Глава 5

Крап-чаг. В горах перед самым рассветом

Ис Дар Рамзи сидел на небольшой площадке горного массива планеты Крап-чаг и наслаждался тишиной и покоем. Он пытался заглушить печальный голос тоски и одиночества, грызущий его изнутри и все чаще бередивший душу. Вчера он проводил своего эльтара и его лианэ на Рокшан для официального представления эльтарины Евы империи и проведения лианории.

Ева! Она понравилась ему сразу, слишком сильно понравилась, но эльтар Рантаир был его хозяином и единственным другом. На протяжении нескольких десятилетий они всегда были вместе, и он не мог отравить их дружбу своими чувствами к Еве. Более того, аномалия развития энергетической системы эльтарины не позволяла даже прикоснуться к ней, не то что ощутить ее маленькое стройное тело.

Ракшанцы питалась как традиционной пищей, так и энергетически обменивались энергией между мужчинами и женщинами, но Ева принадлежала только своему лину. Лишь Рантаир мог прикоснуться к своей лианэ и не причинить ей вред, накормить своей энергией любимую женщину и покормиться от нее сам. Но наблюдать, с какой любовью эти двое смотрят друг на друга, с какой страстью прикасаются, не было сил, поэтому Дар остался здесь до их возвращения на Крап-чаг.

Он хотел бы найти похожую на Еву женщину, не физически, нет, а чтобы она сразу, без оглядки, приняла его таким, каков он есть. Дар стал мечтать о несбыточном – найти ту, которая сможет полюбить его так же, как Ева любила Рантаира.

Любовь! Странная штука, о которой до встречи с этой землянкой он даже не знал, а теперь желал ее всем сердцем. С тоской смотрел на занимающийся рассвет и не хотел покидать своего места. Как только взойдут одна за другой две звезды Крап-чага, на поверхности поднимется песчаная буря, которую усугубит сильный жар, поднимающийся от все более нагревающейся поверхности. Даже дышать с приближением рассвета постепенно становилось все труднее и труднее.

Уже поднявшись на ноги, он заметил стремительный горящий росчерк в небе, и недалеко, взметнув тучу пыли, в поверхность зарылся какой-то аппарат. Подойдя ближе, Дар увидел спасательную двухместную капсулу, и, хвала Аттойе, она не задела его одноместный флайер. Потому что без него до поселения добираться пришлось бы не меньше суток, что в принципе невозможно на поверхности Крап-чага.

Не сумев сдержать любопытства, Дар подошел ближе, и в этот миг открылся люк капсулы и из него вывалились двое. Подойдя вплотную, он не мог поверить своим глазам: перед ним лежали две изможденные человечки женского пола, пытаясь вдохнуть побольше воздуха. Дар совсем опешил, когда вслед за этими двумя из люка выползла еще одна довольно крупная женщина, вытаскивая окровавленную спутницу в бессознательном состоянии.

Рассвет был все ближе, и Дар за эти пару секунд, глядя на женщин, которые еще не обнаружили его присутствия, пытался найти выход из положения. На флайер они все не поместятся, оставить их одних – погибнут, пока в небе видны две звезды, к нему на помощь никто не придет.

Судорожно оглядываясь вокруг и припоминая знакомый ландшафт, Дар неожиданно вспомнил о неглубокой пещере недалеко отсюда. Если укрыться в ней, можно спастись и от бури, и от жара звезд. А с наступлением сумерек к ним придет подмога. Приняв это решение, он начал спасательную операцию, обратившись к женщинам на уже знакомом ему человеческом языке. И хотя слова давались тяжело, он осторожно, стараясь не испугать девушек, принялся говорить.

Они пришли в ужас, как только заметили его, и Дар с улыбкой вспомнил свое первое знакомство с Евой. Не обращая внимания на их реакцию, начал спокойным и уверенным голосом успокаивать женщин, а главное, торопить:

– Приветствую вас на планете Крап-чаг. Вы не должны меня бояться, я лишь хочу помочь вам, позаботиться о вас. Надо поторапливаться, скоро рассветет, и я уверяю, это убьет нас всех. Мой флайер, к сожалению, не вместит столько народа, поэтому нам придется укрыться в пещере недалеко отсюда. Я помогу вам туда добраться и дождаться сумерек, и там я смогу ответить на ваши вопросы, – Дар постарался как можно дружественней улыбнуться, чтобы снять напряжение, появившееся между ними, пока он говорил. – Мой хозяин совсем недавно стал мужем женщины с вашей планеты, она покорила его. Благодаря ей я познакомился с вашим языком. Но сейчас у нас нет времени на разговоры, мы должны поторопиться.

