Глава 23

– Держи, – мне под нос сунули кружку, стоило только двери помывочной закрыться за спиной. Придерживая одной рукой сползающую ткань, я не поднимая глаз, взяла воду, одним глотком опрокинув все в пересохшее горло. Скосив взгляд, прикрываясь керамикой, я проследила за Эльязом. Крепкая, покрытая рельефными мышцами и белыми росчерками, спина была напряжена. От мужчины вверх поднимался пар, придавая ему сходство с каким-то из демонов иного мира, о которых я немало читала, но никогда не встречала. – Как самочувствие? – не оборачиваясь, заглядывая в один из кувшинов, появившихся на столе. Поинтересовался некромант. Я прислушалась. Хотелось возмутиться и вспылить, но неожиданно, повода не оказалось. Тело действительно немного расслабилась, да и тревожность не так будоражила, отступив. Кажется, мне было вполне хорошо! Даже боли, обычно сопровождавшие меня повсюду, стали не такими яркими и отошли на задний план. – Знаешь,– медленно, словно боясь спугнуть ощущение, начала я,– вполне хорошо. Мне уже не так жарко, и меньше болит… – Вот и замечательно. Я переживал, что тебе может быть слишком от таких перепадов температур… В дверь постучали, и не дожидаясь ответа, в комнату вошла пара серьезных женщин с подносами, заставив меня передернуть плечами от неудовольствия. – Обед, мастер Эльяз, – глядя в глаза некроманту, серьезно сказала одна из них, не пытаясь разглядывать меня ил голую грудь мужчины. – Выставляйте. А мы пойдем греться. Корнелия, проходи, не будем мешать женщинам, – словно бы загораживая меня собой, Эльяз толкнул дверь помывочной, делая приглашающий жест. В этот раз дышать было легче, но мне не позволили устроиться на прежнем месте. – Выше заползай, на живот, и спуская свою тряпку со спины, – строго и уверенно велел некромант, словно мы опять в крепости. А мне хотелось фыркать от его тона и показать язык. Командир нашелся. Но все же сделала, как велел, несмотря на легкое неудобство и нежелание оголять кожу. Было слишком любопытно, что будет дальше. – Раны твои затянулись, так что больно быть не должно. Но если что-то не так – сразу говори. Большая ладонь ухватила ткань на ногах, и уверенно потянула вверх, оголяя икры, и не останавливаясь. – Эй! Ты что это делаешь? –извернувшись, едва не грохнувшись с лавки, я попыталась остановить подобное самоуправство, но меня крепко придавили к деревянному настилу. – Не дергайся. Я должен пропарить и ноги, и спину. Так и быть, ради твоего спокойствия, оставлю тряпку на… – большая ладонь не больно, но неожиданно шлепнула меня пониже спины, заставив взвизгнуть и подпрыгнуть. – Это просто, – от возмущения у меня не находилось слов, но мне не дали разразиться гневной тирадой, перебив: – Моя прекрасная ведьма,– голос стал тихим, ласковым, каким-то завораживающим, –ты травмированная, ослабленная, неуверенная в собственной красоте и покрытая шрамами едва ли не больше чем я. Ладонь скользнула по спине, едва касаясь, заставляя замереть и прислушаться. По разгоряченной коже тут же, расходясь в стороны, толпой помчались мурашки, сбивая дыхание. Как давно ко мне никто не касался вот так, бережно и нежно. Ощущение собственной слабости стало невероятно сильным, режущим. Из горла вырвался всхлип. Некромант словно проникал мне под кожу, своими касаниями, словами, взглядами, запуская тонкие нити в жилы, опутывая меня всю. – Но ты прекрасна, Корнелия. Поверь мне, если не можешь поверить себе. Ты самая великолепная из встреченных мной ведьм. А еще очень вредная, – тон резко сменился на шутливый и энергичный. – и за это я тебя изрядно отшлепаю веником. Вдруг поможет. – Это изначальные свойства, – буркнула я, вдруг перестав стесняться собственной наготы, –от них не избавиться. – А кто тебе сказал, что я хочу в тебе что-то менять? Сейчас будет горячо. – На спину, заставив резко втянуть воздух через тонкую щелочку губ, облаком опустился горячий