Глава 10

Недовольно бурча, я брела за Эльязом, чувствуя, что это самый неудачный день для того, чтобы приступить к столь давно планируемому некромантом лечению. Нога ныла, голова гудела, и я была совсем не в настроении для каких-то манипуляций. Но меня не спросили, а поставили перед фактом! Мы поднимались по лестнице, и я не сразу поняла, в какое помещение попала, пока не осмотрелась кругом. – Это как? – вчерашняя комната в башне преобразилась. Ни пылинки, на окнах плотные, сейчас распахнутые шторы. Бывшее мутным стекло вычищено и поблескивает слюдяными переливами в лучах утреннего солнца, меняя пространство до неузнаваемости. Пыльный диван куда-то пропал, на его месте появилась пара кресел и узкий шкаф, а большой стол у одного из окон оказался застелен какой-то тонкой периной. – Чест проговорился, что вам понравилась эта комната, – подходя к одному из окон и задергивая шторы, пожал плечом Эльяз, видя мое недоумение. Некромант внимательно осмотрел помещение, подошел к камину и протянул ладонь в сторону дров, сложенных в очаге. – И когда вы успели? – Бессонница. После интенсивной работы мы все плохо спим. Но вот ближе к обеду, скорее всего, сегодня сморит всех, – зеленое пламя поднялось слабой, тонкой нитью между дров, а затем резко пыхнуло и затрещало веселым желтым огнем. – Нам с вами все равно нужно было место для работы повыше, так что я и сам подумывал об этой башне. Она давно пустует. – Зачем повыше и почему вы задергиваете шторы? – открытым осталось только одно окно, подальше от стола. Чувствуя себя неловко в наступившем, каком-то интимном полумраке, я передернула плечами, сожалея, что со мной нет шали, в которую можно завернуться. – Выше – потому что подобные манипуляции с дамой ваших… талантов, могут вызвать серьезные последствия. Пусть не сегодня, но лично я ожидаю внушительную грозу, – Эльяз улыбнулся так широко и открыто, что мне и вовсе захотелось сбежать куда подальше. – А что касается штор, тут все куда проще. Вы должны расслабиться. А сделать это, когда в глаза слепит свет, не так просто. Ложитесь. – Что? Куда? – я растерянно, не успевая за резкой сменой событий, осмотрела помещение. – На стол. Прошу, – изобразив пародию на придворный поклон, некромант указал на тонкую перину, застилающую высокий стол. – Эмм. А может, нет? – Корнелия, – темные брови сошлись над переносицей, но в глазах явно сверкали озорные искры, которые некромант никак не мог спрятать, – мы все уже решили. И вы дали свое согласие. Вы же не из тех женщин, которые не держат слово? Я открыла и закрыла рот, не представляя, что именно могу ответить. Казалось, что в этом предположении что-то подано неверно, но никак не получалось сообразить, где подвох. Кроме того, я чувствовала себя почти оскорбленной подобным предположением. Меня еще никто не мог уличить во лжи. – Ладно, – я решительно, расправив плечи, словно собралась на бой, подошла к столу. И снова замерла. Был один интересный и весьма щекотливый момент, который я хорошо помнила по прошлым попыткам лечения: – В юбке? Ответа не последовала. Отчего-то боясь повернуться лицом к некроманту, я почувствовала, как щеки заливает смущением, словно я пятнадцатилетняя девица. С другими моими лекарями подобных неловкостей как-то не возникало. – Эльяз? – Я думаю, – с какими-то глубокими и низкими нотками отозвался мужчина. – Элья-а-аз, – я не совсем поняла, почему мой голос сел, но никак не могла избавиться от ощущения, что мы сейчас не совсем о лечении разговариваем. – Забирайтесь так, – со смешинкой в голосе ответили мне. За спиной послышались шаги, и некромант, видно, поворошил дрова в камине. Дальше голос прозвучал вполне обыденно, не волнуя меня больше странными интонациями. – Ложитесь на спину. Руки вдоль тела. – Прямо на стол? – Прямо на стол. Прямо в юбке, и прямо на спину. Впрочем, так будет быстрее, – пока я задумчиво и с недоверием разглядывала перину, укрывающую старый дубовый предмет мебели, меня неожиданно подхватили на руки, заставив вскрикнуть, и весьма осторожно водрузили на ровную поверхность. – К сожалению, подушка не прилагается, но постарайтесь расслабиться. Конечно. Расслабиться. Что может быть проще? Зажмурившись, стараясь сделать вид, что меня тут нет, я почти не дышала, лежа в полумраке теплой комнаты и ожидая, когда начнется пытка. Я все ждала, когда будет больно, обычно так проходила первичная диагностика, но ничего не происходило. Так и продолжая лежать в полной тишине, я даже подумала, что некромант подшутил и оставил меня в комнате одну. Не будучи уверенной, что именно происходит, я приоткрыла один глаз, пытаясь незаметно оглядеться. Незаметно не получилось. Эльяз нависал прямо надо мной, сложив руки на груди и рассматривая с усмешкой. Некромант снял куртку и остался только в темной рубахе с закатанными рукавами, отчего вовсе не походил на лекаря. – Если вы не прекратите зажиматься, словно я вас пытать собираюсь, у нас ничего не получится. Я обещал, что сегодня больно не будет. Почему вы не верите? – Потому что проходила это не раз. Все так говорят. А у меня потом из глаз искры летят от вашего «не больно», – ощущение уязвимости достигло апогея. Даже сиди я со связанными руками, мне кажется, чувствовала бы себя не такой беспомощной. – Я вам не соврал ни разу. И вовсе предпочитаю избегать подобного. Но я вижу, что вы все еще не верите. Ладно, придется начинать так. Будете за мной следить? – Эльяз вздернул бровь, но я так и не поняла, помешает ли ему мое наблюдение или нет. Но смотреть не хотелось. Хотелось скатиться со стола и сбежать. Покачав головой, я зажмурилась опять. – Как хотите. Я почувствовала, как тяжелая ладонь легла на лодыжку, сжавшись вокруг сустава поверх юбки. Вторая рука двумя пальцами нажала туда, где должна была прощупываться тазовая кость. Эльязу прошлось пошевелить пальцами, чтобы найти точное место среди мягких тканей, отчего я покраснела. Да, из-за травмы я двигалась много меньше и мои бедра отяжелели. Как неловко! – Постарайтесь не дергаться, – спокойно и как-то отстраненно попросил некромант, выставив два пальца на кость. – Я стараюсь. – Верю, – ответ прозвучал односложно и сухо, словно Эльяз не желал продолжать разговор. Это вынудило приоткрыть глаза. Из-под прикрытых век я наблюдала за сосредоточенным, чуть хмурым лицом мужчины, который неподвижно замер надо мной, удерживая мою ногу в столь странном и не совсем приличном положении. Хотя при прошлых попытках лечения меня подобное не слишком беспокоило. Может, все дело в боли? Она отвлекала? Определенно, когда Эльяз начнет свои манипуляции, мне будет не до смущения и неловкости. – Сейчас может быть щекотно. Только не надо так напрягаться! До чего нервная и недоверчивая женщина… Последние слова были произнесены едва различимым свистящим шепотом, но в тишине комнаты они прозвучали достаточно различимо, чтобы я могла обидеться. Я же не виновата! – Чувствуете что-то? – Да, – хмуро глядя на некроманта снизу вверх, проворчала в ответ. – Обиду и горечь неоправданных упреков. Эльяз не сумел сдержать ухмылку, несмотря на хмурое выражение лица. – Это-то конечно. Но я о другом спрашивал. Что вы ощущаете в ноге? Я постаралась сосредоточиться на ощущениях, но не смогла понять ничего толком. – Кажется, она чуть теплее, чем остальное тело. –И все? – видимо, мой ответ не слишком удовлетворил