Глава 17

Эльяз Хельват злилась. Старуха, облаченная в этот раз в какие-то лохмотья вместо парадного платья, с кряхтением выползала из паланкина. Видно, визит в капеллу Древней Крови прошел не так, как мы оба надеялись. – Что у тебя? – как-то обвинительно ткнув тростью в мою сторону, резко спросила нянька. – Ничего нового. Какие-то сложности у Измира и его княгини. Клинок устроил знатный скандал, требуя развод. А по нашему вопросу никакой информации. Словно все данные о не упокоенном убраны из библиотек. Даже в личной коллекции Сафиры нет ничего. – Не думал, что что-то может быть среди тех книг? – Хельват вскинула бровь, вынуждая скривиться. – Думал. Еще как. Но сперва хотел проверить здесь. Сама знаешь, что с ними работать не так просто, с теми книгами. – Домой? – старуха нетерпеливо переступала с ноги на ногу, словно плиты перед дворцом жгли ей ноги. Может, так оно и было. Над всей столицей висело тяжелое облако воли Ксеркса. Император был во дворце, и это чувствовалось, несмотря на развеивающие чары. – Щит Империи! Сиятельный Эльяз Нордеро! – я скривился, как от боли. Лучше бы мы успели уехать. Голос этого придворного мне доводилось нечасто слышать. И лучше бы так оно и оставалось. – Шерад, верный раб нашего повелителя, – я медленно повернулся к невысокому, щуплому человеку, завернутому в черное, словно одна из нянек. – Чем обязан? – Мой властелин призывает тебя к себе, Щит Империи, – улыбка искривила тонкие, бледные губы, делая лицо еще более неправильным, каким-то изломанным. – И чему же я обязан такой чести? – не стоило и упоминать, что такая встреча радости во мне не вызывала. – Повелитель не делился со мной своими мыслями, о сиятельный, – и столько напускного смирения и подобострастия, что не будь я некромантом, и тогда не поверил бы. – Удивительно, с чего бы это. Ты же самый близкий к нему человек, – в отличие от остальных я мог себе позволить такой укол. Бледное, невыразительное лицо на миг исказилось гримасой злобы. Приспешник никогда не забывал, что его место не зависит ни от успехов, ни от силы. Только от воли и настроения Ксеркса. И ему не давало покоя, что об этом помнил и я. Ведь никто иной не смел об этом напоминать. – Веди, Шерад Улыбчивый. Эта часть дворца была почти пустой. Нам пришлось пройти тайными коридорами в самую дальнюю часть, по коридорам которой гуляло гулкое эхо, прежде чем меня начало пригибать к земле. Чем ближе к покоям Ксеркса, тем сложнее было стоять ровно, но я был здесь не впервые и только сильнее сжимал зубы, грозя сломать их. – Повелитель ожидает, – склонившись с напускным почтением, просипел Шерад. Как бы этот человек ни кичился, и ему было непросто находиться так близко. Я только скривился, не удостоив Шерада и взглядом. Подлый, опасный человек, но ему нечего было противопоставить мне. Тот, кто впервые оказывался перед этими дверьми, неизменно удивился бы. Вместо огромных, украшенных лепниной и золотом дверей, в главные покои вела простая, лишенная украшений. Единственной особенностью этой двери была латунная, натертая до блеска, ручка. Ни ковров под ногами, ни картин на стенах. Вот такое оно, странное и непривычное величие Ксеркса Толкнув дверь и глубоко вдохнув, я решительно шагнул в зал. Ждать смысла не было. По глазам ударил свет, ослепляя на короткий миг. Отражаясь от сотни небольших зеркал, установленных под потолком, во все стороны расходились лучи, заливая зал сиянием. Вдоль огромных окон, трепеща, как на ветру, плавно колыхались тонкие, полупрозрачные портьеры. Белые, они придавали еще большее ощущение невесомости большой комнате. – Эльяз, – шепот шел со всех сторон, сжимая на миг в тиски, лишая дыхания и тут же отступая. – Что привело тебя в столицу вне привычного часа, мой разлюбезный друг? – Повелитель, – я медленно опустился на одно колено, стараясь сдержать дрожь. Одно это обращение могло ввергнуть в панику, столько в нем было обманчивой мягкости. Видно было только размытый силуэт в дальней части зала. Такой же колышущийся и полупрозрачный, как газовые шторы на высоких окнах. Мужчина с длинными, снежно-белыми волосами, что сливались с простой