Глава 21

[Брунхильд Янсен]

– Ох, руны священные, что же это делается? – донеслись вопли сканды Близзард из глубин особняка. – Ох, что же это…?

– Йотунова метель! – крикнул Мартин, сбегая по лестнице. – Опять взбесилась. Этот дом развалится до того, как зима закончится! – Он перегнулся через перила, заглядывая вниз: – Эй, Дэкс, дружище, ты живой?

Из пролёта ниже донёсся слабый стон.

– Это как же тебя так? Ничего себе с горочки прокатился! – Мартин присвистнул, на бегу кивнул Хильди и окинул взглядом комнату через пустой проём, в косяках которого ершисто торчали обледенелые щепки. – Ладно хоть стены на месте.

Дальнейшее слилось в бесконечную суету. Мартин вызвался заколотить оконную раму, носился туда-сюда с досками, стучал молотком. Сканда Близзард мельтешила на лестнице, там же сидел и Дэкс, прикрыв глаза. Хильди же не сводила взгляда со своих рук, ставших совершенно привычными – светлая кожа, привычные руны варгового знака, но никаких фигурно заплетённых морозных узоров.

«Показалось?»

– Ох, деточка, пойдём пока ко мне. – Сканда Близзард подхватила её под локоть и повела вниз. – Здесь ведь так холодно теперь.

Холода Хильди не ощущала, наоборот, странный жар расползался по телу. И то были не эмоции или болезнь. Нет. Совершенно что-то новое, непознанное. Оно щипало, обжигало, душило.

– Брунхильд? – обеспокоенно заглянула в её глаза сканда Близзард. – Деточка, что с то…

Резкий толчок жара внутри заставил охнуть, отшатнуться от хозяйки дома и стремглав броситься на улицу, судорожно и сипло вдыхая воздух, которого будто не было. Заходящее солнце разливалось по небу жёлто-багряными отсветами, им вторило огненное облако внутри, которое болезненно жалило и пульсировало в каждой клеточке тела, будто готовое взорваться.

– Снег! – воскликнул в мыслях чей-то смутно знакомый голос. – Быстрее!

Мужской, но не Дэкса, не Торвальда.

«Что?»

– Снег!

«Кто ты?»

Но пламя вновь полыхнуло, обращая мысли в золу. Хильди где стояла, там и повалилась лицом в ближайший сугроб, погрузив руки в снег. Он набился в рот, нос, но давал те крохи прохлады, что унимали бушующий пожар.

– Хильди! Хильди! – Кто-то настойчиво вытягивал её из спасительного сугроба, обхватив за талию.

– Кто ты?

– Так Мартин я. Эй, ты в порядке? – Мозолистая ладонь легла на её лоб. – Горишь вся.

Мартин помог дойти до гостиной сканды Близзард, где Хильди безвольно рухнула на диван. Кто-то приподнял её, подсунул под голову подушку и поднёс к губам стакан воды, которую она жадно выпила. Затем она прикрыла глаза и отрешилась от суеты вокруг. Жар продолжал щипать изнутри, но уже не так агрессивно.

«Да что со мной такое?!»

– Инициация.

Хильди распахнула глаза, но разглядела лишь силуэт сканды Близзард в глубине кухни.

«Инициация? – задалась она мысленным вопросом, с горечью осознавая, что бредит. Она даже усмехнулась: – Ну и что же это?»

– Пробуждение дара.

Хильди привстала на локте и заозиралась.

«Швахх! Да кто ты такой?!»

– Я Ори. Вспоминай! Теперь ты можешь поборо…

Дальше внутренний голос стал нести такую жуткую тарабарщину на непонятном языке, что Хильди окончательно уверовала: даже сойдя с ума, такого бы не выдумала. Значит, не такой уж он и внутренний, этот голос. К тому же будто всё-таки знакомый.

– Проклятье на тебе сильное, распадается медленно, но я стараюсь. Всё это время ему сопротивлялся. Но твоей магии очень мало. За печатями она.

Хильди нахмурилась, совершенно ничего не понимая.

– Ты должна вспомнить. Я Ори! Ну же!