мужчину. Эльяз свел брови и отступил на шаг, опять сложив руки на груди. Меня окинули внимательным взглядом с ног до головы, словно выискивая, где начать препарирование. – Тогда вам придется потерпеть все же мои руки. Но больно не будет! – предвосхищая мой вопрос, вскинул ладонь мужчина. Руки некроманта вернулись на прежние места, а я глубоко вздохнула. Подобное напряжение выматывало. Даже несмотря на то, что Эльяз держал слово, и мне не было больно, чувствовалось так, словно он копается в душе, пытаясь разворошить старую травму. И мне это не нравилось. Если с прежними, неудачными лекарями я встречалась всего пару раз, больше никогда не видя, то с этим странным человеком мы уже были куда ближе друг к другу, чем мне бы хотелось. Кроме того, этот ужасный, странный и немного мрачный мужчина… был невероятно интересен и притягателен! – Наше тело состоит из множества тонких энергетических каналов, которые идут по всему телу, – не подозревая, какие мысли роятся в моей голове, начал Эльяз, скользнув левой рукой от бедра к колену. – В некоторых местах эти каналы соединены узлами. Они позволяют энергии выходить и поступать в тело. – Я это знаю, – тихо пробурчала, чувствуя, как большая ладонь через юбку и чулки ощупывает мою многострадальную и смущенную коленку. – Да, вы ведьма, и должны знать теорию, – кивнул некромант, глядя куда-то в стену напротив. Мне показалось, что он сейчас прислушивается к собственным ощущениям, не нуждаясь в помощи глаз. – Все наделенные магией существа, такие, как мы с вами, пользуются этими каналами для того, чтобы преобразовывать энергию. Создавать магию. Помимо каналов в теле человека есть также несколько основных узлов. Обычно выделяют семь. Если достаточно развить их, то даже простой, не обладающий силой человек, будет способен на многое. Но нам интересно не это… Некромант на мгновение замолчал, проведя правой ладонью от лодыжки к колену и что-то там старательно выщупывая уже двумя руками. Темные брови хмурились, словно мужчина не мог отыскать того, что было нужно. – Ваши крупные жизненные узлы мы посмотрим потом, но думаю, там все в порядке. Иначе вы бы не выжили после такой травмы. А вот что касается каналов… Они перекрутились и почти перестали функционировать. Потому ваша магия причиняет вам такую боль и не слушается. Чары пытаются двигаться по старому, известному пути, но там нет дороги. Некромант отступил. Выглядел Эльяз при этом нерадостно, окидывая меня взглядом сверху вниз. – И что же? – ничего особо нового я из его слов не узнала. Да, чуть больше деталей, но в целом мне это было известно. – А то, что я некромант. Я не только знаю теорию, но могу видеть и чувствовать каждый узел вашего тела. Но в отличие от остальных колдунов я способен смещать подобные потоки в живом или не очень живом теле. Иначе мне бы ни за что не создать таких существ, как Пляшка и не заставить их шевелиться. В комнате повисла тишина. Я просто не знала, что сказать, потому что это все еще была только общая информация, никак меня не касающаяся. – Я могу вам помочь, – становясь еще более хмурым, веско произнес Эльяз, подводя итог. – Но это будет не быстро. И не всегда приятно. Я села, медленно спустив ноги со стола, так же хмуро глядя на некроманта в ответ. – И что же для этого надо? – Терпение и послушание. Для начала. И немного активирующих зелий. Каналы в вашей ноге настолько пересохли, что я их почти не ощущаю. Пару дней попьете зелья, и мы попробуем еще раз. – И это поможет? – Если вы не верите моему слову, то хоть поверьте тому, что обо мне говорят в империи. Я невероятно талантлив и чертовски силен. Лицо некроманта скривилось, словно ему было противно. Отвесив легкий поклон, Эльяз развернулся и стремительно вышел из комнаты, оставив меня одну. Эльяз То, что Хельват поговорила с Корнелией, меня несколько рассердило. Девушка и без того была в состоянии какой-то чрезмерной активности психики, а теперь же я и вовсе не представлял, как вернуть ее в равновесие. Весь результат, которого я сумел добиться, взяв ее на прогулку на Пляшке, пошел прахом. Ведьма вновь озлобилась и закрылась в себе. – Это только на пользу, – самодовольно ворчала Хельват, сидя за столом с прикрытыми глазами. – Не знаю, что ты задумала, но в мои планы ее истерики не входили, – хмуро отозвался я, не слишком, впрочем, надеясь достучаться до совести няньки. Я не был уверен, что та у нее уже не иссохла окончательно. – Не будет у нее истерик. Наоборот, девушка быстрее очнется и увидит происходящее вокруг в реальном свете. – А ты сама-то уверена, что правильно оцениваешь ситуацию? То, что ты говоришь, больше похоже на бред, Хельват. Чтобы Ксеркс, столько сил положивший на сохранение империи и ее благополучие, самовольно разрушал наш мир? Как у тебя язык поворачивается подобное произносить? – То, что мы как вороны сидим в Гром-Гриан, ничего не замечая вокруг и перед собой, кроме нападок древней нежити, еще не повод быть совсем слепыми. И не причина терять разум. Я знаю, о чем говорю и советую прислушаться тебе, – сморщенное лицо старухи стало недовольным и встревоженным. – Мы слишком долго были непричастными. Не думаю, что получится и в этот раз. – Еще скажи, что Сафира вызвала меня в столицу не просто для показательной порки, а чтобы дать возможность увидеть, что в Кесарии не все в порядке, – язвительно произнес я и замер на середине фразы, наткнувшись на осуждающий взгляд няньки. Кажется, именно так Хельват и думала. Я хотел возразить, но в зал пришли мои командиры, а поднимать панику среди них, не зная всех обстоятельств, я не хотел совсем. Сперва стоило разобраться самому. – Просто подумай обо всем еще раз, – протягивая руку за чашкой, пробормотала Хельват. – Хорошо подумай. И я думал, глядя на своих некромантов. Корнелия явно плохо спала. Темные круги под глазами, хмуро сведенные брови. Я понимал, что куда логичнее подождать, дать ей восстановиться. Но с другой стороны, чем больше времени проходило, тем глубже в сомнения падала эта женщина, так что я не дам ей ускользнуть. И все же это было непросто. В каждом жесте, в каждом взгляде скользили страх и сомнение. Да, ведьма вполне умело их прятала за раздражением и гневом, но я видел. Видел, сколь непросто ей дались предыдущие попытки, но не мог отступить. В другой раз она может оказаться тверже, может не поддаться на мои уговоры. Ведьма недовольно фыркала, бурчала под нос, но все же поднималась за мной по лестнице. Ее настроение немного изменилось только при виде комнаты, которую вчера привели в порядок, специально для наших сеансов. Кажется, со временем это помещение окончательно перейдет в пользование Корнелии, неожиданно понял я, чувствуя, как ведьма успокаивается. Что-то было здесь такое, что помогало ей достичь равновесия. – Ложитесь, – попросил я, ожидая вспышки возмущения, которая и последовала незамедлительно. Кажется, кто-то надеялся, что мы ограничимся разговорами. – Что? Куда? – стараясь держаться в рамках приличия и не поддаться желанию меня чем-нибудь стукнуть, воскликнула ведьма. – На стол. Прошу, – я забавлялся. Но не из-за врожденной вредности, а из-за румянца смущения, что проступил на щеках Корнелии. Такая грозная и непримиримая – и на тебе! Стесняется, как дебютантка на балу. – Эмм. А может, нет? Да-да. Это ты еще просто не знаешь, что могут и умеют мои великолепные