Глава 12

– Адептка ла Фрайн?

Вздрогнув от резкого оклика, Хильди тут же завела за спину руку, в которой сжимала лилию, и кивнула двубортному плащу с серебряными пуговицами. И только секундой позже подняла взгляд выше: шейный платок из шёлка вторил тону пуговиц, а на бледном лице мужчины отражалась неприязнь: похоже, он едва сдерживался, чтобы не поморщиться.

Высокий, узкоплечий, в одной руке он держал трость и постукивал о раскрытую ладонь набалдашником в виде металлической птичьей головы, глаза которой горели расплавленной ртутью. Мэрит как-то раз приносила пузырёк с каплями этой странной воды – хвасталась, что ей их подарил достопочтенный сканд Гловис и что теперь она надолго останется молодой и красивой. Девушки завидовали, спрашивали, где раздобыть, как принимать. А Хильди искренне не понимала, почему же сам сканд Гловис, порой поджидающий Мэрит у ворот фабрики, был вовсе не молод и совершенно точно не красив.

А вот мужчина, стоявший напротив, определённо много времени уделял своей внешности. Взять хотя бы волосы: абсолютно белые, гладкие, вдоль висков отпущены тонкие, сложно выплетенные косицы, стянутые внизу изящными колечками, тоже серебряными.

«Что ему от меня надо? Почему так пристально смотрит?»

– Мда-а-а. Вчера с одним, значит, сегодня с другим, – с отвращением сказал он и громыхнул тростью об пол. – Ещё раз, слышишь, ты… – Он окатил презрительным взглядом. – Ещё раз замечу тебя возле моего сына – вылетишь из академии! Уяснила? Я тебя спрашиваю!

Хильди неосознанно кивнула, а мужчина резко развернулся и шагнул в стрекочущий портал.

– Э-э-м… А… А вы вообще кто? – запоздало задала она вопрос давно опустевшим вратам.

Ответ она нашла в аудитории, когда понурый Ингвар отсел от неё подальше.

«А ведь точно, похож. Но… Выходит, семьям всё же доложили о вчерашнем происшествии. Швахх!»

Хильди горестно вздохнула, представив реакцию Торвальда, которого не было ни за ужином, ни за завтраком.

«Невелика отсрочка перед грядущим скандалом».

Она взглянула на карту водных потоков, о которых вещал магистр, а увидела лишь разные оттенки синего, постепенно слившиеся в бирюзовый омут. Где-то там, в глубине, её ждала опасность, заставляющая кровь леденеть от необъяснимого страха. Где-то там был он, сверкающий глянцевой чешуёй, обросший тяжёлыми шипами, с гребнем, что острее самых заточенных лезвий…

– Сканда ла Фрайн, вы зарисовали схему?

Хильди поспешно кивнула магистру и схватилась за перо. День оказался не пропавшим, а самым обычным четвергом, как по расписанию. Такая «нормальность» вызывала очередное недоумение. Постепенно душевное беспокойство сменила злость:

«Ну Йорген, будет тебе собрание! И цветочки свои засунь знаешь куда?!»

Именно с таким настроем после лекций она влезла в окно тайной комнаты в тот самый момент, когда глава секты пафосно рассказывал о провале Хильди и Ингвара и о достойно понесённом наказании, в чём, как оказалось, и была суть дурацкой миссии: признать свою вину, не выгораживать себя, не сдать Йоргена и Сопротивление.

«Так артефакт не нужен был? Не в нём дело? Нас просто… нас специально подставили?!» – Хильди изумлённо вскинула брови, а Ингвар, стоявший напротив, пожал плечами, как бы подтверждая: «Я же говорил – проверка».

Хильди перевела взгляд на Йоргена – и ведь не стыдно ему. Улыбается, сыплет высокопарными фразами, гордится не столько ими, сколько собственными идеями.

«Вот шваххов жук! – Хильди едва ли не ногой топнула от досады и зло усмехнулась: – Ха! Раскрыть ректору Сопротивление! А ничего, что к ректору мы даже не попали? Вместо этого натерпелись страха в жутком тоннеле. Скальп рыжий!»

Помпезная речь как раз закончилась, когда Хильди сунула руку в сумку, нащупала прохладные грани лилии и под жидкие аплодисменты сектантов швырнула подарок в наглую рыжую морду. Цели, увы, не достигла – Йорген оказался проворнее.