Она сосредоточилась в попытке придать голосу хоть какой-то облик. В мыслях он стал медленно наполняться голубовато-синим оттенком, вырисовываться в чуть полноватую, полупрозрачную фигуру улыбчивого парня, неожиданно с хвостом вместо ног.

– Элементаль! Высший, водный! – негромко воскликнула она пересохшими губами, резко сев, отчего перед глазами вспыхнули чёрные точки.

– Умничка. Дальше. Откуда я?

– Из замка ла Фрайн.

– Верно, а что?..

– Ты мой наставник по магии! – перебила Хильди. – Магия! Академия!

В голове всё трещало, будто лопался коварный лёд озера Мутт. И сквозь эти бреши ярко лучились потерянные воспоминания, вспыхивали пёстрыми картинками, звуками, запахами. Хильди вновь рухнула на диван, придавленная гомоном адептов, спешащих на лекции. Она повернулась и взвыла в подушку, настолько нереальной казалась та, другая, жизнь, кусочек за кусочком возрождающаяся в памяти.

«Я училась в академии!»

– Да!

«Торвальд! Он настоящий! Всё это – настоящее!»

– Да.

«Где он? Где Торвальд, Ори?!»

Элементаль тягостно вздохнул.

«А где ты? – Она вновь принялась осматривать комнату, но ни намёка на магическую субстанцию так и не заметила. – Где ты?»

– Индиголит.

Нужное воспоминание как секирой ударило. Хильди задрала рукав и поскребла ногтем каплю, полыхающую ярко-синей искрой в окружении расплывшихся чёрных рун знака варгов. Она же видела её и раньше, правда тусклую, едва заметную, – решила, что испачкалась в чём-то, а потом и думать забыла. Но теперь всё встало на свои места.

«Это не просто кулон был, да? Торвальд специально подарил, чтобы… Чтобы ты был рядом? Ты что, следил за мной?! Покажись, Ори!»

– Не могу.

«Хватит меня мучить! Если ты был всё это время рядом, то почему не помог раньше? Я чуть с ума не сошла! Мне нужны ответы, Ори!.. Ори?»

Элементаль молчал. Хильди прислушивалась к себе, даже поднесла запястье к уху. Она звала единственное существо, которое связывало её с миром сказки и давало надежду. Но Ори не отзывался. Зато стремительно спадал внутренний жар – не жёг, не жалил, едва теплился в груди. Сквозь мучительно долгую тишину наконец пробилось тихое и лаконичное:

– Не хватает магии. Каналы закрыты.

«Швахх! Ладно, не выходи. Просто говори со мной!»

– Гаснет…

– Что? – всхлипнула Хильди, нервно сжала в ладонях угол подушки. – Что мне сделать? Не молчи!

– Не хватает…

Снова всё стихло, лишь звенела посуда в кухне и доносилось бормотание сканды Близзард.

«Ори? Нет, нет, нет! Не бросай меня!»

– Академия… Вернись… – прошелестело на грани слышимости и окончательно затихло.

Индиголит на запястье снова стал блёклым, практически слился с кожей. Хильди тяжело дышала, принимая истинную реальность. Эмоции горели в ней похлеще недавнего жара, окуная то в радость, то в боль. Неизвестно, сколько бы она так просидела, если бы не настойчивый стук в дверь. Сканда Близзард кинулась открывать, а Хильди поморщилась, поняв, что определённо не хочет сейчас видеть Дэкса. Однако уверенные гулкие шаги приближались, и ему они не принадлежали.

– Брунхильд Янсен?

Мужчина в синем плаще законника, вставший напротив неё, глядел равнодушно, а вот Хильди вскинула брови в удивлении. Она бы даже была готова списать его появление на очередной бред ослабленного сознания, шутки разума, но хорошо знакомый сиплый голос не давал на это шансов.

«Что ему от меня надо?!»

– Брунхильд Янсен, вы должны пройти со мной.

– Почему?

– Что ж это делается? – охнула позади него сканда Близзард. – У девочки жар, ей нельзя…

Она осеклась на полуслове, придавленная тяжёлым взглядом законника. Затем он снова развернулся к Хильди и бесцеремонно схватил за локоть, вынуждая подняться с дивана.

