действий. Девушка сжала и разжала кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не кинуться в галерею Рене и не разгромить ее. Она задушила бы подлеца шелковым простынями на глазах его любовниц, отрезала бы его мерзкий член, вспорола бы брюхо и намотала бы кишки на статуи его дружков.

— Тебе нельзя нервничать, — Ричард приобнял Илону и положил ладонь на ее живот.

— Поцелуй меня, Ри, — она с тоской посмотрела в его глаза.

Парень улыбнулся и в ласковом поцелуе припал к губам девушки, которая со стоном повисла на его плечах с ватными от слабости и нежности ногами. К черту Рене. Она почти замужняя женщина, и ей статус не позволяет страдать по бесхвостому недо-оборотню.