пар. Казалось, стоит пошевелиться, и кожа слезет в миг. Тепло пронизывало меня насквозь, словно иглы. – Я просто хочу, чтобы ты хоть на миг увидела себя моими глазами. Терпимо? Не сразу сообразив, к чему вопрос, я только утвердительно что-то буркнула из-под рук. Если спина и ноги еще терпеть, то дышать таким жаром казалось слишком. – Тогда еще немного. Прогревайся хорошенько. Тело, напряженное, замершее, накалялось, словно металл в печи. Я прислушивалась к себе и удивлялась такой перемене. Было жарко, неудобно, но… странною – Убираю пар. Выдохни, – Эльяз провел надо мной веником, покрытым листьями, и жар мгновенно отступил. Тело сразу расслабилось, расплываясь по деревянному настилу бескостной лужицей. – Что-то я… – Расслабилась? – в голосе звучала улыбка.– Так в этом и смысл. Мы еще не закончили. Первый хлесткий удар листья ми по ногам оказался неожиданным. Влажные листья словно немного цеплялись за кожу, создавая ощущение легкой дрожи, вибрации в теле. Кожа млела. Это было приятно. Вспышки напряжения в тех местах, где веник касался кожи, сменялись еще большим расслаблением, хотя это казалось просто невозможно. Пройдя шлепками веника по мне от пяток до самой шеи, Эльяз медленно провел листьями в обратном направлении, словно стирая с меня все лишнее, едва не стянув и ткань, прикрывающую попу. Но я бы и на это, кажется, не обратила внимания, так мне было хорошо и лениво. – Ты как? – присев в ногах, и зачем-то ухватив меня за пятку, со смешком уточнил некромант. Моих сил хватило только на ленивое глухое «угу». Глаза почти закрывались. – Отдохни немного, только не засыпай. Здесь слишком жарко и тебе надо умыться. Некромант не ждал ответа. Длинные пальцы беззастенчиво мяли мою правую ногу, растирая каждый палец и медленно пробираясь к голени. От этих действий в груди зарождалось какое-то тихое и глубокое мурлыканье. Переключившись на вторую конечность, Эльяз едва ощутимо провел по шраму, стягивающим кожу, заставляя тело напрячься, но тут же переключился на пальцы, вызывая щекотку. – Не делай так, – сонно пробормотала, пытаясь выдернуть ногу из захвата, но силы были неравны да и двигаться было откровенно лень. – Ты спишь, а я просил этого не делать, – все еще удерживая ногу одной рукой, возразил Эльяз, продолжая свое коварное дело. Передернув плечами, понимая, что мне так и не дадут выспаться, я недовольно дернула конечностью, и резко селя, придерживая мокрую ткань на груди. – Я вовсе не спала, – едва не вывернув челюсть в зевке, возразила я. – Конечно. Это была тактическая хитрость, – поддакнул некромант, с улыбкой глядя куда-то в сторону. – Именно,– передергивая плечами, пытаясь немного взбодриться, заверила я. – Иди умойся и завернись в сухое. Я пока еще погреюсь. – Мы все? Потом домой? – спускаясь с деревянного настила, уточнила я, не зная, чего ожидать дальше. – Мы только начали. Но сперва обед. Иди. * * *Посекундно озираясь на дверь парной, я откинула на лавку мокрую ткань, и быстро окатила себя из шайки водой. После горячего пара вода показалась ледяной и кожа мгновенно покрылась пупырышками, но пришедшее на смену ощущение оказалось приятным, так что смывая пот и листья, я вылила на себя еще одну шайку. Быстро обтеревшись, стянула из стопки сухую материю и только тогда выдохнула. На мой взгляд, здесь было слишком светло, слишком… слишком все, чтобы предстать перед Эльязом совеем обнаженной. Несмотря на все его заверения я не была к этому пока готова, все еще страдая от собственного несовершенства рядом с ним. Хорошенько укутавшись и закрепив ткань на груди, я заглянула в парилку, громко оповестив: – Я все. Эльяз спустился с деревянного настила. Темная кожа блестела от пота, над плечами поднимался пар, придавая ему еще боле мистический вид. – Тогда давай в переднюю. Мне тоже нужно ополоснуться. Или может, ты хочешь потереть мне спинку? – Нет, – вдруг покраснев, словно