И теперь на его раскрытой ладони мерцал невесть откуда взявшийся голубоватый кристалл.

– Водолей? – кто-то ахнул в толпе.

– Драный драккар! Так вы его всё же раздобыли! – Йорген опустил артефакт в карман своего жилета, встал между Хильди и Ингваром, обнял за плечи сразу обоих: – Друзья мои, вы прекрасно сработались! Эгей, я не слышу оваций! – обратился он к единомышленникам. – Олаф, тащи медовый эль!

Под новый всплеск аплодисментов Хильди заглянула в сумку – лилия лежала там.

«Тогда откуда взялся кристалл? Что за игры?!»

Она перевела вопросительный взгляд на Ингвара, но он выглядел не менее удивлённым. Олаф одобрительно потрепал его по плечу, остальные высказывали поздравления, хлопали, звенели стаканами. Вся эта ситуация отозвалась тупой болью в висках, а комната вдруг показалась невыносимо тесной и душной. Хильди развернулась, поднырнула под чей-то рукой, выбралась на улицу и, ёжась, затрусила к корпусам академии по неширокой тропке, петляющей меж сугробов.

– Пора заканчивать с этими прогулками по морозу, пора заканчивать общаться с богатыми придурками… – бурчала она.

– Брунхильд, постой, куда же ты!

Йорген спешно нагнал Хильди и накинул на её плечи свой жилет. Теплее не стало – вычурная вещица совсем не грела. Злость, клокотавшая внутри, согревала гораздо лучше дорогих тканей.

– Спасибо, – буркнула Хильди, оказавшись в учебном корпусе и возвращая Йоргену жилет. – А теперь оставь меня в покое, ладно?

– Ты что, расстроилась? Почему? Это ведь ошеломительный успех!

– Ах, не понимаешь? Не понимаешь, да?! Ты! – Она ткнула в него пальцем. – Ты просто…! У-у-у! Мне жизненно необходима лицензия академии, а ты со своими проверками идиотскими!

– Эй, ну ты чего? – Он участливо взял её за руку и погладил.

– Ничего! – Хильди сама не поняла, почему всхлипнула.

Злость переросла в обиду и жалость к себе. Она отстранилась, быстро смахнула рукавом выступившие слёзы и, обогнув растерявшегося Йоргена, поспешила прочь. Но он быстро нагнал её:

– Подумаешь, кустики подстригли. Да о таком наказании только мечтать!

– Вот и мечтай, но без меня! – Слёзы и не думали униматься. – Для тебя это игра, а для меня – вся жизнь! Если он узнает… да он наверняка уже знает! Это скандал, оправдания и вообще… – Она шмыгнула носом. – Ты хоть представляешь, как важно для меня обучение здесь?!

– Ну не плачь, Хильди. Я ведь тоже рисковал: если бы вы с Ингваром сдали меня ректору. Но я и не думал…

– Оно и видно, что не думал!

Йорген виновато улыбнулся и протянул накрахмаленный носовой платок.

– А хочешь, дай мне тоже задание! Любое в разумных пределах. Выполню, и будем квиты, идёт?

– Просто извинись и больше не приставай ко мне!

Последние шаги до врат она проделала почти бегом, а сквозь стрёкот портала расслышала окрик:

– Извини!

– Да шёл бы ты.

А в своей спальне дала волю слезам. Уплывая в объятия снов, она вздохнула о том, что не смыла с себя лишние запахи.

– И плевать. Будет повод-таки начать запланированный ещё вчера разговор. Я всё объясню. Я смогу. Торвальд должен понять.

[Торвальд Сарот Див ла Фрайн]

Снова и снова коридоры выводили его к тайной комнате врага. Снова и снова Торвальд возвращался на тропу, но с пустым резервом не мог перенастроить магическую систему. Не помогло даже то, что он физически разбил стену, за которой прежде чувствовал свою Брунхильд. Он вывалился в её коридор, бежал по следу, но тонкая нить запахов резко оборвалась за одним из поворотов.

Торвальд знал, что артефакт прохода выпустил Брунхильд туда, куда и определил. Вопрос оставался лишь в том, почему его женщина, источник его сил, бродила по скрытым тропам.

– И почему параллельно с её следом чётко отзывается запах альва?