– Куда вы меня тащите?! Собрание варгов ещё только через несколько дней!

– Именем закона Грантланды, вы должны пройти со мной, – вновь просипел законник, выводя её из комнаты.

– На каком основании? Я не понимаю! Я ничего не сделала…

Уже возле выхода из особняка Хильди в отчаянии крикнула, обернувшись:

– Дэкс! Дэкс, помоги!

Хватка на локте из жёсткой и вовсе стала нестерпимо болезненной.

– Да отпустите же, мне больно!

– Разрешите ей хотя бы одеться! – с укоризной в голосе крикнула сканда Близзард, появившаяся на лестнице и держащая свой плащ с меховой оторочкой по воротнику.

Но мужчина ждать не стал, распахнул дверь, в лицо сразу ударил ночной морозный воздух. У крыльца стояли большие крытые сани, совершенно не похожие на простые служебные повозки, которыми обычно пользуются законники. Хильди задёргалась:

– Пустите, сканд Кристер! Не пойду! Дэкс!

– Да заткнись уже, цыпа, достала! – Он грубо пихнул её в сани, и Хильди неловко завалилась вперёд, врезалась лбом в лавку и взвизгнула от неожиданности, когда сзади её сально припечатала мужская ладонь. Хильди попыталась извернуться, неловко взмахнула рукой, и с её пальцев прямо в лицо сканду Кристеру посыпались снежинки. Вреда особого не причинили, лишь припорошили волосы, но он всё же отшатнулся.

– Да чтоб меня йотуны драли! – выдал сканд Кристер, выпучив глаза. – И давно это у тебя?

Но довольно быстро пришёл в себя от изумления, сам влез в сани следом и хлопнул дверцей. Первым делом он ухватил Хильди за руку и долго всматривался в знак варга.

– Я ничего не нарушила. Собрания не пропускала. Всегда отмечалась как положено. Я не…

– Да замолчи же ты уже. – Он уставился на Хильди с недоброй усмешкой. – Давай без болтовни и без фокусов, цыпа. Я просто доставлю тебя по назначению, а все претензии выскажешь по приезде. Я люблю тишину, поэтому закрой рот. А то хуже будет.

Сказано это было таким замогильным шёпотом, что Хильди передёрнула плечами и затолкала рвущиеся с языка вопросы куда подальше. За окошком протяжно взвыла метель, вынудив жуткого сопровождающего поднять воротник-стойку и плотнее запахнуть плащ. Хильди сидела в одном шерстяном платье, но внутреннее мягкое тепло грело лучше любого плаща.

Вскоре сани выехали на центральную площадь, которую обступали роскошные дома зажиточных горожан. Роскошные по меркам Лэя, конечно; не чета столичным, теперь Хильди было с чем сравнивать. Они обогнули по дуге портальные врата Лэя – старинные двери, одиноко стоящие посреди площади, запорошённые снегом. Ненужные и заброшенные. Слившиеся с городом так, что уже никто из местных не обращал на них внимания. Маги не спешили радовать захолустных зевак своим чудесным появлением из «ниоткуда».

Хильди покосилась на дверцу:

«Что, если выпрыгнуть? Вдруг врата сработают, и я окажусь…»

Сканд Кристер перекинул ногу на ногу, и все мысли сразу улетучились.

Проехав ещё немного по широкому тракту, они остановились возле террасы двухэтажного особняка, сложенного из серо-жёлтого кирпича. Внутри всё тоже было каким-то болезненно-жёлтым, как жухлая листва по осени – мелкие лютики на серых обоях, бледно-лимонный бархат диванов и кресел, чучелко канарейки в высокой позолоченной клетке, подвешенной цепью к потолку…

«Что это за дом? Зачем?..»

Из коридора раздались шаркающие шаги, а следом показался сухонький старичок.

– Доброй ночи, сканд Кристер, – почтительно склонился он.

Тот не удосужился ответить, лишь расстегнул свой плащ и небрежно бросил старику. Без лишних слов он вновь схватил Хильди под локоть и повёл вглубь дома. Встреченные по пути служанки, все как одна, вжимались в стены, уступая дорогу.