Дар быстро дошел до своего флайера и, забрав оттуда запас воды, еды, аптечку и защитные одеяла, быстро вернулся к женщинам.

Они сидели маленькой стайкой, и самая крупная крепко прижимала к себе раненую. Подойдя к последней, Дар положил рядом вещи и, осторожно, неуверенно дотронувшись до ее ладони, увидел, что вреда прикосновение ей не причинило. Это вызвало тепло на душе.

Волнение, радость и еще куча эмоций побежали по крови, рождая восторг и желание жить. Подняв девушку на руки, он улыбнулся остальным и быстро пошел в нужном направлении.

Разобрав его вещи, женщины гуськом засеменили следом, а Дар, едва сдерживая ликующий крик, шел впереди. Немного скосив глаза на свою ношу, увидел, что девушка наконец пришла в себя и смотрит на него и на чуть отставшую троицу. Ее длинные черные густые волосы были испачканы в крови, серые глаза всматривались в его лицо с тревогой и любопытством. Подняв руку, она легко коснулась его щеки, а потом крепко ухватилась за лацканы харуза.

Женщина почти ничего не весила – совсем миниатюрная и легкая. Было трудно определить ее возраст – скорее всего, она была чуть старше двадцатитрехлетней Евы. Рокшанцу эта жительница Земли показалась очень милой и, – неожиданно решил он, – родной. Дар не мог понять своих чувств, но сейчас, держа ее на руках, чувствовал, что готов отдать полжизни, чтобы она стала его лианэ. Когда девушка провела ладонью по его щеке, почувствовал, как у него перехватило дыхание от ее вкуса. Такого мягкого, сладкого и неповторимого. Он посмотрел на нее и прошептал: «Ты моя Аттойя!»

Вынырнув из омута ее глаз, Дар еще раз оглянулся, боясь потерять из виду трех других женщин. Они, не отставая, шли следом.

Протиснувшись в пещеру, Дар осторожно положил свою женщину на пол, прислонив к стене, и занялся остальными, помогая устроиться удобнее. Предложил им воду и еду, обработал их раны, попутно отвечая на вопросы и рассказывая об империи Рокшан и своем знакомстве с жителями Земли. Одновременно с этим Дар выяснил, откуда на него свалились эти женщины.

Его малышку звали Ярина, самую крупную из них – Таисья, а двух других – Ингрид и Зара. Женщины с планеты Земля летели вместе со своими семьями или, как Ярина с Таисией, совсем одни, но все они оказались с того злополучного грузопассажирского судна «Конкорд», на которое напали джа-аны.

Зара, еще совсем молоденькая и симпатичная, судорожно всхлипывая, поведала: она вышла принести еды своему мужу и пасынку – сыну мужа от первого брака. Мужчины не захотели отвлекаться от игры, а когда она вернулась, их жилого отсека больше не существовало. Саму Зару схватили мерзкие осьминогоподобные джа-аны и отправили на свой корабль.

Более взрослую Ингрид схватили в столовой. Она вместе с семьей сестры летела на Фабиус, чтобы начать жить заново после гибели детей и мужа. Из всей семьи выжила только она, хотя и не понимала, почему так цепляется за жизнь, если все, кого она любила, погибли.

Таисия, бортовой врач, работала на «Конкорде» уже пять циклов. Она надеялась поселиться на Фабиусе и наконец обрести свой дом.

Ярина, сирота, пыталась найти свое место в жизни, обрести любимого и семью.

У каждой была своя судьба, но их пути пересеклись в тот день, когда они оказались на корабле джа-анов для того, чтобы стать кормом.

Во время захвата «Конкорда» джа-аны загоняли людей на корабли, как скот. Тех, кто оказывал сопротивление, убивали. Многие погибли при штурме, а те, кто выжил, оказались на кораблях джа-анов.

Больше полутора недель пленники питались лишь тем, что им бросали сквозь решетку, как животным. Каждый день кого-то уводили, обратно никто не возвращался.