руки. Через пару недель сама будешь просить унять боль в конечностях и устроить внеплановый сеанс. Маленькая ведьма. Вот только если я это произнесу сейчас вслух, то непременно получу по лицу. И вполне заслуженно, надо полагать. Кажется, мои мысли то и дело сворачивают немного не туда, но кто же мешает совместить приятное с полезным? Глупо врать себе: мне не просто хочется исправить последствия травмы сильной, одаренной ведьме, восстановив равновесие. Нет. Мне нравится ее дразнить и проводить с ней время. Впервые за долгое время в Гром-Гриан появилось что-то, что не носит налет «обязанности». Глубоко вздохнув, стараясь не рассмеяться в голос, я внимательно и нарочито строго посмотрел на ведьму. – Корнелия, мы все уже решили… Вы же не из тех женщин, которые не держат слово? Выражение возмущения так забавно смотрелось на этом личике, что я едва не рассмеялся. Как легко ее поймать на подобном! – Ладно, – решительно вздернув голову, решила маленькая женщина, подходя к столу. И опять замерла. – В юбке? А вот это был уже серьезный вопрос. С одной стороны, такая плотная ткань могла исказить мое восприятие, но с другой, Корнелия пока не готова к серьезным манипуляциям, так что… – Забирайтесь так… Положив ладонь на лодыжку, я ждал ощущения тепла, ждал небольшого зуда, который обычно возникает при соприкосновении с чужими потоками, но ничего подобного не было. Словно касаешься мертвой, пусть и теплой, стены. Как я ни пытался, почувствовать даже слабый отклик не удавалось. Только черные, словно забитые углем, тоннели там, где должны были сиять нити силы. Сосредоточившись, я осторожно пустил импульс по всей ноге, а не только по старым каналам. И нашел. Тонкие, едва ощутимые, словно волос нити тянулись между мышц, прятались между узлами травмированной плоти, прерываясь и вспыхивая снова. Я сжал зубы, чтобы не сделать лишнего, стоило только представить, какие в действительности ощущения испытывает эта ведьма от самого простого колдовства, которое должно проходить подобным путем. Неудивительно, что часть силы перенаправляется через трость. Проще выжечь путь в старом дереве, чем в собственном теле, где все каналы забиты и иссушены. Это будет непросто, очень непросто, но… – Я могу вам помочь, – тихо подвел я итог, отступая от Корнелии. Пока не уверен, что у меня есть все решения, но пару вариантов в голове все же было. Только для начала стоит подготовить искалеченное тело к работе. – Пару дней попьете зелья, и мы попробуем еще раз. – И это поможет? – я слышал горечь и недоверие. Слышал эхо той боли, что ей причинили неумелые попытки прожечь иссушенные и забитые каналы. И едва сдерживался, чтобы не отыскать этих мастеров и не повыдергать им руки из суставов. Оно того не стоит. Случай слишком необычный, чтобы просто лекарь мог что-то поделать. А лечить простые переломы и бородавки тоже кто-то должен. Но… я был зол. – Я невероятно талантлив и чертовски силен. Но если бы ты попала ко мне на полгода раньше, все прошло бы куда проще. А теперь я не мог даже предположить, сколько сил и времени уйдет на восстановление. И какой будет результат. * * *Я чувствовала себя так неловко и местами глупо, что решила пропустить ужин. Да, это было немного мелочно и совсем по-детски, но что поделать: я не была готова видеть некромантов сегодня. Особенно Эльяза. И хотя я не сделала ничего дурного, мне казалось, что я все же виновата перед ним. И это сердило еще больше. То фыркая, то вздыхая, я пыталась завлечь себя довольно интересной книгой, но в этот раз она почему-то казалась слишком сухой и поверхностной. Эмоции внутри еще клокотали, не позволяя сосредоточиться. Пришлось отложить старый фолиант и отойти к окну, чтобы немного успокоиться. Если все так, как он говорит, если каналы в моем теле, по которым должна двигаться магия, иссохли – что можно поделать? Зелья? За прошедшее время я выхлебала столько, что теперь на меня половина составов из собственной аптечки не должна действовать. Или у него есть какой-то удивительно-действенный, тайный рецепт? Сомневаюсь. Какой бы сильный и талантливый он ни был, я не просто так провела столько лет под патронажем Накилуон. Мое мастерство как зельевара считалось весьма высоким. И у меня довольно практики в этом. И все же, столько уверенности было в его словах… В очередной раз, нервно фыркнув, я в бессилии рухнула на кровать. Вдруг потолок, темный, разделенный балками, начал покрываться цветами. Выпуская тонкие, светлые стебли и мелкую листву, аккуратные небольшие бутончики вдруг стали лопаться, разбухая огромными темно-вишневыми цветами на множество лепестков! Цветы все раскрывались и раскрывались, затягивая все пространство, и мне показалось, что я чую тонкий аромат. – Чест, это не похоже на то, о чем мы говорили, – невольно рассмеялась я, не сразу даже догадавшись, что именно происходит. – Таким путем меня не напугать. Цветы вдруг скукожились, потемнели, и их сердцевинки превратились в белые, оскаленные черепа, обрамленные черным кружевом. – Это уже лучше, но не думаю, что подобное способно кого-то напугать. Семена, как у Скорлупы дракона? Вы знакомы с ботаникой? Лепестки вдруг стали опадать, но так и не коснулись ни меня, ни постели, исчезая в воздухе. Прошло несколько мгновений, и потолок оказался таким же чистым, как до появления призрака. Я все ждала, когда Чест заглянет ко мне в своем привычном облике, но призрак так и не появился. Впрочем, его небольшая выходка меня отвлекла от произошедшего днем, так что я с удовольствием и воодушевлением взялась за отложенную ранее книгу. * * *– Доброе утро, Корнелия, – Эльяз выглядел непоколебимым, словно между нами не произошло ни малейшей неловкости накануне, и я была рада этому, так как за минувший вечер успокоилась окончательно. – Доброе, – я кивнула присутствующим, занимая свое место за столом. На блюде передо мной неожиданно оказалась резная рюмка с зеленоватой жидкостью. Сердце пропустило удар, и я с вопросительно вздернутой бровью перевела взгляд на Эльяза. – Ваше лекарство, если не забыли. Утром и вечером. До еды. Оно не самое противное, так что у вас не должно быть сложностей. Ах да, воды. Некромант махнул рукой и, поднявшись с середины стола, ко мне подплыл кувшин. Нависнув над чайной чашкой, он тонкой струйкой стал наливать в нее чистую холодную воду. – Я бы предпочла чай, – заметила я, кивнув на большой горячий чайник, один из важнейших предметов за завтраком в Гром-Гриан. – Непременно, – словно мы были на фехтовальном плацу и обменивались пикировками, кивнул в ответ некромант, – но только после того, как выпьете лекарство. – Эльяз, – неожиданно вмешалась Хельват, сосредоточенно помешивая чай в собственной чашке и не глядя ни на кого из присутствующих, – если сильно давить, то можно сломать. Не забывай, что Корнелия – гостья в твоем доме. Некромант, которому явно не по вкусу была подобная отповедь, откинулся на спинку кресла, задумчиво рассматривая меня. Кажется, ему больше нравились споры и противостояния, нежели какое-то иное общение, но… – Корнелия, пожалуйста, выпейте сперва лекарство, – несколько утомленно и совсем иным, не тем нарочито-язвительным тоном, обратился ко мне мужчина. – Оно действительно высокого качества и поможет в вашем лечении. После этого завтракать можно, как всегда. Подобная смена настроений меня сбивала куда