В кабинет неизвестного владельца дома Хильди входила напуганная до предела, однако, завидев в кресле за большим письменным столом невысокого мужчину с кручёными усами и бородкой-клинышком, не сдержала облегчённого выдоха.

– Сканд Вускессен? – спросила она. – Что всё это значит?

Ей казалось, что человек, занимающий должность в казначействе Лэя, ничего недостойного против её воли делать не станет, даже несмотря на предложение, о котором упоминал Дэкс. В душе шевельнулось робкая надежда, что всё это из-за ссуды на жильё.

«Сейчас он улыбнётся и скажет, что нашёл для нас подходящий вариант».

Но даже в мыслях это прозвучало чересчур наивно.

– Рад быть узнанным, Хильди. Можешь звать меня просто Эспен.

А вот такая фамильярность подтверждала неприятные опасения. Хильди вряд ли смогла бы с такой простотой звать служителя казначейства, который к тому же сканд, да ещё и вдвое старше, если не больше. Она не ответила. Вместо неё к Вускессену обратился Кристер:

– Эспен, ты не поверишь, но, кажется, наша проблема исчезла сама собой!

– О чём ты?

– О том, что девица только что швырнула в меня снегом.

– И? – Сканд Вускессен скривился. – Почему меня должны интересовать ваши зимние игрища?

– Магически швырнула магическим снегом, – медленно произнёс сканд Кристер и со значением посмотрел на собеседника.

Мужчины уставились друг на друга в безмолвном диалоге. А Хильди переводила взгляд с одного на другого, силясь понять, что здесь происходит. Наконец Вускессен расплылся в улыбке, кивнул и довольно потёр руки.

– Что ж, это всё меняет! Но раз так, значит, сразу перейдём к делу. – Он поднялся из-за стола и размашистым шагом направился к ней. – Не будем терять времени. Я и без того безмерно долго ждал.

– Ждали? – Она нервно сглотнула, попятились, но упёрлась в сканда Кристера, что стоял за спиной. Он тут же схватил её за руки. Хильди рванулась в сторону. – Отпустите!

– Не дёргайся, цыпа, – угрожающе произнёс сканд Кристер. – И всё пройдёт быстро.

Сердце в груди коротко сжалось, а потом бешено застучало, разнося страх по всему телу. Мурашки щипали кожу, а желание вырваться из железного захвата стало нестерпимым. Хильди выкрикнула срывающимся голосом:

– Не надо!

Сканд Вускессен уже подошёл слишком близко и криво ухмыльнулся в усы. Её обдало терпким мужским запахом с примесью хмеля.

– Не надо, я прошу вас! Вы же сканд!

– Закрой глаза, если боишься, – мерзкий шёпот Кристера коснулся уха.

В этот миг внутреннее тепло болезненно ущипнуло, вновь разгораясь. Мелькнула надежда, что лучше сгореть в нём дотла, чем терпеть хватку этих проходимцев. Она и правда крепко зажмурилась, стиснула зубы, ощущая прикосновение к шее. А потом на грудь опустилась прохладная тяжесть.

– Вот и молодец, теперь можешь присесть. – Даже из-под смежённых век Хильди уловила улыбку Эспена. Распахнув глаза, она заметила ещё и азартный блеск в его взгляде. – Ну надо же, как удивительно. – Он переводил взгляд то на её грудь, то на руку. – А знак варгов-то на месте. Нет, ты видел это?

– А то.

Державшийся сзади сканд Кристер перехватил Хильди поперёк талии и едва ли не донёс до кресла, к слову, тоже жёлтого, как и, похоже, вся мебель в этом доме. Хватка наконец разжалась, позволяя утонуть в мягкой обивке.

– Воды? Медового эля? – вежливо поинтересовался сканд Вускессен.

Хильди покачала головой, сбитая с толку:

– А?

– Что «а»? Чего ты там себе напридумывала? Думаешь, стал бы я просить Кристера посодействовать ради девки на ночь? Священные руны, ну и нравы у нынешней молодёжи!

Упомянутый Кристер осклабился, явно наслаждаясь её смятением. Эспен тоже усмехнулся:

– У меня вон служанок полно, знаешь ли. Любая согреет, стоит только приказать.

