Глава 23. Макар

— Это все из-за тебя, — шипит Васька и руку в бок, а я с ума схожу. От всклоченных волос. От сверкающих глаз. От тела, что прячется под этой простыней. В прочем. Че это прячется? Тяну руку, рывком сдергиваю белую тряпку и моя Малышка уже голая.

— Нахал, — наигранно задирает она подбородок, идет мимо меня к двери, раскрывает пакет с эклерами с белком. Пальчиком подцепляет крем и в рот. Смотрит краем глаза и улыбается. Сучка.

Подхожу сзади, пальцем глажу по позвоночнику, наслаждаясь трепетом ее тела. Моя, моя Васька, не смотря ни на что. Не испугалась.

Привяжу к себе, так что даже о друзьях забудет, о внешнем мире, стану центром вселенной и всю жизнь буду наслаждаться ее телом и той любовью, что она будет дарить лишь мне одному.

Только урода найду, кто напугать меня пытается.

— От нахалки слышу, — шепчу ей на ухо, руками захватывая в плен любимые титьки. Такие упругие с горошинками сосками и вдруг.

Шлепок. Блять!

Чувствую, как по лицу сползает, что — то липкое, облизываю губы и чувствую сладкий белок.

— Ой, какая же я неуклюжая, — смеется она в голос, а я лишь отпускаю руки с ее груди, стираю сладкую субстанцию и шлепаю ее на пол.

— Беги, Малыш, если не хочешь потом влагалище отмывать от этого дерьма.

Он смеется пуще прежнего, сгибаясь пополам, я только качаю головой, что совсем перестал ее пугать. Раз не слушается.

Ну ничего.

Хватаю пакет над ее головой, беру в руки, оставшиеся три пироженых и выдавливаю крем ей на голову.

— А — а! — кричит она и пытается оттолкнуть меня, но я держу ее за плечо. Размазываю «шампунь», на что она вдруг изгибается, оказывается на полу и быстро отползает в сторону душа.

— Куда! — тут же цепляю ногу и тяну на себя, поднимаю в воздух и бросаю на кровать, которая легко отпружинивает стройное тело. — Я же предупреждал тебя.

— Макар, — откашливается она. — Пошутили и хватит.

Но разве я шутил?

Я поднимаю брови, ухмыляюсь и стягиваю футболку. Смотрю в ошалелые глаза и стягиваю брюки. Обляпанной рукой провожу, по уже давно колом стоящему член и как воин готовый к битве, делаю шаг к кровати.

Натачиваю инструмент и вижу, как завороженно она на него пялится. Знаю, что хочешь. Сотрясаюсь, фантазируя, как Вася будет его вылизывать своим розовым язычком.

— Стой! — останавливает она меня рукой. Опомнилась значит. — Это уже не смешно, как я потом вычищать это буду.

— Я ершик тебе куплю, — ухмыляюсь я и коленом давлю на матрас, рукой продолжая надрачивать член, завораживать ее этим.

— Засунь его себе в задницу, — пытается Васька скрыть улыбку и дергается в сторону, хочет сбежать, но я ловко подминаю жертву под себя, наслаждаясь тем как хорошо наши тела друг другу подходят. Тут же вклиниваюсь между ног.

— Перестань, у меня уже влагалище болит, — просит она пощады, но я не трахался всю неделю, так что пусть отрабатывает. Тем более… Руку веду вниз, нащупываю до одурения влажные губки и поднимаю брови.

— Ты же мокрая. Течешь как сука. Тем более, — наклоняюсь ниже, к самому уху, тоже заляпанному белком и шепчу: — Тем более белок отличная смазка.

Целую сначала шею, слышу протяжный вздох, лижу сладкие губы, языком, сразу напоминая, кто в доме хозяин. Пальцем обвожу клитор, дырку и подставляю туда головку члена — раздвигаю ноги.

Васька снова начинает дергаться, руками бить меня по спине, даже кусает язык, но все это детские игры.

Рука на шее, глаза в глаза и чертовски медленное проникновение.

— Как мне нравится твоя тугая дырка, Вась, ничего лучше в жизни не знаю, чем быть там. Как дома понимаешь, как будто я всю жизнь ее искал.

— О, Макар, — тут же расслабляется она, руками обнимает шею и уже забывая о том, как сладкая дрянь как из стакана расползается между нашими телами. Я не закончил. Не все сказал. Самое главное…

— Попробуй только меня ее лишить и я тебя закопаю.

Она на миг распахивает глаза шире, но тут же улыбается.

— А это работает в обратную сторону? А то мне слишком нравится твой член, — говорит она и я толкаюсь до самой матки, руками упираюсь в кровать и слизываю белок с соска.

— И меня тоже можешь заковать.

В тот день я действительно раздолбил ее конкретно. Трахался, словно надышаться пытался. Наверное, понимал мозгом, подсознанием, что такое счастье не заслуживаю. Что такую девку у судьбы словно одолжил.

Я решил, что хватит пока трахаться. Дал ей пару дней отдыха, за которые мы много говорили, курили травку, ржали над очередной серией симпсонов и конечно тренировались. Иногда я учил ее английскому языку. Правда сложно было держать член в штанах, когда это чудо в мини шортиках бегает и задом под музыку трясет. Репетирует. Да еще и язык показывает, пытаясь произнесли английское слово.

Но самый ад был в тире, когда она не стрелять училась, а жопой своей ко мне прижималась.

— Ты будешь стрелять или… — раздражено говорю я и тут же слышу очередь из пуль. Ну что сказать неплохо. Особенно для второго раза.

— Так себе, — не хватить же ее. — Когда мужик будет идти на тебя с ножом ты не забудь поздороваться и обменяться любезностями.

— Знаешь, — поворачивает она ко мне лицо с улыбкой, пока я рассматриваю убитого в сонную артерию кабана. — У меня там все зажило и кажется требует новой порции белка.

Ох уж этот белок. Мы заляпали всю кровать, а когда пришла работница из агентства, она осмотрела срач и кажется ее губы прошептали «помогите».

Я быстро оценил взглядом помещения. Зацепил дверь в подсобку и потащил туда свою Васю с ее зудом между ног, который я собираюсь незамедлительно уничтожить. Всадить член в сладкое нутро, которое мы чистили струей душа.

И я смотрел как она конвульсивно дрожит и кричит от шестого за сутки оргазма.

Я убираю из ее руки пистолет, снимаю наушники, как раз пока Васька стаскивает свои и веду в сторону подсобки. Как вдруг дверь открывается и из нее выходит парочка, явно не дотерпевшая до дома.

Телка ничего, с формами. До Васьки далеко, но раньше бы трахнул, а постриженного по-армейски мужика видел где — то.

Хочу занять их удобное место, но Васька упирается. И уже без улыбки говорит.

— Ну знаешь, ты бы еще туда к ним зашел…

— Ты против групповушки? — смеюсь я. — Смотря сколько придет?

— Не против, — говорит она и я стискиваю запястье, на что Васька морщится и тут уже прижимается ко мне всем, до головокружения идеальным телом.: Если тебя клонируют.

И все блять было хорошо. Просто одно сплошное совершенство, пока на футбольном матче после жаркого секса в одном из подсобных помещений, и возвращения на трибуны, Вася не упала в обморок.

Ох, и перетрухал я знатно, напридумывал всякого. Она быстро очнулась, затрепетала ресничками, но какое-то гадкое, мерзкое чувство овладело мной, когда набрав в рот воды плеснул ей в лицо.

Пи*да. Пришла пи*да.