сильнее, чем его шутки и уколы. На тот вариант я знала, как отвечать, а здесь терялась, не успевая. Мне ничего не оставалось, как кивнуть и, подняв рюмку за тонкую ножку, залпом опрокинуть содержимое в рот. Полынь, мята, очиток, и нотки чего-то не цветочного. Каменная пыль. Но какая именно я определить не могла. Состав горько-сладкий, вяжущий и терпкий проскользнул в горло, вызывая легкий спазм, и опустился ниже, кажется, застревая где-то в центре груди. – Запивайте, Корнелия, – мне подали чашку с водой, отобрав пустую рюмку. – Зелье слишком густое, чтобы его можно было употреблять самостоятельно. Пришлось выпить почти все содержимое чашки, чтобы избавиться от ощущения кома в груди, но в то же время я не чувствовала себя так, будто только что глотнула зелье. Ничего не изменилось. Сведя брови, чувствуя, что где-то очередной подвох, я недовольно посмотрела на Эльяза. – До чего вы нетерпеливы, – кроша омлет в своей тарелке в лапшу, фыркнул некромант. – Это не та грубая дрянь, которой вас пичкали до этого, а ценное и действенное лекарство. И как всякому лекарству, требуется время, чтобы достичь нормального и устойчивого эффекта. Завтракайте. У нас есть редкий шанс прогуляться за грибами, как говорит Шоша. – О-оу, да! – я вздрогнула от громкого голоса блондинки, каким-то образом даже позабыв, что мы не одни в этом зале. – В Чаше, долине с восточной стороны, два дня назад проклюнулись чернявики. А если полезли они… – Значит, будет и все остальное! – закончил рыжий великан с воодушевлением. Я не очень понимала, почему прогулка за грибами вызывает столько восторга, но, кажется, это было излюбленное местное развлечение. – И зеленушки… – мечтательно, едва не мурлыкая, пропела Шоша. – Глупости. Зеленушки только после Бора, – фыркнула Хельват. Но ей не удалось никого одурачить мрачным видом. Было ясно, что старая нянька радуется ничуть не меньше остальных. – И что же, присутствие обязательно? – ощущая себя чужой на этом празднике, спросила я. – Конечно! Это нельзя пропускать, – радостно вскричала Шоша. – Участвуют все, – мягко, словно разговаривая с неразумной, подтвердил Эльяз. – Нужно пользоваться редкими возможностями местной природы, пока не нагрянули дожди, снегопады… – Или монстры. – Ага. Монстры – это самое противное. Никаких тебе прогулок. Только патрулируешь и патрулируешь сутки напролет, ожидая, из какой дыры они в этот раз полезут, – фыркнул мужчина с рассеченной бровью, которого я не знала по имени. – Потому отправляются все. И вы в том числе. – Но моя нога… – Я о ней помню, поверьте. Денно и нощно. И не позволю вам пострадать или переутомиться… – Эльяз, мы вам тут не мешаем, нет? А то мне как-то даже неловко становится, – от комментария Рэйфа я вдруг вся покраснела, хотя причин для подобного и не было. Так ведь? Глава 11 Покончив с завтраком, все принялись как-то очень быстро собираться. На столе, вместо посуды, выстроились плетеные корзинки и большие фляги, затянутые в кожаные чехлы. – Вам бы переодеться, – задумчиво произнес Эльяз, подойдя к столу. Пока все бегали туда-сюда, я флегматично потягивала чай, решив, что если избежать поездки мне не суждено, то пусть все идет своим чередом. – Чем вам не по вкусу мое платье? Оно достаточно удобное и простое, чтобы поход по лесу не вызывал у меня потом мучительных воспоминаний, – фыркнула я, стараясь не поддаться обаянию некроманта и не ответить на улыбку улыбкой. Но держать строгую мину было непросто. Чем дальше, тем сильнее я реагировала на настроение этого человека, как бы ни старалась. – Возможно, так и есть, – не подозревая, какие внутренние сомнения меня терзают, вкрадчиво произнес мужчина, – но, мне кажется, брюки были бы уместнее. – Пф, – я едва не расхохоталась. Конечно, мне доводилось слышать про женщин, которые настолько вульгарны, что позволяют себе носить мужскую одежду, но к их числу я себя никогда не относила. – Эльяз, а ты не думал, что у нашей гостьи просто может не быть подходящего гардероба, – отвинтив крышку одной из фляг и бросив в дымящуюся емкость горсть красных ягод, спросила Шоша. – У меня ничего подобного не было, пока я сюда не попала. Маленькая женщина, покончив с одной емкостью, потянулась за другой, почти ложась на стол, и мне вдруг стало видно, что ее зад затянут в темные шерстяные штаны, не оставляющие ни шанса воображению! – Мне кажется, – продолжала между тем Шоша, подтянув к себе самую большую флягу, – стоило бы свозить Корнелию в деревню в низине. Или в Симеш, хотя бы. Девушке явно надо обновить гардероб, переодев ее из нарядов наставницы-магички во что-то более подходящее для нашей крепости. – Об этом я не подумал, – несколько озадаченно отозвался Эльяз, склонив голову набок. – На сегодня я могу попробовать что-то подобрать из имеющегося, – Шоша завинтила флягу, – но там из обуви ничего нет с высоким голенищем и фиксацией ноги. – Подберите тогда подходящее, а я попрошу Рэйфа укрепить. Оставь эти чаи, мы и без того задерживаемся, а пока будете переодеваться, так и вовсе полдень наступит. – Как скажешь. Но вообще, первую группу можно уже отправлять, – пожала плечами Шоша, поворачиваясь ко мне. – Ну что, госпожа ведьма, идемте со мной. * * *– Мне кажется, у нас с вами все же несколько разный рост, – заметила я, следуя за девушкой, которая была ниже меня почти на полторы головы. – Я заметила, – Шоша громко фыркнула, резким движением поправив удлиненную кожаную куртку и принявшись за волосы. Мы шли по длинному коридору, что уводил из столовой в противоположную сторону от лифта, спускающегося в гарнизон. Я еще не была в этой части крепости, но подозревала, что здесь нет жилых комнат, так как все спальни находились выше. – И как же вы предлагаете решить это вопрос? – признаться, я планировала пойти с некроманткой только для того, чтобы потом обоснованно заявить Эльязу, что не могу никуда ехать из-за неподходящей одежды, но слишком решительный вид девушки не внушал уверенности, что этот вариант возможен. – Вообще, – справившись со светлыми шикарными кудрями, Шоша чуть притормозила, видно вспомнив, что я все же с тростью и не столь быстра, как она, – я и не собиралась предлагать свою одежду. И давай уже на «ты». Вижу, что на Рэйфа ты не претендуешь, так что мы станем подругами. Определенно. – Вы так полагаете? – я удивленно вскинула бровь, не ожидая подобных выводов. – Конечно. Я люблю умных женщин, а здесь кроме Хельват больше никого и нет, а она уже стара и весьма занудна по некоторым вопросам. С мальчишками не обо всем можно поговорить… нам придется подружиться, – скривив миниатюрный носик, фыркнула блондинка, а затем улыбнулась. Широко и открыто, кажется впервые с нашего знакомства. – В общем, мои брюки, конечно, не подойдут, – Шоша, так и не дождавшись ответа, махнула рукой, двинувшись дальше по коридору, но уже не так быстро, – но в кладовых хватает одежды. Вообще, там много всего, от одеял до гвоздей. И думаю, наряды Конни будут тебе почти впору. Может, немного широковаты только. Но хороший ремень этот момент может исправить. – А где сама Конни? Умерла? – свистящим шепотом спросила я, чувствуя, как по спине ползет холодок. – Тьфу на тебя, Корнелия, – воскликнула со смехом Шоша, уже явно для себя решив, что если мы еще не подруги, то приятельницы точно. – Какие мысли бродят в твоей голове! Нет! Конни влюбилась в лесоруба из