рубашкой, медленно скользил над мраморным полом, двигаясь в мою сторону. От одного взгляда этого колдуна когда-то пали десятки народов. По одной его воле вверх, словно ножи, поднялись пики на юге, став Игольчатой грядой. И теперь он интересуется у меня, какого демона я покинул свой пост в самый разгар буйства неживой армии… * * *Ксеркс смотрел задумчиво, остановившись в двух десятках шагов передо мной. Почти невозможно было уловить четкий контур его тела и выражение лица. Образ все время переливался, перетекал туда-сюда, меняясь, как отражение на неспокойной глади воды. Было невозможно долго смотреть на него. Начинала кружиться голова, словно ее распирает изнутри. – Зачем ты здесь, мой любезный? – властелин империи отвернулся к распахнутому окну. Газовые белые шторы трепетали от ветра. Глаза Ксеркса оставались светлыми, голубыми. Благодушие и терпение. Но это было ненадолго. Стоит быть внимательным и осторожным. С каждым словом, каждым жестом. – Мой повелитель, – я склонился ниже, стараясь незаметно окутать себя защитным барьером. Чужая воля слишком сильно давила, пригибала к земле, – на Севере, впервые с того дня, как мне передали ответственность, появился хозяин проклятого войска. Ксеркс обернулся так стремительно, что взметнулись все портьеры, всколыхнувшись почти до потолка. Темные, почти черные глаза уставились на меня. На короткий миг лицо исказилось ненавистью. – Выполз-таки. За спиной колдуна-императора медленно опадали паруса тканей, а глаза Ксеркса светлели. Буря успокаивалась или, скорее, отступала на время, прячась в глубине. Но я очень надеялся, что меня не будет здесь, когда она грянет с новой силой. – И ты прибыл?.. – Чтобы найти хоть что-то о нем. Его стоит упокоить, раз теперь мы можем найти гробницу. – Да, если он выполз, то путь возможно отыскать… – Ксеркс говорил сам с собой, глядя в сад, а я чувствовал себя так, словно нахожусь под прицелом сотен арбалетов. С меня словно не спускали глаз, хотя хозяин всего вокруг был занят видом цветущих кустов за окном. – Это где-то было… когда-то давно, не могу вспомнить… Колдун говорил сам с собой, а на меня накатывал ужас. Осознание, сколько столетий он стоит вот так, перед распахнутым окном, осознание всей его мощи и хрупкости всего, что вокруг. Включая меня. – Иди, Эльяз. Я не могу вспомнить, что там с тем… в столице ты не найдешь подсказок, мой разлюбезный. Надеюсь, это ты понял… На меня кинули короткий взгляд голубых глаз, словно полоснули ледяным клинком по сердцу, и Ксеркс отвернулся, теряя всякий интерес к моей персоне. Медленно поднявшись, я попятился прочь из этого белого зала. Ноги слушались плохо, руки, сжатые в кулаки, подрагивали. Шерад, эта пиявка, ожидал за дверью, все так же улыбаясь. Иногда мне казалось, что у этого существа просто сводит какие-то нервы в лице, и он не может избавиться от этой ухмылки, пряча за ней зависть и злобу. – Мой господин Эльяз, – поклон с напускным подобострастием. – Не напрягайся. Я знаю дорогу обратно, – отмахнувшись от назойливой мухи, я расправил плечи, досадливо поморщившись. Теперь все тело будет ныть от перенапряжения еще несколько дней. Невысокая цена за визит к Ксерксу, но все же излишняя и не ко времени. – Что вы, я провожу, – не чувствуя границ моего терпения, прошептал Шерад. Ему явно доставляло удовольствие видеть, как одеревенели мои мышцы после нескольких минут аудиенции. Только он забыл, с кем разговаривает. Я медленно поднял ладонь перед собой, глядя на собственные пальцы. Медленно сжимая их в кулак, я слышал, как начинает хрипеть человек рядом со мной. Он даже не заметил, как на его тело опустились нити контроля, как пробрались сквозь мышцы к линиям силы. Не заметил ничего до того мига, как ребра заныли от невозможности вдохнуть. Я повернул кисть, и тело Шерада рухнул на колени, неестественно выгибаясь назад. – Ты только посыльный. Не забывай своего места, доносчик. В порыве гнева я могу ненароком прибить. Правда, потом придется повиниться перед владыкой, но думаю, он меня поймет… – Ты не рискнешь разгневать повелителя, – хрип был едва слышен, но я сумел разобрать слова. – А ты рискни. Я сумею