Глава 11 · Утро, тишина и невыносимый выбор

Даша проснулась от того, что в фургоне стало светло.

Серый, мутный свет пробивался сквозь тонированные стекла, и в этом свете всё выглядело иначе. Вчерашняя теснота теперь казалась просто теснотой, без романтики. Вчерашнее тепло — просто теплом.

Таргитай лежал рядом, всё еще прижимая ее к себе. Зеленый, огромный, с закрытыми глазами. Во сне его лицо казалось почти безмятежным: клыки не так заметны, брови не нахмурены. Даша смотрела на него и чувствовала, как внутри разрастается холод.

Сегодня он уйдет.

Не просто уйдет, отправится в другой мир. Навсегда. Она его больше никогда не увидит.

Даша осторожно выскользнула из его рук. Он не проснулся. Или сделал вид, что не проснулся. Она не стала проверять.

Она натянула вчерашнюю одежду: футболку, джинсы, трусы, которые нашла засунутыми между сиденьями. Всё пахло им. Хвоей, дымом, его кожей.

Она села за руль, завела двигатель и выехала с парковки, даже не дождавшись, пока он проснется. Просто хотела оказаться в движении. Чтобы не думать.

Таргитай проснулся, когда они уже вырулили на трассу. Он сел, согнувшись, поджав колени. И молчал.

Они не разговаривали всю дорогу.

Даша сжимала руль так, что костяшки побелели. Она смотрела на дорогу, на разметку, на встречные машины, но видела только одно: как он исчезает. Прямо сейчас. Пока они едут, он еще здесь. Через час — уже нет.

Ей казалось, что она везет его хоронить.

Ведьма жила на окраине Курска, в типовой девятиэтажке. Даша нашла адрес по навигатору, припарковала минивэн во дворе, напротив подъезда.

— Приехали, — сказала она.

Голос прозвучал словно чужой.

Таргитай кивнул. Он смотрел на нее странно, как будто хотел что-то сказать, но не решался.

Они вышли из фургона. На улице было сыро, пахло мокрым асфальтом и прелыми листьями. Даша огляделась — никого. Хорошо.

— Бегом, — скомандовала она.

Они пробежали до подъезда. Таргитай пригибался, чтобы не задеть притолоку, и Даша впервые подумала, как же он нелепо выглядит со стороны: огромный зеленый мужчина в облегающих, трещащих по швам джинсах и расстегнутой рубашке, который бежит на цыпочках, стараясь не шуметь.

Она бы рассмеялась, если бы могла.

Квартира Веры оказалась на третьем этаже. Даша позвонила. Дверь открылась почти сразу, будто ведьма стояла и ждала за дверью.

Вера оказалась совсем не такой, как представляла Даша. Никаких черных одежд, никаких кристаллов и черепов. Обычная женщина лет тридцати пяти, в розовом халате, с мокрыми волосами, закрученными в полотенце. На ногах пушистые тапки с помпонами.

— О, пришли, — сказала она, окидывая взглядом Таргитая. — Да, зеленый. И правда огромный. Заходите быстрее, пока соседи не увидели вас.

Они зашли. Квартира была маленькой, захламленной, пахло в ней травами и затхлостью. На кухне на плите что-то шипело.

Вера провела их в комнату, там стоял заваленный диван. На нем валялся ноутбук, амулеты у его ножки стояла кружка недопитого кофе.

— Окей, — сказала ведьма, потирая руки. — Сейчас быстренько отправлю твоего орка домой и как раз успею на маникюр.

Даша замерла.

— В смысле «быстренько»? — переспросила она. Голос дрогнул. — А сложности? А ритуалы? Разве можно кого-то легко отправить в другой мир?

Вера пожала плечами.

— Ну да. Если знаешь, что делать, это недолго. Минуты две. Мы могли бы уже начать, а не тратить время на болтовню.

Она уже потянулась к какой-то коробке с травами, но Даша не двигалась.

Она смотрела на Таргитая.

Смотрела на его красные глаза, на его зеленую кожу, на шрамы, которые она ощупывала пальцами прошлой ночью. На его клыки, которыми он осторожно касался ее шеи. На его руки, которые держали ее так бережно, будто она была чудесной драгоценностью.

И чувствовала, как к горлу подступает ком.

Она сейчас заплачет. Прямо здесь.

Таргитай смотрел на нее в ответ. Долго. Потом перевел взгляд на Веру.

— Я не могу никуда уйти, — сказал он.

Ведьма замерла с горстью сушеных цветов в руке.

— В смысле?

— Я не могу бросить свою женщину.

Даша почувствовала, как щеки вспыхивают. Голос предательски дрожал.

— Но жить тут у тебя не получится, — выпалила она. — Это абсурд. Ты будешь вынужден всё время скрываться от людей! Так нельзя.

Она понимала, что он сказал. Это одновременно было приятно и мучительно. Ведь она не могла его обречь на подобное существование.

Таргитай сделал шаг к ней.

— Ты вызвала меня, чтобы я решил твои проблемы, — сказал он спокойно. — Так?

Даша кивнула. Не могла говорить.

— Мы уйдем в лес. — Он говорил ровно, будто обсуждал погоду. — Там я построю нам дом. Буду охотиться. У тебя не будет никаких финансовых проблем.

Даша смотрела на него и не верила своим ушам. Лес? Дом? Охота?

— Но в нашем мире так не принято, — сказала она, и голос прозвучал жалко, по-детски.

Таргитай вздохнул. Тяжело, как будто объяснял очевидные вещи кому-то, кто упрямо не хочет понимать.

— А продавать душу демону, соблазнять орка или вырывать кого-то из чужого мира — это принято?

Даша хмуро уставилась в пол.

— Я тебя не соблазняла, — буркнула она.

— Специально — может быть, и нет, — кивнул орк. — Но я соблазнился.

Повисло тяжелое молчание.

Вера, которая всё это время переводила любопытный взгляд с одного на другого, как на теннисном матче, наконец не выдержала.

— Так и что делать-то будем? — спросила она. — Вы как-то решайте уже, а то я опоздаю на маникюр. И так запись за две недели.

Таргитай смотрел на нее. Ждал.

Даша впервые в жизни чувствовала, что от этой «проблемы» нельзя отмахнуться. Ей придется взять на себя ответственность за это решение.