деревни и сейчас счастливо беременна вторым ребенком. Ну, заодно поглядывает за территорией снизу. Там безопасно, но лишние глаза не помешают. Некромантка толкнула крепкую дубовую дверь, прищелкнув пальцами, отчего по стенам вспыхнули неяркие теплые огни солнечного камня. В Гром-Гриан этот способ освещение использовался в изобилии. Мне даже казалось, что мастера, что расставляли светильники, старались воткнуть их как можно чаще, и если разом запалить все, то обитатели крепости рискуют ослепнуть. А еще я не встречала нигде, чтобы эти камни можно было «зажечь» вот так, не касаясь. Впрочем, солнечный камень был не из дешевых, так что даже в поместье барона из него были только светильники в гостиной и в кабинете самого барона. Не то что здесь… – Вообще, ты зря паникуешь, – Шоша медленно шла мимо стеллажей, заставленных ящичками, заваленных тканями, вилками. И глыбами солнечного камня. Здесь было все, начиная от бутылок с вином, чуть дрожащих от заклинаний, поддерживающих температуру, до тонких мотков серебряной проволоки. – У нас почти нулевая смертность, несмотря на довольно опасную работу. Эльяз не просто так столько времени и сил уделяет развитию гарнизона. Если некроманта на патрулировании ранят – это означает, что весь его отряд умертвий успели выкосить. А такое бывает раз в пару лет. Вот! Девушка вытянула с высокой полки длинный, тонкий короб, плюхнув его на пол. Откинув крышку, Шоша отступила в сторону, позволяя свету попасть на содержимое. – Так, тут брюки. Подберем тебе пару, а на днях побываем в Симеше, закажем персональные. Жаль, я раньше не подумала. А из обуви что-то вон там возьми. Твои туфли не подходят совсем. Надо высокие сапоги на шнуровке, чтобы держать голень. Пока мы рассматривали и подбирали одежду, словно в модной лавке, я то и дело осматривала необъятную кладовую. – Шоша, а почему серебряная проволока здесь, а не в сокровищнице? И вино? Разве ему не место в погребе? – такое содержимое больше походило на бардак, хотя у каждой вещи с виду было свое определенное место. – Проволока не считается ценностью в Гром-Гриан, – помогая мне затянуть пояс, найденный тут же среди множества вещей, – а просто рабочий материал. Когда делают первый макет боевого умертвия типа Эльязовой Пляшки, его надо стянуть проволокой из серебра. Это как проводник для энергии. Мы же не наполняем их своей силой, а пронизываем нитями так, чтобы энергии тянулась из пространства. Потому их так много. Мы только командуем, управляем и открываем путь энергии. Потому нам надо много серебряной нити. А вино… до кладовых далеко, а тут два шага. Блондинка подмигнула и отступила на шаг. – Все хорошо, только куртки тут мы не достанем. Идем, у парней попросим, кто помельче. Да оставь ты платье тут! Эрксы отнесут, – махнула рукой девушка, совсем меня запутав. – Эрксы? – я вздрогнула, осматривая стены и потолок, чувствуя, как по спине поднимаются волной мурашки. – Ну, ты же не думала, что мы тут каждый день полы и посуду моем, – фыркнула блондинка, ухватив меня за руку и потянув к выходу. – Эрксы – духи камней. Они опасны и неуправляемы, – тихо пробормотала я, все больше чувствуя себя не в своей тарелке. – Конечно. Если их тревожить без толку. Не бойся. За ними присматривает Чест, и у каждого духа клятва Эльязу. Эти духи попали в Гром-Гриан вместе с камнем, из которого собрали крепость, но многие века никто не мог понять, отчего замок стонет. Пока здесь не поселились некроманты и не освободили духов из камня. –Но я не видела ни одного! – Конечно. Они делают свою мелкую работу, но не попадаются на глаза. По крайней мере, намеренно. А мы за это их не обижаем и позволяем питаться энергией и теплом камней крепости. Эльяз! Я едва не оглохла. Шоша все же была очень громкой женщиной. И весьма энергичной. Мы еще не дошли до столовой, как по всему коридору уже неслось эхо ее вопля. * * *– Смотри, какова красота! – выдвинув меня вперед, словно экспонат на ярмарке, громко заявила Шоша, уперев руки в бока. Я только чудом не покраснела, чувствуя на себе внимательный взгляд Эльяза, скользящий по узким штанам и темной рубахе, слишком тонкой, чтобы я чувствовала себя комфортно. Нижняя сорочка не давала такого ощущения защиты, как плотный корсаж моего повседневного платья. – Пойдет. Куртка где? – вернувшись к разглядыванию каких-то бумаг, разложенных на столе, безразлично спросил некромант, а я почти увидела, как у Шоши из ушей повалил дым. Как она справляется со своим темпераментом под таким руководством? Блондинка набрала полную грудь, готовясь разразиться тирадой, но рядом, словно из воздуха, возник Рэйф, ухватив девушку за руку и разворачивая куда-то в сторону от Эльяза. – Мы уехали! – не давая Шоше открыть рот и подмигивая мне, провозгласил рыжий, утягивая маленькую женщину прочь. В столовой остались только мы с Эльязом. В повисшей тишине громко щелкнула крышка на фляге, заставив меня подскочить на месте. Из всего изобилия предметов на столе оставались только она да небольшая плетеная корзинка. – И нам пора, если хотим успеть погулять дотемна, – спокойно, словно речь шла о чем-то привычном и повседневном, сам себе произнес Эльяз, скручивая изучаемый документ. На меня подняли темные глаза, осматривая еще раз, уже более внимательно, позволяя взгляду задержаться на оголенной шее и затянутой ремнем талии. – Вам идет, Шоша права. – Но вы сказали, что без куртки совсем не то, – мне было необходимо выдать что-то колкое в ответ, чтобы хоть как-то отвлечься от собственного состояния. До чего неуютно можно себя чувствовать, всего только сменив платье на штаны! – Верно. Но это было сказано не для вас, а для Шоши, – Эльяз протянул мне руку, предлагая подойти. – Она очень талантлива, но в порыве энтузиазма способная наделать глупостей. Я не рад тому, что ее приходится одергивать, но вопрос безопасности выше вопроса удовлетворения чьих-то амбиций. Даже если это кто-то близкий. Надеюсь, вы согласны? Сейчас разговор походил на беседу за званым ужином, а не на обсуждение подчиненной главного некроманта Кесарии, что еще больше сбивало. – И все же, я не одергиваю ее без причины. Куртка на самом деле нужна. Несмотря на солнце, в Чаше может быть прохладно. А мне совсем не хочется, чтобы вы замерзли, – вкрадчиво произнес Эльяз, крепче сжимая мои пальцы в собственной ладони. – Там, кхм, – мне пришлось откашляться и отвернуться от мужчины, чтобы вернуть контроль над собственным голосом, – там не нашлось подходящей. – Я так и понял. Возьмем в гарнизоне. Лифт уже должен был вернуться. – Мы отправляемся оттуда? – Конечно. Куда же мы с вами сумеем добраться без помощи Пляшки? Брюки неудобно и странно тянули со всех сторон. Не могла с уверенностью сказать, что они были малы, скорее нет, но мне было страшно неуютно и хотелось прикрыться руками. Уж очень плотно ткань обрисовывала тело. Пока мы с Эльязом спускались на лифте в гарнизон, я то и дело пыталась как-то поправить эту деталь одежды, чтобы она так сильно не впивалась со всех сторон, но сделать это незаметно оказалось не так и просто. – Оставьте штаны в покое. Они великолепно на вас сидят, – с трудом сдерживая усмешку, заметил некромант, заставив меня покраснеть. – Это страшно неприлично. Не понимаю, как я согласилась на подобную авантюру. – Это неприлично только в обществе с ограниченным восприятием. Мы же в