С каждым часом рос ужас стать очередной жертвой. Начали твориться жуткие вещи. Голод не тетка, и отсутствие сдерживающих факторов привело к тому, что у многих не выдерживали нервы. Кто-то покончил с собой, кто-то начал убивать сам, насилуя и зверствуя. Другие обреченно ожидали своей участи, но нашлись и те, кто умирать не хотел и любыми путями рвался на свободу.

Эти женщины находились в одной камере и все это время защищали и поддерживали друг друга, поэтому, заметив, как в одной из соседних камер назревает что-то подозрительное, собрали оставшиеся силы и принялись ждать развития событий.

Когда к соседям пришли за очередной добычей, на джа-анов напали оставшиеся там мужчины. Все происходило слишком быстро, но девушки оказались готовы. С трудом вскрыв свою камеру, они бросились вдогонку за освободившимися соседями, но, к сожалению, их свобода была недолгой – вскоре беглецов начали методично уничтожать одного за другим.

Женщинам повезло больше – под шумок они спрятались в техническом отсеке рядом с эвакуационной палубой, а потом, когда все успокоилось, смогли забраться в спасательную капсулу, рассчитанную на двоих, вчетвером и отправиться в открытый космос неведомо куда, не зная, что их ждет дальше. Главное – подальше от джа-анов.

Заканчивая рассказ, землянки тревожно, с каким-то отчаянием смотрели в лицо Дара. Он заметил, что легкая краснота его глаз уже не пугает их так сильно, как в первые минуты знакомства. Осторожно пересадив на колени свою раненую малышку и поглаживая ее ладонь, Дар начал рассказывать о Рокшане, об их традициях и обычаях. Когда он заговорил о питании, они потрясенно уставились на него, совсем как Ева недавно.

Пришлось уточнить, что рокшане не похожи на джа-анов и энергию потребляют не в одностороннем порядке, а обмениваются ею.

Ярина доверчиво глядела Дару в глаза и сама начала поглаживать его руку, успокаивая. Он сразу почувствовал, как тепло разливается внутри, унося холод и одиночество. И смотрел на нее как на самую большую драгоценность во всей Вселенной.

Ис Дар так долго мучился, понимая, что он черноволосый и почти ничего не может дать своей лианэ, и вряд ли хоть одна рокшанка выберет его лином, что почти потерял надежду. И теперь, обнимая хрупкое изможденное тело, он упивался вкусом девушки и пониманием того, что она непременно станет его.

Заметив, как остальные смотрят на него с Яриной, он поспешил продолжить рассказ о своей родине, убеждая их в том, что они будут в безопасности. Помолчав немного, рассказал о том, что скоро его хозяин со своей лианэ и новыми друзьями отправятся на Фабиус по делам и, вполне возможно, возьмут их с собой. В глазах девушек вспыхнула такая надежда, что ею можно было бы осветить даже ночь.

Занервничав, Дар опустил голову и увидел грустный, полный нежности взгляд Ярины. Не выдержал и тихо спросил:

– Ты будешь моей лианэ, Аттойя? Я могу и хочу сделать тебя счастливой, – и, словно прыгая в бездну, с отчаянием посмотрел ей в глаза.

Она кивнула и, обняв обеими руками, спрятала лицо у него на груди. Дар не мог поверить своему счастью – Великая Аттойя наконец обратила к нему свой лик. За несколько часов он успел спасти и обрести свою лианэ. Осторожно прижав ее к себе чуть крепче, рокшанец прошептал:

– Клянусь, ты никогда не пожалеешь о своем выборе, моя лианэ!

Через секунду у них над головами раздался взрыв, сверху посыпался песок, а подопечные иса Дара завизжали от страха. Положив Ярину на пол, он подскочил к выходу из пещеры, держа в руках оружие. Уже давно рассвело, стояла ужасная жара, которая за несколько минут пребывания на поверхности убивала все живое. Песчаная буря еще не разыгралась в полную силу, поэтому Дар, словно песок, просочился наружу – разведать обстановку.

Недалеко от пещеры лежал еще один покореженный шлюп. Через несколько мгновений люк открылся; из него, отряхиваясь и потирая ушибленные места, выбрались три девушки. С Земли! Что-то слишком часто сегодня ему на голову падают земные женщины. Удивительный день в безжизненной пустыне, кто бы мог подумать!

Увидев Дара, они замерли, насторожившись, словно животные, почуявшие хищника. Мужчина, подняв руки в примирительном жесте, пригласил их следовать за собой на языке Земли и, недолго думая, пошел обратно. Ведь у него лианэ появилась, и теперь ему совсем не хотелось поджариться на поверхности Крап-чага.

