Глава 14

Корнелия Я не сразу поняла, что произошло, когда Хельват громко и встревоженно выругалась. Чувствовала, что внизу что-то пошло не по плану, ощущала темную, давящую мощь, от которой мгновенно разболелась голова, но оценить весь масштаб не могла. До тех пор, пока земля под ногами нежити гарнизона не вскипела. Стоило поверхности начать выворачиваться и расползаться, словно тонкий лед на поверхности воды, дыхание перехватило. – Хельват, что это? – вцепившись в подоконник, переводя взгляд то на картинку окулуса, то в окно, я боялась услышать ответ. – Кажется, давний противник решил наведаться к нам самолично, – хрипя, страдая от постороннего присутствия не меньше меня, зло ответила старуха. – Кто он? – Проклятый некромант, создавший Безмолвные долины. Ты знаешь их историю? – Я даже не знала, что они так назывались, не то что об истории их возникновения, – я покачала головой, неотрывно следя за темной фигурой Эльяза, восседающего на рябой спине Пляшки. Некромант, ухватив поводья Шошевой длинноногой птицы, тянул ее вверх по склону, уводя от бурлящей поверхности под ногами. – Наш мир из-за тонкой оболочки, часто соприкасается с соседними, а в некоторых местах почти прирос к ним, – хрипло, с недовольством в голосе начала Хельват. – В Стеклянной пустыне на Востоке. Далеко в океане. И здесь. За границей живой земли. Старуха говорила тихо, но голос разносился по всей башне каким-то гулом. – Колдуны и воины оберегали свои небольшие княжества задолго до того, как империя стала единой. Восток справлялся сам, славясь династией магов-королей, а нас оберегали свои колдуны, управляющие погодой и ветрами. Издревле. Но в один год сила, что явилась с той стороны, была так велика, что у колдунов не хватило сил. Они погибли почти все, сметенные мощью врага. И тогда старший из них попросил помощи у одного мага, чья сила стала уже почти легендой. Предок нашего Ксеркса, да поживет он еще, прибыл на помощь. Совместными силами они отбили врага. Но все оказалось не столь радужно. Рэйф… Старуха замолкла, шагнув к окулусу и приблизив картинку. Внизу, соскальзывая с покосившегося участка земли, едва удерживаясь на месте, нежить рыжего мага пыталась выбраться из западни. – Как он там оказался? Смело, но так глупо… – мне показалось, что еще немного, еще миг – и некромант исчезнет в провале окончательно, но внизу мелькнуло что-то яркое, зеленое, привлекая внимание. – Эльяз? – Что он делает? – картинка казалась слишком близкой, пугая, заставляя сердце стучать сильнее. – Пытается вытянуть этого рыжего идиота, – сквозь зубы рыкнула старуха. – Как бы оба ни сгинули. Впрочем, Эльяза так просто не прожует, но все равно риск… – Хельват, что случилось дальше? Эти существа, там внизу, не похожи на порождения другого мира. – Потому что они были людьми. Нашими людьми. После того как предок Ксеркса и местный колдун отбили атаку, они повздорили. Говорят, из-за женщины. Но это как всегда. Тяни же! Мне показалось, что старуха сейчас носом ткнется в тонкое стекло окулуса, так сильно она нагнулась над поверхностью. Рывок, еще попытка, и Эльяз все же сумел вытянуть Рэйфа вместе с его нежитью из западни. А потом все померкло перед глазами. В темноте, в гуле чужой, давящей силы, я слышала только хриплый голос Хельват. – Местный колдун оказался некромантом и попытался проклясть предка нашего повелителя. Но проклятье отскочило и угодило в самого некроманта. Вместе с ним затопив и всю долину. С того дня твари иного мира больше не появляются в Безмолвных долинах. Но некромант, неспособный найти покоя, все еще пытается захватить всю Кесарию, чтобы уничтожить род людей. – Зачем? – мой собственный голос звучал глухо, издалека. Я не понимала логики происходящего внизу. Любое проклятье можно было снять. Да, с собственными было сложнее, но разве за все века ни один из Щитов не сумел бы этого сделать? Победить ненависть и избавить проклятого некроманта от такого прозябания в посмертии? От жажды мести к тем, кого давно нет на свете. – Месть ради мести, – почти нормальным голосом произнесла Хельват. Зрение прояснилось, и я увидела, что над окулусом сияет красный символ. Его значения я не знала, но Хельват выругалась при виде него. – Идем, быстро. Нам нужно в гарнизон. Кто-то пострадал во время этой атаки. – Что нужно от меня? – я чувствовала, как сердце колотится, пытаясь