Глава 27

Я проснулась от зябкого холода. Сонно потянулась, ожидая наткнуться на горячую, тяжёлую руку, но ладонь скользнула по остывшей смятой простыне.

В первую секунду внутри тревожно ёкнуло, но с кухни донёсся знакомый, натужный гул моей кофеварки, я выдохнула и невольно расплылась в улыбке, вспомнив всё, что было ночью. Рома…

Я откинула одеяло, села на краю постели и сладко потянулась. В теле ощущалась приятная, тянущая ломота, каждое движение отзывалось напоминанием о том, каким ненасытным он оказался.

Накинув халат, я проскользнула в ванную и взглянула на себя в зеркало. Волосы растрёпаны, зато глаза блестят так ярко, что я сама себя не узнавала. На меня смотрела абсолютно счастливая, живая женщина.

Быстрый душ окончательно привёл меня в чувство, я вышла на кухню и замерла в дверях. Рома стоял у плиты, уже полностью собранный, в брюках и рубашке с небрежно закатанными до локтей рукавами.

Услышав шаги, он обернулся. Внимательный, тёмный взгляд скользнул по моему лицу, спустился к вырезу халата и вернулся к глазам. Рома отложил лопатку и уверенно притянул меня к себе.

Я мгновенно оказалась в кольце его рук, ни на секунду не забывая, что я теперь женщина, которую отчаянно хотят и в которую влюблены. Зажмурилась от удовольствия и обняла его за шею.

— Доброе утро, — выдохнул он, нехотя отстраняясь.

— Доброе. Спасибо за кофе.

Рома хмыкнул, протягивая мне горячую кружку.

— Тебе нужна новая кофеварка, эта на ладан дышит.

Я пожала плечами, делая глоток.

— Ей просто много лет.

— Значит, пора поменять.

Он поставил передо мной тарелку с омлетом, сел напротив и взял свой кофе. Мы позавтракали в уютной тишине, улыбаясь друг другу. Нам не нужно было обсуждать прошедшую ночь или сыпать неловкими комплиментами, всё было понятно без слов.

Его взгляд, и то, как он следил за каждым моим движением, говорили громче любых признаний. Рома никуда не торопил, дал мне время спокойно собраться, чтобы поехать в офис вместе.

Уже в коридоре, глядя, как он надевает пиджак, я невольно улыбнулась.

— Тебя не смущает, что ты во вчерашнем?

Он хмыкнул, поправляя воротник.

— Отвезу тебя и заскочу домой переодеться.

— Совсем не обязательно так со мной носиться.

Он посмотрел на меня с внимательной, тёплой улыбкой.

— Ты моя женщина, Арин. Не забыла?

Я только молча улыбнулась в ответ, возражать совершенно не хотелось.

Он отвёз меня на работу, и Катя, увидев нас, подмигнула. Я уже поняла, что без подробностей не обойдётся.

Но пока у меня так идеально складывалось с Ромой, Женя не давал о себе забыть. С утра позвонил трижды. Между звонками пришло два длинных сообщения, которые я даже не стала открывать.

Смотрела на светящийся экран и вспоминала слова своего нового мужчины: «Я с этим разберусь». Стоило показать ему эти вызовы, и мужской разговор состоялся бы сегодня же.

Но я не хотела никаких разборок. Женя получил бы ровно то, чего добивался: реакцию, внимание, доказательство того, что он всё ещё способен меня задеть.

Вечером я всё-таки написала ему после очередного звонка: «Жень, возьми себя в руки. Прекрати это, я не буду отвечать». Он прочитал и ничего не ответил.

На следующий день телефон молчал. Вот и всё, с облегчением решила я, выдохся. Рома с утра уехал на сложные переговоры по сделке, которую вёл с весны, и ближе к вечеру прислал сообщение: «Освобожусь около девяти. Приеду сразу к тебе». Я улыбнулась экрану, собрала вещи и уехала из офиса пораньше.

Дома я переоделась и полезла в холодильник соображать ужин на двоих. Звонок в дверь раздался в четверть девятого. Раньше приехал. Я, даже не глянув в глазок, распахнула дверь.

— Ром… — выдохнула с улыбкой.

Но она медленно сползла с моего лица, потому что на площадке стоял Женя. Внешне собранный, гладко выбритый, и только лихорадочный блеск в глазах и тени от бессонницы выдавали, что внутри у него всё летит к чертям.

— Привет, Арин, — хмуро выдавил он, шагнув вперёд.

Я попыталась захлопнуть дверь, но он не позволил, выставив ногу.

— Убери, — жёстко сказала я.

— Пять минут.

— Жень, так дела не делаются. Я уже сказала всё, что хотела, уйди, пожалуйста.

Он надавил на дверь ладонью, заставляя меня отступить, и вошёл в прихожую.