Гром-Гриан слишком уважаем своих женщин, чтобы заставлять их носить не подходящую моменту одежду. В лесу гулять в длинном платье… можно. Но если мы выходим на охоту за грибами, в этой одежде вам все же будет удобнее. – Неправда, – тихо фыркнула я, чувствуя себя почти голой. – Ну, если же нет, то я хоть не буду переживать, что ваши длинные подолы запутаются у вас же в ногах. Да и в любом случае поздно сожалеть, – меня окинули внимательным взглядом с ног до головы, удовлетворенно кивнув, – вы уже одеты, а мы практически спустились в гарнизон. Да и Чесвуру не придется отводить глаза, пока вы будете усаживаться в седло. А вот на это мне было нечего возразить. Как-то сложно удавалось определиться, что хуже: голые коленки или же штаны, так плотно обрисовывающие все пониже спины. И все же, Эльяз оказался прав. В брюках было легче сидеть верхом. Заняв свое место, я по-дружески потрепала нечисть по голове, дожидаясь, пока место за спиной займет некромант. Рядом с Пляшкой стояла еще пара ездовых существ. На высокой птице, что то и дело щелкала жутким зубастым клювом, сидела Шоша, поправляя какие-то ремни и петли. Рядом весьма флегматично, кажется, даже задремав, сидел на огромном звере Рэйф. Вернувшись из здания гарнизона, Эльяз протянул мне куртку и, подтянул какой-то из ремней на брюхе Пляшки. Подняв голову, мужчина внимательно глянул на Шошу, недовольно бухтящую под нос: – Так и быть, езжайте к реке, – светлые брови маленькой женщины взметнулись в удивлении, а затем сошлись над переносицей. – Это твое любимое место. И там самая большая грибница. – Знаю. Но Корнелии там будет неудобно. Слишком неровная местность. Так что давайте, – Эльяз махнул рукой, поторапливая подчиненных, словно мог передумать. – И куда вы? – Шоша уже натянула поводья, готовясь ударить по бокам своего ездового чудища, но в последний момент остановилась. Сейчас двор был пуст, если не считать нас, так что ее действия никакой толчеи не вызвали, но огромный мохнатый зверь Рэйфа недовольно вскинул лобастую башку, оскалившись в сторону птицы. – В дубняк поедем. Погуляем по парку. – Там много сейчас не соберешь, – покачала головой некромант, начиная меня изрядно раздражать. – Дождей было маловато. – Шоша! – первым осадил ее все же Рэйф, кажется, почувствовав наше с Эльязом общее настроение. Иногда девушка переходила все границы разумного со своим мнением, которое обязательно должно было быть высказано. – Ладно-ладно. Мы ушли, – недовольно, с налетом обиды фыркнув, Шоша все же дала пятками по бокам своей птицы, пустив ту мелкой рысью со двора. – Вот вредная выдра, – тихо выругался раздосадованный Эльяз, запрыгивая в седло позади меня и заставляя отодвинуться как можно ближе к передней луке. – Чесвур, выпусти дополнительный дозор. Не хочу никаких неприятностей сегодня. Не в такую погоду. Я подняла голову, всматриваясь в яростно-голубое, почти слепящее небо. Гарнизон прятался в тени гор, но мне очень хотелось попасть под солнечные лучи, поймать немного настоящего летнего тепла… Пляшка плавно вышла за ворота и словно бы потянула носом воздух, довольно фыркнув. – У вашей нежити сохранилась возможность чувствовать запахи? – это казалось странным и непонятным, но я все же недостаточно знала о работе некромантов. Особенно о таком ее варианте, что использовали в Гром-Гриан. – Не совсем, – перехватив поводья одной рукой, Эльяз вдруг запустил другую мне на талию, двигая вплотную к себе, практически не оставляя места между нами. – Сидите глубже. Мы поедем поверху. Пляшка чует врагов, на которых натаскана. Точнее, сейчас она их не чувствует, оттого и довольна. Да, моя клыкастая? Я вздрогнула, а затем засмеялась, услышав довольное урчание нежити. Это было странно – знать, что существо под тобой неживое, но все же ощущать его эмоции и реакции. Кажется, все немного сложнее, чем я думала, и некроманты позволили некоторым сущностям не только сохранить часть примитивного сознания, но и какие-то чувства. Выбравшись на небольшую поляну в стороне от гарнизона, Пляшка вдруг резко развернулась и рванула вверх, огибая скальный гребень. Тут тропа не была крутой, но все равно приходилось крепко держаться и полагаться на Эльяза, пока нежить перепрыгивала с камня на камень. Ни одно существо, разве что какой горный барс, не сумело бы преодолеть подобного расстояния, да еще и с двумя седоками на спине. Но для Пляшки это не создавало сложностей. Нежить неслась вперед, довольно похрюкивая, иногда зависая на таких карнизах, что мое сердце невольно ухало вниз к подножию скал. Но вот Пляшка повернула, почти отвесно взобравшись по невероятному участку скалы, и замерла на ровной площадке. Мы выбрались из тени, преодолев небольшой перешеек между двух вершин, и оказались совсем в другом мире. Внизу словно кто-то рассыпал шкатулку драгоценных камней, в солнечном свете сияла долина. Яркая, насыщенная зелень деревьев, тонкая змейка реки и пятна озер. С противоположной стороны в долину срывался белой полосой водопад, но здесь не было слышно грохота. Замкнутая со всех сторон, словно объятая горами, она все же была от края до края освещена солнцем. И запах. Ни с чем несравнимый запах свежей травы после дождя и цветов. – Почему? – я смотрела вниз и не знала, что именно хочу спросить. Почему нет поселений и людей в этом идеальном месте? Или почему растительность кажется сложенной из лоскутков? Или про пьянящий аромат цветов, от которого кружилась голова? – Сюда сложно попасть, а зимой такие снегопады, что Пляшке по стремена, – так и не дождавшись внятного вопроса, фыркнул Эльяз, тронув поводья и прижав меня к себе крепче, когда нежить начала стремительный спуск. – А вот там?.. – я подняла руку, желая узнать, что за небольшие домики с виду пустующие раскиданы по склонам то тут, то там, но договорить не удалось. Пляшка сделала резкий рывок, и мои зубы клацнули с такой силой, что можно было бы откусить собственный язык. Конечно, мне бы его вернули потом на место, судя по состоянию Пляшки, но почему-то экспериментировать не хотелось. – Болтайте аккуратнее, – рассмеялся Эльяз, чуть придерживая разошедшуюся нечисть. – Это сторожки. Для тех, кто не успел подняться в гарнизон до прихода Бора или застрял из-за снегопада. – Бора. Вы уже несколько раз упоминали это явление. Оно так опасно? – Мы спустились в долину, и можно было больше не опасаться резких прыжков Пляшки. – Может, и опаснее. Особенно здесь, в закрытой долине. Но вам не стоит переживать. Сейчас не сезон. Какое-то время мы ехали молча. Как-то незаметно оказались под сенью высоких деревьев. Мы были в негустом, красивом лесу, непохожем на привычные. Здесь было слишком светло, слишком солнечно, словно на лужайке. Некромант натянул поводья и легко спрыгнул на землю, тут же протянув руки ко мне. – Здесь безопасно и можно гулять где хотите. Только все же старайтесь держаться на таком расстоянии, чтобы я мог до вас докричаться. Часа через три устроим небольшой пикник. Если вы не устанете раньше. – И что мне делать? – шокировано глядя на трость, которую мне пихнули в одну руку, и маленькую пустую корзинку, которая оказалась в другой, спросила я. – Собирать грибы, – широко осклабился Эльяз, поправляя куртку. – Но… где? – растерянно попыталась уточнить я, но вопрос был задан удаляющейся спине, темнеющей между деревьев. – Везде, – не оборачиваясь, махнул