«Согреет», – повторила про себя Хильди и вдруг поняла, что её собственное тепло – то новое, поселившееся в ней сегодня, медленной струйкой утекает в железный ошейник, спускающийся на грудь.

Она подняла руки и коснулась пальцами металла, что кольцом обхватывал шею, будто чугунной оковой, а вниз от него свисали цепи, тяжело спадая на грудь. В звеньях этого громоздкого и уродливого колье даже огранённые каменья имелись, глубокого синего цвета.

«Как индиголит, что подарил Торвальд! Неужели и это сольётся с моей кожей?»

От мысли получить ещё одну магическую отметину у Хильди вырвался нервный смешок. Одно было неясно: если Торвальд как-то привязал к ней Ори для её же блага, то что нужно этим мерзавцам? Называть их скандами и относиться с почтением после такого неоднозначного приёма стало невозможным.

– Не трогай, цыпа, – предупредил, усевшись в соседнее кресло, Кристер. Он закинул ногу на ногу и отрешённо, поверх головы Хильди, уставился в окно.

Эспен же, напротив, суетился, бросал беглые взгляды то на ошейник, то на большие стеклянные часы, стоящие на столе, в которых медленно из одной чаши в другую пересыпались сверкающие розовые кристаллы.

– Долго же ты ко мне шла, Хильди, – покачал он головой, расхаживая взад-вперёд. – Я ведь давно приглашал. Могла бы жить в хорошем доме, не знать отказа в еде и нарядах. Что за упрямство?

– Это недостойно…

– Вздор! Полнейшая глупость! Ты же варг, так к чему жеманство? – Он смерил её скептическим взглядом. – Жить в халупе какой-то старухи – это, что ли, достойно, по-твоему?

Хильди молча кивнула.

– Вот дура, – донеслось из соседнего кресла.

– Кристер, полегче.

– Дура как она есть.

Поймав неодобрительный взгляд Эспена, Кристер поднялся:

– Может, дубликат тоже попробуем зарядить? Схожу принесу.

– Сначала – я, – отрезал Эспен. – К тому же артефакт не доработан, ты же знаешь последствия.

– Попробуем. Может, с этой, – он кивнул на Хильди, – получится, она же ненормальная. Нестандартная. Швахх его знает, а вдруг дело наконец выгорит. Это же такие возможности! Да вся столичная знать будет у нас в ногах ползать, умоляя прирастить им…

– Кристер! – предупредительно взмахнул рукой Эспен.

Тот выругался под нос и покинул кабинет. С его уходом даже дышать стало чуть легче, и Хильди осмелилась спросить:

– Сканд Вускессен, что происходит? Вы отпустите меня?

– Почему нет? – Он небрежно пожал плечами. – Закончим с импеллером и пожалуйста.

– Им-пе?..

«Сканд Брой из столичной управы допытывался у меня про им-пел-лер. Ох, священные руны…»

Она дёрнула рукой – хотела дотронуться до колье, но так и замерла в нерешительности.

– Давай начистоту. – Сканд Вускессен опёрся бедром на кромку стола и скрестил руки на груди. – Скажем так, у нас с тобой происходит сделка, где твоё мнение не учитывается, но будущее будет обеспечено.

– Не понимаю.

– Будешь жить в сытости и тепле. Могу даже выгодно пристроить замуж. Не за аристократа, конечно. Но ты вполне неплохо устроишься в жизни.

– А взамен?

– Я заберу твою магию.

Хильди нахмурилась и таки вцепилась в железку на шее:

– Это артефакт, да? Вы… вы…

– Выкачиваю магию, именно. Мы столько ждали, пока твой дар наконец проявит себя! Если бы этого не произошло, нам пришлось бы постараться самим его раскачать, но швахх знает, сколько времени это могло бы занять…

Тепло в груди и правда тянулось к колье, это чувствовалось всем нутром, и ощущения были не из приятных. Хильди, не успевшая ещё до конца принять и осознать заявление Ори, теперь точно уверилась: дар действительно проснулся.

– Но почему именно я?! С чего вы вообще взяли, что во мне есть магия?