У входа в пещеру Дар обернулся и заметил, что девушки настороженно следуют за ним. Похоже, они не из пугливых. Протиснувшись в пещеру, он снова подхватил свою малышку на руки и начал наблюдать за реакцией женщин.

За некоторое время до этого

Кира

– Валим отсюда быстрее, Вера, чего ты там телишься? Нас сейчас накроют эти сукины дети!

Я судорожно вжималась в кресло второго пилота и кричала на Веру. Она не сразу разобралась с управлением шлюпа леморанцев, а моих ограниченных знаний хватило только на то, чтобы отвести его подальше от корабля, где мы так неудачно столкнулись с джа-анами. Света болталась где-то сзади и все время бормотала:

– Ну почему нам так не везет, а? Ну всем мы нужны! А теперь еще эти уроды нарисовались, не сотрешь! Боженька, помоги нам, пожалуйста, ну пусть нас спасут, а? Я так жить хочу, и девочки тоже очень хотят.

Наконец, разобравшись с управлением, мы полетели в сторону Крап-чага, заметив, как два корабля леморанцев кинулись на джа-анов. Один из них встал между нами, приняв удар на себя, что дало нам возможность убраться подальше с поля боя. Через некоторое время мы вышли на орбиту Крап-чага и начали снижение.

– Девочки, посадка будет не очень мягкой, так что пристегнитесь, я не знаю ландшафта, да и шлюп у нас скорее на дуршлаг похож, еще неизвестно, сможем ли через атмосферу пробиться. Света, ты лучше помолчи, а то можешь без языка остаться, чем ты потом своему Даиру будешь попу лизать?

Вера нервничала, поэтому начала язвить. Но мы на нее не обижались. Не выдержав напряжения, я провыла в потолок:

– Как же хочется жить! – Потом уточнила – просить так просить: – Жить, чтобы любить и быть любимой!

В следующее мгновение, не рассчитав расстояния, мы хорошенько так приложились о поверхность Крап-чага.

Придя в себя и проверив наличие и работоспособность частей тела, собрав остатки мужества в кулак, открыли люк и вышли наружу. Вера удивленно проворчала:

– Это похоже на ад! Боже, да за что же ты нас так наказываешь? В чем мы перед тобой провинились?

Светка, ахнув, подскочила к нам и указала на стоящего рядом мужчину. Это был высокий стройный брюнет с белоснежной кожей и большими карими глазами, одетый в темно-зеленый кафтан до колен, из-под которого виднелись черные, обтягивающие ноги брюки и удобные ботинки. Он держал в руке странную длинную палку с устрашающими крючками на концах. Не красавец, но весьма интересный мужчина. С первого взгляда можно принять за человека, но со второго сразу становилось понятно, что он не человек, слишком грациозен, слишком гибок и какой-то весь текучий, словно поток воды.

Когда он заговорил на всеобщем, мы вообще в легкий ступор впали и поэтому последовали за ним. Нам уже нечего было терять – только жизнь в этом аду. Зайдя в пещеру и увидев, кого он охранял, на пару мгновений замерли, но потом радость основательно снесла нам крышу, поэтому мы просто завопили, не скрывая счастья:

– Яра! Таська! Девчонки! Ура! Как вы тут оказались?

В ответ после легкого замешательства мы увидели странную реакцию. Они дружно уставились на нас, а потом, зарыдав, начали по очереди обнимать, обильно поливая слезами.

Успокоившись, мы поделились своими приключениями друг с другом. То, что произошло с «Конкордом», надолго выбило нас со Светой и Верой из равновесия.

После этих откровений дошло, от чего нас уберегла судьба, послав троих братьев Ла Роли.

Света с убежденным фанатизмом сказала:

– Когда встречу Даира, пристегнусь к нему наручниками, чтобы меня опять не украли! – а потом, подозрительно оглядев других женщин, прошипела: – Или не увели его. Кстати, девочки, предупреждаю сразу: если хоть одна из вас протянет свои загребущие ручки к моему хвостатому мужику, все космы повыдергаю. Всем понятно? – Она так выразительно обвела их грозным серьезным взглядом, что стало понятно даже ису Дару, у которого от столь откровенного заявления временно пропал дар речи и руки судорожно сжались вокруг Яры в защищающем жесте собственника, как будто та могла претендовать на леморанца.