выбраться наружу. – Если есть что-то способное впитывать в себя яд – оно пригодится. Мы со всей возможной скоростью спускались по лестнице, что было непросто для нас обеих. А в голове, как набат, не переставая, стучала мысль: «Все не так! Все не так!». И чем глубже мы спускались в сердце крепости, чем сильнее нас окутывала тишина Гром-Гриан, тем яснее я понимала, что в историю Хельват закралась ошибка. «Шерше ля фам», как всегда. Лифт, казалось, спускался слишком медленно. Хельват постукивала ногой по полу, нетерпеливо бормоча что-то под нос, прежде чем повернулась ко мне, внимательно окинув взглядом с головы до ног. – Если кто-то попал под действие этой красной кислоты, работать придется быстро и, главное, аккуратно. В гарнизоне есть перчатки с серебряным напылением. К нашему приходу все должны будут убрать, и если кто-то на месте, то первичную обработку уже сделали, так что у нас будет не так и много работы. Но некоторые вещи некроманты сами делать не могут. Иногда помогает Чесвур, но мы с тобой будем полезнее. Ты крепкая, но будь готова к неприятному зрелищу. – Меня не стошнит, если ты об этом, – я пошире расставила ноги, чтобы иметь лучшую опору, – если ты забыла, меня слегка скрутило от одного заклинания, и мне пришлось столкнуться с последствиями. – Да-да, – Хельват отмахнулась, явно не совсем доверяя моим словам. Вот если бы она увидела мои шрамы, может, тогда бы в полной мере оценила, какое зрелище они собой представляли до заживления. Лифт остановился рывком. Дверь открылась, и по ушам тут же ударил рык, совсем не похожий на голоса нежити, что я слышала раньше. – Держи его! – голоса доносились из ближайшей комнаты по коридору. Толкнув полуоткрытую створку, Хельват цепким взглядом окинула помещение, остановившись в дверном проеме. На полу, вместо плитки или деревянного паркета, была уложена стальная решетка, через которую на более низкий уровень стекала розовая, то ли от крови, то ли от ядовитой слизи, вода. – Внимательно ставь ноги, – буркнула ведьма напоследок, входя в помещение. На ближайшем металлическом столе метался кто-то из командиров Эльяза, удерживаемый Шошей, Чесвуром и еще кем-то из мужчин. – Где Эльяз? – осматриваясь кругом, подтягивая стойку на каких-то полозьях, строго спросила Хельват. С одной из полок стойки нянька вытянула перчатки, кинув одну пару мне. – Еще не вернулся, —сжимая зубы, мрачно отозвалась Шоша. Я только теперь разглядела, что на столе, практически вырываясь из захвата кожаных ремней, лежит Рэйф. Мне с моего места не было видно, что именно с ним произошло, но Чесвур, придерживая мужчину одной рукой, поливал нижнюю часть его тела чем-то из большой серебряной лейки. На пол, проливаясь через сетку, капала розовая вода, распространяя по комнате едкий, кислый запах. – Сильнее стягивайте его. Нет времени ждать Эльяза. И уходите. Корнелия, подойди ближе. Повинуясь магии Шоши, которую я чувствовала как что-то светлое и резкое, отдающее льдом, Рэйфа резко стянуло дополнительными ремнями, пригвоздив к столу. Рычание, доносящееся изо рта мужчины, стало громче, словно неподвижность причиняла ему еще больше боли. Шагнув ближе к столу, натягивая перчатки, я невольно скривилась. Вся правая нога некроманта была похожа на месиво. Штанину разъело, а под ней на коже темнел след, очень похожий на чьи-то непомерно длинные, костлявые пальцы, прошедшие через кожу и мышцы. Неровный, бордовый край раны и запекшееся, выжженное мясо… – О-о-у, – невольно вырвалось у меня. – Не стошнит? – осматривая рану и не глядя на меня, строго поинтересовалась Хельват. – И не надейся. Что делать? – В стойке у тебя за спиной ткани. Нужно убрать остатки слизи. Но будь осторожна. Мы не некроманты. – Я сделаю, – убедившись, что ремни держат Рэйфа крепко, вызвалась Шоша. – Тогда Корнелия даст ему капли. Двенадцать капель голубого зелья с верхней полки, – командовала Хельват. – Чесвур свободен. Займись гарнизоном. – Почти все прошли обработку, – отрапортовал «конюх». – Тогда жди Эльяза. Проверь, что он вернулся живым и здоровым. Пока Хельват командовала, Шоша быстрыми движениями промакивала жуткую рану, не слишком заботясь, чтобы делать это осторожно. Мне же пришлось крепко сжать челюсть мужчины, чтобы суметь влить в него нужное зелье. Прошло не более двух ударов сердца, как Рэйф отключился. – Я все! – отчиталась