Глава 22

И все же, некромант сказала верно. К порталу, небольшой арке в самом сердце долины, где мы собирали грибы не так давно, добирались с полчаса, не больше. Погода радовала солнцем, пением птиц и летней зеленью. Казалось, что наше «путешествие» к гробницам проклятого происходило на другом краю земли, так разительно выжженная земли отличалась от той, что сейчас расстилалась перед нами. – Почему портал так далеко от крепости? Отсюда своими ногами же не добраться, – задумчиво вскинула голову, пытаясь рассмотреть темные шпили Гром-Гриан, но солнце слепило слишком ярко, сливая пики гор с небом. – А не зачем сюда кому-то попадать "своими ногами", – фыркнул некромант, протягивая руку перед собой. Пляшка недовольно тряхнула головой, словно в нос попала пыль, и пространство внутри арки заволокло дымкой. – Если кто-то из наших сюда явится сам, то сумеет призвать кого-нибудь из гарнизона, чтобы подняться выше. А посторонним тут делать нечего. Не прогулочный парк. – Но если надо что-то доставить в саму крепость? Не тащить же, к примеру, строительные материала на спине Пляшки, – я легко потрепала нечисть по шее, нагнувшись вперед, и мы шагнули сквозь упругую пленку, попадая в магический, немного давящий, но вполне устойчивый тоннель. – Для этого есть переход от Симеша,– некромант обнял меня, прижимая к себе крепче, заставляя выпрямиться. – Сиди ровно. В этих местах, бывает, в тоннель забредает всякое. Нужно быть начеку. – Нечисть в магическом тоннеле? – мне показалось, что мир слегка встряхнули, а потом поставили на место, но перепутав все местами. Некоторые вещи казались раньше незыблемыми, но теперь я не была уверенна больше ни в чем. Но некромант тихо рассмеялся, покачав головой. – Нет, не нечисть. Эфирные создания. Нарушение равновесия ведет к тому, что эмоции , даже такие примитивные, как злость людей в городах, да и любой всплеск, начинают концентрироваться в одном месте, обретая некое сознание, становясь эфемерными сущностями. В городе это не сильно заметно. Люди сами создают и сам же компенсируют негативные вибрации. Я тихо фыркнула, представить, как Эльяз путается объясниться подобными терминами с прачкой, но слушала внимательно. Я-то ведьма, так что почти все это знала и понимала. Но пока только в теории. – А здесь? – А здесь нас слишком мало. И как некроманты, мы защищены от внешнего воздействия. А портал, даже не активный, притягивает подобные сущности к себе. Иногда они проникают в сам переход, и пытаются поймать кого-нибудь, чтобы вернуть равновесие. – Пытаются найти того, на кого можно повесить свои темные эмоции и вибрации как ты говоришь, – понятливо кивнула я. При серьезном влиянии подобная бестелесная сущность может довести до состояния апатии или еще чего-то более серьезного и опасного для жизни. И самое худшее, что человек может и не понять, что с ним происходит. Избавиться от такой напасти довольно просто. Но только тогда, когда знаешь, что именно тянет тебя к земле. – Именно. Но видно не сегодня, – я слышала улыбку в голосе некроманта. – Мы приехали. Пройдя сквозь тонкую и упругую оболочку тоннеля, прикрыв глаза, чтобы слишком резкая смена освещения не оказалась болезненной, я перестала ощущать давление со всех сторон, так характерное для магического перехода. – Смотри. Вот это настоящие люди гор, не то, что мы. Распахнув глаза, я издала тихое, удивленное «О». Мы, кажется, были еще выше, чем Гром-Гриан. По крайней мере, солнце здесь светило так яростно, что окружающие цвета просто резали глаз. Невероятная чистота воздуха и ясность, с которой можно было разглядеть каждую травинку, создавали ощущение нереальности. Это была не долина, упрятанная в чаше гор, это было большое плато, возвышающееся над всем вокруг. Вдали, укрытые дымкой облаков, виднелись пики гор, но здесь поверхность только чуть изгибалась, соединяясь внизу зеркальной поверхностью озера. На одном из пологих склонов, залитые солнцем, стояли маленькие домики из какой-то красной глины, которая