– Не с чего, а с кого. Из-за Далии, конечно же.

«Далия? Он сказал – Далия?»

– Мейер? – Хильди взволнованно назвала фамилию матери.

– Она самая, знаешь ли.

Хильди аж привстала, но Эспен покачал головой, призывая не дёргаться.

– Далия была магом воды, – как ни в чём не бывало заявил он. – Логично, что и ты тоже.

– Далия… – прохрипела Хильди. Голос внезапно перестал подчиняться. – Она здесь?

– Ну что ты! Конечно, нет. Зачем мне бывшая любовница Гордона? – брезгливо скривился Эспен. – И потом я же сказал – была. Она уже лет двенадцать, наверное, как мертва, я точно не помню.

– Мертва? – прошептала Хильди, чувствуя болезненную горечь. – Как это случилось?

– Официальной причины не знаю, уж прости. Подцепила какую-то заразу в темнице, да и сгорела в считаные дни. С заблокированными магами такое часто бывает, организм сопротивляется, собственного хозяина не щадит.

– А почему она… в темнице?

Хильди казалось, что запас ужасных новостей должен был давно закончиться. Ведь её жизнь и так беспросветно безрадостна. Но каждое новое откровение сканда Вускессена словно забивало очередной раскалённый гвоздь в её сердце.

– Так Далия же за тобой кинулась вдогонку, как законники вас с Дэксом забрали, не помнишь, да? Всё объясняла, плакала, потом силой тебя отнять попыталась, но у законников же защитные артефакты – так что её заклинания не причинили никому вреда, кроме неё самой. Скрутили за нападение и бросили за решётку. А мне оно и на руку было – чтобы она не мешалась.

Сканд Вускессен замолчал, погрузившись в воспоминания, и Хильди тоже нечего было сказать. Она откинулась на спинку кресла и просто смотрела перед собой. В голове было пусто.

Через некоторое время Вускессен кинул взгляд на часы и, видимо, решил, что у него ещё имеется время на разговоры.

– Гордон ведь готовил тебя для себя. – Он усмехнулся и скрутил пальцами ус. – Но я внёс кое-какие коррективы в их план. Сдал его с потрохами управе. Был Гордон – и нет Гордона.

Хильди удивлённо вскинула брови:

– То есть из-за вас мы с Дэксом лишились всего?

– Ой, да не делай ты такие глаза. Ничего-то у тебя и не было.

– Но…

– Они с Далией зачали ребёнка только с одной целью – передать Гордону дар… Твой дар.

– Это неправда!

– Отчего же? Гордон был хоть и аристократом, но всё же обычным человеком, и его это категорически не устраивало. Впрочем, как и нас с Кристером. Мы мечтали стать магами. Взяли в дело Альрика – отменного артефактора, правда, некоторые считали, что он не в себе. А нам такой и нужен был! Всё же мы преступали закон. Переселение магии, знаешь ли… Это как переселение душ у йотунов. Их ритуалы и легли в основу… Впрочем, опустим технические моменты. По итогу мы тайно создали импеллер, но, увы, терпели неудачу за неудачей. Кристер хорошо делал свою часть работы, многих магов заманил к нам. Однако в процессе изъятия они все отчего-то теряли не только магию, но и жизнь.

У Хильди внутри всё вновь похолодело. Она судорожно вцепилась пальцами в хомут на шее.

– Не стоит! – взмахнул рукой Эспен. – Спокойнее, милая, всё хорошо. Спокойнее, не волнуйся. Ты ведь не дослушала, знаешь ли. После череды неудач Гордон и Альрик пришли к выводу, что нужно сделать ставку на родственные узы, чтоб магия легче передавалась. Когда Кристер привёл своего бастарда, мы наконец добились успеха. У нас с Гордоном такого ресурса, увы, не оказалось в рукаве. Тогда он выбрал Далию. Использовал её. А она, влюблённая дурёха, не смогла ему отказать.

– Зачем вы всё это мне рассказываете? Гордон Янсен не мой отец! Это ошибка!

– С чего ты взяла?

– Дэкс сказал! Я всю жизнь думала, что являюсь дочерью Гордона и Ниссы Янсен, а оказалось, что нет. Далия Мейер устроилась в дом Янсенов няней уже со мной на руках. А Дэкстер наврал законникам, чтобы одному не остаться.