Мы понятливо усмехнулись, но вдруг услышали Зару:

– Не понимаю я вас! Как можно связать свою судьбу с животными? Это же противоестественно.

Я, не оборачиваясь, положила руку, успокаивая разозлившуюся Веру, и ответила:

– Дорогая, когда ты их увидишь, то поймешь, что двуногих животных у нас и на Земле хватает. А они настоящие мужчины, причем с большой буквы. У них жесткий естественный отбор, при котором слабые не размножаются. Ты понимаешь, что я имею в виду? – Заметив ее слабый кивок, продолжила: – Своих женщин у них слишком мало, так что, в отличие от наших мужчин, они умеют нас ценить, причем любых. Ты понимаешь, к чему я веду? – Уже более заинтересованный кивок, и Ингрид с Таисией заворожено слушают меня. – За малую толику вашей любви и внимания они будут поклоняться вам как богиням, никогда не предадут, не променяют на более молодую или красивую. Вы будете самыми желанными, самыми любимыми, самой охраняемой драгоценностью, которую можно только на руках носить.

Ингрид печально вздохнула и прошептала себе в колени:

– На Земле я потеряла все: мужа, детей, дом. Хотя большой любви между им и мной никогда не было. Красотой не блистаю, но если бы мне встретился такой мужчина, я, наверное, смогла бы поверить в сказки и на край света бы за ним пошла. И не важно, есть у него хвост или нет. А сейчас внутри сплошная пустота и холод.

Тая посмотрела на Ингрид, на меня, потом на остальных, задержавшись взглядом на счастливом лице Ярины, которая, расслабившись, лежала на руках у Дара, нежно поглаживающего ее ладони и с большим удивлением и интересом слушающего наши разговоры. А потом все-таки сказала:

– А я вообще такая здоровая, что всю жизнь думала – так и проживу одна в старых девах.

И, девочки, если вы найдете мужика под стать мне, буду крайне благодарна. Так что я теперь с вами: куда вы, туда и я. Вдруг мне тоже повезет лишним хвостиком обзавестись.

Мы дружно захохотали, а затем нам троим одновременно пришла одна и та же идея, которую мы дружно озвучили:

– Лепа!

В этот момент Дар резко напрягся, услышав громкий рев двигателей, и, снова осторожно опустив на пол Яру, кинулся к выходу. Все напряженно застыли, а мы втроем дружно кинулись за ним. Вдруг это Дюсан!

Выскочив наружу и прикрыв глаза от песка, заметили следы Дара, ведущие наверх, и пошли по ним, крадучись.

Перед нами предстала любопытная картина. Возле нашего разбитого шлюпа приземлился другой, как две капли воды похожий на него. Спиной к нам в боевой стойке стоял ис Дар, готовый начать неравный бой с пятью наемниками Леморана, которые в этот момент торопливо обследовали нашу развалюху.

А доктор, оказывается, – безумно храбрый мужчина! Когда мы рассмотрели пятерых прилетевших, от нашего радостного вопля вздрогнули все присутствующие.

Наперегонки со Светой и Верой я ринулась в родные объятия. Когда они увидели, а главное – услышали нас, то преодолели разделяющее пространство в три прыжка и попытались закрыть своими телами, угрожающе надвигаясь на Дара. Но мы дружно кинулись обратно к нему, вставая между ним и леморанцами.

Потом снова подошли к своим клыкастым друзьям и, приникнув всем телом, напряженно рассматривали их на предмет ранений. Убедившись в целости и сохранности, позволили себе насладиться ощущением счастья, пока они молча смотрели на нас, ласкали наши лица и трепетно касались своих сандян на наших шеях.

Затем мы подвели Радьяра, Нуара и Даира к напряженно ожидающему Дару и кое-как представили их друг другу. Уже и так основательно поджарившись, потащили за собой в пещеру. Точнее, мы следовали за Даром на руках у наших котов, которых все еще не отпустило от напряжения, поэтому они были готовы предотвратить любую угрозу со стороны чужака в отношении нас. А мы сами нежно заглядывали в любимые глаза, крепко обнимая за шею, ласкали шелковую шкурку и вдыхали такой уже родной и чувственный аромат. Судя по их опешившим мордам, подобного приема они не ожидали, но были очень, очень, очень рады нас видеть! Ну просто счастливы!

Приятно осознавать себя доброй и ласковой богиней!