дебютантка, фыркнула я резко разворачиваясь. Самодельный тюрбан свалился с головы, выпуская волосы. Из-за спины раздался тихий, какой-то печальный хмык. Прежде чем я успела выйти, на лавку, прямо в поле моего зрения, упала тряпка, прикрывавшая бедра мужчины. Из-за спины раздался плеск. – И все же, я был бы рад твоей помощи, – предпринял еще одну попытку некромант. – Ты большой мальчик, сам справишься, – почти зажмурившись, немного резко отозвалась я, малодушно спасаясь бегством. Дверь за спиной захлопнулась и я не слышала ответа, что некромант пробормотал себе под нос. Рухнув за стол, тяжело дыша, словно пробежала целую лигу, я пыталась взять себя в руки. Я не узнавала этого Эльяза. Этот мужчина пренебрегал всеми границами, пытался всеми способами сменяя вынудить к каким-то действиям и буквально требовал внимания. После прежнего отстраненного безразличия, которое потом весьма плавно перешло в интерес, это оказалось весьма резким изменением. Я не могла сказать, что мне подобное не нравилось. Вовсе нет. Просто все было как-то слишком быстро. Решив непременно осудить это с мужчиной, я решительно выдохнула, и подтянула к себе кувшин, покрытый влагой. В нос ударил резкий запах, напомнивший о детстве. Квас! Щедро плеснув себе холодной жидкости, с удовольствием глотнула кислого, прежде чем наполнить кружку некроманту. Лучше разговаривать на сытый желудок. За спиной хлопнула дверь, и я внутренне напряглась. Начинать разговор на волнующую меня тему было как-то страшно. Казалось даже, что проще еще раз в гробницу к Проклятому наведаться. Там-то все уже ясно и понятно. И даже почти привычно. Вытирая волосы, Эльяз плюхнулся на стул напротив. – Квас? – двигая кружку по столу, предложила я, наблюдая, как от ключицы вниз сбегает прозрачная капля. Горло тут же пересохло, и я глотнула из собственной чашки. – Спасибо. – Я тут хотела поговорить, – задумчиво протянула я, сосредоточившись на том, как влажная дорожка изгибается, обходя грудную мышцу. Несколько капель собирались в одну, и ускоряясь, исчезали за линией стола, не давая рассмотреть дальше. Узор походил на крону дерева или на карту дорог… – Да? – А? – я вопросительно подняла взгляд, думая о том, что было бы интересно, если бы капли были цветными. – Ты хотела о чем-то поговорить, – ухмыляясь, напомнил некромант. – Да, – пришлось напрячься, чтобы вспомнить, что именно занимало мою голову пару минут назад. Но все мысли словно вымело. Тряхнув головой, стараясь быть серьезной и сосредоточенной, я ухватилась обеими руками кружку, уставившись на ее край, чтобы не отвлекаться, я весьма строго начала: – ты мне нравишься. И в целом против брака в будущем я не возражаю. Но уверена, что ты об этом потом пожалеешь и что это весьма скоропалительное решение. Все же наш статус слишком отличается. Да и на идеальную невесту я вовсе не похожа. Так что я бы просила тебя пока немного поумерить пыл. Высказавшись, я замерла, ожидая ответа некроманта, но Эльяз сидел молча, словно это все было сказано не ему. Не вытерпев, я подняла взгляд, ожидая резкого ответа, и слегка растерялась. Некромант улыбался, сложив руки на груди. Капли, почти высохнув, больше не бежали вниз, кое-где просто замерев, словно драгоценные камни. – Ты мня услышал? – Да,– улыбка становилась все шире. – И что? – И ничего. Немного удивлен что ты меня считаешь настолько поверхностным и… глупым? Но спишем это все на стресс. Давай, ешь творог, и пойдем лечиться. Совсем на голодный желудок нельзя, а наедаться в парную тоже не вариант. – Эльяз, я говорю серьезно. – Как скажешь, Кори. Я все услышал и принял к сведению. Не переживай. Ко мне плавным движением подтолкнули небольшую мисочку, где на белом твороге красиво растекался золотистый мед, показывая, что разговор окончен. Вот и затевай с ним серьезные обсуждения. ** Я опять лежала на деревянном настиле, в этот раз на спине, уцепившись