рукой некромант. – Что за… Я немного постояла, глядя на Пляшку. Повернулась, осмотрела лес со всех сторон. Еще немного постояла, разглядывая корзинку. Поведение Эльяза казалось довольно нелепым и немного оскорбительным, но это на первый взгляд. Этот мужчина для всего имел причину, даже если я не понимала. Так что, решив все же не обижаться, я пожала плечами и повернулась к Пляшке. Ходить одной было все же как-то немного не по себе, а нежить прекрасно лавировала между деревьев… – Пойдешь со мной? – мне показалось, что в глазах промелькнуло удивление. Пляшка хрюкнула, словно уточняя, не ослышалась ли, так что пришлось пояснять. – Твой хозяин сбежал. Не знаю уж, может у него живот прихватило. Хотелось бы. Но не это важно. Мне тут немного жутенько. У вас столько всякого гадкого водится. То жижа какая-то красная из-под земли лезет, то Бора эта непонятная. А ты такая милая, такая сильная и надежная… Идем со мной, а? Пляшка прикрыла глаза и захрюкала, словно не могла сдержать смех. Никогда не слыхала, чтобы нежить ржала над ведьмой, но пускай, если ей так надо. Для себя решив, что это такое проявление согласия, я потрепала зверюгу по голове и, самодовольно насвистывая, медленно двинулась в противоположную сторону от той, в которую пошел Эльяз. – Пляшка, догоняй, – отойдя на пару десятков шагов, позвала я. И даже немного удивилась, когда за спиной послышалось потрескивание веток. Мы так и гуляли: я медленно брела между деревьев, а за спиной, в нескольких шагах, похрюкивая, шла Пляшка. Несмотря на то что лес отличался от привычного, я все же прониклась прогулкой, раздвигая траву тростью. Но попадались какие-то совсем неинтересные экземпляры. До того момента, как на пути не попалось поваленное полусгнившее дерево, на котором черными пятнами выглядывали знакомые грибы. Я от неожиданности упала на колени, выронив и трость, и корзину, не веря собственным глазам. В спину с недовольным похрапыванием ткнулась мохнатая голова, едва не уронив прямо на драгоценную находку. Кажется, Пляшка решила, что я случайно упала. Чуть отстранившись, я ухватила за один из торчащих клыков, повернув морду так, чтобы нежить видела: – Смотри! Быть не может! Знаешь, сколь на рынке она стоит? Два серебряных за сушеный гриб! О! – попискивая от восторга, я осторожно собрала грибы в корзинку. – Это сколько же эликсиров можно наготовить! Да одной партии мне хватит, чтобы… чтобы… Придумать, на что именно я хочу потратить такое богатство, сходу не получалось, но остановиться теперь было невозможно: поднявшись на ноги я теперь уже совсем с иным настроением принялась заглядывать под кусты и ветки. И мои старания окупились. Через пару часов, когда ноги уже нещадно гудели, а с лица не сходила довольная улыбка, я присела на подвернувшийся пень, весомо заявив Пляшке, что больше никуда не пойду. – И, мне кажется, что самое время устроить небольшой привал, – Эльяз появился из-за дерева, словно призрак. – Как ваша охота? – О! Я в восторге! Ничего удивительного, что вы не пускаете никого в свою долину. Столько невероятного! – искренне поделилась я, чувствуя, что день удался. – Я рад, – потрепав по загривку Пляшку, некромант полез в одну из седельных сумок, вытягивая оттуда большую флягу. – И, смотрю, вам было не одиноко. – Ничуть. Пляшка – отличный компаньон для прогулок. – В отличие от меня? – со смехом уточнил Эльяз, плеснув мне в серебряную чашу горячего содержимого фляги. – Именно. – Но вы от меня немного отдохнули, а это главное. Хотите пирога с сыром? –О да, – чувствуя, что могу сейчас проглотить его целиком, почти застонала я, пытаясь как-то оттереть с рук темный грибной налет. – О нет, – заметив мои бесполезные действия, строго покачал головой некромант. – Сперва смыть отраву с ваших пальцев. – Да мне неопасно, – попыталась я протестовать, но меня и не думали слушать. Быстро собрав вещи, Эльяз помог мне подняться и одним движением усадил в высокое седло. – Тут недалеко озеро. Там перекусим. – Мои возражения имеют смысл? – усталая, но довольная, я облокотилась на переднюю луку, рассматривая некроманта. – Нет, – широко улыбнувшись, явно видя, что я согласна со всем, что не требует моих усилий, покачал головой мужчина. – Ну и ладно. Сегодня мне не хотелось спорить. * * *В крепость мы возвращались ближе к вечеру. Солнце успело порозоветь, став не таким ярким, и Пляшка последний кусок дороги преодолела в предзакатном сумраке. Тени, которые отбрасывали горы, позволяли ночи наступать почти мгновенно. Вот мы только наблюдали, как начинается закат, а стоило свернуть за отрог, как мы попали в поздний вечер. – Вам понравилась прогулка? – пользуясь тем, что ветер совсем стих и не гудел между вершин, спросил Эльяз, пригибаясь ближе. Чуть выше, там, где склон извивался, несколькими неяркими огнями светился гарнизон. – Да, – утомленно, но довольно отозвалась я, прикрывая глаза. Еще бы, столько редких и дорогих ингредиентов! Ничего, что ноги гудят, а спина завтра предъявит мне все претензии, такой возможности я бы ни за что не упустила. Не говоря уже о том, что возможности побыть так долго с самой собой (Пляшка не в счет), без чужого присутствия или необходимости за кем-то приглядывать у меня не было уже давным-давно. – Несколько дней меня и пары командиров не будет, – направляя Пляшку выше, прямо к светящимся огням, продолжил некромант. – Завтра будет солнечно, и пока держится такая погода, можно проверить дальние участки. Я вас очень прошу выполнять предписания и не отказываться от лекарства. – Это на самом деле важно и может помочь? – едва ли не зевая, сонно спросила я. Теперь, когда мне не было страшно сидеть на спине нежити, я, кажется, вполне уютно могла провести время, опираясь на грудь Эльяза. В том, что мне не дадут упасть, я была теперь уверена. – Абсолютно, – перехватывая поводья одной рукой и обнимая меня свободной, подтверждая мои мысли, фыркнул мужчина. – По возвращении как раз проверим, насколько хорошо будет двигаться процесс, и, может, сумеем чуть продвинуться в восстановлении ваших каналов. Вы же найдете, чем заняться в мое отсутствие? – Ага. Грибочки, грибчики, грибулечки, – пытаясь повернуться боком так, чтобы мне было удобнее и можно было спрятать нос от прохладного ветра, пробормотала я. – Мне невероятно льстит ваше доверие, – стараясь сдержать смех, заметил Эльяз, – но мы почти прибыли. Недовольно застонав, я попыталась открыть глаза. Получалось плохо. – Потерпите немного и сможете отдохнуть в собственной постели. – Вы меня ушатали, – прикрывая зевок рукой, заметила я и вздрогнула, услыхав за спиной мужской заливистый хохот. Ну, хоть кому-то из нас весело. * * *Однако отправиться спать мне сразу не позволили. В обеденном зале на большом столе, словно на ярмарке, были разложены грибы, собранные обитателями Гром-Гриан. Вот только меня посетили смутные сомнения, стоило увидеть общий улов. – Это что? – рассматривая большой плотный гриб с белой ногой и бурой шляпкой, спросила я. – На сушку. Если в суп кинуть – аромат на всю крепость будет, – довольно уперев руки в бока, отозвалась Шоша. – А это от паразитов? – маленькие желтые грибы, похожие на воронки, я знала. Только их лучше было сушить целиком, а не крошить, как делал Рэйф, покромсав уже больше половины. – Ты что? От каких паразитов? – удивленно воззрилась на меня Шоша. – Это со