– И испортил этим всю схему, мелкий поганец! – Лицо Эспена скривилось, а потом он и вовсе снова принялся нервно расхаживать по комнате. – Естественно, Гордону так удобнее было наблюдать за твоим развитием. И не мог же он признаться жене в связи с Далией, пусть и нужной только для дела. Я же собирался тебя себе забрать. В соответствии с легендой о том, что ты нянькина дочь, всем было бы на тебя плевать. Но нет! Этот паршивец трусливый ляпнул, и вот, вас увезли в приют к швахху на хвост. Да ещё и знак варга тебе законники дополнили блокировкой магии, чтобы наверняка. Сволочи, такой план испоганили. Пришлось спешно придумывать новый и перебираться подальше от столичных законников и поближе к тебе. – Он резко остановился и наклонился к лицу Хильди: – Знала бы ты, как я все эти годы ненавидел эту дыру!

Затем он завёл руки за её голову и снял жуткий ошейник.

– Ну вот и хорошо. Ты только посмотри, как теперь сияют камни!

Его лицо озарила довольная улыбка. А Хильди наконец выдохнула – жива!

«Нужно убраться подальше от этих ненормальных!»

Слепо верить Эспену Хильди не могла себе позволить. Она бросила на него взгляд из-под ресниц – тот с комфортом устроился в своём кресле за столом, надел на себя сияющее колье и перевернул часы, запуская отсчёт.

– Кристер, – крикнул он в сторону двери. – Ты где там? Я начинаю.

«Глупо рассказывать о своих делишках какой-то девчонке! А сканд глупым не кажется. Значит, что? В лучшем случае запрёт навсегда в этом доме! Буду как то чучело канарейки в гостиной – сидеть в клетке, даром что позолоченной! А то и вовсе… – Хильди нервно сглотнула, вспоминая лицо Кристера. – Такой не знает жалости. Был Гордон, нет Гордона – всё у них просто решается. Также можно сказать и про меня: была Хильди, не стало Хильди. Замучают до смерти. Нет, нужно бежать! В академию! Сканд ван Саттер поможет найти Торвальда! Торвальд разберётся с этими проходимцами и с моей магией. Сколько её осталось? Можно ли вернуть? Или она навсегда… Швахх! Ори! – Она провела пальцем по блёклой капле на запястье. – Ори, пожалуйста, надеюсь, ты ещё жив!»

– Щиплет, – поморщился Эспен и поёрзал в кресле. – Неприятно, но терпимо. Ничего, это того стоит.

Он снова болезненно скривился и бросил нетерпеливый взгляд на часы, однако кристаллы пересыпались медленно и даже не прошли срединную отметку.

– Вы же сказали, что важны родственные узы, – решилась нарушить тишину Хильди, в глубине души надеясь, что Эспену поплохеет настолько, что он не сможет броситься за ней следом, когда она будет убегать. – Гордон, может, и был мне отцом, хотя мне сложно принять всё это. То я дочь Гордона и Ниссы, то потом вдруг дочь Далии и неизвестного мужчины, то теперь снова дочь Гордона. Это сложно.

Эспен кивнул, соглашаясь. На его лбу выступила испарина, а лицо побледнело.

– Дэкс был обманут, но ребёнком соврал так, что попал в правду, – продолжила Хильди, украдкой бросая взгляды то на дверь, то на окно. – Жуткая путаница! Но как бы там ни было – вы-то здесь ни при чём, сканд Вускессен? Или я дочь ещё и вам?

– Вряд ли это возможно… физически. – Эспен закатил глаза, будто она сморозила несусветную глупость, а потом скривился и совсем не аристократично крякнул. Затем чуть отдышался и продолжил: – Не дочь. Но ведь и мы с Гордоном не чужи… кхе! – Он зашёлся в приступе кашля, схватился за кромку столешницы так, что побелели костяшки пальцев. – Я выдержу! Кхе… смогу… что за…? Кристер! – Кашель превратился в отчаянный, но сиплый крик: – Помоги мне! Кристер!