никак не могла водиться так высоко в горах. На другом склоне паслись большие стада овец. Это походило на картинку, на совсем иной мир, которого не касается происходящее там, у подножия гор, в мирской суете. – Мы далеко от Гром-Гриан? – На самом деле, весьма. Даже по прямой, если вдруг я научусь летать, получается не менее шести часов. А по горам… мне кажется, кроме нас, у этих людей никогда гостей не бывает, потому… – Эльяз! Эльяз приехал! – звук ударил волной, словно резкий порыв ветра собрал его воедино, а потом единой горстью бросил в нас. Откуда-то справа, где поднимался небольшой лесок, в нашу сторону неслась пестрая толпа с палками и улюлюканьем, заставив меня крепче прижаться к некроманту. Ощущение, что нас сейчас будут бить, накатило неожиданно, заставляя ерзать. Некромант засмеялся. – Это просто дети. Говорю же, кроме нас гостей не бывает, так что наш приезд – это событие. И я предупреждал, что до деревни полчаса, – я кивнула, припоминая, все еще с недоверием поглядывая на толпу, до которой осталось шагов двадцать. – Так вот, все из-за этого эскорта. Они же нас со вчера ждут, как я баню попросил. Шумная толпа, крича, подпрыгивая и завывая, окружила нас, вызывая у меня приступ ужаса. Никогда не любила толпы людей. Особенно толпы маленьких и неуправляемых, как эти. Со всех сторон тянулись руки, хватающие за шерсть Пляшки, за поводья. Даже за плащ некроманта, кажется тянули, хотя я этого не видела и только могла радоваться, что нежить достаточно высокая. В противном случае, мне, кажется, повыдирали бы уже все косы. А Эльяз смеялся, слушая болтовню: – Дай покататься! А ты привез подарки? А сладости? А те вкусные, на палочке, есть? А ты долго будешь у нас? А кто это? Новая некромантка, да? А чего не сама верхом? Эльяз честно пытался отвечать на какие-то из вопросов, которые удавалось выделить из общего гула, но детям были интересны вовсе не ответы, а возможность прокричать пришедшее в голову. * * *Люди в деревне были одеты пестро, в основном в красное, с сине-зелеными полосами и желтыми, яркими как солнце, пятнами вышивки. Широкие юбки и цветастые платки на женщинах, красивые жилетки на мужчинах. Вокруг ухоженных, невысоких домиков были разбиты огороды, а чуть в стороне от поселения – сад. Из труб валил белый, темнеющий на фоне неба, дым. При нашем приближении, люди выходили из домов, останавливаясь у заборов, и кланялись, словно прибыл, как минимуму князь, а то и одна из принцесс. Тряхнув головой, я едва не стукнула сама себя по лбу. Эльяз-то и есть князь! Это его простое отношение с обитателями Гром-Гриан и то, что мне позволено к нему едва ли не с первого дня обращаться так, по-простому, ввело в заблуждение. Для этих же людей, да и для всех остальных обитателей Кесарии, некромант – один из трех величайших колдунов империи, Щит Севера. По телу прошла волна ледяной дрожи: я позволила себе позабыть, что между нами такая пропасть. – Не переживай, они хорошие и неизбалованные люди. Здесь тебя никто не обидит и можно расслабиться,– неверно истолковав мое передергивание плечами, прошептал Эльяз на ухо. Мне ничего не оставалось, как только кивнуть. Ну же, Корнелия, возьми себя в руки. – Еще у нас с тобой есть шанс значительно улучшить состояние твоей ноги и каналов в ней, – натягивая поводья у самого дальнего дома, задумчиво произнес некромант.– Не знаю, насколько продвинемся в итоге, но баня способна творить волшебство не хуже моих рук. Я почувствовала, как щеки обдало жаром. После того, как эти самые руки бессовестно шарили по моему телу прошлой ночью, я наверняка навоображала себе лишнего. И вообще, я чувствовала себя на какой-то развилке, от которой шло с десяток тропинок. Нужно было уже куда-то свернуть, а все никак не удавалось сделать шаг, словно ноги приросли к земле. – Хей, Нонда. Как дела? – Некромант легко спрыгнул с седла, потянувшись. Высокий, широкоплечий мужчина, что стоял перед невысоким заборчиком, опираясь на резной посох, склонил голову в приветствии. – Все