Ответом Торвальду послужило злобное рычание Зверя. Выйти из системы переходов вместе с другим магом было хорошим решением. Лучше, чем обессиленным дожидаться своего врага в его же логове. Но время тянулось, а в коридорах так никто и не появлялся.

– Ну же! Давайте! Неужели сегодня больше никто ничего не нарушил? Помнится, в былые времена, – он усмехнулся, – и часа не проходило, как распределяющий артефакт проводил тропами очередного провинившегося разгильдяя. А теперь… Скучные нынче адепты пошли, да?

– Да, Вальд.

Её голос острым клинком вспорол душу. Торвальд резко обернулся, фокусируя взгляд на пустом коридоре:

– Лиса?

Ноздри раздувались, тщетно пытаясь уловить до боли знакомый аромат. Но его не было. Торвальд метнулся вперёд, добежал до тупика, затем бросился в обратную сторону.

– Лагерта! Ты здесь? Лиса?!

Но вокруг снова сгустилась тишина. Торвальд прислонился к стене, проклиная пустые резервы.

– Ты ведь тоже слышал её?

Зверь внутри согласно тряхнул массивной мордой.

– Ответь мне, Лиса!

Тишина разверзлась звонким смехом, что убегал вдаль коридора. Торвальд дёрнулся, помчался следом. Рыжие искры, словно лисий хвост, мелькали в темноте тоннеля и проворно скрывались за поворотами, стоило только Торвальду приблизиться.

– Лагерта! – отчаянно крикнул он, потеряв след.

– Уходи, – прошелестел по стенам её голос.

– Лаге…

– Убирайся! – выкрикнула она.

Раскалённый воздух ударил Торвальда в грудь, прожигая рубашку искрами. Он опрокинулся навзничь, но вместо удара об пол почувствовал под собой пустоту.

– Прочь! Беги! Не возвращайся! – донёсся до него голос Лисы, затихающий в исчезающем портале.

Удар об землю всё же случился. Об настоящую землю, поросшую душистой травой, хранившую едва уловимые следы Брунхильд и того незнакомого альва. Наверху через прозрачный купол просматривалось небо, начавшее хмуриться под стать настроению. Ни коридоров, ни Лагерты. Торвальд непроизвольно дотронулся до запястья, где под рукавом рубашки скрывалась маленькая янтарная капелька – её подарок, навечно застывший под кожей.

– Вы на отработку? – над Торвальдом склонился долговязый молодой человек с шутливой улыбкой и радушно протягивал руку. – Или за цветами для прекрасной сканды?

Зверь коротко рыкнул. А Торвальд поднялся сам, не прибегая к посторонней помощи.

– Магистр Штейн, присматриваю за зимним садом, – представился ненужный свидетель. Он всё ещё протягивал ладонь, теперь уже для рукопожатия. – А вы?..

«Швахх, не хватало ещё оправдываться перед этим. А потом и с ректором объясняться».

Торвальд крепким хватом ответил на рукопожатие и соврал:

– Вы правы. Я за цветами.

Собеседник удивлённо вскинул брови.

– Так вы не назвали своё…

– Ночные фиалки у вас есть?

– Вот их, боюсь, что нет, – развёл руками сканд Штейн. – Могу предложить пионы, розы, акации… Розы я особенно рекомендую. – Он взмахнул рукой, а в следующий миг перед ними завис пурпурный цветок. – Ни одна девушка не устоит перед многогранным ароматом, сочностью цвета и бархатом лепестков этой красотки.

– Сколько? – Торвальд потянулся к карману.

– Ну что вы. Денег не возьму. Здесь же не цветочная лавка, да и дело-то благородное. Вся наша жизнь ради улыбок прекрасных дев, ведь так?

– Несомненно, – снова солгал Торвальд. – Благодарю. Выход в какой стороне?

– Что ж, позвольте вас проводить, уважаемый сканд?..

Торвальд проигнорировал очередной намёк на его имя, лишь кивнул в ответ. Магистр Штейн, не теряя лучезарной улыбки, пожал плечами, провёл Торвальда меж рядов акаций и любезно распахнул дверь. Он проводил до развилки коридора и принялся объяснять дальнейший путь:

– Здесь налево. Пройдёте мимо тепличных боксов, – махнул он рукой вдоль ряда дверей, – свернёте снова налево, а затем вам нуж…

Речь радушного сопровождающего оборвалась на полуслове. Его глаза закатились. Торвальд едва успел подхватить оседающего парня, одновременно ощущая, как в воздухе разливается йотунская магия.