в ткань на груди. Даже если Эльяз обещал, что боли не будет, и если я пыталась ему поверить, то получалось плохо. Я нервничала. То, чего так долго ждала, и на что уже не надеялась, должно было вот вот произойти. – Постарайся не дрожать,– в парной было уже нежарко. Некромант сильно проветрил, оставляя немного тепла, которое теперь вовсе не мешало дышать. – Я в порядке, – сипло отозвалась, внимательно следя за каждым его жестом. Эльяз только кивнул, улыбнувшись одним уголком губ. Моя больная нога была обнажена до самого бедра, но это больше не волновало. Вылив из одного флакона что-то бледно-лиловое на руки, некромант растер жидкость между ладонями. В нос ударил аромат мяты и чего-то сладкого. Пальцы осторожно, словно пробуя, коснулись колена, а затем, растягивая холодящую жидкость по телу, двинулись вверх и вниз. Кожу закололо сотней мелких иголочек. Затем длинны пальцы весьма ощутимо, но все еще не больно принялись разминать мышцы, начиная от лодыжки. Было немного щекотно, так что я начала невольно вздрагивать, пытаясь перетерпеть. – Не крутись, ведьма. – Я еще и женщина. Которая боится щекотки, – фыркнула я, пытаясь сдержаться. Некромант, не удержав серьезное выражение лица, резко нагнулся к моему лицу, едва ли не касаясь носа носом: – А пару минут назад ты уверяла меня, что в тебе недостаточно от женщины, чтобы тебя заметить. Или я неверно понял? – Ты коверкаешь все, что я говорю, – вновь почувствовав себя юной дурочкой, буркнула в ответ. А потом едва не рассмеялась. Кажется, я получила то, чего хотела совсем недавно. Не хватало только пышного розового платья. Стало вмиг так легко и радостно, что я едва не рассмеялась. – Вот и хорошо,– возвращаясь к ноге, удовлетворенно кивнул Эльяз. Было все еще щекотно, но теперь терпеть было легче. Некромант мял и гладил несчастную травмированную ногу, а затем, прижав ладонь к пятке, резко и громко выдохнул. Тело прошибла яркой вспышкой, идущей от ноги к самой макушке. Боли не было, но от напряжения меня выгнуло дугой, едва не сдернув с деревянного настила. Состояние длилось всего мгновение, но когда меня отпустило, я была вся мокрой и тяжело дышала. – Предупреждать нужно, – проворчала я, не зная, то ли злиться, то ли успокоиться. – Чтоб ты напряглась еще сильнее? И не надейся. Некромант был предельно серьезен, продолжая массировать ногу все сильнее. Ощущения были на грани боли и мне хотелось просто выдернуть конечность из этих слишком цепких и властных пальцев. Когда рука опять вернулась к пятке, я невольно напряглась. На меня шикнули, и поразив, щелкнули по носу. От неожиданности я слегка окосела, возмущенно дернувшись. Только, кажется, все случилось именно так, как и рассчитывал Эльяз. Я отвлеклась и тело прострелила новая, куда более яркая вспышка, от которой все побелело перед глазами. Я не могла почувствовать собственное тело. Молния, вместо того, чтобы погаснуть, начала стремительно разрастаться, превращаясь в солнце, концентрирующееся в груди. Вокруг не было ни бани, ни Эльяз. Не было даже меня. Только это маленькое, невероятно горячее и такое родное, солнце. А затем оно лопнуло. С громким хлопком, я разлетелась сотней ярких огоньков, озарив все вокруг. Сознание возвращалось странными рывками. Вот я вижу лицо Эльяза, и тут же оно пропадает, стертое светом. Затем появляется аромат мяты, и тут же исчезает. Не знаю, как долго я была в таком пограничном состоянии, но реальность навалилась внезапно острым напряжением, которое никак не получалось сбить. Тело скручивало спазмом, и я судорожно, коротко дышала. * * *– Только не… Голос Эльяза донесся откуда-то сквозь пелену света. Резко поведя рукой, я уставилась в искры вспыхнувшие перед глазами. По телу прошла волна боли, но она была слабой, совсем не похожей на то, что я испытывала от собственной магии последние годы. – Не торопись, ведьма. Не стоит сразу бросаться серьезными