выдержать его гнев. А вот способен ли ты перетерпеть мой – это вопрос. Отдернув руку, тряхнув пальцами, словно измазал их в грязи, я выпустил приспешника, стремительно двинувшись по коридору. Я вышел из себя, и в этом не было ничего хорошего, но мне искренне требовалось кому-то набить морду. Кому-то достойному, желательно. Я выскочил на двор и замер, пытаясь отдышаться. Все длинные коридоры дворца были пройдены всего за пару мгновений, так что сердце гулко грохотало в груди. Я смотрел на небо над столицей и мечтал убраться отсюда как можно скорее. Дар некромантии давал мне некоторые преимущества над другими одаренными, но и имел особенности. Мне был нечем здесь дышать. Слишком много людей. Живых. Слишком много эмоций, сил и гула. – Ну как, чего от тебя хотел Ксеркс? Да продлятся его дни без счета, – Хельват, не давая мне отдышаться, потребовала ответа. Старуха сидела на табурете под зонтом, едва ли не по центру площади перед дворцом, потягивая трубку. Кажется, у кого-то было настроение добавить немного сплетен про обитателей Гром-Гриана. Одернув черный наряд, в котором сегодня было изрядно жарко, я усмехнулся. Где старуха взяла зонт, мне было, по сути, не очень интересно, но как она заставила местную стражу установить его посреди площади – это уже куда любопытнее. – Велел убираться прочь и не покидать крепость без особой надобности, пока вопрос не решится, – скривившись, признался я. – Хм. Тогда нам, видно, пора? – ничуть не стесняясь, нянька поднялась на ноги, вытряхнув тлеющий табак из трубки прямо на светлые плиты. – Ты, кажется, так же не в настроении? – Лучше поговорим дома, – опираясь на мою руку, покачала головой старуха. До портала было не так далеко, но переходы потребуют много сил от нас обоих, так что Хельват права, не было смысла чего-то ждать. * * *За день нашего отсутствия в крепости ничего не изменилось. На первый взгляд. Однако прислушавшись, я был готов поспорить, что стены, камни в самой кладке, напевают. Вредные эрксы. Кажется, кто-то подсматривал за моим недавним диалогом с Корнелией. Мне не хотелось, чтобы все, с чем мы сами еще не разобрались, было достоянием окружающих, но, кажется, с этим я немного опоздал. Утомленные после переходов по тоннелям, мы с Хельват ввалились в главный зал как раз к ужину. Сегодня даже Рэйф спустился из своей комнаты, значит, заживление проходило вполне хорошо. Нет ничего лучше в жизни военной крепости, чем вовремя оказанная помощь. – Как у нас дела? – помогая Хельват устроиться на привычном месте, спросил я у Шоши, что оставалась за главную в мое отсутствие на этот раз. – Все хорошо. Дополнительные патрули рыскают в долине. Как ты и велел, выпустили землекопов, чтобы вычистить все, куда можно добраться. – Что с решеткой? Успели поставить? Идея выкопать поперек долины ров и установить там решетку по всей длине рва, пришла мне в голову не так давно. И сейчас оказалась как раз ко времени. У нас были еще способы остановить армию мертвых, если подобное нападение повторится, но я очень не хотел использовать крайние меры. – Только прокопали ров. В Симеше плавильни работают изо всех сил, но они при всем желании не успели бы сделать решетки за один день, Эльяз. Да и металл. Пока его доставили, пока разогрели, закалили. Нет, мастер, это не так быстро. А купить такие, просто невозможно, – это говорил Рэйф. То, что мужчина какое-то время был прикован к постели, не означало, что он пустил все на самотек. Шоше одной бы не справиться с таким объемом дел. – Какая глубина? – Почти пятнадцать метров до твердой породы, – мои воины покачали головами, досадуя, что не получается так быстро, как хотелось бы. – И как они заливают? – в самом Симеше, конечно, достаточно места не было для таких работ, но в одной из близлежащих деревень было обустроено много мастерских. В том числе на основе кузни вполне можно было плавить металл. Только как же сделать решетки высотой в пятнадцать метров? – Прямо в земле. Получается не очень ровно, но выходит близко к тому, что мы хотели. – Хорошо. Пусть продолжают, – я посмотрел на полную тарелку и отодвинул блюдо. Есть не хотелось. Меня все еще беспокоили