хорошо, мастер Эльяз. Рады вашему приезду. – Баня готова? – некромант, повернувшись ко мне, ухватил за талию, помогая спуститься. – Конечно. Все натоплено. Позвать женщин, чтобы помогли госпоже? – на меня кинули внимательный, колючий взгляд, словно пытаясь определить статус, в котором я здесь присутствую. Еще бы. Как я поняла, Шоша всегда приезжала либо верхом на собственном звере, либо с Рэйфом. А тут я, не пойми кто. – Нет. Я сам справлюсь со своей невестой. Ей нужен особый подход и внимание, – спокойно произнес некромант, снимая седельные сумки со спины Пляшки. По двору пронеся судорожный вздох. Позади нас, как оказалось, стояла целая толпа народу. Лица людей выражали удивление и радость, а одна девица, с пшеничными толстыми косами до колен, вдруг всхлипнула, и развернувшись, бросилась через толпу прочь. Я же стояла немного оглушенная. Ничего себе. Это когда меня успели просватать, что я пропустить сумела? Кажется, мы этого не обговаривали.. – Тебе не кажется, – не зная, сразу начинать кричать или сперва пристукнуть для острастки, медленно проговорила я, переводя взгляд на весьма довольного собой некроманта. Но меня бессовестно перебили: – Ты права, как всегда. Нонда, пусть нам принесут что перекусить. Моя ведьма не успела позавтракать. А от этого у нее, как полагается, настроение портится . – Эльяз, – я уже шипела сквозь зубы, жалея, что с собой не прихватила трость. Все же, ей сподручнее треснуть по лбу. А так мне роста маловато. Да и замах не тот. Только на некроманта мои вполне явные угрозы не действовали. Закинув сумки на одно плечо, мужчина одним плавным и уверенным движением обнял меня за талию, прижимая к себе. – Не ворчи, все идет, как надо, – от горячего дыхания, от чуть насмешливого тона, волоски на шее встали дыбом. Кажется, кто-то наслаждается происходящим и заслуживает мести. Определенно, нужно придумать какой-то коварнейший план возмездия для этого вредного мужчины… В глубине двора стояло светлое, одноэтажное здание. Что-то в нем было не таким, как в остальных домах, но я не сразу сообразила. Меня смутили маленькие высокие окна, больше похожие на бойницы, и высоченный сплошной забор, примыкающий к дому с одной из сторон. Такого я определенно больше не видела в горной деревне. Над крышей вился серый густой дым. В нос ударил запах костра, в который бросили хвою. Тут же вспомнились дни обучения, когда мы с девочками-ведьмами устраивали пикник в лесу. Хорошее было время. – Это она?– решив немного отложить выяснение отношений, чтобы не позорить ни себя, ни некроманта, вполне дружелюбно спросила я. – Все так, госпожа ведьма. Баня, – отозвался староста деревни, шедший с нами. Кажется, у этого Нонды не было таких сложностей с определением моей роли, как у меня самой. – Если всего хватает, – остановившись перед дверью, выпустил меня из объятий Эльяз, поворачиваясь к мужчине, – то мы сами дальше справимся. Женщины пусть еду в передней оставят, как принесут. И молодых не посылай. Корнелия болеет. Могут неверно понять, а потом слухами на все дворы делится станут. – Понял, – коротко кивнул староста, хмурясь. – Жену свою отправлю с сестрой. Отдыхайте, мастер Эльяз. – Хэй!– я раньше не слышала, чтоб Эльяз использовал подобное обращение. Кажется, попав сюда, он невольно (или намеренно?) перенимал привычные местным выражение. Нонда, успевший пройти полпути до калитки в низком заборе, весьма условном все же, остановился, оборачиваясь: – Слушаю, мастер. – Список дел приготовь, если что надо. Только пока самое основное. Времени совсем нет, но с чем смогу – помогу, – медленно и величаво кивнул Эльяз. Определенно, этот мужчина одинаково свободно себя чувствовал и на приеме у Ее Высочеств Сафиры, и по уши в пыли, рядом с гробницей проклятого колдуна. * * *Первое светлое помещение, чьи большие окна выходили в сторону от деревни, прямо на светлое чистое небо, и было той самой «передней». Здесь, прямо под окнами, стоял большой стол, было несколько лавок, а в углу, на