— Ты нормальный вообще? — вся вымученная вежливость слетела с меня от его наглости. — Это моя квартира.

— А раньше была наша.

— Ключевое слово — была. Уходи.

— Нет.

Он остановился в шаге от меня.

— Ты не отвечаешь на звонки, не читаешь сообщения. Что мне оставалось?

— Понять намёк?

— Я понял, — он криво усмехнулся. — Просто не принял.

Мой телефон, лежащий на тумбочке у зеркала, внезапно засветился. На экране горело короткое: «Рома». Внутри всё напряглось, поскорее бы он приехал.

— Тебе пора, я жду Рому.

— Плевать мне на твоего «Рому», — произнёс он быстро. — Я год себе врал, Арин. Врал, что задыхаюсь от рутины, что жизнь проходит мимо, что я достоин большего. А по факту — я просто зажрался. Я думал, что наши отношения зашли в тупик, а оказалось, что без тебя я сам по себе пустое место. Обычная дурь в тридцать лет. Ты же можешь это понять?

— Поздравляю с прозрением, — раздражённо ответила я, отгораживаясь от него скрещенными на груди руками. — Запишись к психологу.

— Не язви, — попросил он. — Я знаю, что повёл себя как мудак. Но я пришёл не оправдываться, я просто хочу начать заново. Без ошибок. Без моих загонов.

Он шагнул ближе и протянул руку, пытаясь коснуться моего плеча, но я отшатнулась. От него пахло чужим, незнакомым парфюмом, не тем любимым, что я дарила ему все эти годы. И эта крошечная деталь ещё больше усилила моё ощущение от него как от чужого теперь человека.

— Ты не слышишь меня. Мне не нужно «заново», я просто не хочу. Наши отношения давно закончены, можешь ты это понять?

— Хочешь сказать, так легко меня отпустила?

Я приподняла бровь, поражённая наглостью.

— Нет, не легко, — огрызнулась, выставив перед собой руку. Она упёрлась в его грудь, но хотя бы остановила. — Мне тяжело далось наше расставание, и я этого не скрываю.

— Раньше скрывала, — невесело усмехнулся он. — Помнишь, сама сказала: «Хочешь уходить — уходи».

— А что я должна была делать?! В ногах у тебя валяться? Я тебе наскучила, ты выбрал другую, повёлся на эту свою «свободу». Ну так наслаждайся, что же ты обратно просишься?!

В его глазах мелькнула боль, будто я его ударила. Но как было больно мне, когда он меня разлюбил.

— Послушай, я совершил ошибку, — с нажимом ответил он. — Но я же никого не убил, не сделал ничего непоправимого, а ты смотришь на меня, как на ничтожество.

— Не надо говорить мне, что я чувствую, ладно? Я смотрю на тебя, как на своё прошлое. У нас могла быть настоящая семья, Жень. Дети, планы, старость вместе, всё, что угодно. Ты сам не захотел.

— Дело в нём? — он кивнул на телефон, на который снова звонил Рома, его голос сорвался от ревности. — Думаешь, у вас это надолго? Всего лишь офисный роман, Арин, а мы с тобой с нуля всё строили, у нас фундамент.

— Нет, не в нём, — жёстко отрезала я. — Дело в тебе, Жень. Ты ушёл, потому что тебе стало скучно, а вернуться хочешь, потому что там, на свободе, оказалось не так уж и радужно. Всё про тебя, как всегда.

— Но я изменился, осознал, что был неправ. Я же признаю это, хочу начать всё с нуля. Теперь всё будет иначе.

— Молодец, я рада, только мне это уже неинтересно.

— Назови цену, — упрямо зашёл он с другой стороны. — Я тебя подвёл, причинил боль. Назови цену, я её заплачу, Арин. Всё, что хочешь.

Я взглянула на него, как на сумасшедшего.

— Жень, ты прямо сейчас её платишь, неужели непонятно? Вот это всё, — я толкнула его в грудь, чтобы не приближался, — и есть цена твоего решения. Ты сам принял его, так расплачивайся.

Ответ ему не понравился, он прижал меня к стене, собираясь поцеловать, но я отвернулась, и его губы скользнули по щеке.

— Пусти… — выдавила я, отталкивая его тяжёлое тело.

Услышала звук лифта за дверью, только бы Рома…

— Не пущу, — Женя взял моё лицо в ладони, не позволяя увернуться. — Ну прости меня. Ну чего ты ещё хочешь? Давай попробуем снова, дай нам шанс, в этот раз всё получится, обещаю.

От его горячего шёпота на моих губах мне сделалось тошно.

Дверь распахнулась, и я встретилась ошалелым взглядом с Ромой, его лицо мгновенно потемнело. В один шаг он сократил расстояние и оттащил от меня бывшего мужа. Развернул к себе и встряхнул, как щенка.

— Пора поговорить, — процедил он, и я поняла, что будет жёстко.