некоторые моменты происходящего, к которым я не мог подобрать ключ. А еще немного тревожило тихое поведение Корнелии. Моя прекрасная решительная ведьма сидела, опустив глаза и глядя исключительно в собственную тарелку. Либо что-то произошло, чего я не знаю, и с чем также придется разбираться, либо… либо кто-то просто смущен и не знает, как себя теперь вести. – За два часа до рассвета мы с Корнелией отправимся в сторону гробницы. Берем Пляшку и еще пару быстроногих тварюшек, – я не мог сказать, почему нужно было ехать именно завтра, почему стоило так торопиться, но когда слова прозвучали, стало очевидно, что идея верная. – Эльяз, не рано ли? – Шоша задала вопрос так тихо и серьезно, что я понял – этот маленький, но очень грозный командир боится. – Не переживай, – я попытался улыбнуться, чтобы как-то унять тревогу блондинки. – Если мы выедем до рассвета, то должны вернуться к полуночи. – А если не успеете? Если будет пасмурно, и небо накроет мглой раньше? Или если с гор в долину спустится Бора? Что тогда? – Шошу начинало мелко потряхивать. Скорее всего, это было вызвано недавним ранением Рэйфа. Я мог понять, но было важно вернуть девушку во вменяемое состояние. – Если мы будем опаздывать, если случится что-то из тобой перечисленного, если что-то пойдет не по плану, я разрешаю достать зеркала и солнечные камни. Того, что у нас есть, хватит на освещение пути от самой гробницы. – А если ее там нет? Гробницы, – Корнелия впервые подала голос. В нем не было страха, только легкая тревога. Ведьма хмурилась, размазывая еду по тарелке, так и не поднимая взгляд на меня. – Ксеркс подтвердил, что гробница может быть именно там. Над столом повисла резкая тишина. Замерли даже частички пыли, что кружили в воздухе. – Дальше, – хрипло, чувствуя давление от одного произнесенного имени и самого факта, что я встречался с властелином, попросил Рэйф. – Он почти ничего не сказал. Только что теперь гробницу, и правда, можно отыскать. Кроме того, что Корнелию не пытались убить, а просто хотели дозваться прошлой ночью, говорит о многом. Потому ей придется отправиться со мной. – Эльяз, это все не стыкуется. Проклятый сперва насылает на нас свои армии, а затем просит помощи у Корнелии. Ты считаешь, что здесь все нормально, все сходится? – Шоша откинула в сторону вилку, не в силах вытерпеть напряжение. – Скорее всего, движимый посмертной жаждой большую часть времени, как и все проклятые сущности, некромант не осознает, что именно делает, – Хельват прожевала салат, промокнула губы салфеткой и отложила ее в сторону. Окинув присутствующих хмурым взглядом, нянька продолжила. – Появление Корнелии, по моему мнению и мнению моих орденских сестер, помогло ему пробудиться на какое-то время. Древняя кровь, восприимчивость к магии некромантов и довольно сильный, пусть и пока запертый из-за травм дар словно линии в рисунке, помноженные на положение Гром-Гриана у самой вершины мира. Все сошлось в единой точке, вызвав нешуточный всплеск. Это вполне могло помочь Проклятому. А, значит, присутствие Корнелии может дать ему шанс поговорить с Эльязом. Объяснить, что держит некроманта в нашем мире. – И упокоить, – весомо добавил я, чтобы ни у кого не было сомнений. – Вы некроманты. И все вы знаете, что проклятая, привязанная сущность страдает оттого, что не может покинуть наш мир. Незавершенное дело, словно огненный ошейник, держит его и злой волей вынуждает гнать армии в сторону Кесарии. И в наших силах это остановить раз и навсегда. * * *Нашу поездку пришлось немного отложить, так как некромант после визита в столицу был слишком уставшим для такой дороги. Его препирательства и упрямо выпяченный подбородок не возымели эффект, когда Чесвур под ехидным взглядом Хельват заявил, что Пляшка и ее товарки не готовы. Не собраны, не седланы, и вообще, лучше сегодня к ним не ходить. Недовольному старшему некроманту не оставалось больше ничего, кроме как отправиться спать. И проснуться только к обеду следующего дня. Я же, в отличие от него, не могла похвастаться таким непробиваемым спокойствием и здоровой тягой к подушке с одеялом. Уснуть никак не удавалось. В