маленькая блондинка, скидывая грязные тряпки в какой-то контейнер в стороне от стола. – Хорошо. Теперь мы. Корнелия, нужно снять всю обожженную плоть. В ней, несмотря на растворы, сохраняется яд. – А если попробовать мой антидот? Ты просила взять что-то от отравлений. – Это не ему, а тебе. Потом, когда мы закончим. Помогай, давай. Работа оказалась странной. Плоть пришлось не срезать, а медленно скатывать, как восковую пленку. На все потребовалось не более получаса. Мы еще не закончили, когда в дверь, едва не снеся ее с петель, ввалился Эльяз. – Что там? – За ногу поймали. На выходе из долины, – отчиталась Шоша, давно снявшая перчатки и стоявшая у головы Рэйфа, контролируя весь процесс. – Повреждения? – плеснув на руки какой-то жидкости из флакона с другого стеллажа, Эльяз стряхнул капли на пол и подошел к нам. – Бедренная артерия, две группы мышц бедра… – дочищая рваные края волокон, похожих на пучок нитей, отчиталась Хельват. – Кости? – Нет, мы успели. – Отлично. Шоша, – став рядом со мной, напротив Хельват, Эльяз нагнулся над поврежденной ногой Рэйфа, – тащи жилы. Медвежьи. – Слушаюсь, – лицо блондинки разом просветлело, словно ее осветило полуденным светом. – Что? – кажется, я единственная, кто не понимал происходящего. Из того, что я видела, если мужчина и сможет ходить без трости, то нога все равно не будет сгибаться при таких повреждениях. – Все увидишь. Тут главное – скорость. Убирайте руки, – Эльяз чуть улыбнулся, проведя ладонью над раной. Тут же, словно сияющие нити, вспыхнули линии, идущие от паха вниз, к колену, и дальше, по почти неповрежденной голени, прячась под кожей. Нити тянулись до самых пальцев, пульсируя. – Это? – Силовые каналы. Пока они работают, мы можем все восстановить. – А если они «потухнут»? – То будет как у тебя. Долго и мучительно, – на мгновение подняв взгляд, тихо ответил Эльяз. – Вот! – в комнату влетела Шоша, неся длинный серебряный ящичек. Бухнув его на свободное пространство между ног Рэйфа, девушка откинула крышку. Довольно толстые, почти белые пучки нитей плавали в каком-то бледном растворе. – Пойдут? – То, что нужно, – вытянув один из пучков, некромант приложил один конец к оборванным мышцам Рэйфа. Эльяз медленно, словно скручивая каждую нить, стал проводить по ним пальцами. Медвежьи жилы сопротивлялись какое-то время, но затем в один миг приросли к нужному участку. Острыми ножницами отрезав лишний кусок звериных жил, Эльяз подсоединил нижнюю часть к оставшимся мышцам. Затем все замерли, чего-то явно ожидая. Прошло несколько мгновений, прежде чем белесые жилы стали напитываться, розоветь. По помещению пронесся общий вздох облегчения. – Осталась вена. Пальцы на ноге уже посинели. Через полчаса по тонкой, прозрачной трубке бежала темная, густая кровь, а жилы выглядели словно родные. Светящиеся нити силы, что начинали блекнуть после начала операции, теперь горели равномерно. Только одно меня смущало: – А кожа? – вид разобранной, открытой раны несколько пугал. Даже сильнее, чем сама проведенная процедура. – Нет, без этого пока. Кожа должна нарасти сама, иначе все пойдет прахом. Рэйф какое-то время будет не в форме, но шансы на полное заживление вполне хорошие. Шоша, бинтуй. Мне нужно смыть с себя все. * * *Рэйфа внизу не оставили. Я предполагала, что его нежелательно передвигать после перенесенного, но Эльяз только махнул рукой, словно мои опасения не имели под собой основания. Рыжего некроманта уложили на носилки и отправили лифтом наверх, в Гром-Гриан, пока он не успел очнуться после зелья. – Ему будет больно, но все не так уж страшно, – заметил Эльяз, когда мы остались в коридоре одни. Шоша отправилась с любимым наверх, а Хельват разговаривала с Чесвуром. – А что считается страшным? – все это походило на какой-то жутковатый и совершенно невероятный сон. – Страшно, если нежить не успела вынести седока к гарнизону. Если красная жижа попала в район сердца. Тогда эта дрянь способна разъесть ребра, добраться до внутренних органов. Я многое могу, но собрать жилы – не то же самое, что восстановить сердце. В таком случае все мои таланты, вероятнее всего, окажутся бесполезными. Но не беспокойся, – некромант чуть улыбнулся. Было видно, что он устал за этот бесконечный вечер, давно переваливший за полночь и тянущийся к рассвету. – Не беспокойся, такого давно не бывало, и после