заклинаниями… Я не слушала некроманта. Он не мог понять, что для меня означало произошедшее. Так долго. Так долго не иметь возможности чувствовать себя живой. Приподняв дрожащие руки, глядя сквозь муть навернувшихся слез, я создала огненных бабочек, озаривших темноту парной. И всхлипнула. Они получились немного кривыми с одного края, но четкими и ясными, как когда-то, до травмы. Нога ныла, в ответ на магию. Струящуюся по телу, но в ней не было ни онемения, ни ощущения чужеродности. Закрыв глаза руками, не в состоянии встать, я всхлипнула. – Вот уж не стоит, – буркнул некромант, осторожно поднимая меня на руки и куда-то вынося. Я не могла и не хотела сопротивляться, только постаралась покрепче зажать ткань под руками, чтобы она не соскочила. А затем меня вдруг опустили в бадью с водой. От удивления пришлось открыть глаза, и вцепиться в деревянный край. – Эй! – я вскрикнула, когда рядом, заставляя воду перелиться через край, с трудом уместился Эльяз. – Тут нет столько места! И х-х-холодно. Вода, потоками залила весь пол, а Эльяз, словно не замечая, подтянул меня ближе, устраивая на собственных коленях. Обвив меня рукам вместе с мокрой тряпкой, некромант прикрыл глаза, откинувшись на край лохани. – Ты слишком суетишься, ведьма. – А ты…– я ерзала. Кожу жгло от остывшей воды, от бурлящей внутри магии. От нетерпения и желания испробовать, как теперь у меня получатся те заклятья, которые приходилось откладывать в течение нескольких лет. – Кори, – что-то в голосе Эльязя заставило меня замереть, вслушиваясь в пугающие, напряженно-угрожающие нотки, – Хватит ерзать. Согрей воду и расслабься. Если ты хочешь успеть в Гром-Гриан до ночи, то мы должны убраться отсюда через час. Но если ты не уймешься – мы останемся здесь до утра. Внутри все сжалось от какого-то сладкого предвкушения. Некромант не открывал глаза, но я была уверенна, что стоит ему все же посмотреть на меня, как я смогу различить в глубине их темноты сияние, так будоражащее мое сознание. – И будь осторожна с магией. Только самый простые чары и минимум напряжения. – Я чувствуя себя хорошо, – ворчливо буркнула я, осторожно водя руками в воде перед собой, Жидкость зашевелилась, теплые струи спиралью двинулись в разные стороны, окутывая теплом. После бани, после всего произошедшего, на сердце было светло и легко. Даже Эльяз, с которым у нас переплетались голые ноги под водой, казался правильным здесь и сейчас. То, что некромант закрыл глаза, давая мне привыкнуть к его присутствию, меня подкупало. – Все хорошо. – Вообще все? – так же, не открывая глаз, задумчиво уточнил Эльяз, вскидывая одну бровь и слегка растягивая губы в улыбке. – Да, – неожиданно боя самой себя, окончательно решила я, и вдруг рассмеялась. С трудом вывернувшись в объятьях некроманта, выплеснув еще полведра воды из бадьи, я повернулась, положив руки на крепкую грудь Эльяза. Теплый, сильный. И там, под кожей, расчерченной шрамами, мерно и громко бьется сердце. Все же, до чего мне повезло, что Щит Севера тогда явился к барону. Повезло, что ему стало просто любопытно решить этот ребус по имени «Корнелия». На миг меня прошибла дрожь от осознания, что мы могли и не встретиться. С этой точки подобный вариант выглядел тоскливым прозябанием в ожидании старости через боль и тоску. Подгоняемая странными внутренними тревогами и в то же время радостью, что все вышло, как вышло, я нагнулась к некроманту, целуя в губы. Крепкие руки, тут же соскользнув с бортов лохани, обвили за талию, притягивая к себе, вдавливая в тело. Мокрые тряпки путались в пальцах, мешали, но это было неважно. Он был здесь: такой теплый, сильный и родной. Теряя связь с реальностью, я запустила пальца в темные волосы, не давая некроманту и шанса отстраниться. Но Эльяз и не пытался. Голодный, жаркий поцелуй с каждым мигом становился все откровеннее, одна рука скользнула с талии вниз, сжавшись, а