голове до самого бледного рассвета крутились образы предметов, которые непременно нужно взять с собой. Я нервно собирала сумку с вещами, готовясь к опасному и далекому путешествию, когда меня нашел Эльяз. Услышав шаги за спиной, я невольно вздрогнула, выронив из рук хрупкую склянку, и дальше неподвижно смотрела, как розовое стекло резво покатилось по столу, чудом не разбившись в первый миг. Длинные пальцы Эльяза поймали флакон у самой кромки стола, не позволив тому все же разлететься на сотни осколков. В большой некромантской ладони предмет казался совсем маленьким и невесомым. – Готова? – Эльяз стоял у меня за спиной, и я чувствовала тепло, идущее от его тела. – Не знаю. Понимаю, что так надо, что мы все уже обсудили, но мне все же не дают покоя некоторые моменты. – Если тебе станет легче, моя голова занята решением тех же задач. Как свести концы с концами. В происходящем масса нестыковок. Но разобраться с этим невозможно, если не посетить гробницу. Так и не выпустив флакон из рук, Эльяз вдруг крепко меня обнял. Тело, не ожидавшее таких вольностей, обдало жаркой волной. Я не знала, как себя держать с ним в такие моменты и просто стояла, боясь пошевелиться. – Я тебе не сказал, не хотел беспокоить, но ты такая подозрительная и дотошная, – теплое дыхание шевелило волоски, выбившиеся из прически, щекотало шею. В таком положении было крайне трудно думать. Особенно о деле. В голове возникали вспышки, словно рой розовых, пахнущих лавандой и апельсинами, огоньков. Странная мысль, совершенно мне несвойственная, оказалась между тем такой яркой и правильной, что я хихикнула. Запах лаванды усилился… – Что-то не так? – некромант, так и не закончив предыдущую фразу, замер, ожидая ответа. – Наоборот. Все неожиданно стало, как должно. Пусть и на короткий миг. Что ты хотел сказать? – Проклятый. Ты спрашивала, как он до тебя добрался, – вот теперь я вся похолодела. Мне казалось, что этот вопрос уже решен. На него отвечали и Хельват, и сам Эльяз в присутствии подчиненных, так что я была уверена, что знаю все. Почувствовав, как я напряглась, Щит Севера обнял крепче, словно это могло не позволить тревоге пробраться в тело. – Чш-ш. Успокойся. Ничего страшного не произошло. И я не позволю больше случиться ничему подобному и близко. – Я не слишком испугалась, – громко говорить не получалось. Горло словно свело каким-то спазмом. Странное ощущение попадания в немного жуткую, но очень красивую и интересную сказку, почему-то становилось все сильнее. Ощущение нереальности происходящего. И то внимание, что мне оказывал Эльяз, те чувства, что между нами проявились, только усиливали впечатление. – Знаешь, я словно не верю, что это все со мной, что все по-настоящему, – неожиданно для самой себя, призналась некроманту. – Это как видения под дурманом, который поднимается над болотами. Только слаще. – Вот как? – мужчина фыркнул и вдруг прикусил мочку уха. Не больно, но чувствительно. Никак не ожидая подобного, я тихо вскрикнула, дернувшись в его руках. Ответом мне стал довольный смех в макушку. – Так немного реальнее? Что скажешь? – Теперь мне хочется тебя стукнуть, – с фальшивой обидой пробормотала я, пытаясь удержать губы от улыбки. – Если тебя это порадует. Я весьма ударостойкий*, знаешь ли… Мы немного помолчали. Напряжение ослабло, и я, наконец, могла оценить, насколько тепло и спокойно в этих объятиях. Почувствовав, что я расслабилась, Эльяз продолжил. – Проклятый сумел добраться до тебя еще и потому, что Чест не в состоянии полностью контролировать крепость. Я об этом не подумал. Никто не пытался общаться с обитателями Гром-Гриан при помощи Зова, и мы не были готовы. Но теперь это больше не повторится. Наш призрак почти пришел в себя. – Ты что-то с ним сделал? – я в тревоге обернулась к Эльязу. – Просто дал ему дополнительный источник энергии. Нам пора, Корнелия. Я видела по темным глазам, что некромант хочет сказать что-то еще, но Эльяз только прикрыл глаза и отступил, выпуская меня из объятий. – Жду тебя внизу с теплой курткой и всеми твоими склянками. *Ударостойкий – мне кажется, что «ударопрочный» слово не совсем нашего периода/места.