сегодняшнего мои люди будут куда осторожнее. – Эльяз, – кажется, я впервые назвала мужчину по имени, просто так, без титулов и величаний. Теперь даже в голове обращение на «вы» звучало нелепо, – что сегодня произошло? Хельват мне рассказала историю, но… – Не сходится, да? Улыбка превратилась в кривоватую, горькую усмешку. Мужчина задумчиво уставился куда-то в стену, но явно видел перед собой не каменную кладку. – Я и сам не знаю. Что-то не складывается, не стыкуется. Но сегодня у меня нет сил выяснять, что же произошло на самом деле. Будем надеяться, что приборы показывают верно, и завтра будет солнце. Тогда можно будет спуститься в долину и осмотреться. – А откуда они все приходят? – Издалека. Ни одна нежить не успеет обернуться туда обратно до заката, так что мне не доводилось видеть гробницу Проклятого. – А если попробовать? Если взять самых быстрых? Может, там есть разгадка? Мне показалось, что у твоего ночного гостя не было цели убить всех. – Да. В этом ты права. У него был шанс сильно сократить мой гарнизон. Но, по сути, он сдерживал свою мертвую армию. Похоже, целью некроманта было повидаться со мной и передать послание. – Для кого? Для тебя? – я, кажется, совсем не понимала, что происходит вокруг. Мир переставал быть похожим сам на себя. Все рушилось и переворачивалось с ног на голову. Эльяз только покачал головой, подавая мне руку и помогая зайти в вернувшийся лифт. Кажется, на эту тему разговор сегодня был исчерпан. * * *Рэйф шел на поправку довольно быстро, а над горами светило яркое летнее солнце. Пусть здесь оно грело не так сильно, как на востоке, но после очередной прогулки по верхней открытой террасе, а вдруг заметила, что у меня загорели щеки. События прошлых дней не стерлись из памяти, но первый ужас немного померк. Эльяз, кажется, даже не передохнув, тут же умчался в Симеш, а оттуда через порталы в столицу. Я не знала деталей, но Хельват не казалась такой уж обеспокоенной, когда говорила мне все это. Кажется, из всех обитателей Гром-Гриан скрытая от глаз армия мертвых сильнее всего беспокоила именно меня. – Это ничем не поможет, – фыркнула Шоша, оставив на короткое время свой пост у постели рыжего некроманта. Я вздрогнула, не заметив, когда девушка подошла. Слишком сильно погрузившись в собственные мысли, я даже не услышала стук шагов по каменному полу крепости. – Ты о чем? – Твое волнение. Я с другого конца коридора почувствовала, как от тебя волнами во все стороны расходится беспокойство. – А ты совсем не переживаешь? – А смысл? – отвечая вопросом на вопрос, Шоша пожала плечами, становясь рядом у окна и глядя на долину. Эти окна выходили на мирные земли, где армия проклятого не появлялось, но я никак не могла избавиться от ощущения, что за спиной нависает что-то огромное и опасное. – Эльяз отправился перебирать старые бумаги, искать начало нашей истории. Если сумеет что-то найти, может, мы узнаем, как справиться с напастью… – Почему он раньше этого не делал? – Потому что мы впервые увидели хозяина этого войска, – хмуро, отвернувшись от окна, сказала некромантка. – Раньше задача была простая: отбить атаку, не позволить заразе пробиться в долины, населенные людьми. Было какое-то равновесие и понимание происходящего. Раньше вражеская армия больше походила на стихию, которую не отменить. На тот же дождь, если хочешь. Ничего не поделать, только укрыться. Теперь же все изменилось. Эльяз смог с ним поговорить. Да, коротко, но это все меняет… Я смотрела на то, как солнечные лучи отражаются от плоских граней скал, как от зеркал, рассыпаясь светом в долине. – Ты не все говоришь, – мне показалось, что в словах Шоши много недосказанного. Как после касания крапивы, вся кожа гудела предчувствиями. – Я не все знаю. Могу сказать только, что с каждым днем равновесие нарушается все сильнее. И не только у нас. Что-то происходит с нашим миром, и даже силой трех столпов его удержать будет непросто. Эльяз нервничает и плохо спит по ночам. Если вовсе спит. А это, поверь, не помогает оберегать мир. Не дожидаясь ответа, Шоша оттолкнулась от подоконника и двинулась дальше по коридору, возвращаясь к Рэйфу. Я же, снедаемая беспокойством, которое от слов девушки только сильнее зашевелилось под кожей, вернулась в свою маленькую мастерскую-лабораторию в башне. Там было еще много работы, на которую можно было бы отвлечься…