[Брунхильд Янсен]

Последующие дни Хильди исправно ходила на занятия, держалась рядом со своими, но сторонилась Йоргена. Злые шёпотки настоящих магов она игнорировала, на толчки в коридорах старалась не обращать внимания. От Олафа слышала, что маги потрепали «пустышек» с земельного факультета, но на собрания Сопротивления Хильди больше не ходила. Вместо этого она вовремя возвращалась в замок и мучила Ори вопросами по водно-магическим конструктивам.

Первая эйфория от магии, элементалей, академии да и вообще всей окружающей роскоши потихоньку притупилась. Каждый вечер, засыпая в одиночестве, Хильди возвращалась мыслями в ту реальность, где остались сложные отношения с братом-небратом, потерянная мама-няня и работа в две смены.

Она не забыла.

Иной раз казалось, что именно та жизнь была настоящей, хоть и суровой. А нынешняя Хильди из замка – лишь героиня одной из сказок, что сочинял для неё Дэкс. Его она тоже не забыла. А в отсутствие Торвальда воспоминания о брате стали особо навязчивыми. Хильди прогоняла их, утыкаясь в учебники, найденные в библиотеке замка ла Фрайн.

Она провела пальцами по разноцветным корешкам и аккуратно спустилась по деревянной стремянке, приставленной к стеллажу. На ходу подправила смявшуюся портьеру, бросив быстрый взгляд в окно. В сумерках виднелись размытые огни городка Лэй. Где-то там Дэкс шёл на работу в «Птицу».

«А может, у него сегодня выходной? Или…»

Хильди вздохнула, а потревоженная ткань портьеры ответила облачком пыли, от которой тут же неприятно защекотало в носу.

«Надо бы помочь Аме с уборкой».

Воздушная библиотекой занималась сама, ведь ни водного Ори, ни тем более огненного Вэя к старинным книжным собраниям допускать было нельзя. А Шен в эти дела не лез, он любил колдовать на кухне и с нетерпением ждал весны – времени, когда можно будет наконец заняться садоводством. Его долгие рассказы о невиданных цветах и травах отвлекали Хильди. Она даже взялась помогать элементалю на кухне. Ама выискивала в библиотеке книги со старинными рецептами, а Шен и Хильди воплощали в жизнь необычные блюда. И это ей нравилось куда больше изучения непонятных формул.

Утром выходного дня она откинула покрывало и провела ладонью по шёлку простыней. Вторая половина кровати хранила неуютную, стылую прохладу. Настроение тут же испортилось. До одури захотелось провести руками по пепельным волосам Торвальда, в которых переливались голубые искры; вдохнуть морозную свежесть его одежды и согреться в тёплых объятиях. Даже, быть может, Хильди осмелилась бы заглянуть в бирюзовые омуты глаз и спросить у того, кто скрывался внутри:

«Ну где же вы пропадаете?»

Но рядом никого не было. Хильди поскребла пальцем синюю капельку на запястье – индиголит, подаренный Торвальдом, магически слившийся с кожей. Тяжко вздохнув и без особой надежды Хильди крикнула в пустоту:

– Ама! Сканд ла Фрайн не вернулся?

Собственно, именно с этого вопроса теперь начиналось каждое её утро.

Воздушная материализовалась перед кроватью и развела полупрозрачными руками:

– Нет, сканда Хильди. Вероятно, дела всё ещё не отпускают.

– Третью неделю?! Мог бы хоть на минутку заглянуть!

– Хозяин предупреждал о неотложных делах, – упорно повторяла Ама. – Уверена, это из-за долгих лет его отсутствия…

– А если что-то случилось? – При этой мысли неприятно холодела кожа.

– Не ведаю, сканда Хильди. Так как насчёт купели? – перевела тему воздушная. – Вэй уже подогрел воду.

Водные процедуры радости не принесли. Хильди со злостью раскрыла створки гардероба. Тёплые штаны никак не хотели надеваться на влажную кожу, что раздражало ещё сильнее. Заглянул Шен и позвал к завтраку, но она от него отмахнулась и решительно направилась к входной двери.