открытых полках, лежали стопки светлых тканей. – Вот, – бросив сумки на лавку и повесив сумку у двери, Эльяз протянул одну белую стопку мне. – Все снимай и в это завернись. Под руками, на груди. Я, глупо хлопая глазами, смотрела то на некроманта, то на отрез в своих руках, не понимая, шутка это, или он всерьез. –Что? – сообразив, что без пояснений ответ не найду, переспросила я. – Я буду тебя лечить и парить, – терпеливо, словно разговаривал с неразумным ребенком, пояснил некромант, и неожиданно ухватился за низ собственной рубашки, стаскивая ту через голову. – Ты же не думала, что это получится сделать в одежде? Я не могла ответить ничего. Я вообще об этом не думала. Но теперь, глядя на белые тонкие полосы шрамов на груди Эльяза, что как росчерки, были по всему телу, просто не могла ничего сказать в ответ. Он и через куртку ощущался весьма крепким мужчиной, а теперь же, со своей смуглой кожей и четко очерченными мышцами, не давал простора никакому воображению. – Может, тебе помочь раздеться? Мне нетрудно, – вдруг поделился Эльяз, взявшись за шнурок на брюках. Вздрогнув, не зная, чего больше стесняюсь, себя или его, я резко развернулась, и рванула на себя внутреннюю дверь. – Я сама! – Обувь сними, Кори! – последние слова донеслись до меня вместе со смехом. Вот же! Хотелось стянуть сапог и так и запустить в голову некроманту. Мог и дома предупредить, что к чему. Я бы за время пути может, свыклась с мыслью. А теперь-то что? Мне не было страшно, но невероятно волнительно и как-то будоражащее. Кожу покалывало сотней мелких искр. Во второй комнате было теплее. Выложенная тонкой плиткой, как в дорогом доме, а не в деревенской избе, она оказалась помывочной. Тут стояла большая бадья, наполненная горячей водой, над которой поднимался пар. Вдоль стен – лавки, на которых стопкой стояли шайки с короткими ручками, обливаться. Выше, на полках, лежало мыло, и на крючках висели мочалки, жесткие и какие-то пористее, словно сделанные из особого рода грибов. Я только успела избавиться от обуви и куртки, как в дверь постучали, заставляя вздрогнуть. – Кори тебе помочь? Я здесь начинаю мерзнуть. Даже через стену я слышала в голосе смех и легкую издевку, но ничего не могла с этим поделать. Как приструнить Эльяза в такой ситуации, когда мне была нужна его помощь, просто в голову не приходило. – Ничего с тобой не станет! – стремительно стягивая рубашку, опасаясь, что мужчина может не дождаться разрешения войти, рыкнула я. – Ты могучий воин и страшный колдун. Не замерзнешь за пару минут. Бросив в беспорядке одежду на лавку, я как можно плотнее закрутилась в белую простыню, что доходила до середины икры, чувствуя себя странно. Все стратегически важное было прикрыто, а в некоторых бальных нарядах вырез откровеннее, чем мои голые плечи, но отсутствие белья ощущалось как-то очень остро. И все же, тянуть дальше было глупо. Мы приехали лечиться и париться, так что стоит этим и заняться. Бросив последний печальный взгляд на горку собственной одежды, я решительно вздохнула и расправила плечи, словно собиралась в бой. Эльяз, держа на локте суку с какими-то склянками, сложив руки на груди, стоял прямо напротив двери. На нем тоже был завязан кусок ткани, но почему-то только на бедрах, все еще позволяя мне разглядывать тонкие, и не очень, полосы белых шрамов, украшавших его грудь. – Ну вот, а ты боялась, – довольная улыбка распылялась по лицу некроманта. Меня рассматривали несколько мгновений, а потом, словно что-то решив, Эльяз вернулся к своему обычному, нормальному тону.