затем попыталась выпутать меня из ткани. Длинные пальцы двинулись выше, потянули, и за спиной раздался треск. Некромант поступил проще. Из груди вырвалось тихое, щекочущее хихиканье. Вовсе не уместное, но я ничего не могла поделать. Радость переполняла. Руки выпутались из волос некроманта, скользнули по шее, вниз, к крепким плечам. А затем меня резко отодвинули… – Замри! – тихо, напряженно выдохнул мужчина. Но у меня было совсем другое, непослушное настроение. Совсем как у ведьмы, полной сил. Скользнув в сторону, выплеснув едва ли не всю оставшуюся воду, я прильнула к плечу, к боку мужчины, и не думая прекращать такое приятное, для обоих, занятие. Рука скользнула на грудь Эльязу, двинулась ниже, к животу, еще ниже, но там была перехвачена и отведена в сторону. – У-у-у,– недовольно протянула я, пытаясь вырваться, но силы были близко не равны. – Давай немного остынем, – глядя строго перед собой, внес несвоевременное предложение мужчина. – Нет. Я и так почти замерзла. Можно сказать только согреваться стала, – свободной ладонью, я пыталась пробраться между бадьей и крепким телом Эльяза. И опять проиграла. – Не думал, что ты так отреагируешь на собственную магию… – тряхнув головой, раскидывая брызги, пробормотал Эльяз. – И что тебе не нравится? – кажется, я совершенно обоснованно готовилась обидеться на такое пренебрежение к собственной персоне. – Не нравится? Да мне настолько нравится, что я едва держусь, вредная ты егоза,– вспылил некромант.– Но ты через полчаса от резкого всплеска энергии просто сознание потеряешь. Я этого не допущу. Немного терпения, моя ведьма. – И только это тебя останавливает? – меня неожиданно легко толкнули в сторону, и Эльяз, хмурясь, поднялся на ноги. Тряпка, что прикрывала его бедра, облепила скульптурное тело так плотно, что стало очевидно: да, Эльяз держится на одной силе воли. – После того, как твоя магия вернулась? Да, угроза нарушить равновесие, больше над нами не висит. Даже Хельват нечего возразить. – Но так что же ты? – я честно пыталась поднять взгляд выше, но глаза каждый раз соскальзывали, не добираясь и до шеи. Слишком уж занимательно зрелище открылось передо мной. – Потому что твое здоровье важнее нашего удовольствия,– строго проговорил некромант, переступая край лохани и поворачиваясь спиной, лишая меня столь интересного вида. Впрочем, с этого ракурса мне тоже было что оценить. – Вот тут бы я поспорила,– сложив руки на груди, неожиданно ощутив, что я и сама почти обнажена и сижу в небольшой луже воды, оставшейся в белье, буркнула я. – Бесполезно, – некромант окатил себя ведром воды и зафыркал, как большой пес. В меня полетели ледяные капли, заставив недовольно вскрикнуть. Контраст на разгоряченной коже был ощутимым. Эльяз рассмеялся, легко и весело, и принялся растирать тело сухим полотенцем до красна. Обернув новую тряпку на бедра, некромант стянул с полки большую простынь, развернув ее перед лоханью: – Вставай, Кори. Хватит здесь сидеть. Нужно пообедать и двигать в обратный путь. – Не хочу,– буркнула я. Мне и правда совсем не хотелось никуда ехать. – Ты сейчас там и уснешь, и замерзнешь. Поднимайся. Может, еще успеешь подремать перед дорогой. Только не в воде. Булькая, словно густое зелье, я медленно поднялась, не заботясь о том, подглядывает Эльяз за мной или нет. Мокрую тряпку удалось оторвать от тела с большим прудом, словно она успела срастись со мной. А затем я поняла, что не настолько доверяю собственной ноге, пусть и почти здоровой, чтобы переступить из бадьи на мокрый пол. – Эльяз, – стоя голой по колено в воде, неуверенно попросила я. – Руки вверх подними, – спокойно словно дело было повседневным и привычным, велел некромант. Я повиновалась, и меня крепко обняли, одновременно заворачивая в ткань. – Ночью. Я все тебе компенсирую ночью, – хрипло прошептали мне на ухо, и выдернули из лохани, осторожно опуская на пол.