Глава 13

Неделя выдалась на удивление мирной. Мы с Романом нашли равновесие, и оно оказалось вполне комфортным.

На работе он был Романом Викторовичем, я — Ариной, смета по «Северному» была пересчитана, риски переписаны, и на очередной планёрке он коротко кивнул и сказал, что теперь это похоже на план. По его шкале это тянуло на аплодисменты.

Никакого розового тумана я больше не разводила. Посмотрела на себя со стороны, посмеялась и закрыла тему. Работа, дом, созвоны с девчонками, всё как всегда.

Ну, почти.

Иногда я всё-таки ловила на себе его взгляд. Мимолётный, поверх чужих голов, с едва заметной улыбкой в уголках глаз, которую никто кроме меня бы и не считал. Я отвечала тем же и возвращалась к работе.

Вот и всё, что мы позволяли себе, и, как ни странно, в этом было своё удовольствие. Как будто у нас двоих на этаже был общий секрет, маленький, безобидный и приятно гревший где-то под рёбрами.

Женя молчал всю неделю, ни звонка, ни сообщения. Я осторожно позволила себе поверить, что разговор на парковке был последним, пробный шар не залетел, и он вернулся к своей жизни. Как выяснилось позже, зря.

В четверг Роман взял меня на выездную встречу. Мы отработали слаженно, как будто репетировали, он давил статусом и спокойствием, я добивала цифрами.

Заказчик, тяжёлый дядька из тех, что любят прожимать по деньгам, к концу совещания сдался и подписал допсоглашение.

— Неплохо, — сказал Роман, когда мы вышли к машине.

— Неплохо? Да я была в ударе!

— Неплохо, Арина, — он открыл мне дверь, улыбнувшись.

Обратно ехали по пробкам, никуда не торопясь. В машине, по нашим негласным правилам, начиналась неформальная обстановка, и я решилась.

— Слушай, а можно про субботу спросить?

— Нужно.

— Насколько там всё будет серьёзно? Мне готовиться к смотринам или это просто ужин?

Он усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.

— Юбилей отца. Дом за городом, гостей будет много, отец скромные даты не отмечает.

— Много — это сколько?

— Не считал. Полсотни наберётся.

— Ого, и это ты называешь семейный ужин?

— В основном будет родня, друзья семьи, но и партнёры тоже. Не переживай, разглядывать будут вежливо.

— Утешил, спасибо. Кто там будет из тех, про кого мне надо знать?

Пальцы на руле лежали спокойно, лицо не изменилось, но пауза вышла на полсекунды длиннее обычного.

— Родители. Про брата с женой я говорил.

— Говорил, — осторожно согласилась я. — Но если я иду туда играть твою женщину, мне бы хоть имена знать. Неловко выйдет, если я спрошу у твоей бывшей, как её зовут.

Он помолчал, не отреагировав на мой подкол. Я уже решила, что перегнула, но он ответил без выражения:

— Брата зовут Кирилл, он младше меня на три года. Жена — Вика, мы расстались с ней шесть лет назад. На юбилее будут вместе с сыном, ему четыре.

Я моргнула. Ещё и сын.

— Ясно.

— Это все вопросы? — он глянул на меня с лёгкой усмешкой, но глаза не улыбались.

— Пока да.

— Хорошо. Легенду обсудим ближе к делу, она у нас, к счастью, отработанная.

— Боевое крещение прошла, — согласилась я.

Остаток дороги мы проболтали о заказчике, но я всё думала про эту его паузу в полсекунды. Для человека его характера, это было целое признание.

Вечером в пятницу у нас был созвон с девчонками, Лера выходила на связь с Мальдив, и первые десять минут мы традиционно завидовали её загару, океану за спиной и коктейлю в руке.

— Так, теперь новости, — она отставила его и придвинулась к камере с заговорщицким видом. — Вы сидите? У Жени с Настей всё очень плохо.

— Насколько плохо? — оживилась Катя.

— Арс с ним вчера созванивался, я слышала кусок. Женя хочет с ней расстаться, прямо ищет, как это сделать, а она вцепилась и не отпускает.

— Ой, как неожиданно, — пропела Катя. — Кто бы мог подумать. А совсем недавно приводил её на свадьбу как трофей.

— Один взгляд на Арину с Романом, и трофей обесценился, — хмыкнула Лера. — Ариш, ты чего молчишь?

Я пожала плечами.

— А что мне сказать? Мне всё равно, что у него там в жизни творится. Лучше расскажи, как вы отдыхаете.

— Ну да, конечно, всё равно, — Лера закатила глаза. — Отдыхаем мы прекрасно, спасибо. А вот твоя игра сработала совершенно неожиданным образом, не находишь?

— Ничего я не нахожу. Его отношения меня не касаются.

И самое забавное, я даже не соврала. Где-то внутри шевельнулось, конечно, что-то мелкое и мстительное, но настоящего чувства за этим не стояло. Ни радости, ни жалости. Чужая жизнь, чужой пожар.

В субботу вечером телефон звякнул. Лёгок на помине.

«Привет. Разбирал вещи, нашёл коробку. Оказывается, у меня затесалось кое-что из твоего».

Я смотрела на экран и чувствовала, как мирная неделя тихо заканчивается.

«Выброси. Раз за год не понадобилось, значит, не нужно», — отбила я.

Внизу экрана появились точечки. Они бежали, пропадали, появлялись снова, а потом погасли. Ответа так и не пришло.

В воскресенье утром я никуда не спешила. Заварила чай, открыла окно на кухне, во дворе кто-то выбивал ковёр, надрывались птицы. Я слонялась по квартире в пижаме, любимой, старой, в мелкий лимон, и прикидывала, чем занять день.

В дверь позвонили. Я решила, что это соседка за формой для выпечки, она с четверга собиралась, и открыла, не глянув в глазок.

На пороге стоял Женя с коробкой в руках.

Пару секунд мы просто смотрели друг на друга. Я в пижаме с лимонами, с недопитой кружкой в руке, растрёпанная, тёплая, воскресная. И он, собранный, с этой своей коробкой, как курьер из прошлой жизни.

На один короткий миг его лицо дрогнуло, с него слетела вся подготовленная лёгкость, и взгляд стал почти беспомощным.

— Я и забыл, какая ты по утрам... — произнёс он и осёкся.

Не договорил. Стоял и смотрел, как в самом начале, когда я ещё была его самой большой удачей.

А у меня в голове крутилось: «Опоздал ты с этим взглядом, Жень».