сметаной. Сейчас первыми и приготовим. Пока все приведем в порядок, уже будет ужин. – Из грибов? – я, ища поддержки, обернулась на Эльяза, что несокрушимой громадой стоял за моей спиной. Но некромант чуть снисходительно улыбнулся. – Видно в тех местах, где вы проживали, так не принято, но, да, большая часть урожая – для еды. – Но как так? – покрепче ухватив собственную корзинку, чтобы никто не вздумал вдруг позариться на мое богатство, я чуть отступила под внимательными взглядами. – А что у тебя? – кажется, Шоша поняла, что у нас разные взгляды на сегодняшнюю прогулку. – Не дам. Это есть нельзя, – строго, словно имела дело с непослушными подростками, заявила я. – Почему? – Корнелия собрала грибы, которые ни один из нас не умеет оценить в должной мере, – приобняв меня за плечи и подталкивая к столу, ответил Эльяз. – И я очень надеюсь, что она просветит нас об их свойствах. – Это сложно, – вскинув голову на мужчину, который не давал мне остаться в стороне, заметила я. – Никто не станет вторгаться в вашу вотчину, но мне и самому интересно, что именно вы нашли в Чаше. Покажете? – Хм. Мне не хотелось. Очень. Но причин отказать не было. – Тогда вам нужно сдвинуть, потому что грибы не должны соприкасаться. Даже в таком виде, это может быть несколько небезопасно, – став во главе стола, хмуро заметила я. На освобожденное место поставили мою корзинку. Заняв места вокруг, некроманты продолжали чистить и нарезать свой улов, с интересом поглядывая на меня, ожидая начала. – Ладно, – собираясь с духом, я вынула первый гриб из своей корзины, показывая собравшимся. – О, я этот знаю! Он обычно на трухлявых пнях растет, – заметил Рэйф, продолжая крошить желтые воронки. – Верно. При правильной подготовке он может спасти от лихорадки. А может вызвать сильнейшую рвоту, если перестараться с дозой. Одна ложка тертого порошка стоит две серебряных монеты на столичных рынках. Кажется, последнее упоминание не произвело на присутствующих должного впечатления. Свойства грибов интересовали их куда больше, чем стоимость моих сокровищ. – Это – тонкая ножка, похожая на паутинку, и маленькая, почти прозрачная шляпка, бледно-голубого, почти белого цвета, – лучшее средство от язв и воспаленных ран. Быстрее помогают только личинки янтарного мотылька. Одна ложка мази стоит пять серебряных. Если правильно приготовить. – Никогда не думал, что грибы могут быть настолько полезны, – отозвался один из командиров с дальней стороны стола. – Наше мастерство не требует такого числа разных лекарств, мы справляемся своей магией, – заметил Эльяз, внимательно меня слушавший до этого. – В крайнем случае помогали умения Хельват. Но я однажды слышал про ведьм, что знают грибную медицину, но говорят, это редкие, особые знания. – Потому что все зависит от сезона. И есть очень много похожих грибов, – я кивнула, почувствовав некоторое удовлетворение внутри от того, что мой талант и знания признали редкостью. – Вот вам пример. Я взяла одну желтую воронку, которую нарезал Рэйф, и, порывшись в собственной корзинке, вытянула похожую, но с бурыми пятнышками. – Это ложная. Мы такие не берем, – тут же приглядевшись, выдала вердикт Шоша. – Верно. Одну вы будете есть со сметаной, а вторая может вас убить. Или вылечить приступ астмы, если знать, как использовать. – И вы все это знаете. Куда, сколько и для чего? – Конечно, – стараясь не сильно задирать нос, кивнула я на вопрос одного из присутствующих. – Эльяз? – это уже Хельват. Старуха до этого сидела, молча слушая, теперь прямо, не мигая, уставившись на мужчину. – Есть что-то, что может впитать яд с кожи? Или то, чем можно залечить сильный ожог? – Щит хмурился, откинувшись на спинку стула. – Да. Но мало. Хватит на совсем небольшую зону поражения… – я вдруг замолчала, сообразив. – Та красная жижа, верно? Можно попробовать, но для этого надо много сырья. Нарезать, высушить… Это невыгодно… Мне было жаль. Даже для эксперимента придется потратить все, что я сегодня собрала. А я уже примерно посчитала, сколько сумею на этом заработать. На домик в лесу бы не хватило, но хоть для начала… – Вы сможете переработать это все, – смуглая рука с длинными пальцами охватила содержимое стола передо мной, – и написать подробную инструкцию? – Да, – тихо и немного печально отозвалась я. – Тогда, – Эльяз сложил руки на груди, рассматривая меня, словно рассмотрел что-то новое, – можете приступать. Хельват обеспечит вас всем, что нужно для работы, можете составить список. – Ла-а-адно, – протянула я, едва ли не кривясь. Возразить было невежливо, так как при всем желании я не сумела бы оплатить медицинские услуги такого некроманта как Эльяз, но упущенная прибыль, которая уже почти была в моих руках… – И составьте смету. По рыночной цене, – неожиданно улыбнувшись, добавил некромант. – Это невежливо. Я здесь живу и столуюсь. Да и лечение… – с одной стороны мне очень хотелось бы все это продать по хорошей цене, с другой – совесть тихо подвывала, придерживая жадность за шею. – Да, Эльяз, это как-то нелогично, – попыталась встрять Шоша, но некромант резко махнул рукой, даже не повернув голову в сторону подчиненной. – Как думаете, Корнелия, кто-то из нас в частности или Гром-Гриан в целом, испытывает сложности с финансами? – Не знаю, – вопрос показался с подвохом, но кто знает, что подразумевает Эльяз, задавая его. – У нас достаточно большая казна, чтобы выкупить средний городок со всеми его жителями и кормить их еще лет пять-шесть. Потому мы можем себе позволить услуги такого мастера ради собственного благополучия. Что же касается вас… сколько оклад наставницы баронской дочери? – Двенадцать серебряных в месяц, жилье и пропитание, – попытавшись выглядеть гордой, отозвалась я. – Примерно так я и думал, – не обратив внимания на удивленные вздохи за столом, покивал некромант. – Потому не отказывайтесь от моего предложения. Я знаю, что в другом случае вы бы все это продали в надежде заработать себе небольшой капитал. Мы просто избавимся от промежуточного звена посредника и необходимости наведываться на рынок. – Почему тогда вы не делаете зелья в остальное время и не продаете их, если составы настолько дорогие? – Рэйф даже отложил свой нож, которым до этого крошил грибы, чтобы посмотреть на меня с вопросом. – Потому что вблизи людских поселений это все не растет. А там, где и можно что-то отыскать, вдоволь других, более быстрых охотников. Такое место, как ваша небольшая долина, поистине бесценный источник дохода для умельца. Но разве же туда можно попасть иначе, кроме как на спине Пляшки? – Можно, это так. Но это будет весьма затруднительно, и никакие грибы уже не будут нужны, – согласно кивнула Хельват. Осмотрев мою добычу, старуха задумчиво потерла бровь: – Мы можем тебе чем-то помочь с этим сегодня? – Нет. Мне нужно только место, где никто случайно до них не доберется и два тазика с водой. Кое-что следовало бы замочить… – я недоговорила. Подавить зевок уже не получилось, так что я несколько неловко прикрыла рот рукой. – Рэйф, принеси воду в башню, – кивнул Эльяз, поднимаясь и подхватывая мою корзинку. – Пока все поставим там, а позже решим по необходимости. – Хорошо, – тащиться в башню мне не очень хотелось, но если не сделать необходимый минимум сегодня, то завтра можно будет выкинуть часть добычи. В том числе самые ценные из грибов. А это было недопустимо.