«Так дальше продолжаться не может!»

В укрытом сугробами саду гулял лёгкий ветер, игриво вздымал ворохи снежинок и норовил забраться под полы плаща. Она не стала задерживаться возле отключённого на зиму фонтана, вокруг которого обычно прогуливалась после ужина. В этот раз она прошла дальше по заснеженной тропе и оказалась возле кованых ворот. Железные прутья выглядели массивно и устрашающе, а вверху и вовсе оканчивались острыми пиками. Выкованные мастерами-умельцами левиафаны жадно обвивали прутья и угрожающе скалили латунные морды. Хильди могла рассмотреть каждую металлическую чешуйку на их изогнутых телах.

Она осторожно подняла руку и коснулась массивного кольца. Ничего не произошло, никто не зарычал, никто её не съел. Выдохнув, она потянула створку на себя. Безрезультатно. Принялась толкать наружу – тщетно.

Хильди осмотрела ворота, но не нашла ни намёка на замки или засовы. Лишь между чешуйками железных стражей пробегали редкие бирюзовые всполохи.

– Магия! Вот же швахх!

Она прижалась лбом к ограде и тоскливо посмотрела на Лэй, очертания которого виднелись сквозь туманную дымку.

– Вот вернётся Торвальд, я не посмотрю на его зверя! Не буду бояться! Я заслужила объяснений! – пробубнила Хильди, направляясь обратно в замок, и горько добавила: – Лишь бы вернулся. Лишь бы он вернулся.

А поднимаясь на крыльцо снова распалилась:

– Ну вот где его носит?! И сам не появляется, и меня запер. Я что, пленница? Замок-академия, академия-замок… В Грантрок выйти нельзя, в Лэй – тоже. Нет уж, хватит!

– Сканда Хильди, – у порога поджидал Шен, – завтрак на столе.

– Не хочу, спасибо, – проворчала она, снимая плащ. Ама возникла из воздуха и шустро подхватила одежду.

– Но как же это? – изумился земляной элементаль. – Филе лосося на подушке из дикого риса… Я так старался, так старался.

В его магических глазах мелькнула обида, и Хильди устыдилась. Уж Шен-то не был виновен в её скверном настроении.

– Не слишком ли плотно для завтрака? – поддела она элементаля, но тут же добавила: – Хорошо-хорошо, я сейчас подойду.

Шен радостно кивнул, покрутился на месте и достал из своей эфемерной тушки розовую фиалку. Ама тут же подхватила цветок и вплела Хильди в волосы.

– Как зимнее солнце на рассвете, – улыбнулась воздушная. – Очень мило, да, Шен?

Но земляной элементаль уже растворился в полу – поспешил на кухню.

– Ама, скажи, как открыть ворота? Мне нужно в город.

– Хозяин не давал распоряжений. – Воздушная слегка склонила полупрозрачную голову.

– Да не спрашиваю я про распоряжения! – сорвалась Хильди, но тут же раскаялась: – Извини, Ама. Я просто хочу в Лэй. Выпусти меня, пожалуйста.

– Элементали не владеют таким уровнем магии, – виновато улыбнулась Ама. – Лучше попросить сканда ла Фрайна.

– Именно это я и сделаю, когда наконец его увижу! Магией он тут всё окружил, тоже мне!

Весь день она промаялась, тоскливо поглядывая в окна и ещё тоскливее в учебники. Заходила она и в кабинет Торвальда, но никаких видимых записок или указаний не нашла, а шариться по ящикам благоразумно не стала. В понедельник утром Хильди решительно шагнула в портальные врата и не без труда нашла Йоргена в зале практических занятий.

– Здравствуй, Хильди, – кивнул он, отделяясь от своей группы. – Ты сменила гнев на милость?

– Я подумала над твоим предложением.

– Э-э-э… – Йорген взъерошил медные кудри, очевидно, напрочь забыв о своём импульсивном порыве.

– Ты хотел что-то сделать для меня, – подсказала она. – В качестве компенсации за историю с водолеем.

– О, точно! Было такое. И что же у тебя за желание, красавица? Помочь с учёбой? Добыть редкие конспекты? Может быть, ужин в «Шералье»? Я могу заказать столик…

– Нет, Йорген. Мне нужен бюст Асбьёрна из ректорского кабинета. Укради его для меня.