– Одежду сюда выноси, иначе всю замочим, как мыться будем. И вот, на голову накрути, иначе напечет. Мне в руки кинули еще одну полоску ткани, только более узкую и короткую. – А волосы как? – первое смущение немного прошло, но чувство неуверенности, незнание, чего ожидать и как себя вести, не отступали. – Все прячь, пересохнут. Закали повыше и замотай. И побрякушки с амулетами снимай. Все до единого. – Да на мне не так и много, – я попыталась отмахнуться. Небольшой тонкий браслет с несколькими амулетами, помогающими мне нормально функционировать, какая-то подвеска на кожаном шнурке, так, по мелочи. – В бане все нагреется и может получится ожег. Снимай все. Только рядом с моими не клади, – на всякий случай, словно какую-то малолетку, предупредил Эльяз, указывая на небольшую груду металла на подоконнике. – А то я не знаю, – фыркнула недовольно, пытаясь снять браслет. Как назло, застежка заела и никак не желала открываться. – Может… – Прибью, – резко и зло перебила некромантово предложение помочь. Что-то я и без его постоянного вмешательства стала нервной, а тут даже раздеться самой не дает. – Понял, – Эльяз только фыркнул, примирительно поднимая ладони и наблюдая за моими потугами. Но я справилась. Украшения легли на край стола, волосы были убраны и завернуты тканью. Я стояла, выжидательно гладя на мужчину. – Ты бывала а бане до этого? – Не припомню. Может, в детстве. На обучении мы просто грели воду в бадье магией и мылись, так как дрова заготавливать было трудно. Все же , одни девки. А так и тренировка и мытье. Некромант кивнул. – Воздух будет горячий. Дыши медленно и через нос. Не напрягай тело, оно должно согреться и расслабиться. Если все получится, может, сегодня я запущу поток в твоей ноге. Я невольно открыла рот, желая спросить, насколько он уверен, но Эльяз был серьезен и больше не шутил. – Не знаю,– так и не позволив мне задать вопрос, покачал головой мужчина. – Шаг за шагом. И спина еще твоя… – А с ней что? – я невольно повела плечами. Мне уже почти и не больно, если не считать тянущего ощущения там, где проколы были прикрыты какой-то тканью. – Идем, – Некромант открыл дверь в помывочную, пропуская меня вперед, все так же держа на локте сумку со всякими склянками. – Как войдем, сразу ложись на нижнюю лавку на живот. Низкая деревянная дверь открылась, и в лицо пахнуло жаром и запахом хвои. * * *В парной было почти темно. Глазам потребовалось несколько секунд, чтобы перестроить, но это не было самым неожиданным. Как бы Эльяз ни предупреждал, я не ждала такого жара. Рот буквально опалило сухим, острым теплом, заставляя делать короткие, судорожные вдохи. – Тихо- тихо, – большие руки поймали меня за плечи, потянув куда-то вниз, заставляя присесть,– дыши медленно и носом. И ложись сюда. Сейчас привыкнешь. Проморгавшись, немного справившись с первыми реакциям тела, я увидела широкие деревянные ступени, на одну из которых мне полагалось улечься. – Чем ниже, тем меньше жара,– продолжал пояснять Эльяз, когда я осторожно опустилась на указанное место.– Сейчас добавлю воды, и будет легче дышать. – Очень жарко, горло дерет,– сипло отозвалась я, пытаясь укрыться руками. – Тогда немного продуем. Закрой глаза и спрячь лицо в ладони. И не бойся, плечи опалит, но это только на мгновение. Сделав, как мне велели, я ждала, что будет дальше. Со стороны головы, из темного угла, где слабо мерцали красным камни, раздалось резкое и очень громкое шипение, а затем на спину, на голые пятки словно кто-то плеснул кипятка. Тело невольно сжалось, пытаясь избежать боли, но как и обещал некромант, ощущение почти тут же пропало, оставив только какое-то непривычное, проникающее под кожу, до самых костей, тепло. С тихим скрипом открылась дверь и по спине, сверху вниз, прошла прохладная волна. Контраст был такой яркий, что я невольно поежилась и тихо рассмеялась. Эльяз фыркнул, закрывая дверь. – Получше? Дышать и правда было легче. Воздух стал не таким сухим и опаляющим, хотя все еще был горяч. – Ага, – не поднимая головы, утыкаясь носом в деревянный настил, буркнула в ответ. – Тогда садись. Сниму с твоей спины лишнее. Раны уже должны были затянуться. – Нет, так ничего не выйдет, – некромант фыркнул, и подергал ткань у меня на спине, – отпусти, иначе мне не добраться. Очень хотелось возмутиться, протестовать и даже немного ругаться на такое своеволие и самоуправство, только это было глупо. Сама не могла понять, чего стеснялась больше: шрамов и собственной наготы, но в этом не было ни малейшего смысла. В каком только виде Эльяз меня уже не видел. «В таком вот не видел» Услужливо подсказал внутренний голос, еще больше подстегивая нервную систему, но загнав его как можно дальше, я потянула ткань, пытаясь ослабить. Заматывалась в нее я весьма добросовестно. Некромант терпеливо ждал, пока я сама справлюсь, и я была благодарна даже за это молчание. Передергивая плечами, удерживая ткань на груди обеими руками, я почувствовала, как она провисла на спине. –Так? –голос охрип, и казалось, стоит сказать громко, как вспыхнет яркий свет, демонстрируя мои несовершенства и неприличный вид. – Да, все хорошо. Может немного обжигать, когда будут открываться раны, но слишком больно быть не должно. Не терпи и не молчи. – Хорошо,– боясь лишний раз пошевелиться, шепнула я. Без амулетов, без одежды, я чувствовала себя совсем беспомощной. Если бы Эльяз был просто посторонним, может, это было бы легче? Я не успела додумать мысль, как некромант вдруг резко дернул первый кусочек ткани, закрывающий рану у основания шеи. Я вздрогнула и зашипела. Было неприятно, словно кожа после лечения стала слишком чувствительной. На больное место тут же легла большая ладонь, прохладная и влажная. – Чш. Все хорошо. Я не видела, когда Эльяз успел что-то нанести на собственные ладони, но от этого касания было много легче. Неприятные ощущения прошли почти сразу. – Ты как? – Все хорошо, – не желая, чтобы мужчина убирал источник прохлады, буркнула я, передергивая плечами. Противоречия стали символом сегодняшнего дня. С одной стороны я наслаждалась каждым касанием и усмешками некроманта, видя что-то в его взгляде, что делало меня действительно особенной. С другой же, меня не отпускало ощущение самозванки. Покрытая шрамами, лишенная сил, простолюдинка, не знающая о древней крови в собственных жилах… могла ли я зваться его невестой? И сколько в этом правды? – Почему ты сказал, что я твоя невеста? – найдя в этом какую-то опору, немного резко спросила я. Некромант какое-то время молчал, словно бы раздумывая, что именно стоит мне сказать. Прохладная рука пропала с моей спины. – Потому что так оно и есть. Я предупреждал, что просто так тебя не отпущу. Теперь же я не отпущу тебя никак. Не после всего, что между нами было и еще будет. Не тогда, когда уверен в этом решении. – А если я не согласна? – мне хотелось возмутиться, рассердиться, чтобы как-то справиться с этой неловкостью. Возникшей между нами. – Ты дала свое согласие, когда поцеловала меня. Сама. – Я не…Ах! – от рывка и резкой боли в спине, я дернулась. Затем последовал еще один рывок, и еще. С шумом выдохнув, сжавшись едва ли не в комок, я чувствовала, как на спину быстро наносят охлаждающую мазь. – Мог бы предупредить! – хотелось обернуться и дать кому-то по лбу, но я боялась пошевелиться, слушая, как стихают неприятные ощущения. – Чтобы ты всем телом напряглась, и было больнее? – строго вопросил некромант.– Нет уж. Сейчас боль утихнет и можно будет нормально отдыхать. Иначе ты всю себя извела бы, пока бы мы с этим покончили, ведьма. Меня неожиданно сгребли в охапку и потянули на некромантовы колени. Вскрикнув от неожиданности, едва не выронив из рук ткань. Что прикрывала грудь и нижнюю часть моего тела, я нервно заерзала на жестких коленях. Не сказать, чтобы лавка была мягче, но как-то… – Не дергайся, – строго, глядя сверху вниз, приказал Эльяз. Голос был таким твердым и серьезным, что я невольно затихла. Прохладная ладонь все скользила по спине, словно стирая неприятные ощущения, а некромант смотрел мне в глаза, не давая отвести взгляд. – Воспалений нет, так что все в порядке. Еще минуту посидим – и выйдем. – Совсем? – глупо спросила я, чувствуя, как вместо холода по коже расходится волнами жар т чужих прикосновения. – Нет. Только остыть и воды выпить. Мы еще не парились,– губы вдруг растянулись в такой коварной и многообещающей ухмылке, что меня всю окатило волной жара. Может, я лучше сама?